Маска полуночи

За один краткий миг Ривен вспомнил, почему он предал Кейла, почему оставил Первого избранника Повелителя Теней истекать кровью, вместо того, чтобы добить. От стремительного потока воспоминаний его бросило в жар.

Он был приманкой.

Только годы практики помогли ему сохранить бесстрастное выражение лица. Неожиданно он с болезненной ясностью осознал, что рядом с ним стоит слаад, существо, способное читать мысли, а его собрат находится у него прямо за спиной, и Странник, создание, обладающее могуществом неясной природы, приближается к ним, плывя по воздуху через всю комнату.

На Уровне Тени Ривен, Магадон и Кейл разработали план, который бы позволил убийце вплотную подобраться к Страннику. С помощью предательства Драйзек должен был завоевать доверие слаадов. Эта часть плана прошла гладко. Теперь Магадон и Кейл должны были, используя Ривена в качестве маяка, оказаться рядом со Странником.

В его голове вертелись обрывки воспоминаний.

«Но почему я?» — спросил Ривен, когда Кейл изложил свою идею.

«Ты и сам знаешь, почему», — ответил ему тогда Кейл, и Ривен действительно знал: предательство бывшего зента и наемного убийцы выглядело наиболее правдоподобно; потому что Второй избранник Повелителя Теней, несомненно, жаждал оказаться Первым, потому что Ривен был лучшим убийцей, нежели Кейл.

Это выглядело правдоподобно еще и потому, что это было почти правдой. Проклятье, а может быть, это и было правдой.

Разум лихорадочно работал, Ривен сосредоточенно копался в воспоминаниях. На что он рассчитывал? От него ускользнула большая часть деталей. Однако он прекрасно помнил, что хотел, чтобы у него под рукой было несколько вариантов действия. И сейчас все эти варианты выглядели все более и более жалко.

Когда в Порте Черепа Ривен сказал Азрииму, что всегда выбирает сторону победителей, он действительно верил в то, что говорил. Все то время, что он сожалел о своем положении Второго после Кейла в глазах Маска, он надеялся, что все может измениться, когда они преуспеют. Каждые десять дней Маск даровал ему новые силы. И он не собирался оставаться Вторым избранником Повелителя Теней вечно.

Но сейчас Драйзек понимал, что все его расчеты оказались неверны. Он сражался лицом к лицу с высокопоставленными членами Зентарима, могущественными жрецами, опытными воинами — все они были сильными мужчинами и женщинами, но никогда прежде он не противостоял существу, подобному Страннику.

От тощего тела веяло едва сдерживаемой силой, в его присутствии ощущалась мощь. Казалось, победить его невозможно.

Если Ривен хочет быть на стороне победителей, он должен быть присоединиться к Страннику и слаадам.

Он изменил план, изменил все. Может на Уровне Тени Драйзек и планировал обратное предательство, а может и нет, но теперь…

«Не приходите сюда, — подумал Ривен, обращаясь к Магадону и Кейлу, надеясь, что проводник каким-либо образом поддерживает с ним связь. — Не беспокойтесь обо мне».

Странник посмотрел мимо Ривена и Азриима на Долгана:

— Встань, Долган, — его тихий голос сочился такой мощью, что, казалось, вытеснял из комнаты все, что в ней находилось.

Через плечо Драйзек наблюдал за тем, как крупный слаад резко поднялся на ноги, словно хорошо дрессированный, послушный пес.

Долган прикусил нижнюю губу с такой силой, что та начала кровоточить. Ривен хотел было усмехнуться тому подобострастию, какое продемонстрировал этот огромный идиот, но сдержался. Отчего-то подобострастие слаада казалось уместным.

Долган поймал его взгляд и оскалился кровавой ухмылкой:

— Все еще спокоен, а?

Ривен совладал с желанием перерезать ублюдку горло и повернулся лицом к Страннику.

Длинными пальцами бледных рук существо сжимало посох сумрачного цвета из полированного дерева. Всю поверхность посоха от основания до навершия покрывал золотой или янтарный узор. Странник немного наклонил посох, и проем в стене закрылся, оставив вместо себя все тот же гладкий камень.

Сколько Ривен ни осматривал комнату, других выходов он так и не заметил. Странник создавал их по мере необходимости. Убийца не раз успел порадоваться тому, что вовремя украл жезл телепортации Долгана. Если обстоятельства сложатся не в его пользу, придется проделать все быстро.

Ривен изучал Странника. В том угадывались людские черты, но при этом он не был похож ни на одну из человеческих рас, известных Драйзеку. В полный рост он был на голову выше Кейла, однако, глядя на его тощее тело, создавалось впечатление, что для этого его долго растягивали, ухватив за макушку и лодыжки. Глубоко посаженные глаза в пещероподобных глазницах смотрели на мир с невероятно длинного лица. Его нос был немного похож на холм с двумя расселинами, а губы были не толще лезвий. Кончики заостренных ушей почти достигали макушки лысой, покрытой старческими пигментными пятнами головы. В разных направлениях и с легким шумом вокруг его головы вращалась горстка магических драгоценных камней. От чего-то эти камни напомнили Ривену о небесной сфере, артефакте, с которого и начались все их приключения.

