Искатель 4. Возвращение. 3 часть по 6 Главу

— Надеюсь, а то это "корыто" неизвестно сколько раз уже переделывали, а мы пользуемся чертежами времен схода ее с орбитальных стапелей.

— По моим данным планировка данного сектора совпадает со схемой на семьдесят два процента.

— Это конечно радует, — буркнул Кирилл светя фонариком назад и внимательно разглядывая стены и пол. — Ладно, двигаюсь дальше, если ничего не найду, то придется возвращаться и придумывать что-то другое. Все, пока отбой.

Он вернул рацию на пояс и двинулся дальше. Люк обнаружился в углублении стены случайно, когда он оперся на нее рукой, стараясь избежать свисающего с потолка кабеля, на конце которого вспыхивали подозрительные огоньки. От толчка рукой крышка люка подалась вперед, а затем с грохотом ушла вниз, скрывшись в специальном пазу. Кир застыл на месте, вслушиваясь в окружающее пространство и ожидая всего чего угодно, от рева сирен тревоги и крика охранников, до скрежета выдвигающихся из потолка цилиндров автоматических турелей. К счастью все было тихо. Облегченно вздохнув и спрятав лучевой пистолет в закрепленную на бедре кобуру, он выглянул в открывшееся отверстие и, убедившись, что находящееся за ней помещение абсолютно пусто, спрыгнул вниз. Еще раз оглядевшись и обнаружив на стене полустершуюся надпись, извещающую о том, что он находится в двенадцатом секторе, удовлетворенно хмыкнул — половина дела было сделана. Каких-то полчаса, и он пробрался в "надежно" заблокированный службой безопасности сектор. Теперь оставался сущий пустяк, отыскать здесь того, кто ему нужен, при этом не попадаясь на глаза прочесывающую эту часть станции патрулям. Впрочем, первая часть намеченного плана была не менее проблематичной, не зря же "двенашка" среди членов экипажа именовалась "Шарканским гнездовьем". Бывший док, некогда предназначавшийся для ремонта космолетов легкого и среднего классов, около десять стат-лет назад был предоставлен для временного проживания беженцам с окрестных систем, постепенно превратившись в настоящий лабиринт из "склепанных" с различного хлама всевозможных кособоких домиков, клетушек и комнатушек. Причем все это самодельное жилье размещалось в несколько ярусов, крепясь причудливыми распорками к полу, стенам и даже потолку, соединяясь друг с другом паутиной подвесных мостиков. Насколько Киру было известно, капитан предпринимал несколько попыток избавиться от расцветшего на борту станции гетто, но все упиралось в одну проблему — жившие тут разумники банально некому не были нужны. Чиновники Федерации постоянно уверяли, что займутся данной проблемой и выделят деньги на переселение, но все это было только на словах. Кирилл как-то задал вопрос: "Что будет со всеми живущими там разумниками, если вдруг станцию решат законсервировать или списать с состава флота?" но тот в ответ лишь раздражено дернул глазными отростками, ответив, что это не его проблемы. Нет, периодически кто-то из обитателей сектора все же покидал станцию навсегда, но на его место тут же прибывал кто-то другой, так что население "Гнездовья" ни только не уменьшалось, а наоборот росло. Увы, но обстановка в секторе Трента оставляла желать лучшего и до мира тут было далеко, причем не только из-за кергарцев. У Кира вообще порой создавалось такое впечатление, что тут воюют все со всеми и исключениями были лишь системы где базировались базы Федерации, создавая своим присутствием небольшие островки хоть какой-то стабильности. Раньше Кирилл удивлялся, почему для переговоров посол кергарцев выбрал именно "Темклат", хотя логичнее было бы вести их в системе Тейзона, где базировались основные силы Федерации. Теперь же после слов Ухгухк-са все становилось на свои места, а точнее запутывалось еще больше, ибо вместо одних вопросов возникала куча других, но главное, что беспокоило Кира, это реакция посла. Тот словно заранее знал, что за разумник скрывается за матовыми стеклами маски и, увидев лицо землянина, лишь подтвердил свою догадку.

Кирилл вздохнул и, подумав, что уже порядком устал от всех этих тайн и загадок, снял с пояса рацию.

— Гер, я на месте, начинаю поиск, если в течение часа не выйду на связь, можешь беспокоиться.

— Принято, капитан. Вы уж постарайтесь, чтобы все прошло гладко, а иначе одна рогатая особа разнесет всю эту станцию по винтикам.

— Надеюсь, ты ее удержишь от этого.

— Не могу вам этого обещать, капитан, — в динамике раздался короткий смешок, — рук то у меня нет, а вот поучаствовать в данном веселье твердо обещаю.

