Помоги проекту - поделись книгой:
Антон Темхагин
Чувства и тени
Пролог
Густой полумрак часто прорезали серебристые стрелы ливня. Дождь лил с такой силой, что, казалось, небо яростно желало затопить весь Лес полностью, раз и навсегда. Яркие вспышки молний иногда давали возможность рассмотреть местность вокруг, но толку от этого все равно было мало — чаща Леса на редкость однообразна. Оглушающий гром сбивал с толку, заставляя невольно вздрагивать каждый раз при своем появлении.
Три человека с быстротой рыси мчались по Лесу, спотыкаясь на ходу и выбиваясь из сил. Настырные корни деревьев и мшистые кочки упрямо лезли под ноги, норовя сбить с ног. Тяжелое дыхание троицы было слышно даже сквозь шум ливня.
Один из бегущих на полном ходу ударился плечом о ствол сосны, потерял равновесие и растянулся на ковре опавшей хвои. Кажется, то была женщина. Двое других резко остановились — один, высокий и сильный, помог упавшей встать и, не теряя драгоценного времени, бросился бежать дальше, увлекая женщину за собой. Третий беглец, вероятно подросток, побежал следом, стараясь не отставать.
Лес не желал расступаться, давая людям возможность ускориться. Наоборот — деревья собирались все теснее, раскидывали свои корявые и когтистые лапы-сучья, намереваясь хотя бы зацепить беглеца за одежду. Еще чуть-чуть, и Лес сомкнет свои объятья, плотно сжимая путников.
За спинами бегущих мелькнули ярко-красные всполохи. Раз, другой, появляясь все чаще и ближе. Высокий судорожно обернулся на бегу, зрачки его расширились. Хотел крикнуть, да сил на это уже не было, горло саднило от частого дыхания. Другие оборачиваться не стали, понимая и так, что их настигают. И если оно доберется…
Безумная гонка не могла продолжаться долго, и люди это понимали. Понимали, но были не в силах остановиться и сдаться судьбе. Беглецы были готовы бороться.
Красные огни становились все ближе. Вот один из подобрался вплотную, ослепляя своим ярким сиянием. Длинная костлявая лапа метнулась в сторону высокого беглеца, впилась когтями ему в спину. Человек не остановился, махнул левой рукой куда-то назад. Полыхнуло пламя, оторванная лапа отлетела в сторону. Раздался вой, от которого у людей похолодело в и без того заледеневших душах.
Вторая лапа погрузилась в спину человека. В этот раз он не выдержал, упал, разбивая лицо о невесть откуда взявшиеся камни. Перевернулся на спину, слепо ударил. Снова пламя, вновь протяжный вой.
Двое других тем временем продолжали спасительный бег. Младший на мгновение замедлился, бросая взгляд на упавшего товарища. Женщина схватила его за руку, принуждая не терять скорости. Поверженный беглец остался позади, лишь редкие отсветы его пламени улавливались боковым зрением. Вскоре, не стало и их.
Ярко-красных огней становилось только больше. Они окружили бегущих, плавно паря и лавируя между деревьев. В Лесу стало светло.
Одно из существ схватило женщину и подняло в воздух. Та отчаянно закричала, пытаясь сопротивляться из последних сил. Но этого явно было мало. Страшные лапы напряглись, швыряя противницу в ближайшее дерево. Раздался противный хруст, обмякшее тело беглянки рухнуло на землю.
В этот момент последний человек понял, что больше не может бежать. Силы окончательно покинули его, колени подогнулись и беглец упал в траву, быстро хватая ртом ночной воздух.
Кажется, над Лесом послышался ликующий вой.
Человек обхватил колени руками и закрыл глаза. Будь, что будет.
Пылающие красным пламенем существа медленно слетелись к подростку. Плавно закружили, устраивая своеобразный жутковатый хоровод. И — ничего.
Сколько так продолжалось — минута, десять или час? Человек не знал, время для него перестало иметь хоть какой-то смысл. Все минуты сгустились в одну точку, точку ожидания решающего удара, после которого не будет уже ничего.
·Не сейчас, — услышал человек прямо в своей голове. Странный голос расслаивался на множество других, будто эти слова произнесли одновременно несколько человек. А вот человек ли?
Открыл глаза. Существа с невероятной быстротой кружились рядом, образуя сплошной красный круг. Свечение становилось все ярче, на уши давил мерзкий гул. Ярче, ярче — глаза уже практически ничего не видели. Гул стал невыносимым.
Щелчок — и все закончилось. И пришла тьма.
— И вот так я до этого и докатился. Весело, да?
