Клим озадаченно глядел на дона Мигеля и молчал. Ника встревожилась еще более.

- Клим?

Клим перевел дух.

- Он сказал... он сказал, что на него напали... что его ударили шпагой.

- Шпагой? Где?

- Там... в семнадцатом веке, надо полагать.

- Ударили шпагой?.. Клим, он же бредит.

Ника не верила в чудеса, ей нужно было объяснение случившемуся, но она его не находила. Почти сердито уставилась на Клима:

- Он мог сам наткнуться на свою шпагу. Кстати, где она?

- Осталась там, в ящике.

- Ну вот...

- Она стоит в углу ящика, рукояткой вверх. Он не мог на нее наткнуться, это не нож. Потом, ты что, не видишь, что рукав у камзола цел...

- Как цел?

- Посмотри сама. Кровь есть, а отверстия, следа от шпаги, нет. И рубашка, посмотри, целая тоже.

- Значит, открылась старая рана.

- А ты, когда накладывала подушечку, не обратила внимания, что рана свежая. Это на самом деле след нанесенного удара.

- Ты... ты это серьезно?

Ника присела на лежанку рядом с доном Мигелем, потом опять встала, растерянно огляделась, как бы не понимая, как она здесь очутилась. От волнения она перешла на шепот:

- Это что же, ты считаешь, что там кресло - машина времени? Чепуха, Клим, подумай!

- Вот я и думаю. Ты представить не можешь, как здорово я сейчас думаю.

- Это же сказка!

- Конечно, сказка, что еще. Такая же сказка, как его телевизор.

- А что телевизор?..

Клим не ответил. Нагнулся к дону Мигелю. Лицо раненого показалось совсем неживым. Ника взяла дона Мигеля за здоровую руку, нащупала пульс.

- Он потерял сознание. Что будем делать, Клим?

- Что? Нужно приглашать врача. Мы не можем оставить его так. И тащить в лодку тоже нельзя. Ты побудь с ним, а я поплыву в гостиницу. Может быть, найду нашего врача.

- Ох, я как чувствовала, что влипнем мы здесь в историю... Останусь, конечно. Только ты побыстрее там. Боюсь я, Клим. Все тут так непонятно.

Клим тоже плеснул на ладонь из бокала, вытер салфеткой следы крови. В это время что-то стукнуло о борт, яхта качнулась. Клим выглянул в иллюминатор. Прикрылся рукой, чтобы не отсвечивала потолочная лампочка.

- Лодка! Что за гости приехали к дону Мигелю?

Двое... Вот тебе на!

- Что?

- Они с автоматами.

Створка двери распахнулась настежь.

Вначале тускло блеснула вороненая сталь автомата, затем ствол опустился, и владелец его шагнул через порог.

Он был высок ростом, пожалуй, выше Клима - ему пришлось нагнуться в дверях, - худощавый, светловолосый, без головного убора, коротко по-армейски стриженный, в защитного цвета рубашке с короткими рукавами, таких же штанах, мокрых выше колен. Глаза его были светлые - на кубинца он никак не походил.

"Американец!" - сразу подумал Клим.

Светловолосый мельком глянул на Нику, более внимательно пригляделся к Климу, осмотрел стены каюты, затем вышел на середину, и место в дверях занял его товарищ, так же одетый, только пониже ростом, чуть потемнее цветом волос, и тоже с автоматом. Кисть его левой руки была замотана грязным бинтом.

- Кто вы? - спросил светловолосый по-английски, и Клим так же ответил:

- Советские спортсмены.

Светловолосый чуть опустил автомат.

- Кто хозяин яхты?

Клим показал глазами на лежанку. Мужчина шагнул ближе, пригляделся:

- Что с ним?

Клим подумал секунду.

- Он неудачно упал. Сломал руку.

- А что здесь делаете вы?

- Мы у него в гостях. Собираемся ехать за врачом.

Светловолосый нагнулся к иллюминатору, Клим тоже поглядел поверх его плеча. По-прежнему висело электрическое зарево над портом. Берег был темен, спокоен и тих.

- Это ваша моторная лодка у борта?

- Да, - кивнул Клим.

- Тогда спускайте старика в лодку и отправляйтесь на берег. Мы забираем яхту.

- Как забираете?

- Мне некогда объяснять. Ну, быстрее!

- Но как же...

Боп!.. боп!.. боп!.. вспышки пламени сверкнули почти в лицо - Клим невольно отшатнулся. Автоматная очередь ударила в палубный настил над головой, посыпались щепки. Светловолосый отступил на шаг, взгляд его стал холоден и колюч. Автомат смотрел Климу прямо в лицо.

- Клим!.. - испугалась Ника. - Кто эти люди?

Она говорила по-русски, и светловолосый переводил напряженный взгляд с нее на Клима. Клим поднял руку и сбросил щепки с головы.

- Не знаю, - также по-русски ответил Клим. - Но это не кубинцы. По-моему, это с американской базы, с Гуантанамо.

- Зачем им нужна яхта?