— Смешно, — Кир криво усмехнулся. — Ладно, постараюсь не доводить до подобного. Все, отбой, я пошел.

Облаченные в угловатые боевые скафандры торкленцы были похожи на мифических големов из земных легенд. Они прошли буквально в паре метров от его не особо надёжного укрытия и лучи их фонарей чудом не выхватили из полутьмы узкого переулка фигуру Кирилла, скорчившегося в три погибели за старым мусорным баком. Смахнув со лба выступившие капли пота, Кир выглянул из-за угла и, убедившись, что патрульные скрылись за поворотом центральной улицы, быстро перебежал на другую ее сторону, нырнув в спасительный полумрак очередного переулка. Объяснятся с патрулями, а уж тем более вступать с ними в драку в его планы не входило, тем более что с большой вероятностью подобная стычка перерастет в банальную перестрелку. Трущобы "Гнездовья" всегда были довольно мрачным местом и среди местных жителей личностей с темным прошлым хватало, поэтому периодические облавы были здесь вполне обычным явлением. Однако на этот раз устроенные сбсовцами на волне расследования покушения повальные обыски вызвали неожиданную вспышку недовольства среди живущих здесь разумников, едва не перерастя в самый настоящий бунт. К счастью зачинщиков быстро схватили, но напряжение все еще сохранялось, и Кирилл понимал, что заметя крадущуюся меж домов фигуру, патрульные скорей всего сперва начнут стрелять, а уже потом разбираться что к чему. К тому же Даркар, пользуясь моментом, явно решил не просто проредить "трущобы" от засевшего здесь различного сброда, а сократить их население до минимума или же совсем ликвидировать. К мысли о последнем варианте склоняло не только неожиданное блокирование "Гнездовья", но и пара военных транспортников подошедших к станции этим утром. Именно совокупность этих и еще некоторых малоизвестных остальным обитателям станции фактов заставила Кирилла поспешить с поиском Урака. Теперь же, видя опустевшие улицы и патрульных упакованных в тяжелые боевые скафандры, он только укрепился в данном подозрении. Впрочем, судя по увиденному, массовая депортация все еще не началась. Не желая получить новые волнения, служба безопасности медлила, скорей всего продолжая точечные зачистки особо активных жителей. И все же здесь было опасно. Попадись он в руки службы безопасности и у Даркара сразу же возникнет масса вопросов, на которые у него банально не будет внятных ответов, однако риск того стоил. Из всей кайлсовой команды на свободе оставался лишь Урак, а так как он являлся не только компаньоном, но и старым другом Кайлса, то вполне мог пролить свет на то, что толкнуло его командира на это странное покушение.

— Да уж, мой белолобый друг, очень надеюсь, что ищейки Даркара до сих пор не нашли вашу уютную "норку", — пробормотал Кирилл себе под нос на едином, оглядываясь. Стоявшая вокруг тишина нервировала куда больше чем вечный разноязыкий гвалт, обычно царивший на здешних улицах. — Так, кажется, не сильно промахнулся, третий ярус у самой стены. Что ж вперед.

Любому разумнику, впервые попавшему в "Гнездовье", ничего не стоило заблудиться в хитросплетениях местных улиц и подвесных "дорог", однако Кирилл был здесь частым гостем и уже довольно неплохо ориентировался. Нет, ему здесь не нравилось, но разговоры с местными жителями порой давали куда больше информации, чем все доклады разведки Федерации, а здешние торговцы не раз помогали достать нужные запчасти для ремонта "Геры" в обход официальных каналов поставок.

Пройдя вперед по переулку, Кирилл неожиданно уткнулся в тупик и мысленно выругался — ему все же удалось заблудиться. Его взгляд тщетно скользил по висящим над головой мосткам и стенам лачуг в поисках ведущей наверх лестницы. Конечно, можно было вернуться и попытаться отыскать проход в другом месте, но рисковать не хотелось. Еще раз, внимательно оглядев окружающие его стены, в основном сделанные из разноцветных кусков высокотемпературного термопластика и усиленные лишь в некоторых местах листами металла, он остановил взгляд на торчащем над головой куске ржавой трубы и, подпрыгнув, ухватился за него рукой. Покачавшись, дабы убедится, что тот держится достаточно крепко, он подтянулся и, закинув ногу на крышу халупы, забрался туда, нечаянно зацепив ботинком валявшуюся там деревяшку. Доска тут же соскользнула вниз и, ударившись о пол ангара, раскололась. Замерев на пару минут и убедившись, что все тихо, Кирилл тихонько цыкнул, досадуя на свою неуклюжесть и, смахнув мизинцем с носа повисшую там капельку пота, продолжил свое "восхождение". На удивление сделать это оказалось куда проще, чем могло бы показаться на первый взгляд. На вид гладкие пластиковые стены лачуг на самом деле были просто усеяны различными трещинами и углублениями, так же местами под руку попадались торчащие изнутри куски изогнутой арматуры видимо некогда вплавленной внутрь пластиковых блоков в качестве хоть какого-то усиления их конструкции. Добравшись до мостков так называемого "второго уровня", Кирилл прильнул спиной к стене и, переведя дух, задрал голову, пытаясь отыскать глазами трубу вентиляции рядом с которой должна была находиться нужная ему хибара. Точнее "хибра" было не совсем правильное слово, убежище досайца располагалось в бывшем технологическом отсеке, дверь которого была скрыта за помятым куском рифлёного металла, который со стороны выглядел словно неумело поставленная на дыру в стене латка.