— Подарок? — спросило существо, проплывая через комнату и позволив своему взгляду упасть на Ривена. За границей света, что отбрасывала светящаяся сфера, Странник казался бывшему зенту всего лишь тенью.

Ривену стоило больших усилий сохранить на лице маску безразличия — ни страха, ни удивления, ни ужаса — в то время как он перебирал в уме имеющиеся возможности.

— Да, Странник, — сказал Азриим, — этот человек оказался… очень полезен. Он помог нам успешно выполнить задание с Ростком Пряжи. Признаю, одежда его подобрана неудачно. И, в целом, у него отвратительный вкус. Но все эти его недостатки не смертельны.

Ривен не озаботился тем, чтобы поправить слаада, он был более чем полезен: когда слаад сажал семя Ростка Пряжи, Драйзек сыграл в этом ключевую роль. Если бы он не вмешался, то Кейл бы убил Азриима.

Вместо того, чтобы заговорить, Драйзек отвесил короткий поклон. Это жест дался ему с трудом.

— Странник, — сказал Ривен.

Существо не обратило на него внимания, и убийца не посмел продолжить. Странник замер в воздухе в двух шагах от него. Вблизи его мощь ощущалась еще сильнее. Страх нахлынул с новой силой, но Ривен решил стоять на своем, бесстрастно взирая на происходящее. Когда зрение немного приспособилось к темноте, он снова смог внимательнее присмотреться к Страннику.

Тот не был слаадом, хотя в его узких ноздрях, пятнистой коже и разрезе глаз и было что-то от этих существ, или, по крайней мере, что-то от ящерицы. На нем была надета мантия с короткими рукавами из красного шелка, обшитая золотым узором, поверх нее была наброшена черная накидка, подбитая мехом горностая, застегнутая у горла серебряной брошью. Тощее тело утопало в одежде, и мантия и накидка болтались на нем, словно были натянуты на палки.

Странник устремил на Ривена пристальный взгляд, и начал было что-то говорить, но осекся, моргнул и резко втянул воздух.

Поначалу Ривен не мог понять, что же произошло, затем его озарило. Странник почувствовал резкий приступ боли.

— Отец? — спросил Долган.

Стоящий рядом Азриим усмехнулся, почти как Ривен.

Странник, должно быть, был болен или ранен; Драйзек полагал, что именно поэтому существо с таким трудом передвигалось с тех самых пор, как оказалось в комнате. Видимо, даже малейшее движение причиняло ему боль.

Ривен постарался понять, как этот факт вписывается в его расчеты, если вообще имеет какое-то значение.

Боль Странника прошла так же неожиданно, как и возникла.

— Со мной все в порядке, Долган, — сказал он и взглянул на убийцу. — Ты был вместе со жрецом Маска?

Ривен с трудом заставил себя кивнуть. Упоминание о Кейле, как о жреце сильно разозлило его.

— И ты предал своих друзей, чтобы присоединиться к моим детям?

— У меня нет друзей, — ответил Ривен, стараясь говорить спокойно. — Лишь враги и союзники. Союзников я использую, врагов — убиваю.

Странник едва заметно улыбнулся уголками губ:

— И кто же мы, в твоем представлении?

За спиной Ривена насмешливо фыркнул Долган, поднимаясь на ноги.

— Союзники, — ответил Ривен, и, глянув через плечо, не удержавшись, добавил: — По крайней мере, пока.

Долган зарычал и приблизился на шаг.

Ривен напрягся и приготовился действовать. Азриим разрядил обстановку.

— Теперь видишь? — щеголеватый слаад усмехнулся и хлопнул Ривена по плечу: — Мне он нравится. Да и Долган к нему неравнодушен.

Другой слаад презрительно усмехнулся и сплюнул на пол.

— Аккуратней с ковром, идиот, — нахмурился Азриим.

Странник по-прежнему оставался спокоен, бесстрастен и задумчив. Ривен понимал, что сейчас его жизнь висит на волоске. Мгновения, казалось, растянулись в часы. Наконец существо обратилось к слааду:

— Времени мало, Азриим. Мы близки к завершению моего плана, а вы… внесли в него неопределенность.

— А мне нравится неопределенность, — ответил тот с вызовом в голосе.

В глазах Странника полыхнул гнев. Он медленно поднял свой посох, и Долган упал на пол. Азриим склонил голову и убрал руку с плеча Ривена.

Убийца хотел было воспользоваться жезлом телепортации, чтобы, ради всех Девяти кругов ада, убраться отсюда подальше, но гордость не позволила ему отступить. Он доиграет свою роль до конца, что бы ни случилось дальше.

— Времени мало, — сказал Странник, обращаясь ко всем находящимся в комнате, и Ривен силился понять, что тот имеет в виду. — И я не собираюсь потворствовать вашим прихотям. Вы отнесете еще одно семя к покоящемуся на дне моря Тайному Храму Мистрил. Использовать этого человека, в данном случае, значит идти на неоправданный  риск. И поэтому…

— Я могу быть полезен, — прервал его Драйзек, положив руку на жезл телепортации. — Я хорошо знаю Кейла.

