Волшебное зеркало и другие сказки

— Выходит, по нашему уговору, что быть моим наследником младшему!

— Нет, это не годится! — сказали старшие братья. -

Испытай нас еще в третий и в последний раз! Кто победит, тому и быть хозяином над другими, и всем спорам конец.

— Будь по-вашему! — сказал отец. — Кто через год приведет мне самую красивую невестку, тому и достанется дом и все мое добро. Согласны ль на это?

— Согласны! — ответили старшие братья, да и младшему пришлось на это согласиться.

«Какая же пригожая девушка позарится на такого глупого жениха!» — подумали старшие братья.

Вот снова пустились они в дорогу.

Старшие братья направились в город, а младший — в лес.

Пришел он опять к змеиному дому. Открыл дверь и видит, что змея теперь стала золотой. Поздоровался с ней, поведал о своем новом испытании и сказал, что в этот-то раз братья, видать, верх возьмут.

— Исполню я и это желание, коль согласишься прослужить у меня год. Сам ведь знаешь: работа не тяжелая, а еда сытная. Ты должен всего-навсего купать меня три раза в день, а потом укладывать спать на этот стул.

— С охотой у тебя останусь! — ответил малый и начал свою службу. Правда, частенько он задумывался: «Знать бы, сумеет ли золотая змея исполнить это желание!»

Когда снова минул год, пришел парень к змее, попросил отпустить его домой и напомнил о награде.

— Что ж, можешь идти! И награжу я тебя честь по чести. Но послушай, что тебе надо сделать. Сперва пойди на кухню и натопи там докрасна большую печь. Потом вернись и возьми меня на руки, отнеси на кухню и брось в печь. Только поскорей захлопни дверцу, чтоб я не выскочила. Да смотри, не выпускай меня из печи, сколько б я ни просила и ни грозила! Коль уступишь, то дни твои сочтены.

Парень все сделал в точности, как научила его змея. Но едва захлопнул он дверцу, как змея в печке начала так биться и шипеть, так свистеть и греметь, что прямо страх. Уж она и умоляла парня, и угрожала ему, но тот все же не открыл печной дверцы.

Долго еще бушевала змея, но наконец затихла. Парень подождал еще несколько часов, а затем открыл печную дверцу.

Печь была пуста, в ней не осталось ни щепотки золы, ни уголька.

«Вот чудеса!» — подумал малый и тут же принялся разыскивать по всем комнатам, не найдется ли где хоть каких-нибудь следов змеи.

Искал он, искал, да только ничего не нашел.

Заглянул он еще в одну комнатку, полутемную, с тусклым оконцем. Видит — в углу свисает красивое шелковое покрывало, подходит, заглядывает за него: стоит там постель, вся застланная шелком, а с нее поднимается ему навстречу девушка дивной красоты и говорит:

— Тысячу раз благодарю тебя, юноша, за твою верную службу! Чары превратили меня в змею, и долгие-долгие годы я вела тут одинокую, тоскливую жизнь. Дом, где мы сейчас находимся, принадлежал моему отцу. Злой волшебник превратил меня в змею за то, что не пошла я замуж за его сына. По году я бывала медной змеей, на другой год становилась серебряной, а на третий — золотой. Лишь после того могла я освободиться от чар, как неведомый юноша прослужит у меня три года и исполнит мои желанья. Ты спас меня, и если я тебе нравлюсь, то будь моим женихом и веди к своему отцу.

Был ли еще такой счастливец, как младший брат!

Вышли они из дому на двор. Все вокруг тут изменилось: кустов и деревьев не стало, под окнами — цветы, вдали — ровные поля, у крыльца — нарядная карета с лошадьми.

Сели они в карету и поехали к жениху домой.

Отец и братья не могли надивиться на красавицу.

Жены братьев были перед младшей невесткой все равно, что месяц перед солнцем.

— Тебе, младшенький, и. быть моим наследником! — сказал отец, и братья не посмели больше нарушить уговор.

Но младший брат сказал:

— Мне наследство уже и ни к чему! Пусть его поделят старшие братья. У моей невесты больше добра и богатства, чем у нескольких помещиков вместе.