— Внимание всем разумникам. Оставайтесь на своих местах, не покидайте жилищ, во избежание неприятных эксцессов заранее приготовьте документы.

Усиленный мегафоном хриплый, лающий голос заставил Кира чертыхнутся сквозь зубы, а скользнувшие по стенам ослепительно-белые лучи света, распластаться на крыше и ужом заползти в щель между стеной и торчащим в паре метров от него кубом системы вентиляции. Судя по всему, сбсовцы решили устроить облаву на очередного "неблагонадежного", и оставалось только надеяться, что найдя нужного им разумника, они уберутся прочь, а не продолжат прочесывание, однако могло случиться всякое. На всякий случай Кирилл вытащил из кобуры лучевик и опустил на глаза пластину визора. Общее освещение в "Гнездовье" все еще было отключено, однако света от окон и протянутых вдоль мостков люминесцентных лент вполне хватало, поэтому он отключил ночное видение, оставив активным лишь целеуказатель. Осторожно выглянув из-за угла он огляделся, однако край крыши мешал рассмотреть что происходит внизу. Неожиданно висящие над головой мостики загудели от топота тяжелых сапог, затем последовала какая-то неразборчивая команда, и стена хибары буквально затряслась от хлесткого удара. В ответ откуда-то сверху раздался гневный рык, правда быстро сменившийся пронзительным скулением, и вновь наступила тишина, прерываемая лишь чьими-то причитаниями на незнакомом землянину языке. Снова топот, на этот раз удаляющийся, и бившие снизу лучи ручных прожекторов погасли. Землянин облегченно вздохнул. Сбсовцы сработали на удивление быстро — на все про все у них ушло не более пяти минут. Выждав еще некоторое время, Кирилл вылез из своего ненадежного убежища и, подойдя к краю крыши, бросил взгляд вниз. Улица была пуста. Сверху раздался, тихий треск, затем какой-то шорох, заставивший землянина резко обернуться, вскидывая руку с лучевиком. Целеуказатель тут же обрисовал странную сгорбленную фигуру, свешивающуюся с мостков третьего уровня на какой-то веревке, однако неизвестный разумник словно почувствовав, что его взяли на мушку, противно зашипел и, разжав руки, буквально рухнул вниз. Кир было дернулся следом, но сразу же остановился, решив, что силуэт высветившийся на экране визора фигуры был слишком крупным для досайца — сперва следовало проверить убежище, а уж затем гоняться за непонятными тенями.

Вложив пистолет в кобуру он подошел к стене и, вскарабкавшись по ней добрался до мостков. Пройдя по ним, Кир на миг задержался у приземистого, кособокого домика с развороченной дверью, на пороге которого в луже чего-то темного лежало массивное, мохнатое тело. Опустившись на колено Кирилл взял тарнара за ухо, сжал его кончик и не почувствовав привычного биения, нахмурился. Эти медведеобразные, чем-то похожие на огромных земных панд разумники всегда отличались вспыльчивым характером, но пара выстрелов из шокера могла бы его успокоить. Так зачем же они били на поражение? Кирилл закусил губу. Как бы Даркар не относился к "Гнездовью" навряд ли он отдал бы приказ на физическое уничтожение жителей, тем более учитывая недавние беспорядки. Нет, каким уж каким, а глупым капитана "Темклата" язык у Кирилла назвать не поворачивался. Это могло означать только одно, солдаты службы безопасности здесь не причём и кто-то посторонний хочет спровоцировать новую волну возмущения среди местных. Только вот кто? Та странная тень? Похоже.

Кир обеспокоенно огляделся.

"Да уж, до чертиков знакомая ситуация", — продумал он, поднимаясь. — "Неужели их эмиссары уже здесь".

