Стражи

Это была деревушка.

— Выглядите замерзшими и промокшими, — позвал нас человек, когда мы рысью влетели в маленький городок. Он казался достаточно добропорядочным, с густой каштановой бородой, здоровыми волосами и кожаной одеждой, выдававшей в нем фермера.

— Рады встрече, добрый сэр, — сказала Джоэн. Её голос звучал непривычно дружелюбно. — Вы не знаете, где мы можем обогреться?

— У меня, — сказал человек. — Я дам вам тепло очага и хорошую еду, если вы войдете внутрь.

— Очень милое предложение, — сказал я.

— Хотя, это будет кое-чего стоить, — продолжил он, игнорируя мои слова.

— У нас нет денег, — признался я.

— Тогда, расплатитесь не деньгами, — предложил мужчина.

Я оглянулся на крошечное поселение. Деревня состояла из полудюжины домов, которые тесно жались друг к другу, обнесенные крепкими заборами. В некотором смысле это место не превышало размерами городского сторожевого поста, но сейчас мы были вдали от городов. В здешних местах патрулей не ходило. Народу затерянного поселения пришлось позаботиться о себе, построив эту деревню — едва ли что-то большее, чем затерянные фермы, объединившиеся вместе — чтобы хоть кто-то всегда был неподалеку. Тем не менее, от огня веяло теплом, и я мог видеть укрытие, где Дымка могла немного отдохнуть.

Джоэн толкнула меня, показывая драгоценный камень, который она взяла из каюты Дюдермонта.

Я понизил голос почти до шепота.

— Он стоит больше, чем еда и ночлег в конюшне, — покачав головой, я обратился к человеку. — О чем ты говоришь?

— Ничего страшного. Я хочу вашу лошадь, — он сверкнул почти лишенной зубов улыбкой.

Прежде, чем я успел её остановить, Джоэн отошла от слабой лошади. Человек сделал шаг вперед, думая, что она приняла его предложение. Но я решил по-другому. Я попытался удержать Джоэн, но потерял равновесие и плюхнулся в грязь, потянув за собой подругу.

— Ох, теперь и тебе потребуется ванна, — прокудахтал человек.

— Джоэн, поехали отсюда, — прошептал я. — Не обращай на него внимания. Мы пойдем дальше.

— Он хочет Дымку, что уже достаточно плохо. Но что если мы уснем и не проснемся, м? — сказала она. Голос Джоэн был холоднее проливного дождя. — Я преподам ему несколько хороших и болезненных уроков. Тогда у нас будет пища и тепло очага.

— Мы не убийцы, — напомнил я ей. — И не бандиты.

— Во всяком случае — пока.

— Джоэн… — прошептал я.

Она посмотрела на меня долгим взглядом.

— Хорошо, — сказала она, наконец. — Но если никто не поможет нам, мы вернемся и возьмем все, что нам нужно здесь, м?

Она взяла меня за руку.

— Согласен, — сказал я, поднимая девушку на ноги. Вместе, мы развернулись в сторону города.

Мы сделали несколько шагов, когда человек окликнул нас.

— Передумали, да?

— Ой, заткнись. Или я отрежу тебе язык, — огрызнулась на него Джоэн.

— Парень, если не можешь отдать мне лошадь — оставь деваху. Я бы смог использовать её как поломойку и кухарку, — захихикал человек.

Джоэн остановилась, как вкопанная, но прежде, чем она смогла развернуться, я обнял её за талию и потащил вперед. Однако мне удалось лишь снова повалить её в грязь. Человек позади нас разразился смехом.

Дверь в доме через дорогу распахнулась. На улицу брызнул свет, не такой теплый и гостеприимный, как в доме первого человека, но все же свет. Из двери появился сгорбленный силуэт старой женщины.

— Просто не обращайте внимания на этого старого чудака, — крикнула она нам.

— Мы потерялись, — ответили мы с Джоэн одновременно.

— Это скверно. Идите же. У меня есть теплая пища и свободная комната.

Мы снова вылезли из грязи, и подошли к женщине. Джоэн кинула последний уничтожающий взгляд через плечо, на беззубого обидчика, который все еще дико смеялся.

— Комната пуста с тех пор, как ушел мой сын, — сказала женщина, когда мы подошли к уютной маленькой комнатке. — Она всегда готова к тому, что он вернется сюда. Но он никогда этого не делает. У меня нет надлежащей конюшни для вашего коня, но я могу поставить его со свиньями, если хотите.