Тут устроили разом три свадьбы. Младший брат привез из нового дома много добра и денег отцу и братьям в подарок, а сам поселился в доме у молодой. Красивее невестки никто еще никогда не видывал.

УДАЧЛИВАЯ СЕСТРИЦА

У одного домовитого хозяина было шестеро сыновей, все налитые силой и здоровьем, что яблоки соком. Хозяин с хозяйкой гордились сыновьями и каждому от души желали большого счастья и хорошей жизни. Самому младшему из братьев пошел уже семнадцатый год, и все надеялись, что детей в семье больше не будет. Но надежды эти не сбылись, потому что хозяйка ждала уже седьмого ребенка. Теперь и родителям и детям только и оставалось тоже ждать — либо счастья, либо несчастья: счастья — если родится дочка; несчастья — если на свет появится сын. Ведь коли братьев семеро — добра не будет. Уже не одна церковь, куда заходили семь братьев сразу, проваливалась сквозь землю, не один корабль, на котором бывало по семь братьев, шел ко дну, не говоря уж о других несчастьях!

Когда по всем расчетам подошел срок, решили сыновья уйти в лес: неизвестно ведь, какая может стрястать беда, если седьмой ребенок окажется мальчиком. Но прежде чем уйти, сговорились, как им дадут знать, кто появился на свет — девочка или мальчик. Отец сказал:

— Коль родится сын, так поставлю я на крышу топор, а родится дочь — привяжу шелковую ленту.

Простились сыновья и пообещали, что, если родится еще один брат, разойдутся они по белу свету искать себе пропитания на стороне. И пошли.

Наступил вечер, а ночь принесла в дом девочку. Не сказать, как велика была радость родителей. Но ранним утром опьяневший от радости отец по ошибке вместо ленты отнес на крышу топор.

Чуть свет проснулись братья и увидели, что на крыше дома торчит топор. Тут они поняли, кто родился. Грустно стало парням до слез. Но вот старший брат сказал:

— Что мы горюем попусту! Свет широк и велик, пошли! Не миновать нашему дому лихой беды, если вернемся мы к своему седьмому брату.

— Ты прав! — ответили другие братья. — Пойдем, поищем себе пропитания!

Братья еще раз посмотрели с грустью на милый отчий дом, а потом повернулись к нему спиной и пошли.

По дороге они узнали, что в далекой Финляндии живет богатый-пребогатый злой колдун с тремя дочерьми. И будто у одной дочери — один глаз, у другой — два, а у третьей — три. Парни решили направиться прямехонько в поместье колдуна. Долго они шли, попадая из одного места в другое, пока наконец не добрались до колдуна. Колдун жил в большом доме, а вокруг стояли амбары и погреба, коровники и конюшни; видно, хозяйство было зажиточное.

— Чего вам надобно? — спросил у братьев колдун.

— Пришли работы искать, — ответили братья.

— Работа найдется! — сказал колдун. — Только надо нам прежде крепко-накрепко уговориться. Коль поручитесь, что никто из вас не попытается уйти отсюда до самой смерти, то и по рукам.

Думали братья да раздумывали, судили меж собой да рядили и наконец сказали колдуну:

— На уговор мы согласны! Но какое будет наше жалованье?

— А жалованье такое: что за неделю наработаете, то — и ваше. Только в четверг — с вечера до полуночи — придется вам служить мне.

— Согласны! — сказали братья.

Ну и житье началось у братьев! Земли они пахали, сколько хотели: завели себе скотину, ходили в лес колдуна охотиться. По четвергам была у них не работа, а скорее забава. В этот день им приходилось выносить из хозяйского амбара и просушивать золотую пряжу да серебряные холсты, а вечером в потайной комнате считать деньги, добываемые старым колдуном, — за неделю их набиралась целая пура (44,2 литра). Там братья даже переняли кое-что из тайного искусства колдуна. Не раз удавалось им выпытывать секреты у старого чародея и у его хвастливых дочек.

А тем временем, пока братья жили себе припеваючи у колдуна, их сестрице дома пошел уже пятнадцатый годок. И была она хороша да пригожа, словно алый цвет. Частенько видела девочка, что ее мать грустит и плачет, а спросишь отчего, нипочем не скажет.