Азриим кивнул:

— Он был его напарником.

— Был, и я теряюсь в догадках, почему он помог вам, Азриим, — Странник взглянул на Ривена. — Этот вопрос меня сильно интересует.

— А почему мы тебе помогаем? — спросил слаад. — Это тоже интересный вопрос.

За спиной Ривена в ужасе заскулил Долган.

Большим пальцем Ривен повернул один из дисков на жезле. Он не был уверен, что сможет им воспользоваться, и не мог выбрать, куда переместиться. Впрочем, если дела пойдут хуже, то любое место будет лучше того, где он находится сейчас.

Странник скучающим взглядом уставился на Азриима:

— Вы помогаете мне, потому, что у вас нет выбора. А еще потому, что я могу дать вам то, чего вы так страстно желаете. Кроме того, вы боитесь меня.

Последние слова были произнесены таким вкрадчивым и жестким тоном, что Азриим отступил на полшага, оставив Ривена в одиночестве и без всякого прикрытия.

— Таким образом, мы возвращаемся к тому, с чего начали, — продолжил Странник, кивнув сторону Ривена. — Он не боится вас. Это очевидно. Так что же тогда вы ему предложили?

Азриим не нашелся, что сказать. Вместо него ответил Ривен:

— Кейл, жрец Маска; я хочу, чтобы он умер.

Существо уставилось на него, заглядывая прямо в душу:

— Зачем?

Стиснув зубы, Ривен отвел взгляд. В том, что положение Второго избранника Маска угнетало его, он не хотел признаваться в этом сейчас. Вместо этого, он просто ответил:

— У меня свои причины. Довольно и того, что я здесь по своей воле и ради своей личной выгоды.

— Я буду решать, довольно этого или нет, — мягко возразил Странник.

На это Ривен ничего не ответил. Большим пальцем он прошелся по дискам жезла, сделав еще пол-оборота.

Единственным звуком в комнате было хриплое дыхание Странника.

Драйзек решил предпринять последнюю попытку.

— Решение за тобой, — ответил он тихо. — С вами я, или же нет. Но если нет, то это значит, что мы более не союзники.

Зарычав, Долган резко поднялся на ноги. Убийца положил руку на рукоять сабли.

Взгляд Странника заставил слаада застыть на месте. Загадочное существо смерило Ривена взглядом, в котором читалось что-то сродни уважению.

— Ты напоминаешь мне Азриима, — произнес он.

Ривен не считал подобное сравнение комплиментом, но оставил свои соображения при себе.

Видимо, почувствовав перемену в настроении Странника, Азриим снова оказался рядом с Ривеном:

— Он может составить компанию мне и Долгану в нашем путешествии к Тайному Храму, Странник. Он уже доказал, что может быть полезен. И я верю его словам: он хочет смерти жреца.

— Нет, — возразил Долган. — Убей его.

Ривен не желал ничего более страстно, чем повернуться и перерезать Долгану глотку.

Странник отрешенно улыбнулся и сказал, обращаясь к Ривену:

— Ты здесь по своей воле? К своей личной выгоде?

— Да, это мои слова, — ответил Ривен.

— Да, именно так, — подтвердил Странник. — Давайте посмотрим, правдивы ли они.

Существо не шевельнуллсь и никак иначе не предупредило, но в голове Ривена вспыхнула страшная боль.

Он закричал, обхватил голову руками и упал на колени. Ощущения были такие, словно в его мозг погрузили пять длинных пальцев. И там, внутри, они начали просеивать всё содержимое. Убийца никогда прежде не ощущал ничего подобного. Он попытался сопротивляться, но тщетно. Воля Странника была непреклонна, а боль невыносима. Драйзек чувствовал, будто глазам стало тесно в черепе, и они выкатились наружу. Он заставил себя поднять затуманившийся взор, взглянул в глаза Странника, и утонул в его взгляде. Тело Ривена затряслось, он забился в конвульсиях, но выдержал взгляд существа. Драйзек прикусил вывалившийся язык. Крики рвались изо рта вместе со слюной и кровью. Он чувствовал, как сознание треснуло подобно ореху. Он не мог двигаться, тело не слушалось. Он не мог ничего сделать, только кричать от боли.

Усилием воли Драйзек заставил себя оставаться в сознании.

Ментальные пальцы слой за слоем обнажали его воспоминания, надежды, страхи, амбиции. Он мог лишь кричать. Снова и снова.

Словно издалека до него доносился смех Долгана и одобрительные возгласы Азриима.

— Он тоже слуга Маска, Повелителя Теней, — мысленно сказал Странник, изучая жизнь Ривена и представляя ее слаадам. — Мальчишка, над которым все издевались и который стал наемным убийцей. Он ненавидит свою жизнь даже сейчас. Вера дала ему цель в жизни…

— Убирайся, — попытался выдавить из себя Ривен, но слова вылетели неразборчивым бормотанием.