Происходящее нравилось ему все меньше и меньше. Не об этом ли намекал Ухгухк-с, предлагая ему как можно скорее покинуть станцию. Вот только если "Незримые" вновь вышли на охоту за ним, то не проще было бы убрать его прямо здесь или же в каком-нибудь другом темном закутке станции, иль подослать того же Кайлса. А может их целью было что-то другое, но вот что?

Кирилл нахмурился. За годы своего негласного противостояния с таинственными чужаками он уже давно понял, что их логика трудно поддаётся какому-либо просчету и зачастую приходилось действовать полагаясь в основном на интуицию, а не на здравый смысл. "Незримые" были хитры, изворотливы и очень осторожны. Порой, чтобы добиться нужного им результата они составляли колоссальные цепочки событий, смысл которых становился понятен лишь спустя годы, так что борьба с ними чем-то напоминала затяжную шахматную партию. Причем, малейшее подозрение в том, что их могут обнаружить, и они сразу же отступали, бросая все сделанное, оставляя своих эмиссаров на растерзание спецслужб Федерации. Впрочем, последние были в большинстве своем бесполезны, ибо знали меньше чем ничего, а зачастую вообще были уверены, что все их действия вполне законны. И самое интересное, что не всегда они были в этом неправы.

Бросив еще один взгляд на мертвого тарнар, Кирилл почти бегом взбежал по мосткам до нужного места, не обращая внимания на выглядывающих из дверей и окон своих жилищ некоторых излишне любопытных разумников. Дверь в убежище Кайлса была нетронута, а висевшая над ней старая рекламная вывеска, выполненная в виде причудливого переплетения тонких неоновых трубок, говорила о том, что никто посторонний внутрь не входил. Сунув руку в незаметное углубление в стене, он нажал кнопку, блокируя вывеску от падения, а уж потом потянул за криво приваренный металлический штырь. Скрывающая дверь лжезаплатка послушно ушла в сторону, открывая доступ к входу в укрытие.

Набрав на замке нужный код, Кирилл распахнул дверь и, шагнув внутрь, замер на пороге, медленно разведя руки в стороны, так как прямо в лицо ему глядел ствол небольшого пистолета.

— Торгун, что надо здесь? — буквально выплюнул из себя взъерошенный Урак, стволом указывая землянину, чтобы тот закрыл за собой дверь. Кир послушно хлопнул ладонью по сенсору управления, стараясь не сводить глаза с явно до чертиков перепуганного досайца.

— Что надо, здесь? — повторил тот. — Кайлс нет и нет, никогда.

— Я знаю, — ответил Кир, быстрым взглядом окидывая комнату и убеждаясь, что они тут одни, — поэтому и пришел. Хочу задать тебе пару вопросов.

— Каких?

— Да просто хочу понять, почему Кайлс так поступил.

— Почему думать, что я сказать? — спросил после секундной заминки Урак, нервно дергая хвостом.

Кирилл пожал плечами.

— Наверное, потому что тебе нужно спастись, а я тебе в этом могу помочь. Однако в обмен на эту услугу ты расскажешь мне все что знаешь.

Урак склонил голову к правому плечу, разглядывая Кира немигающим взглядом своих огромных золотистых глаз, затем фыркнул:

— Я не вери тогунцу, уходи, спастись сам, не говорить ничего.

— Уверен? — спросил Кирилл. — Подумай. На самом деле у тебя не так много вариантов выбора: либо ты идешь со мной и мы вместе убираемся с этой станции, либо можешь продолжать прятаться по различным углам пока тебя не найдут и не подвесят за твой облезлый хвост.

— Хвост не облезлый, — возмутился досаец, — и я не вери тебе, тогун плох, тогун убивца, они убить всю мой семью, всю, даже детенышь, не вери!

— Как знаешь.

Кир резким движением ушел в бок с линии возможного выстрела. Ухватив помощника Кайлса за лапу, он сжал ее чуть выше запястья заставив того заверещать от боли. Кем-кем, а воином Урак точно не был, ибо даже не попытался сопротивляться, безвольно обвиснув в руке землянина, словно из него неожиданно вынули все кости. Пистолет упал на пол и Кирилл пинком ноги отправил его в дальний угол.

— Это чтобы ты не сглупил, — пояснил он, отпуская продолжавшего повизгивать досайца. — А теперь решай, идешь со мной или остаешься. Сбсовцы явно решили вычистить "Гнездовье" так что рано или поздно они до тебя доберутся, а когда узнаю что ты из дружков Кайлса…..

