— Мак плох. Открытый перелом большеберцовой кости, сломано три ребра, сотрясение мозга.

— Джон! — Стив взял его за плечо. — Наверное, ему конец… Я думаю, нам всем крышка? Это самое гнусное место на Земле… — Стив помолчал и бросил через плечо сержанту: — Когда прервалась связь с базой?

— Минуты за три до катастрофы, — хрипло ответил тот.

— Значит, прошло полчаса, — Стив взглянув на свои механические часы с отвалившимися под стеклом стрелками, потом поднял глаза на солнце, снял часы с руки и отбросил в сторону.

— Теперь бы еще снять эти браслеты, — пробормотал он и, обернувшись к сержанту, спросил:

— Слушай, у тебя есть ключ от наручников? Очень уж они жмут.

— Не положено, — отрезал сержант, ошалело глядя на разорванные стальные цепи. — Вы опасные преступники и обязаны находиться в наручниках до…

— Да ладно, парень, хватит, — оборвал его Джон. — Три дня назад мы были военными разведчиками, заброшенными в эти места со специальным заданием, а сейчас — преступники? Похоже, у нашего начальства в головах шарики за ролики заехали, раз мы вдруг превратились в преступников… А ведь все началось с этой проклятой высадки около «поля чудес» и подземного убежища!

Джон замолчал, поглядев на Стива. Тот тоже уставился на него.

— Как, — изумился Стоун. — Ты тоже был в катакомбах? И видел ночной фейерверк?

— И я, — устало отозвался Мак, открыв глаза.

— Что за чушь? — резко вмешался в разговор радист. — Здесь на тысячи миль нет никаких подземных заводов, коммуникаций и, тем более, городов! Тут нет даже шахт пусковых ракетных установок. — Они южнее. Что вы тут могли видеть?

— Что, что? — Джон распалялся. — Я воочию видел, как на рассвете из земли вылез светящийся столб и рассыпался волной во все стороны. Да так, что весь воздух на десять миль в округе заискрился! Потом горячей упругой волной меня шибануло в грудь, и я отлетел на пять метров. Здесь вся земля утыкана лазерными датчиками! Потом ко мне подошли двое, вооруженные до зубов, и заставили пройти через секретный ход в подземелье. Там долго спрашивали, кто я да что, а затем увезли сначала на вертолете и далее — на самолете к вам в тюрьму.

— У меня все было точно также! — вытаращив глаза, выпалил Стив. — И мерцающий воздух, и вязкая тяжесть, и охранные вуали.

— А где здесь дислоцируется дивизия быстрого реагирования? — спросил Джон, глядя то на сержанта, то на радиста.

Сержант отрицательно мотнул головой.

— Какая дивизия, вы что? Я же сказал — здесь на тысячу миль нет ничего! Ничего, ясно? Тут Долина смерти, камень, песок и солнце!

Радист, открыв рот, молча смотрел на Джона.

Тот насупился и, уставившись в землю, стал перебирать пальцами песок, потом откинул голову на камень и прикрыл глаза.

— А что вы делали в Долине смерти? — наконец выдавил из себя радист.

— Да ничего. Только выпрыгнули — и нате… — вяло ответил Джон.

— А что должны были делать?

Джон поднял голову и в упор взглянул на радиста.

— Лично я должен был уничтожить боеприпасы.

— А я — вывести из строя все системы связи, — добавил Стив.

Мак ничего не сказал — он впал в забытье.

— И это что, всерьез, по-настоящему? — удивился радист.

— Ну, как тебе сказать… Учебное задание. Взрывпакеты малой мощности, пули холостые… Ну в общем, игра. Тренировка, — пояснил Стив.

— Да, ребята, кому-то нужно было вас подставить и по-крупному! Ведь здесь нет ничего такого, что было бы хоть как-то сродни вашему заданию. — Радист задумчиво оглядывал парней.

— Что будем делать? — тихо спросил сержант.

— А что делать? Идти некуда! Будем ждать, пока за нами прилетят или приедут, — рассудительно ответил Стив.