В зале трактира было шумно. В этот вечер народу собралось не мало, все галдели и гудели, и сквозь этот человеческий шум расслышать что-то было очень сложно. Освещалось помещение хорошо — трактирщик не пожалел расставить в углах заряженные магией светильники. Куда лучше и практичнее обычных масляных ламп.
Грузная разносчица поставила на стол деревянный поднос с закуской и кувшином местного пива. Кувшинчик тут же опустошили, разлив напиток по кружкам.
— Складно поёшь, — одобряюще заметил рыжебородый Густав, потягивая светлое пиво. — Готов поспорить на один керинг, что половину истории ты придумал только что.
— Ты меня просил рассказать? Просил или нет? Вот и не бухти теперь. И денег у тебя все-равно нет, — Марк привычным движением поправил на бок светлую челку. Приложился к кружке и закусил соленым сухариком. — Да и врать то мне какой смысл? Мы, может, вообще тут в последний раз все вместе собрались. А, может, в последний раз людей нормальных видим и в трактире сидим.
Атмосфера за столом была теплая и дружеская. И не сказать было, что все эти люди не далее чем через пару часов попробуют совершить самый опасный и оттого не менее важный поступок в своей жизни.
— Ну, кто у нас там остался? — Густав окинул задумчивым взглядом собравшихся. — Лэйдон был, Молли, ну я, Нэтан, Марк… О, да никак наш Кэсси еще нам ничего не поведал? А ну ка!
Кэсс вздохнул, покачал головой.
— Я не люблю про себя рассказывать, — начал он, жуя сухарик. — Долго, к тому же. А нам идти скоро.
— Э-э-э, нет, дружище! Других слушал? Слушал. Давай, начинай. А о времени не беспокойся, нам тут еще пару часиков томиться придется.
— История то длинная, — Кэсс заметил ожидающие взгляды друзей и усмехнулся. — Если будет скучно — так и скажите. Сейчас только пиво допью.
Рассказывать историю полностью Кэсс, конечно же, не собирался. Есть такие моменты, которые лучше не знать никому, кроме тебя. А есть такие, которые предпочел бы не вспоминать и сам… В голове невольно всплыла картинка — красные огни на темном фоне. Кэсс замотал головой, выгоняя неприятное воспоминание из мыслей. Отставил пустую кружку в сторону. — Сразу скажу, что я рассказываю это все в первый раз. И повторять, наверное, никогда не буду. И сейчас не стал бы вспоминать, если бы не ситуация… О моих последних деяниях вы и так все знаете, так что сказ начну издалека. Ну, слушайте. В отличие от всех вас я не помню своего детства…
Полуденное солнце беспощадно палило — жарче уже не станет, но и до спасительного вечера далеко. Как назло, ветра не было, полный штиль, а из-за духоты, казалось, даже дышать труднее. Только насекомым погода была абсолютно безразлична — в траве стрекотали кузнечики, а спрятавшиеся в кронах деревьев цикады им вторили, создавая неприятный для человеческих ушей шум.
Я быстрым шагом пересек небольшую полянку, вновь вошел в Лес, на ходу раздвигая руками ветки какого-то кустарника. В тени деревьев было чуть полегче, солнечные лучи слабо пробивались сквозь плотную листву. Тыльной стороной ладони утер пот со лба и поправил лезшие в глаза волосы. Ну вот, до места поисков добрался, теперь дело за малым — собрать все, что найду. Задача особой сложности вроде бы не представляла — год урожайный, можно набрать необходимое минут за десять. И все бы ничего, да ходить сюда было далековато.
Искать долго не пришлось — я почти сразу же заметил первое бледно-фиолетовое пятнышко в опавшей листве совсем рядом с собой. Осторожно срезал шляпку гриба, ножку брать не стал, так как от нее не то, что толку нет, так еще и отравишься. И со шляпами то возни много — аккуратно отодрать пленку, очистить мякоть, отварить три раза, высушить и только потом, возможно, гриб будет пригоден для снадобий. Будет ли результат всех процедур положительным, зависит только от самого волхва. Чуть-чуть не так сделаешь и… Впрочем, мое дело — собирать.
Грибки в этой местности росли в изобилии. Почему именно тут, а не, например, в леске рядом с нашим домом, я не понимал. Вроде и место-то похожее, ан нет. Хотя… Ну да, одно дело лесок, а совсем другое — Лес. Тот, что у нас, еще дите, когда дорастет? А этому уже лет немерено.
Работал я, конечно, в перчатках. Касаться грибов голыми руками было категорически запрещено. И нет, не потому, что они ядовитые. Брать любые Дары Леса просто так, без перчаток, мог только тот, кто и будет готовить зелье. Это я уяснил давно, и ценой тому уроку был здоровенный и болючий синяк, который остался после размашистого удара наставника. Пусть он об этом потом и пожалел, а информацию я все одно крепко усвоил.