— Ты мне лапу сломать почти, больно, — обиженно пролаял Урак и, усевшись на пол, подобрал хвост под себя, после чего принялся тщательно вылизывать свое запястье. Кирилл не мешал. За время своего общения с этим народцем он понял, что данная процедура, сродни бездумному постукиванию пальцами по столу во время напряженного размышления. К счастью думал Урак не долго. Не прошло и пары минут, как он, окинув землянина угрюмым взглядом, поднялся на ноги и, подхватив неподалеку рюкзак, бросил:

— Иду с тобой.

Глава 7

Три ложи Совета: "Верховная", " Ложа Принимающих Решения" и "Ложа Внимающих". В первую ложу входило всего шесть разумников, по одному представителю от каждой из доминирующих рас секторов, исключая Граничный и сектор Трента, но именно эта шестерка принимала основные законы, что определяли основную политику и пути дальнейшего развития Федерации. И хотя официально, все это делалось якобы с полного одобрения "Ложи Принимающих", в которую входили представители остальных пятнадцати основных рас Торкленской Федерации, в реальности все было совершенно не так. Голос каждого из "Верховных" был равен трем голосам "Принимающих", а посему нужные для них законы проходили без особых проблем. Конечно, остальные сенаторы могли объединиться и выступить единым фронтом, дабы пробить нужное им решение, но даже тогда требовалось, чтобы один из шестерки занял их позицию, а учитывая царившие в ложе интриги и разногласия, происходило это крайне редко. Поэтому основное законотворчество ложи "Принимающих" сводилось к принятию многочисленных поправок и указов к основным законам, да малопонятным постороннему взгляду многочасовым заседаниям с целью выработки оных. Впрочем "Внимающим" недоступно было даже это. По сути, их присутствие в Совете было чистой формальностью. Семнадцать разумников — посланники небольших, зачастую лишь недавно вышедших в космос цивилизации, могли только слушать и надеяться, что на их просьбы и предложения обратят хоть какое-то внимание. И, тем не менее, за все годы ни один из сенаторов не отказался от своего мандата, ибо статус члена Совета давал множество привилегии, включая депутатскую неприкосновенность и возможность влиять на политику собственных миров. Многие этим пользовались, открывая на родине собственный бизнес, который обычно быстро становился довольно прибыльным, ибо зачастую велся с нарушением некоторых местных законов. Что уж говорить, если даже представитель цивилизации натнаров, чей народ едва освоил пару систем, уже через несколько лет своего сенаторства смог позволить себе не только роскошный особняк на Центаре[20], но и собственный космолет. При всем этом он считался не самым богатым членом ложи "Внимающих". Наверное поэтому любой из сенаторов всеми путями и средствами старался добиться своего переизбрания на следующий десятилетний срок или хотя бы за время своего сенаторства накопить нужное количество денег, дабы и в дальнейшем поддерживать ставший привычным для себя уровень жизни. Как результат: опьянение властью, разброд, шатание, бешеная коррупция и сплошные подковерные интриги. С каждым годом Совет все больше превращался в пустую говорильню, а сенаторы словно сошли с ума, в основном заботясь о собственном обогащении, а не о нуждах и чаяньях своих народов. С каждым годом "Шестерка" все сильнее и сильнее сосредотачивала власть в своих руках, а в кулуарах все настойчивее муссировались слухи о необходимости пожизненного членства в рядах "Высших" и даже передачи статуса по наследству.

Вслух это не говорили, но над энвок-зоной все явственнее вставала тень возможной диктатуры, а это естественно не способствовало единению народов, порождая то тут, то там стихийные восстания и даже попытки отделения. Монолит Федерации трещал по всем швам, несмотря на все усилия сохранить былое единство. А ведь еще совсем недавно все было по-другому. Торкленская Федерация была оплотом свободных народов, и Совету было важно мнение каждого из его членов. Именно это единение было тем камнем преткновения, о который разбилась волна кергарского вторжения, тем, что помогало им все эти годы. Почему же все так быстро изменилось? Как некоторые из равных стали ровнее других? Как же это произошло? И есть ли в этом его вина?

Лайпида тяжело вздохнул и привычным жестом сжал, разжал пальцы правой руки, проверяя заряд своего биомеханического протеза, затем протянул ее к телефону и, взяв трубку, стукнул указательным пальцем по зеленой кнопке.

— Кинерт, что там по моей просьбе, связался?

— Да, господин Авайт, — раздалось в трубке. — Сенатор Эйтах ждет вас сегодня в своей загородной резиденции, просил передать, что можете прибыть в любое удобное для вас время.

— Хорошо, Кинерт, подготовь винтокрыл, я сейчас поднимусь.

— Будет сделано, господин Авайт.