— Хе, — возразил радист, — в этих местах искать человека можно годами — и не найти. Рации у нас нет, радиопеленг, наверное, сгорел. Они могут отправить по нашему маршруту другой вертолет, но где гарантия, что он пролетит около нас?

— Значит, мы летели не по маршруту? — насторожился Джон.

— Не совсем по маршруту, — уклонился от ответа радист.

— Как это не совсем? Да или нет?

— Нет!

— Потому, что так короче. Думали, что так будет короче, — уточнил радист.

— О, черт! — Джон схватился за голову и откинулся назад так, что ударился затылком о камень.

— Теперь нас точно никогда не найдут! — безнадежно сказал Стив. — Насколько значительным было отклонение от курса?

— Очень значительным, очень! Миль сто… Всех будто ударило током. Даже сержант вытаращился на радиста будто видел его впервые.

— Обычно мы летели часа два, а тут — хотели за час… — Радист опустил голову.

— За час. За час? Да нас не найдут! Нечего даже ждать, надо действовать самим! — заключил Стив.

— Куда мы сейчас пойдем? — встрял в разговор охранник.

— Сейчас — никуда, — сказал Джон. — Будем ждать пока солнце… он не договорил, внезапно увидев на горизонте быстро приближающуюся точку, и указал рукой в ее сторону. Парни тоже ее увидели и от радости вскочили. К ним приближалась какая-то машина.

Однако припадок радости быстро сменился разочарованием. Крытый военный грузовик, битком набитый солдатами, подняв тучу пыли, остановился возле них. Спрыгнувший с подножки лейтенант коротко и ясно приказал разоружиться и сесть в кузов.

Джон и Стив взяли Мака под руки и бережно довели до машины. Он стонал. Радист, который был уже в кузове, помог втащить его внутрь. Когда все расселись, лейтенант заглянул в кузов.

— Надо бы взять с собой и погибших, — сказал ему Джон.

— Не надо, а то мы и вас здесь оставим, — коротко отрубил тот.

— Как же так? — удивился радист.

— Заткнись! — рявкнул лейтенант и пошел в кабину. Стив, Джон и радист переглянулись. Говорить им не хотелось, и они поехали молча, искоса поглядывая на солдат в специальной охранной форме. Джон определил, что это была форма какой-то организации, но не военной. Желто-зеленые рубашки и черные короткие галстуки выглядели как новые, хотя было заметно, что они неоднократно стираны.

«Значит, нас опять везут в подземелье, — решил Джон. — Иначе бы их одежда была выгоревшей на палящем солнце, а у них даже широкополые шляпы только чуть-чуть обветрились».

Сержант из тюремной охраны незаметно передал Стивену ключи от наручников. Сняв их, Стивен так же незаметно передал ключи Джону…

* * *

В кабинет начальника тюрьмы вбежал запыхавшийся капитан О'Нейл:

— Потеряна связь с вертолетом. Три минуты назад перестал радировать и автопеленг.

— Может, повредилась рация? — предположил Джек, озабоченно приподнимаясь с кресла.

— Сразу и то и другое? Нет, не похоже. Там что-то случилось. Может, авария, — отдуваясь, пояснил О'Нейл. — Мы запрашиваем уже десять минут.

— Черт возьми! Надо связаться с командующим ВВС в этом районе, генералом Уильямом Стенсоном. Может, он что-то знает.

Джек быстро набрал код секретной связи, и на том конце провода его бодро поприветствовал адъютант генерала.

— Мне нужно срочно поговорить с Уильямом, — сказал Джек и замолчал, ожидая.

— Хай, — загремел в трубке низкий властный голос. Изображения на экране не было, очевидно, там стояла блокировка видеосвязи — для большей секретности.

— Джек, — продолжал голос, — мы видели твой вертолет, но когда он влетел в каньон, мишень пропала. Я мог бы, конечно, продолжать наблюдение, но есть дела и поважней.

— Ты говоришь — каньон? Но в их маршрутной карте квадрат 9-18 остался правее на четыре градуса.

— Ну, значит, они летели не по маршруту! — пробасил генерал. — А что там, в вертолете? Что-то важное?