- Может быть, они дезертиры или преступники, бегут от закона.

- Что мы будем делать?

- А что нам остается делать, когда нас так вежливо просят. Заберем дона Мигеля в нашу лодку, а они пусть плывут, куда хотят.

- Как мы его понесем?

- Ничего. Ты только перебинтуй ему руки и привяжи к поясу. А я пойду подведу лодку поближе к дверям. О'кей! - сказал он светловолосому. - Пошли на палубу.

- Побудь с девушкой здесь, - сказал светловолосый товарищу.

Тот молча кивнул.

- Только чтобы без хамства! - предупредил Клим. - Ты не бойся, Ника.

- Я не боюсь. Непривычно как-то.

- Конечно. Где нам было к такому привыкать.

Клим, а за ним светловолосый вышли на палубу. Плотная полоса тумана сгустилась, закрывая горизонт. Ветра по-прежнему не было, яхту плавно покачивала мертвая зыбь.

Пока Клим отвязывал лодку, светловолосый откинул крышку кормового отсека, где помещался мотор. Видимо, он неплохо разбирался в технике мотор тут же заворчал, чихнул пару раз и заработал тихо на холостом ходу.

И в это время на берегу, правее порта, внезапно вонзился в небо ослепительно белый луч прожектора, он упал на море, скользнул по воде и тут же накрыл яхту. Клим отвернулся, полуослепший, и услышал, как где-то вдалеке взревел мощный мотор.

- Полицейский катер! - крикнул светловолосый.

Он рывком включил скорость, яхта резко рванулась вперед. Мокрая веревка лодки выскользнула из руки Клима.

- А, черт!

- Все равно, уже поздно! - крикнул светловолосый.

- Но катер догонит вас через пять минут.

- Они нас не найдут. Нам только дойти да тумана.

Клим взглянул в сторону моря, плотная мутно-белая пелена уже была в каком-то километре от них. "Что ж, пожалуй, если успеют, то в таком тумане не только яхту, танкер не разглядишь. Вряд ли на полицейском катере есть радиолокатор..."

Яхта быстро набирала скорость, ход у нее оказался приличный, но катер шел несравнимо быстрее. Гудение его нарастало, он нагонял яхту, держа ее в луче прожектора. От полосы тумана яхту отделяла какая-то сотня метров. На катере тоже сообразили, что не успевают, и тогда очередь крупнокалиберного пулемета - не очень частая, но гулкая - хлестнула пулями по воде. Пулеметчик бил трассирующими. Клим, прежде чем нагнуться, увидел, как первая очередь прошла слева впереди яхты, вторая - справа; пулеметчик точно поделил ошибку пополам и накрыл яхту. Пули ударили по крыше надстройки, щепки веером хлестнули по палубе. Мужчина шлепнулся плашмя, сейчас ему было уже не до Клима, но и Климу было не до него.

"Нику бы не задели, черти!"

Но светловолосый, видимо, тоже соображал, лежа на палубе, он круто развернул руль, и следующая очередь прошла уже рядом, по воде, и тут яхта скользнула в туман. Климу вначале показалось, что стало светлее, но это было обманчивое ощущение: оглянувшись, он уже не увидел берега, даже луч прожектора казался просто светлым пятном.

Пулемет на катере дал на удачу еще несколько очередей и замолк.

Светловолосый убавил ход и повел яхту по кромке тумана. "Соображает!" - опять отметил Клим. Скорость яхты сейчас была совсем не нужна, двигатель ее работал почти бесшумно, а мотор катера ревел, как реактивный самолет, рев его быстро приблизился и пошел где-то за кормой.

- Наша лодка тоже оторвалась, - сказал светловолосый.

Автомат у него лежал под рулем, и Клим подумал, что, пожалуй, смог бы рывком до него дотянуться, но товарищ его в каюте услышит возню, и Нике придется плохо.

- Куда же мы идем?

- На Гаити.

- Нам нечего делать на Гаити.

- А нам нечего делать на Кубе... Мы могли бы отпустить вас, но вплавь да еще с девушкой вы до берега не доберетесь. Потеряете направление, и вас унесет в море. К утру мы доберемся до Гаити, сойдем на берег, а вы вернетесь, яхта нам не нужна.

Плавал Клим хорошо, один он бы рискнул, но светловолосый был прав, как поведет себя Ника в воде, Клим не знал.

Да и бросить беспомощного старика дона Мигеля они тоже не могли.

- Как вы отыщете Гаити?

- Будем идти, как идем, прямо на восток.

- Я не вижу компаса.

- Пока все верно. Зыбь - прямо с юга, мы идем вдоль ее воли. Не собьемся.

Клим отдал должное, кто бы там ни был светловолосый, дезертир или еще кто, но в создавшейся обстановке он разобрался уверенно.

Тут они опять услышали мотор катера, в тумане было невозможно определить, откуда доносится звук. Клим прислушался, но гул мотора стал затихать и вскоре пропал совсем.

Стукнула дверь каюты, к ним подошел помощник светловолосого, присел рядом на корточки.

- Ушли!