Бабочка под стеклом (СИ)

- Что бы я без тебя делала, Тошка.

- Пропала бы совсем.

- Да уж. Ты очень на меня злишься?

Антон посмотрел удивлённо.

- На тебя? А на тебя-то за что?

- Ну… - Марина подбирала слова. – Я заставляю тебя с Элькой возиться постоянно. Тебе, наверное, не хочется. У тебя свои дела.

- Мам, но мы же семья.

Марина снова к нему прижалась и глаза закрыла.

- Я очень рада, что ты это понимаешь. Скажу отцу, чтобы в выходные нас за город вывез. Хочешь? Поедем к бабушке на дачу, будем шашлыки жарить.

Антон ей в лицо посмотрел, пытливо так, потом головой покачал.

- Не хочу.

- Почему? – удивилась она. – Ты же любишь шашлыки.

Антон освободился из её объятий.

- Он пообещает, а потом скажет, что занят.

Стало жутко неудобно, Марина растерялась, не сразу сообразила, что сыну ответить.

- Антон, папа, конечно, много работает в последнее время, но это совсем не значит…

- Я спать пойду. У меня завтра на первом уроке диктант. – Он с дивана слез и на мать больше не посмотрел. Но Марина всё равно позвала:

- Тоша.

Антон вернулся, за ручку дверную уцепился и вперёд наклонился, почти завис.

- Ну, мам!..

Она улыбнулась.

- Я помню, я больше не буду тебя так называть.

- Чувствую себя мелким, как Элька, - пожаловался он.

Дверь закрыл, а Марина тут же улыбаться перестала.

- Да, пора привыкать, что ты взрослый. И всё понимаешь.

- Я это не буду. – Элька показала пальчиком на свою тарелку и на омлет в ней. Марина на дочь обернулась и посмотрела умоляюще.

- Эля, давай без капризов. Мы и так опаздываем.

Она насупилась.

- Но я, правда, это не хочу. – Посмотрела на брата, который жевал, не обращая внимания на её жалобы, и глаз от телевизора не отрывал. – Тош, а ты это хочешь?

- Не приставай к брату, - отругала её Марина. – Он не будет за тобой доедать.

Плюшевый медведь со смешными висячими лапами был усажен на соседний стул, Эля локоточками в стол упёрлась, со стула приподнялась, чтобы до тарелки с бутербродами дотянуться.

- Хлеба поем, - решила она, но всё-таки у матери разрешения попросила. – Мама, можно?

Марина кофе свой допила, посмотрела на часы на стене, и рассеянно кивнула. Затем полупустую чашку на край стола поставила, и сказала:

- Доедайте и одевайтесь. Антон, слышишь? Оторвись от телевизора на секунду.

- Да слышу я, мам.

- Хорошо. Я отца разбужу. – Прежде чем из кухни выйти, снова на часы посмотрела.

Вчера Игорь вернулся едва ли не в полночь. Пришёл, выглядел уставшим и, вообще, каким-то замученным, словно на нём и правда, пахали. Или притворяться научился хорошо. Захотел ужинать, Марина с постели встала, чтобы его накормить, и спросить его ни о чём не осмелилась, за что на себя же и рассердилась. Позже в постели рядом с Игорем лежала, спиной к нему повернувшись, и думала об этом, таращась в темноту. Почему опять струсила?

В комнату вошла, и дверь закрыла, остановилась у постели, глядя на спящего мужа. В голове целый вихрь мыслей, надежд, сомнений и страхов. И понадобилась пара секунд, чтобы справиться с эмоциями и заставить себя, совсем как раньше, к Игорю наклониться, дотронуться до его плеча и спокойно позвать:

- Игорь. – Голос сорвался и совсем другим тоном позвала: - Милый, просыпайся.

Он шумно вздохнул, на спину перевернулся, но глаз так и не открыл. Только руку на подушку закинул. Марина вглядывалась в его лицо. Такое родное, знакомое ей каждой своей чёрточкой. Руку подняла, хотела лба Игоря коснуться, чтобы волосы убрать, но муж вдруг глаза открыл и посмотрел на неё. Марина, сама не зная отчего, отпрянула назад, словно он её за чем-то преступным застал.