— Да, вы же нам прислали троих этой ночью! Вот они и летели на этом вертолете.

— О, черт, — выругался на том конце провода генерал и замолчал.

Через секунду адъютант предупредил Джека, чтобы тот был па связи.

— Что это значит? — Джек взволнованно поглядел на капитана. О'Нейл озабоченно уселся в кресло.

— Я тебе говорил — здесь не чисто. Если уж сам Стенсон забеспокоился…

— Что же такого могли натворить эти ребята? — Джек задумался, постукивая пальцами по своему огромному дубовому столу.

* * *

Машина резко остановилась, и лейтенант, появившийся в проеме кузова, передал через борт одному из солдат моток широкой клеящейся ленты.

«Опять будут залеплять глаза», — подумал Джон.

Он не ошибся. Через короткое время у всех на лицах были светонепроницаемые полоски.

Грузовик снова резко рванул с места. Ехали недолго. Сначала машину трясло на камнях и ухабах, а потом дорога вдруг стала ровной. «Въехали в катакомбы», — понял Джон.

Мак сидел между ним и Стивом. Ему было тяжело, боль невыносимо мучила. Он стонал.

Наконец машина остановилась, и лейтенант скомандовал:

— Выходите!

Джон и Стив, не сговариваясь, взяли Мака под руки и помогли подняться. Он тихо застонал, Джон едва слышно процедил сквозь зубы:

— Надо бежать…

— Да, — ветерком прошелестел ему в ответ Стив.

Осторожно сняв Мака с борта, парни встали рядом в ожидании дальнейших распоряжений. Но их почему-то не было. Наконец Джон не выдержал.

— Когда вы, черт побери, снимите с нас эти липучки? — спросил он.

Ответа не последовало. Джон подождал еще немного и сам стал потихоньку отрывать пластырь. Это оказалось больно: брови и ресницы приклеились накрепко. Однако Джон преодолел боль, оторвал липучки и, щурясь от яркого света, огляделся.

Рядом молча, с каменными лицами стояли солдаты охраны. Сверху светили прожекторы. Они освещали большой, искусственно вырубленный грот. Кругом стояли автомашины, были в беспорядке свалены какие-то тюки, ящики, бочки. Сновали люди.

— Ого, — тихо присвистнул Стив — он тоже отодрал пластырь.

Мак застонал и стал оседать на пол. Парни с трудом удерживали его. На помощь подоспел радист вертолета. У него на лице тоже была розовая полоса от только что оторванного пластыря.

— Нужен врач, — кряхтя, выдавил из себя Стив. — Ему все хуже и хуже. Возможны внутренние кровоизлияния.

— Эй, лейтенант! — позвал Джон, но тот не откликнулся, а пошел навстречу какому-то человеку в аккуратном темно-синем костюме. Поравнявшись с ним, лейтенант отдал честь и стал что-то объяснять, показывая в сторону парней.

Солдаты не отходили от них, но и не приставали.

— Похоже, мы арестованы, — съязвил радист.

— Так оно и есть, — зло усмехнулся Джон. Его словно прорвало. — До того как я в первый раз попал сюда, я был сержантом, кадровым военным разведчиком, лучшим из лучших, — шипел он. — А теперь я — неизвестно кто. Заключенный, которого, как скотину, переправляют с места на место… Хватит!

Джон осторожно, чтобы не привлечь внимание, стал оглядывать расположение охранных постов, сигнализационных кабелей, приборов и бытовых коммуникаций.

— Вы что-то придумали? — тихо спросил радист.

— Мы убежим, — шепнул ему в ухо Стив.

— Если хочешь, давай с нами, — также тихо пробасил Джон ему в другое ухо.

Парни стояли, плотно обняв с трех сторон массивную фигуру Максимилиана Иствуда, и их тайные переговоры не привлекли ничьих глаз.

— Может, дождемся, пока нас отправят отсюда? — едва слышно сказал радист.

— Хочешь — жди. А мы давно бы уже смотались, если бы не Мак. — Джон говорил, не шевеля губами.

— А куда вы побежите? В пустыню, — не унимался радист.