— Её, — поправил я. — И думаю, она будет благодарна за любое укрытие.

— Хорошо, дорогой. Можете пойти и оставить свои мокрые вещи у огня. Я поставлю вашу лошадь и вернусь.

— Она протянула руку, чтобы погладить сильную шею Дымки, и лошадь, которая отлично умела оценить натуру человека, не отстранилась.

Я уже не помнил, когда последний раз ел теплую еду и почти забыл, как хороша она может быть. Старушка, Тэсса, оказалась прекрасной поварихой.

Разговор за ужином был легким, так как мы с Джоэн весь час усердно что-то жевали. Когда-то я читал, что после продолжительной голодовки есть много и быстро — плохая идея, но после трех дней без еды никакая логика не могла удержать меня от обжорства.

Между кусками мы могли вымолвить лишь несколько слов, относящиеся к основным аспектам нашей истории. Мы были матросами, но потом нам пришлось оставить команду и теперь мы держим путь на восток. Здесь я остановился, задаваясь вопросом, куда же мы, в конце концов, действительно направляемся. Сначала нам просто нужно было покинуть Глубоководье, так как мы боялись, что капитан Дюдермонт отправит за нами погоню. Но теперь…

— А какова ваша история, мэм? — спросил я Тэссу, заканчивая жевать последний кусок со своей четвертой тарелки. — Как вы оказались здесь?

— Большинство из тех, кто тут живет, рожден здесь, мне кажется, — ответила Тэсса. Её голос был таким же теплым и приветливым, как огонь, что плясал в очаге. — Но я некогда была девушкой из города. Жила далеко на юге, в месте, которое называют Вратами Бальдура. Вы когда-нибудь бывали там?

— Да, мы оба были там, — сказала Джоэн. — Мы познакомились на корабле, который выходил из Врат прошлым летом, помнишь?

— Я помню нашу встречу, но не название корабля, — сказал я.

— Это сейчас не важно, м? Он на морском дне, — девушка бросила на меня взгляд, полный одновременно гнева и смеха.

Я поморщился от воспоминаний. Мой наставник позвал пиратов, чтобы те захватили корабль. Сейчас я думал, что Джоэн простила это. Но, видимо, нет.

— Итак, почему вы покинули Врата? — спросил я Тэссу, меняя тему.

— Думаю, так же, как и вы, — сказала она. — Я убегала от кое-кого. Взяла сына и покинула город, отправившись туда, где города даже не имеют имен. Фермеры и бродяги называют это место просто Городом. Хорошее место, чтобы воспитать маленького мальчика. Здесь он, во всяком случае, мог играть и расти.

В моих мыслях промелькнуло воспоминание о лесе. Да, взросление в дикой природе пришлось мне по вкусу.

— Когда я был моложе — то жил в деревне, — сказал я, немного приукрашивая действительность, чтобы сделать её пригодной для рассказа. — Но мне всегда хотелось увидеть города.

— Как и моему сыну! — со смехом сказала женщина. — Он отпраздновал двадцатилетие, познакомился с девушкой, и они отправились жить в город. А я с тех пор одна. Держу пари, твои родители до сих пор живут там, не так ли? Они ждут, что ты вернешься домой и навестишь их, как любой хороший мальчик.

Я поморщился. По-видимому, выражение моего лица не ускользнуло от Тэссы, так как старушка погрустнела. Джоэн заговорила вместо меня.

— Мы оба сироты, — сказала она. Голос девушки был равнодушным, словно в сиротстве не было ничего страшного.

— Ох, маленькие, мне очень жаль. Кажется, я задела воспоминания, которые вы не хотели бы бередить. О, простите.

Вы правы лишь наполовину, подумал я. Многие из тех воспоминаний я пожелал бы скорее вспомнить, чем позабыть.

— Ну, во всяком случае, дорогие, вы довольны моей пищей, — сказала Тэсса после паузы.

— Да, она замечательная, — сказал я.

— Ой, вкусная, — согласилась Джоэн.

— Ну, спасибо за разговор. Теперь, как я уже сказала, у меня есть свободная комната и чистая кровать, готовые к вашему приходу. Мне кажется, оба вы хотите хорошенько выспаться?

Я решительно кивнул, поднимаясь на ноги. Джоэн последовала моему примеру.