Лайпида положил трубку и, вздохнув, поднялся из кресла. День обещал быть насыщенным, а он уже с утра чувствовал себя полностью разбитым: болела спина, ломила старая рана в ноге, да как назло вновь открылся свищ в месте соединения протеза с рукой. Увы, но годы брали свое, и оставалось только завидовать Керку, который за все время их знакомства практически не изменился. Порой создавалось такое впечатление, будто годы были не властны над этим чужаком, и лишь проступившая в волосах редкая седина как бы говорила о том, что он уже далеко не молод. Авайт снова вздохнул и, выдвинув верхний ящик стола, достал пузырек с обезболивающими таблетками. Поставив тот перед собой, он несколько минут сверлил пластиковую баночку задумчивым взглядом, затем решительным движением открыл крышку. Разговор предстоял тяжелый, и сегодня ему следовало быть в форме.

Лифт с легким дзиньканьем распахнул двери, выпуская Авайта на крышу, где на шестиугольной посадочной площадке замерла несколько несуразная бочкообразная туша винтокрылой машины. Едва он вышел из кабины, как позади него словно из-под земли выросла пара охранников в серо-красных бронекомбинезонах, а стоявший у опущенного трапа пилот вскинул раскрытую ладонь ко лбу.

— На Вайкут, резиденция сенатора Эйтаха и поскорее, — бросил Лайпида, подходя ближе. Пилот коротко кивнул, снова отдал честь и, развернувшись, поспешил к кабине. Авайт проводил его глазами и, бросив взгляд в низкое, хмурящееся небо, взбежал по трапу.

Расположенные на коротких крыльях винты начали с шелестом раскручиваться, с каждой секундой набирая обороты, пока не превратились в белоснежные, полупрозрачные круги. Тяжелая машина вздрогнула и мягко пошла вверх, затем на какое-то мгновение замерла в воздухе и, наклонив свой угловатый, нос устремилась вперед, с каждой секундой набирая скорость. Под ее серебристым брюхом поплыли оплетенные паутиной проводов и блистающие стеклянными боками коробки небоскребов соединённые у своего подножия серыми лентами многоярусных дорог.

Лайпида откинулся в кресле, краем глаза смотря в иллюминатор и перебирая в уме события последних дней. На миг его мысли вернулись к разговору с Тайк, а в душе вновь проснулся противный червячок сомнения упорно шепчущий, что можно было поступить по-другому и не избавляться от Керка. Хотя с другой стороны чужак был уже разыгранной фишкой, которую любой уважающий себя игрок просо обязан был скинуть со стола, дабы она не мешала будущему раскладу. Он вздохнул. Нет, все правильно, иначе нельзя. Слишком уж Керк переусердствовал в некоторых их совместных делах, чем нажил себе довольно много могущественных врагов, к тому же стали появляться не очень удобные вопросы об его настоящем происхождении. Однако главное было даже не в этом, в конце концов "Трабр" всегда мог защитить своих агентов, просто Авайт не видел больше смысла продолжать рисковать, содержа у себя на службе так до конца и не понятого им чужака. Все что нужно знать о цивилизации так называемых "землян" было давно записано, систематизировано и помещено в архивы, а надежда выйти через Керка на гоняющихся за ним "Незримых" полностью провалилась — все, фишка дошла до линии, и присутствие ее на столе больше не имело смысла. По уму следовало бы избавиться от землянина, обрубив все концы и затерев сведения о его существовании на просторах энвок-зоны, но неожиданно для самого себя Авайт решил этого не делать. Во-первых, за все эти годы Керк довольно много для него сделал и он банально чувствовал к нему некоторую благодарность, а во-вторых, было у него противное чувство, что ликвидировав его, он сыграет на руку своим главным противникам, и вот это-то ощущение было неприятнее всего.

— Что ж, мой друг, надеюсь, ты выживешь, очень надеюсь, — прошептал Лайпида, закрывая глаза и отбрасывая прочь все мысли. Лететь было еще довольно долго и вполне можно было немного вздремнуть.

Даркар не любил ворклов, эти разумники с маленькими собачьими головами, посаженными на громоздкие поросшие короткой шерстью тела, всегда вызывали в нем непроизвольное отвращение. Наверное, это пошло с военной академии, когда одно из этих "животных", учащееся в параллельной группе, соблазнило его девушку. Причем та отдалась этой волосатой мерзости прямо после его с ней свидания, наплевав на все физиологические различия, а потом прибежала просить прощения. Тогда он отверг ее извинения и тем же вечером избил этого воркла до полусмерти, что едва не привело его к исключению из академии. А может это началось после Эксилона-5, когда приданный его подразделению отряд ворклов бежал с поля боя, оголив левый фланг, что едва не стоило жизни остальным. Как бы то ни было, но теперь при виде любого воркла Даркару приходилось прилагать не дюжие усилия, дабы сдерживать себя в руках и ничем не выдать данную неприязнь. И все же когда на экране видеофона появилась знакомая собачья морда, все его шесть глаз на миг позеленели, показывая этим самым высшую степень брезгливости. Впрочем, судя по виду находившегося по другую сторону экрана воркла, тот этого не заметил или просто не понял.