Вот настал день, когда девочке исполнилось ровно пятнадцать лет. Мать загрустила, как никогда. Тут дочка пристала к матери и все выспрашивала ее, пока та наконец не рассказала ей о своей печали и не залилась опять горькими слезами. Жаль стало девочке своих родителей и братьев. Решила она отправиться на поиски братьев и не возвращаться домой до тех пор, пока их не найдет.

Только забежала она прежде к мудрецу и спросила, как ей попасть на верную дорогу.

Мудрец сказал:

— Попроси дома, чтобы мать набрала при луне ржаных зерен и в четверг вечером смолола их на ручной мельнице.

А из той муки вели сделать хлебный колобок и замешать в него три капли козьего молока. В четверг вечером ступай с этим колобком в лес и скажи:

Колобочек мой, катись! Прямо к братьям прикатись!

Тут колобок начнет катиться, а ты ступай за ним, куда бы он ни катился! И если встретится река, так садись на колобок!

Поблагодарила девочка мудреца за добрый совет и поспешила домой — мать в тайну посвящать. Старуха сделала все, как научил мудрец, и на третий четверг пошла девочка с колобком в лес. Погладила она рукой хлебец, положила на землю и сказала:

Колобочек мой, катись! Прямо к братьям прикатись!

Колобок шевельнулся и покатился, словно толкнула его невидимая рука. Хорошо было идти за ним: лишь ускорит девочка шаг, и ее проводник покатится быстрее; девочка побежит, и ее вожатый припустится, остановится девочка, чтоб отдохнуть, и колобок останавливается. Встретится им река — сядет девочка на колобок и, качаясь на волнах, как утка, переберется на другой берег.

Так — то по земле, то по воде — добралась наконец сестрица до братьев. Когда она рассказала им все — и о доме, и о своем странствии, — радости братьев не было конца, и неудержимо потянуло их домой.

На другой день отправились братья к колдуну и попросили отпустить их к родителям. Колдун только посмеялся над ними.

— А как же уговор, как же уговор, братцы?

Братья предлагали колдуну половину того, что нажили, лишь бы их отпустили, но тот и слышать не хотел ни о просьбах, ни о выкупе, а все напоминал про уговор. О бегстве же братья не смели и думать: им хорошо были ведомы и злой нрав колдуна, и сила его чар.

Снова принялись братья советоваться. На третий день сестрица сама пошла упрашивать колдуна.

Колдун и сестре напомнил об уговоре с братьями, а под конец сказал, что быка хватают за рога, а мужчину ловят на слове.

Тогда сестрица принялась просить и умолять колдуна, чтоб он хотя бы взял ее на работу вместо братьев.

— Ладно, ладно! — сказал колдун, и взгляд его загорелся. — Коль останешься служить у меня с тем же уговором, что и братья, то им можно уйти.

Как тут сестра обрадовалась! Поведала она братьям о своем решении и попросила их отправиться домой, потому что от сыновей родителям больше помощи и поддержки, чем от слабой девочки.

Хоть и жаль было братьям расставаться с единственной сестрой, но уж очень она их уговаривала, да и тоска по дому одолела; вот и пришлось им собираться в дорогу. Хотели они оставить сестрице побольше добра, но колдун не позволил — сестра должна сама заработать.

После долгих споров и перебранок он все же разрешил братьям оставить сестре на память черную корову.

Собрали братья свое добро и вернулись в отчий дом, и не сказать словами, до чего радостно было сыновьям и родителям свидеться вновь.

А сестре надо было пасти стадо колдуна да сверх того прясть каждый день лен и шелк. В первый же день бедняжке дали столько льна, что и трем проворным девушкам в два-три дня не справиться. Села сестрица на пень и горько зарыдала. Тут услышала она, как ворон на дереве закаркал и заговорил человечьим голосом:

Ты, сестрица, не рыдай! Ты чернушке лен отдай!

Сквозь слезы поглядела сестрица на ворона, потом опустила взгляд и увидела, что рядом с ней, будто чего-то ожидая, стоит черная корова. Вот по совету ворона девушка взяла лен и протянула корове. И гляди-ка! Проглотила корова лен, и потянулась из ее ноздрей самая тонкая и красивая пряжа. Сестрица приласкала корову за помощь и поблагодарила птицу за добрый совет.