— Это туда, — показала старушка на одну из простых дверей в стене обычной комнаты. — Я уберусь. А вы двое можете отправляться спать. Я разбужу вас на завтрак.

Я хотел бы помочь женщине с уборкой, но после долгих дней пути мысль о постели была слишком заманчивой. Я видел, что Джоэн согласна со мной, судя по тому, как девушка едва перетаскивала ноги. Обычно, она ходила легким шагом, разве что не летела по воздуху.

Как только мы вошли в гостевую комнату, перед нами встала новая проблема. Кровать была только одна, к тому же — довольно маленькая. Было не похоже, что это смущало Джоэн. Казалось, она даже не заметила этого. Она просто направилась к кровати и плюхнулась сверху.

— Полагаю, мне спать на полу, — сказал я. — Брось мне подушку.

Джоэн мгновение недоуменно уставилась на меня, а потом расхохоталась.

— Что, боишься делить постель с девушкой, м? — её голос был глухим и насмешливым.

Я взял небольшую деревянную лошадку с полки и повертел её в руках, делая вид, что заинтересован одной из детских игрушек.

— Я… гм… Я не… Что?

— Расслабься, парень, — сказала она, подчеркивая последнее слово так, словно она была намного старше меня. — Смотри, все просто, — она взяла одну подушку и положила на центр кровати, который был обозначен простым узором на домотканом одеяле. — Это граница. Пересекаешь её — я очень больно втыкаю в тебя кинжалы. Понял?

Я поставил лошадку обратно на полку и потянулся к маленькой деревянной свинье.

— Это… — сказал я, силясь найти любое слово. — Весело…

— Может, уже заткнешься и ляжешь спать, м?

Ночью буря закончилась, и я проснулся от солнечного света, который проникал через окно спальни. Джоэн, видимо, встала раньше, и комната была пуста. В постели было тепло и уютно. Я закутался в одеяло, глядя на утренний свет, который пробивался сквозь пыльное стекло, медленно ползя по полу.

Дверь распахнулась, и я испуганно сел.

— Подъем, лентяй! — сказала Джоэн, входя в комнату. Её влажные волосы были отброшены с лица. Одежда девушки была чистой или, по крайней мере, чище, чем мне приходилось видеть за день до этого.

— Я не лентяй, — сказал я, выкатываясь из кровати. Моя нога зацепилась за ковер, который я не заметил прошлой ночью. Ковер выскользнул из-под меня, и я едва не рухнул на пол.

— Ну да. Ты неуклюжий, — усмехнулась подруга.

Я пожал плечами, едва ли находясь в выгодном для спора положении.

— Ну, приступай к своему туалету, а? Тэсса приготовила завтрак.

— Звучит, как план, — сказал я.

— На самом деле — это не план, — ответила Джоэн. — Он у нас вообще есть?

— Вроде, — сказал я, направляясь к двери.

Но Джоэн встала на моем пути.

— Звучит не слишком обнадеживающе, м? — заметила девушка.

— У меня есть имя, — сказал я. — Темный эльф рассказывал мне о Малчоре Харпелле. Мне кажется, когда мы найдем его — он сможет помочь нам с разрушением камня.

— Ах, ты имеешь в виду тот камень, который помог мне освободиться с гауптвахты, спас наш побег и привел, замерзших и промокших, к Тэссе? Этот камень ты хочешь уничтожить? Тот, ради которого ты чуть не угробил меня и моих товарищей? Мы ведем за собой удачу от Тиморы, куда бы не пошли. И…

Она была прервана стуком глиняной посуды. Тэсса накрывала стол прямо за дверью. Запах свежих яиц ударил в нос, и мой живот слегка заурчал.

Я снова двинулся к двери, но Джоэн опять загородила мне дорогу.

— Я не хочу владеть им, — сказал я ей, как можно яснее.

— И ты не можешь выкинуть его подальше или отдать? — спросила девушка.

— Ты не можешь просто поверить, что это важно?

— Ты не можешь просто рассказать мне, ради чего я тут рискую своей жизнью? — голос Джоэн был мягким и нежным. Я не так часто видел подобные проявления от неё, но это казалось важным. — Ой, мы просто так столкнулись с драконом, чтобы вернуть камень обратно?

— Я не могу выбросить его, — сказал я. — Если я окажусь слишком далеко от камня — я умру.