— Капитан Даркар, я сенатор Корби, мой корабль только что закончил шлюзование и прибудет на вашу станцию где-то через пару часов, прошу принять нас без задержки.

— Хорошо сенатор, — Даркар скосил два глаза на соседний монитор, — второй док полностью к вашим услугам, однако могу я узнать цель вашего визита?

— Конечно же, дорогой капитан, — Корби довольно ощерился, демонстрируя Даркару свои белоснежные клыки. — Я прибыл сюда по решению Совета, дабы дать оценку произошедшему на станции инциденту с послом кергарцев и наказать всех виновных.

— Наказать виновных? — жаберные пластины Даркара удивленно приоткрылись. — Но случившееся всего лишь стечение неблагоприятных обстоятельств и это признали сами кергарцы, посчитав инцидент полностью исчерпанным. Если в нем кто и виноват, то это досайцы, однако на данный момент все они задержаны и с ними ведется следственная работа, в которой нам уже помогают прибывшие вчера представители Кергарской Империи.

— Я в курсе, но все равно у нас задание Совета провести собственное расследование и в частности рассмотреть деятельность господина Кейтана на посту посла Федерации.

— Вот как, — Даркар прищурился и, окинув воркла задумчивым взглядом, сказал: — Позвольте заметить, сенатор, но лично я считаю, что Совету стоит наградить посла Кейтана, ибо именно его деятельность позволила добиться прорыва в переговорах с кергарской делегацией, к тому же….

— Если нам понадобится ваше мнение, капитан Даркар, то мы его обязательно спросим, — воркл нервно дернул заостренным ухом с торчащим из него наушником коммуникатора. — А пока будьте любезны подготовить нам каюты и помещения для работы со свидетелями.

Он резко повернулся к Даркару спиной, явно показывая этим, что разговор окончен, и никакие возражения не принимаются. Экран погас.

Даркар некоторое время стоял неподвижно, приоткрыв свой широкий рот, из которого то и дело с пронзительным посвистом вырывалось раздраженное шипение, затем перемигнул всеми глазами и, пробежавшись пальцами по клавиатуре интеркома внутренней связи, нервно стукнул по кнопке вызова.

Вращающаяся эмблема станции на экране сменилась разбегающимися кругами синего цвета, которые почти сразу же пожелтели, сменившись изображением стоящей посереди каюты Тайк.

— Капитан Даркар, — хвост асторки взлетел вверх, — чем могу быть вам полезна? К сожалению посла Кейтана сейчас нет.

Рот такасца растянулся в острозубой улыбке.

— Поверьте, госпожа Тайк, мне это известно, — сказал он. — Господин посол весьма умело воспользовался неполадками в системе пожаротушения и ушел от нашего наблюдения. Впрочем, разговор не об этом.

— Слушаю вас.

— Хочу, чтобы вы передали послу, что через два часа на борт станции прибудет сенатор Корби и, если я правильно его понял, летит он сюда именно по ваши души… — капитан замолчал, пристально вглядываясь в невозмутимое лицо асторки, затем продолжил: — И еще хочу сказать, что отзываю своих людей, так как кергарцы полностью подтвердили не причастие господина Кейтана к инциденту с их послом. С этого момента он полностью вне подозрения и абсолютно свободен во всех своих действиях…абсолютно.

Кончики рожек асторки покраснели. Она склонила голову к плечу, смотря на такасца немигающим взглядом своих бездонно черных миндалевидных глаз, затем медленно кивнула.

— Я вас поняла, — кисточка ее хвоста все это время равномерно покачивающаяся над ее правым плечом, скрылась за спиной. — Рада была нашему знакомству, капитан, надеюсь, когда-нибудь линии наших судеб вновь пересекутся, и мы сможем вас отблагодарить.

Она переплела пальцы в жесте старинного асторского прощания и, вытянув руку, отключила связь.

Капитан Даркар опустился в кресло и закрыв все свои глаза удовлетворенно прихрюкнул. Если судить по тому что он знал о после Кейтане, то он не преминет воспользоваться предоставленной возможностью и проклятый воркл не получит свою добычу.

