— Сэр! — послышался из-за двери приглушенный голос продавца.

Кавано развернулся в сторону от двери. В полумраке виднелись полки, заставленные коробками с видеомагнитофонами и DVD-плеерами.

— Идемте, Прескотт.

Послышались щелчки дверной ручки и стук. Кавано подошел к металлической двери в противоположной стене. Он уже видел эту дверь снаружи, когда они остановились у входа в гипермаркет. Насколько ему было известно, все наружные двери в торговых помещениях должны открываться изнутри максимально просто, на случай эвакуации при пожаре. Так и оказалось. Дверь была закрыта на простой металлический засов с поворотной ручкой, которую он тут же крутанул.

Пока преследователи метались по гипермаркету в поисках беглецов, Кавано и Прескотт ринулись на улицу под проливной дождь. Черная машина, как и предполагал Кавано, стояла у самого бордюра с работающим мотором. Водитель с бритой наголо головой внимательно смотрел на входную дверь торгового центра.

Водитель обратил внимание на движение рядом с ним, когда Кавано уже успел добежать до него на полусогнутых, используя ржавый автомобиль и клубы пара из пробитого радиатора в качестве прикрытия. Взяв в руки «кольт» с пустой обоймой, который теперь можно было не бояться повредить, он разбил окно с пассажирской стороны его дулом. Осколки закаленного стекла посыпались на голову ошеломленному водителю. Кавано навел на него свой «зиг», не забыв подметить, что пистолет и мобильный телефон лежат на сиденье рядом с бритоголовым. Там же лежала пачка сигарет и зажигалка «Зиппо». Мотор машины продолжал работать на холостых.

— Выходи! — скомандовал Кавано.

Держа руки в перчатках на рулевом колесе, испуганный водитель бросил взгляд на пистолет, лежащий на сиденье.

— Выходи! — заорал Кавано.

Сжавшись от ужаса, бритоголовый водитель продолжал смотреть на пистолет.

Кавано спустил курок. Пуля из «зига» пробила потолок машины.

Водитель, дрожа от страха, выскочил из машины.

— Бегом! — крикнул Кавано, выпустив еще одну пулю поверх головы водителя. Это заставило его бежать еще быстрее.

— Прескотт! В машину!

Прескотта не надо было упрашивать. Кавано обежал вокруг машины и запрыгнул на водительское сиденье, перед этим схватив с соседнего сиденья зажигалку. Чиркнув колесиком, он бросил горящую зажигалку на заднее сиденье покинутого ими ржавого автомобиля. Внутри дождь не мог погасить ее, а пол машины был залит бензином из пробитого топливного бака. Пары бензина в салоне вспыхнули мгновенно. Затем пламя перекинулось и на нижнюю часть машины. Кавано рывком включил передачу и нажал на газ.

В зеркале заднего вида он увидел, как старую машину слегка подбросило. Поскольку в топливном баке было больше бензиновых паров, чем топлива, он сдетонировал и взорвался. Конечно, это не выглядело так, как любят показывать в кинофильмах, — ни огромного огненного шара, ни грохота, как будто рванула тонна тротила. Просто мощный хлопок и вспышка пламени. Если бы в топливном баке было побольше бензина, детонации не произошло бы вообще, поскольку для этого не хватило бы кислорода внутри, и машина продолжала бы просто гореть.

Последний раз посмотрев в зеркало заднего вида, Кавано увидел троих преследователей, выбегающих из дверей гипермаркета. В следующее мгновение он выбрался на улицу позади стоянки и потерял их из виду.

Кавано направил машину к эстакаде и выехал на шоссе. Какое, оказывается, удовольствие — ехать под дождем на машине с целым лобовым стеклом и двумя нормальными стеклоочистителями.

Прескотт тяжело дышал, сцепив руки на груди.

— Вы в порядке? — спросил Кавано, ведя машину по правой полосе шоссе и стараясь смешаться с потоком. — У вас не сердечный приступ?

— Нет. Просто... никак не могу отдышаться.

— Не в форме. Вам следовало бы получше заботиться о себе. Когда мы поможем вам исчезнуть, у вас будет достаточно возможностей, чтобы потренировать свое тело, — сказал Кавано. Он решил успокоить Прескотта, описывая будущее, в котором не будет опасностей.

— Потренироваться. И то хорошо.

Вдалеке вновь послышались полицейские сирены. Хотя Кавано и хотел добраться до Титерборо как можно быстрее, он соблюдал скоростной режим, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.

— Хорошо быть там, где сухо, — продолжил он успокаивать Прескотта.

— Да. И тепло.

— Да.

Кавано ощутил, насколько холодна мокрая одежда, прилипшая к телу. Обогреватель в машине был включен, Кавано чувствовал поток воздуха от него.

Прескотт поежился.

— Поставьте обогрев на максимум, — сказал Кавано.

Дрожащими руками Прескотт нащупал на приборной доске нужный переключатель.

— Вы подожгли машину, чтобы отвлечь внимание?

— Отчасти. Полиции придется потратить время на то, чтобы разобраться с причинами пожара.

— Вы сказали «отчасти», — Прескотт наморщил лоб. — А другие причины?

— Отпечатки пальцев, — ответил Кавано, вновь посмотрев в зеркало заднего вида. — Сначала я хотел просто бросить машину на стоянке. Она бы некоторое время простояла там незамеченной. У нас была бы возможность стереть отпечатки пальцев и вызвать подмогу. Однако нас догнали, и пришлось менять план. Пожар уничтожил отпечатки пальцев. Иначе бы полиция обязательно сняла их и, в конечном счете, разыскала нас. Это не самый лучший вариант в ситуации, когда вам надо исчезнуть, а мне — не засветиться.