Довольно скоро моя сумка-травница наполнилась фиолетовыми шляпками. Больше я унести не мог, да и не нужно было — они очень быстро портились. Сразу не используешь, так все равно выкинешь. Вот почему гриб-синявку нельзя было купить даже на рынке самого Теркса, а уж там-то встречались самые редкие товары. Правильно, пока грибы соберешь, это уже полдня пройдет, а тебе их еще продавать надо. Как не раскупят все? Труда много, а вот проку мало.
Снял сумку с плеча, поставил ее на землю. Уселся сам, прислонившись спиной к сосне, и с блаженством вытянул ноги. Хоть мне и велено было возвращаться сразу же, как соберу грибы, я решил не много отдохнуть. Обратно еще далеко тащиться, а на сегодня и так много ходьбы было. Ничего, подождет Меркис лишние полчаса, все равно зелья ему сделать — раз плюнуть. Дома передохнуть не вышло бы в любом случае, сразу дела найдутся. Так уж лучше тут…
Достал из кармана сумки припасенный бутерброд с сыром и, медленно жуя, осмотрелся по сторонам. Везде картина одинаковая, глазу зацепиться не за что. Листья, кусты, деревья, вон еще пара синявок торчат, а вот там, чуть дальше… И что это? Показалось или и вправду желтая шляпа мелькнула вон за тем кустом голубики?
Быстро доев бутерброд, встал и стряхнул крошки со штанов. Подхватил свою сумку, направился к отмеченному месту, не отрывая взгляда от желтого пятна. Если это то, о чем я думал, то мне крупно повезло. Может, Меркис даже в город отпустит, ежели я его так обрадую.
Поравнявшись с кустиком голубики, я ощутил волну противного холода, разлившегося где-то у меня в животе. Резко остановился, не смея сделать даже маленький шажок вперед. Граница. Амулет сработал. И надо же так, как раз в шаге от редчайшего гриба — фемонгуса обыкновенного, который раньше только в книжке мне встречался. И для чего он только не годился, буквально универсальное средство в ведовстве. Вот он, только руку протяни, но нельзя. И то же делать?
Конечно, я отлично помнил уроки Меркиса по этому поводу. Также, как помнил его поучительные истории о тех, кто посмел пересечь Границу. О-о-о, но самое главное, это то, что я отличнейше помнил те кошмарные сны, что снились мне после рассказов наставника.
Но один шаг, что случится? Одна нога там, другая здесь. Дело то секундное, сорвал гриб и прыгнул обратно.
Во мне яростно боролись два желания — взять таки очень прельстительный гриб или убежать отсюда как можно быстрее. Второй вариант казался разумнее, впрочем, первый, конечно же, при успешном завершении сулил мне куда большую выгоду. Меркису ведь совсем не обязательно было знать, где я взял фемонгус?
В конце концов, жажда наживы одержала верх над здравомыслием и я, глубоко вздохнув, сделал быстрый шаг, отточенным движением срезал гриб и тут же шагнул обратно. Только тут выдохнул. Все получилось довольно просто.
Когда я развернулся, чтобы двинуться в обратный путь, в животе у меня снова похолодело. И на этот раз совсем не из-за амулета.
Передо мной был Лес, но совсем не тот, в котором я находился еще минуту назад.
Первым моим воспоминанием в жизни стал момент, когда я, отчего-то весь в ссадинах и одетый в лохмотья, вывалился из чащи леса на край поля. Упал прямо в высокую траву, не имея больше сил хоть на какие-то действия. То, что творилось в тот миг в моей голове, не описать было никакими средствами. Да, я ощущал невероятную усталость, весьма сильную боль, но это не шло ни в какое сравнение с теми чувствами, что вызывал хаос у меня в мыслях. Я не знал и не понимал ничего. Кто я, где я, что вокруг меня происходит? Что вообще все? На мое счастье, утомленный до крайности организм не стал мучить меня, отключив сознание. А очнулся я уже в кровати, накрытый одеялом и ощущая чую-то ладонь у себя на лбу.
— Я уже подумывал, что не очнешься. Признаться, застал ты меня врасплох, — услышал я чей-то голос, твердый и хрипловатый, но отчего-то притягивающий.
Рука со лба исчезла. Я осторожно повернул голову и посмотрел на своего собеседника. На меня выжидающе глядел средних лет мужик, длинноволосый и бородатый, с мощными, как у кузнеца, руками. Его выразительные серые глаза горели неподдельным интересом и участием. Незнакомец почесал свой широкий нос и натянуто как-то улыбнулся, но улыбка эта вышла скорее пугающей, нежели доброй.