Проход был тесен, очень тесен. Кириллу приходилось буквально протискиваться сквозь него, раздвигая плечами пучки кабелей и мысленно молясь всем известным ему богам разумников, чтобы среди их разноцветных переплетений не попался хоть один оголенный высоковольтный провод. В отличие от него более худой и низкорослый досаец чувствовал себя в этих технологических туннелях вполне вольготно, то и дело убегая от него далеко вперед. Остановившись хоть немного передохнуть, Кир уже в десятый раз проклял себя за то, что согласился пойти за Ураком, обещавшего показать короткую дорогу, выводящую прямо к восьмой посадочной, откуда напрямую с помощью лифта можно было добраться до дока с "Герой".

— Развилка, нам лево, — раздался над самым ухом голос досайца. — Прямо семь, право девятая, мой корабль, но там солдат, могут стрелять. Лево восьмай, нам туда. Налево, туда, — повторил он, для надежности дернув Кирилла за левое ухо.

— Да понял я, понял, — буркнул в ответ Кир, изгибаясь по заменому, дабы протиснуться в указанное досайцем ответвление и облегченно вздыхая, ибо проводов тут было куда меньше и можно было даже приподняться на локтях, чтобы оглядеться.

К сожалению, единственной достопримечательностью данного места оказалась затянутая в грязные штаны пятая точка Урака с то и дело повиливающим хвостом.

— Значит, ты все-таки пытался добраться до вашего шаттла, — спросил Кир, больше для того, чтобы заставить вновь убежавшего вперед досайца приостановиться.

— Да, хотеть дойти, три раза, но там солдат. Опасно.

— Глупо, всё равно улететь бы не получилось. Наверняка посадочная платформа блокирована.

— Да, я понимать, — досаец вздохнул, — но хотеть пытаться. Пришли.

Кир поднял голову, обнаружив, что они оказались в тупике. Впрочем, Урак явно так не считал. Несколько мгновений он ощупывал абсолютно гладкую на вид стену, затем послышался хлесткий щелчок, и лист металла ушел в сторону, открывая проход. Досаец осторожно выглянул наружу и призывно махнул рукой.

— Никого, идти скорей.

Кирилл не заставил себя уговаривать, а, быстро работая локтями, добрался до выхода и буквально вывалился наружу с полуметровой высоты в какой-то полутемный коридор. Вскочив на ноги, он огляделся и, убедившись, что опасности действительно нет, а Урак ожидает его неподалеку, принялся отряхиваться. К счастью грязи в туннелях было немного, но все же чистотой они не отличались, к тому же его сегодняшние "поползновения" оставили на куртке и штанах пару прорех. Появиться в центральных отсеках станции в таком виде означало привлечь внимание, а этого нужно было избегать всеми силами. Самым оптимальным вариантом был бы тот, где их вообще никто не видел, к сожалению, он был практически недостижим. Кирилл понимал, что даже если Урак не соврал и туннели вывели их к восьмой посадочной, то путь до лифта пройдет как минимум через залы ожидания. В любом случае сперва следовало понять, где точно они находятся. Кир снова огляделся и, обнаружив на стене какую-то табличку, подошел ближе, затем достал убранный в карман наушник стрейпа и, сняв его с пояса, щелкнул клавишей включения.

— Гера, ты меня слышишь?

— Да, капитан, — тот час раздалось в динамике. — Рада, что вы почти не задержались с выходом на связь. Всего-то на час.

— Не язви. Лучше скажи, можешь определить мое местоположение?

— Только примерно. Точный пеленг затруднен. Слишком много искажений и отражений. Нужен ориентир, тогда подключу внутренние датчики станции.

— Ну, если поможет, тут есть табличка написано "энергоотвод, линия тер-ка сорок три".

В наушнике на мгновение наступила тишина.

— Восьмая посадочная. Вспомогательный технологический коридор. Двигайся вперед до развилки там направо труба служебного лифта, на нем можно добраться до одиннадцатого уровня, затем на транспортной ленте до пятого кольцевого.

— Погоди, Гер, может проще на этом уровне добраться до кольцевика.

— Тут проходит четвёртый, а значит, все равно придется пересаживаться, к тому же чтобы до него добраться придется пройти зал контроля. И если ты сможешь по-тихому обезвредить пару тройку охранников, то в принципе конечно проще… Секундочку. Тебя вызывает Тайк, видимо что-то срочное.

В динамике щелкнуло, зашумело подвизиванием помех, затем в наушнике раздался голос асторки.

— Кир, со мной связался капитан Даркар, просил передать, что прибыл корабль с сенатором Корби, примерно через полтора часа он будет на борту.

— Корби? — Кирилл нахмурился. — Какого черта он здесь забыл?

— Капитан считает, что прилет как-то связан с нашим присутствием на станции. Я с ним согласна.