— Кавано.

— Что?

— Я не знаю вашего имени.

— А у меня его нет. Кавано — мой рабочий псевдоним. Я никому не сообщаю своего настоящего имени. Это может оказаться опасным для тех, кого я защищаю.

— Псевдоним?

— Вы знакомы с профессиональным жаргоном? — Кавано наконец-то расслабился. Дыхание Прескотта уже не было столь судорожным, и теперь отпала нужда заботиться о его эмоциональном состоянии, не отвечая на опасные вопросы. — Одним из способов противника добраться до твоего клиента является способность идентифицировать личность защитника.

— А что это дает?

— Противник может узнать место жительства защитника или его родственников, и так далее. Вы угадываете логику?

У Прескотта колыхнулся второй подбородок, когда он кивнул.

— Противник может убить телохранителя в тот момент, когда он находится дома, не на задании, не в состоянии боевой готовности.

— А новая команда защитников, которую наймет клиент, окажется не в состоянии быстро подстроиться к ситуации, чтобы обеспечить надлежащий уровень безопасности. Клиент окажется в уязвимом положении, — закончил Кавано.

Прескотт вновь кивнул.

— Или, к примеру, противник может похитить кого-либо из родственников телохранителя, чтобы шантажировать его, вынуждая ослабить защиту, — продолжил он.

— Вы схватываете на лету. Мои близкие не подвергнутся опасности в том случае, если плохие парни не имеют возможности узнать, кто они. Для этого они не должны знать, кто я такой.

— У вас есть семья?

— Нет, — повторил Кавано, естественно, солгав. — Вы постоянно употребляете термин «телохранитель». Я им не являюсь.

— Так...

— Правильным термином будет «агент по защите».

— А в чем разница?

— Телохранители — простые убийцы. Таких нанимают главари банд. Грубая сила.

— Но ваша работа, как я успел убедиться, требует самых разнообразных навыков. Благодарю вас. То, через что вам пришлось пройти, чтобы спасти меня, характеризует вас как самого храброго из всех людей, которых я видел в своей жизни.

— Нет, — ответил Кавано. — Это не храбрость.

— Я не знаю другого названия для этого.

— Выучка.

На сиденье зазвонил мобильный телефон, оставленный бритоголовым водителем.

16

Прескотт вздрогнул.

Телефон зазвонил во второй раз.

— Нажмите кнопку ответа и дайте телефон мне, — сказал Кавано.

Прескотт повиновался. В его движении чувствовалось беспокойство.

Продолжая вести машину левой рукой, Кавано прислонил телефон к правому уху.

— "Пицца Хат".

— Смешно, — ответил жесткий, как наждачная шкурка, голос.

— Благодарю.

— Речь не о «Пицца Хат». Ты украл нашу машину и сжег свою.

— Нетрудно догадаться.

Прескотт напряженно смотрел на Кавано, стараясь угадать, что говорят на другом конце линии.

— Это нас не остановило. Мы продолжаем вас преследовать.

— Следовало ожидать, — ответил Кавано.

— Ты не полицейский. Ты мог бы вызвать подмогу, но предпочел держаться подальше от полицейских машин, значит, ты частный охранник. Брось это дело. Ты влез на тот уровень, до которого тебе далеко.

— Да ну? А я думаю, что до сих пор у меня неплохо получалось.

— Прескотт сказал тебе, куда ты влез?

— У него не было времени, чтобы сказать мне хоть что-то, — солгал Кавано. Качество связи было не слишком хорошим, а в ушах до сих пор стоял звон от выстрелов, и пришлось прижать телефон к уху еще плотнее, чтобы расслышать следующую фразу.

— Если ты совсем не в курсе, в чем дело, мы можем отвалить тебе деньжат. Отдай его нам, и мы оставим тебя в покое.

— Звучит неубедительно.

Человек на другом конце линии устало произнес:

— Если бы ты не был рядом с Прескоттом, ты бы уже давно отправился к праотцам. Это первый случай в нашем деле, когда человек, за которым мы гонимся, служит щитом для своего телохранителя.

— Защитника.

— Что?

— Я не телохранитель.

— Да кто угодно, — голос стал более жестким. — Когда я в следующий раз тебя увижу, молись, чтобы ты был как можно ближе к Прескотту. Иначе я продырявлю твою голову. Это звучит убедительно?

— Это все, ради чего ты звонил? Дешевые угрозы?

Голос замолк.

Кавано неожиданно понял, что происходит на самом деле.

— Побольше сыра, да?

— Что?

— Ваша пицца будет готова через пятнадцать минут, — ответил Кавано, на миг оторвав взгляд от дороги, чтобы выключить телефон.

С машиной поравнялся мусоровоз, доверху загруженный хламом. Кавано открыл окно и бросил телефон в его кузов.

— Что вы делаете? — спросил Прескотт.

— Люди Эскобара звонили не для того, чтобы просто поболтать. Они решили убедиться в том, что телефон остался в машине.

— Но зачем...

— В телефоне находится радиомаяк. Они будут искать нас по его сигналу, который уведет их в сторону от нас. Насколько я могу судить, сама машина тоже может быть оборудована радиомаяком, однако с этим ничего не поделать.

— Почему вы не убили водителя? — спросил Прескотт.

— Что?

— Там, у гипермаркета, вы рисковали, когда приказали ему бежать. Он мог попытаться схватить свое оружие.