Я отвернулся и закрыл глаза. Помнится, в тот момент вопросы вроде «кто я» занимали меня куда больше, чем странного вида человек, сидящий рядом.
— Так, да? Вижу, тебе не до меня. Память отшибло, верно?
Откуда он это знал? Я попытался что-то сказать в ответ, но не смог. Просто не помнил, как это делается. Лишь неуклюже кивнул.
— Ясно. Ну, тут могу немного помочь. Только будет лучше, если ты поспишь, — с этими словами незнакомец вновь положил свою ладонь мне на лоб. Сознание тут же куда-то уплыло.
Несколько секунд я не мог сдвинуться с места. Дыхание перехватило, злополучный гриб выпал из разжатой ладони. Разевая рот, как рыба, я плюхнулся на лиственный ковер. В голове ярко мигал только один вопрос — что делать-то?
Место определенно было другое, тут сомнений не возникало. Никаких кустов, голубики, синявок, только высоченные деревья да пожухшая листва вперемежку с хвоей на земле. Стало даже темнее, словно солнце сюда практически не доставало. Абсолютная тишина давила на уши.
Я вскочил. Судорожно забегал из стороны в сторону. Куда идти? Можно было, конечно, пойти в том направлении, откуда я пришел, но будет ли смысл, если место другое?
Встал, попытался отдышаться и собраться с мыслями. Так, что я имел. Я пересек Границу и вот, что вышло. Место неизвестное, возможно, оно вообще находилось далеко от дома. С собой у меня только сумка, полная синявок, и один большой фемонгус, чтоб его… Да, есть еще амулет. Что там говорил Меркис по поводу него? Амулет, сделанный из коры мешшита, что прорастает у нас во дворе, способен улавливать энергию Границы и сообщать об этом носителю. Все? Кажется, все…
Странную лесную тишину нарушило тихое бормотание. Будто кто-то шептал себе под нос совсем неподалеку от меня. Сзади и, почему-то, около земли.
Ощутив холод в третий раз за день, я не оборачиваясь бросился бежать к ближайшему дереву. В безумном прыжке долетел до нижней ветки, чуть не сорвался, подтянувшись, залез на нее и без раздумий принялся забираться выше. Карабкался так высоко, как только мог. Лазанье по деревьям не было моей сильной стороной, так что я быстро выбился из сил. Сел на ветку, обхватив ее руками и ногами, посмотрел вниз. Да, я не ошибся. К моему глубочайшему сожалению.
Прямо под деревом шевелилось что-то крупное, длинное и мохнатое. Оно неспешно нарезало круги вокруг моего насеста, периодически поглядывая вверх своими желтыми глазами. Безногое тело оставляло глубокий след среди массы упавших листьев.
Никогда не видел настоящего дагга. Знал только, что по деревьям они лазать не умеют. Это я прочел в одной из тех книг Меркиса, к которым он запрещал мне даже прикасаться. Или то были серпестры? Я искренне надеялся, что читал именно про даггов.
Эти хищные твари обитали только за Границей, что в очередной раз подтверждало и так достаточно очевидный факт — я находился отнюдь не в привычном лесу. Дагги частенько заманивали людей в свое логово при помощи способности к звукоподражанию. Идет человек по Лесу, слышит тихий такой, неразборчивый зов о помощи. Ищет попавшего в беду, а попадает прямо в нору дагга. Впрочем, люди, способные попасться на эту уловку, уже давно за Границу не ходят. И кого только эти твари жрали теперь?
Положение мое стало совсем уж аховым. Долго на дереве мне было не просидеть, это точно. Да если бы и просидел, толку то? Даже если дагг уйдет, я все равно не знал куда идти. А учитывая тот факт, что был я за Границей, на пути встретил бы еще кучу созданий даже похлеще этой мохнатой твари.
Стал обшаривать карманы куртки, впрочем, ни на что не надеясь. В нагрудном кармашке отыскалась спичка, оставшаяся у меня после экспериментов с поджиганием бревна магией. В итоге, тогда спалил всю поленницу, после чего мне был дан мощный нагоняй и отобраны все спички. И все же, одна осталась.
В голове появилась хоть какая-то идея. Обычно этот трюк у меня получался в лучшем случае при использовании десятой спички, а тут надо чтобы с первого раза вышло. Возможно? Наверное, но дело непростое.