На другой день дали девушке льна вдвое больше, чем до этого. Корова опять управилась с работой в полчаса, и сестра была весь день свободна. На третий день дали девушке льна втрое больше, чем в первый раз, да еще и немало шелка впридачу. И опять чернушка мигом управилась с работой, а сестрица была весь день свободна.

Тогда колдун понял, что здесь дело нечисто. Он решил, что у девушки спрятан где-то тайный помощник. И захотел, чтобы дочери его выследили.

Снова дали сестрице много льна и шелка и послали с ней на настбище одноглазую дочь, чтоб та выследила, кто тайком девушке помогает.

Не знала сестрица, как заставить прясть свою помощницу, чернушку, чтоб дочь колдуна этого не заметила. Бродит она кругом, ищет укромного местечка для тайной работы, но все напрасно: дочь колдуна не упускает ее из виду. Тут она видит, что на вершине ели прыгает знакомая ей черная птица, слышит ее тихую речь и опять все понимает:

Спой, голубушка-сестрица: Время, время — глазу спать, Время — в голове искать.

Послушалась девушка птичьего совета, села рядом с дочкой колдуна и запела, все больше и больше ее убаюкивая:

Время, время — глазу спать. Время — в голове искать.

И вот чудо! Дочь колдуна вскоре так захрапела, что на вес лес разнеслось. Тем временем чернушка опять успела спрясть лен, и сестрица снова была свободна.

Тогда послал старый колдун следить за девушкой свою двуглазую дочь. И снова прокаркала черная птица:

Спой, голубушка-сестрица: Время — в голове искать. А глазам обоим — спать.

Послушалась девушка птичьего совета, и дочь колдуна вскоре так захрапела, что на весь лес разнеслось. Тем временем чернушка опять спряла лен, а девушка и на этот день была свободна.

Старый колдун все больше и больше дивился проворству девушки, и наконец послал он с ней на пастбище свою трехглазую дочь. Птица опять дала девушке тот же совет, но ни ворон, ни сестрица не подумали о том, что у дочери колдуна было три глаза. Сестрица крепко усыпила два глаза, но третьим дочь колдуна хорошо видела, как чернушка работает вместо девушки.

Едва колдун узнал о тайной помощнице, как тут же взял топор и убил чернушку. Мясо съел сам колдун с дочерьми. А сестрице дали только чуточку потрохов. Пошла она, печальная, в сад и заплакала: «Зачем же мне их есть!» И схоронила потроха в углу сада. А из потрохов выросла прекрасная яблоня со спелыми золотыми яблоками. Но никто не мог сорвать ни яблочка, словно были у дерева невидимые руки, которыми оно всех отталкивало. Когда же подходила сестрица, яблоня ей ничего не делала, а сама протягивала девушке золотые плоды.

Вот опять дали сестрице льна для пряжи, еще больше, чем прежде. Вновь она, бедная, плакала в лесу и жаловалась на свою беду ворону, каркавшему на вершине дерева. Выслушала ее мудрая птица и сказала:

— Ступай, срежь у яблони ветку и трижды ударь ею по льну, но только никому ветку не показывай!

Сделала девушка так, как велела мудрая птица, трижды ударила веткой по льну, и ветка спряла все и смотала еще лучше чернушки. Опять зажилось сестрице привольно; ведь ветка делала для нее столько, что рассказать — так и не поверят.

Приехал как-то в поместье колдуна богатый-пребогатый жених и захотел посвататься к проворной сестрице. Но колдун задумал женить его на своей дочке — свое он выхваливает, чужое хулит.

Подумал-подумал жених, да и решил, что старый колдун, пожалуй, прав. Но тут слышит он, как ворон говорит с золотой яблони:

— Хозяин, а, хозяин, кто же покупает кота в мешке! Вели девушкам сорвать по яблоку с золотой яблони! Какая сорвет яблоко — к той и сватайся.

Жениху совет ворона пришелся по душе: если не зря колдун дочерей расхваливал, так что им стоит сорвать яблоко. Пошел он к старику и сказал:

— Вели девушкам сорвать по яблоку — какая сорвет яблоко, та и есть настоящая невеста.