- Просыпайся, - повторила она, одёргивая офисную блузку.

Муж сонно поморгал. А после и возмутился.

- Марин, ты что? Я во сколько лёг-то?

- Я легла вместе с тобой. Игорь, я уже опаздываю на работу. Если у тебя выходной, очень рада за тебя. Но Эльку надо отвести в сад.

Игорь на бок повернулся, подушку под головой поправил, и выдвинул дельное предложение:

- Пусть Антон отведёт.

- Игорь, - Марина искренне возмутилась, - Антону нужно в школу! К тому же, он и так каждый день её из сада забирает. У тебя совесть есть?

Он голову от подушки поднял и посмотрел недовольно.

- Я что, выспаться не имею права? Все вокруг чем-то заняты, все устают, а я железный, по-твоему? Я тоже работаю, Марина!

Она руку в бок упёрла и кивнула с нескрываемой горечью.

- Это точно. Ты работаешь.

- Это что, намёк на что-то?

- А ты как понял?

Игорь разозлился.

- Марин, ты с утра раннего решила скандал затеять?

Она не выдержала и глаза опустила.

- Никакого скандала. Я просто прошу тебя, пока по-хорошему, встать и отвести дочь в садик. Что такого невыполнимого, скажи мне?

Игорь сверлил её взглядом, ничего не говорил, а затем и вовсе лёг и голову подушкой накрыл. Вставать он не собирался. Марине обидно стало почти до слёз.

- Игорь, не делай этого, - попросила она негромко.

Он никак не отреагировал. Марина секунду ещё ждала чего-то, а потом из комнаты вышла и даже дверью хлопнула, не сдержавшись. И тут же в этом раскаялась, встретив взгляд сына, который в прихожей Эльке сапоги помогал застёгивать, и голову поднял, когда Марина появилась. Взглянул, и сразу отвернулся, а Марине от его взгляда стало намного тяжелее, чем от самого разговора с Игорем.

- Всё хорошо, - шепнула она то ли ему, то ли себе. По волосам потрепала, мимо проходя, и тоже начала собираться. Только дышала осторожно, боясь сорваться на всхлип или рыдание. Всё напоминала себе, что дети ничего заметить не должны. И если не удаётся скрыть от них проблемы между ней и их отцом, то хотя бы постараться не показать, насколько это всё для неё тяжело.

- Мама, скажи Антону, чтобы он вечером со мной погулял! Он никогда не гуляет!

Марина квартиру заперла, повернулась и дочь за руку взяла. И строго проговорила:

- Эля, в подъезде нельзя так громко разговаривать. Сколько раз тебе говорить можно?

- Я не громко.

- Громко, - перебил её Антон, и едва ли не съехал по перилам вниз. Марина возмущённо посмотрела, а Эля её за руку подёргала.

- Мама, скажи ему!

- Не буду. Ему некогда, Эля, Антону нужно уроки учить, ему гулять с тобой некогда. Я в выходной с тобой погуляю.

Девочка выразительно надула губы, но говорить больше ничего не стала.

- Я её сама отведу, - сказала Марина, когда они на улицу вышли. – Иди в школу, ты опаздываешь уже.

Антон шапку на уши натянул и невинно возразил:

- Но ведь работа важнее школы, мам. Я Эльку отведу.

Марина подозрительно прищурилась, глядя на сына.

- Ты вчера говорил, что у тебя диктант на первом уроке?

- Подумаешь…

- Так, марш в школу! – шикнула она на него. – Бегом, Антон. Ты уже опаздываешь! Потом позвоню и проверю.

Он выразительно поджал губы, но без лишних слов направился в противоположную сторону. Правда, не слишком торопился, и Марине даже пришлось вслед ему прикрикнуть, чтобы скорость увеличил и ногами не шаркал.

- Мама, что такое диктант?

- Вот Антон тебе вечером расскажет.

- Не расскажет. – Эля помотала головой. – Он про двойки не рассказывает. Я же проболтаться могу. Но я не специально, а он не верит.

Марина глаза опустила, посмотрела в невинные детские глаза, и поневоле улыбнулась.

Оставив дочь в детском саду на попечение воспитателей, Марина вдруг поняла, что не может идти на работу. Утренний разговор с Игорем, хотя это и разговором-то назвать нельзя, заставил её последнее самообладание растерять. Внутри даже страха не осталось, если только некоторая доля паники, а ещё желание всё это, в конце концов, прекратить. Это уже больше напоминало издевательство, над ней. Она знала, что муж врёт и он уже не с ней, а Игорь всё тянул, не признавался, и никакой надежды это уже не придавало. Марина начинала подозревать его во всё больших грехах, а от этого только тяжелее. Она ведь любит его, любит, до сих пор, не смотря ни на что.

Вместо того, чтобы идти на автобусную остановку, банк, в котором Марина работала, находился в трёх автобусных остановках отсюда, она направилась обратно к своему дому. На ходу телефон из сумки достала, позвонила начальнице и выпросила у той отгул. Пришлось наврать про то, что у Эльки снова горло болит и чихает она, но это только на сегодня. Правда. Впереди выходные, и в понедельник она, как штык, на работе будет. Раньше всех. Врать было противно, но ни на какое другое оправдание фантазии Марины в данный момент не хватило. Что бы она Ольге Михайловне сказала? Что возвращается домой, чтобы поговорить с мужем и выяснить, наконец, собирается ли он с ней разводиться?

Игоря дома не оказалось. Марина, очутившись в пустой квартире, окончательно растерялась, присела на стул и остановившимся взглядом уставилась на разобранную постель, на которой совсем недавно, каких-то полчаса назад, лежал её муж, и как он сам утверждал, пролежать на ней собирался как минимум до полудня. А сейчас вот исчез. У них была маленькая квартира, две комнаты, тесные, с низкими потолками, и кухня, совсем крошечная, но сейчас, без детей и Игоря, она Марине огромным, гулким, нежилым помещением казалась. Закричать захотелось, и была уверена, что эхо услышит. А всё от одиночества и острого чувства свершившейся несправедливости. А что будет, если Игорь совсем уйдёт? Навсегда?

- Марина?

Она несколько минут простояла в распахнутых дверях автосервиса, прежде чем её заметили. Здесь царило привычное оживление, мужчины в синих рабочих комбинезонах, сновали вокруг, переговаривались, переругивались, посмеивались порой, но её не замечали. А Марина чувствовала себя сиротой, которая милостыню сюда выпрашивать пришла. И уже не рада была, когда Олег Сытин, по факту, лучший друг Игоря, её приметил. Из-под машины вылез, руки какой-то тряпкой вытер и к ней направился.

- Привет.

Марина осторожно кивнула, а сама за его плечо заглядывала, пытаясь мужа высмотреть.

- Здравствуй, Олег.

Он всматривался в её лицо, и когда Марина взглядом с ним встретилась, вдруг поняла, что Олег совсем не рад её приходу. Подбородок вскинула, стараясь казаться уверенной в себе.

- Где Игорь? Мы с ним разминулись. – Нелепо повела рукой. – Он здесь?

- Нет.

- А где он? – Видела, что Олег мучается, не зная, что ей сказать, даже глаза отвёл в сторону, а у неё сердце удар пропустило, и горло спазмом стиснуло. Поняла, что прямо здесь сейчас расплачется. И надеясь эту катастрофу предотвратить, резко развернулась и пошла прочь. Даже не видела ничего перед собой. От ужаса происходящего в глазах темнело, ноги, как ватные, в лужу наступила, брызги в разные стороны разлетелись, а потом Марина испуганно дёрнулась, когда её кто-то за руку поймал. Она в сторону шарахнулась, а Олег из лужи её вывел, а сам смотрел с сочувствием. Почти с жалостью. Это было хуже всего.

- Пойдём, поговорим.

Завёл её за угол и на кособокую лавочку усадил. Марина спорить не стала, села, сумку рядом положила, а потом на несколько секунд лицо руками закрыла.

- Да прекрати ты, Марин, - то ли с жалостью, то ли с раздражением проговорил Сытин, и сигареты из кармана вытащил. – Ну, дурак он! Сейчас-то уже что об этом говорить? Крышу у мужика снесло.

Марина головой покачала, тёмные кудри красиво встрепенулись, а когда ладони от лица отняла, выглядела уже более спокойной. Сумела взять себя в руки.