Вытащил ремень из штанов, привязал себя за талию к стволу дерева, благо оно было не толстое. Кое-как сел на ветке, закрыл глаза и попытался сконцентрироваться. Глубоко вздохнул-выдохнул несколько раз. Так, главное было — успокоиться. Это первый шаг к успешному колдовству. Легко сказать, когда где-то внизу слышно шуршание дагга.
Открыл глаза, уставился на спичку. А если не загорится? Может, отсырела или еще чего… Нет, все будет нормально.
Чиркнул спичкой о ветку. Мгновение ничего не происходило, что успело изрядно меня напугать, затем спичечная головка фыркнула, пустила искры и зажглась.
И вот теперь наступал тот самый момент. Если сразу не выйдет, то я пропал. Запаса сил просто не хватит на вторую попытку, да и спичка быстро сгорит.
Поднес левую руку к огню, собирая энергию в ладони. Аккуратно, моля об успехе, коснулся пламени и повернул кисть ладонью кверху. Спичка тут же погасла, но значения это уже не имело. Поскольку огонь горел прямо у меня в руке.
Накрыл левую ладонь правой, создавая своеобразный шарик. Попытался влить всю свою энергию, до капли. Странно, но выходило довольно просто, не как раньше.
Огонь разгорелся, превратившись в мощное пламя. Оно не обжигало меня, не грызло перчатки на моих руках. Это пламя было приручено.
Пора. Собрав остатки сил, я выбросил руки вверх, раскрывая ладони. Сгусток огня устремился в небо, обдав меня жаром на прощание.
В глазах потемнело. Руки и ноги обмякли, голова сама собой свесилась на грудь. Последнее, что я запомнил, был негромкий хлопок где-то вверху.
Когда я очнулся во второй раз, в голове действительно был наведен небольшой порядок. Я все равно мало что помнил, но хотя бы банальные знания о себе и окружающем мире ко мне вернулись.
— Кэсс, — хрипло пробормотал я. Это вышло само собой.
— Значит, вспомнил? А то, фирма веников не вяжет! — бородатый незнакомец восседал на том же месте, что и раньше. Приветливо махнул мне рукой.
— Вы кто? — я попытался сесть на кровати, но понял, что сил на это не хватит. Голова закружилась, и я рухнул обратно на подушку.
— Я мастер Меркис Лайстрам, хотя это вряд ли тебе о чем-то говорит. К твоим услугам. Не бойся, ничего плохого не сделаю, только помочь пытаюсь, — бородач снова сотворил свою зловещую улыбку. — А теперь скажи мне, память полностью вернулась?
— Нет, — честно ответил я и покачал головой. — Помню, как вышел из леса. И все.
— Но знания к тебе вернулись, — задумчиво произнес человек, назвавшийся Меркисом. — Имя помнишь, говорить можешь. Скажи-ка, мы в какой стране живем?
— В Лускейне, где же еще? — ответ сам слетел с моих губ. И правда, это я знал. Помнил, что столица у нас — город Теркс, что стоит он на реке Леанне, которая берет истоки где-то в Бесконечном лесу…
— Как я и говорил, знания у тебя есть. Ладно, не буду тебя пока нагружать, вижу, ты еще не в форме. Но в этот раз попробуй заснуть самостоятельно.
Меркис развернулся и собрался выйти из комнаты.
— Погодите, — окликнул его слабым голосом. — Расскажите. Я все равно не засну.
— Ну хорошо, раз так, — Меркис уселся обратно на свой стул. — Не хочу тебя пугать, но тебе скорее всего не понравится то, что я скажу. Ты ведь знаешь, что такое Граница? Ага, вижу. Ты был вместе с небольшой группой людей, которые появились неделю назад как раз из-за Границы. И да, ты проспал неделю. За вами гналась толпа гноллов, и… Не знаешь, кто это? Ладно, потом расскажу, но это твари опасные. Повезло, что я оказался рядом. Смог вытащить только тебя. Остальные к моменту моего появления уже были мертвы. Сразу говорю — не расстраивайся и не жалей их. Поскольку эти люди называли себя не иначе, как работорговцы. Особые татуировки у них на лбу ни с какими другими не перепутаешь.
— Я тоже… с ними?
— Татуировок у тебя нет, да и, — бородач запустил ладонь мне в волосы, — ты, как видишь, совсем не лысый, а у них так не принято. Мне жаль об этом говорить, но ты, скорее всего был…
— Рабом, я понял, — у меня снова начинала болеть голова. Новая информация пока что плохо укладывалась в мыслях. — Значит, вот как.
— Еще раз извини, но рассказать все равно бы пришлось. А теперь — спи. Все-таки помогу, а то и правда сам не сможешь…
Знакомая ладонь на лбу и накатившая приятная дрема.
Поделиться книгой: