Семь чудес и временной разлом

Так что я крикнул, когда вромаски был готов всадить свои клыки в Касса:

– Не-е-ет!

Но вот что удивительно. Чудовище точно на наносекунду застыло в воздухе. Его глаза стрельнули в меня, но страха я не почувствовал. Все словно застыло, и у меня возникло невероятно странное ощущение, будто я мог дотянуться до его разума и заставить его сменить курс.

Затем я моргнул, и Марко отшвырнул меня на землю с пути чудовища.

Я откатился влево и вскочил. То загадочное секундное замешательство успело выветриться у меня из головы, и я стал лихорадочно озираться. Где Касс? Я боялся того, что мог увидеть. Но я никак не ожидал увидеть Марко, сжимающего в правой руке левый бивень вромаски. Чудовище плевалось и визжало, дергая в воздухе лапами.

Левый кулак Марко врезался ему в морду, заставив его замолчать.

– Фью, тебе бы принять ванну, Бруно, – сказал он.

Упершись ногами в землю, Марко отшвырнул вромаски прочь от Касса. Чудовище в брызгах собственной слюны взлетело над кронами и исчезло во мраке. Я ожидал услышать звук удара о землю, но его не последовало. Вместо этого рычание сменил отчаянный визг, доносящийся откуда-то сверху. Чудовище застряло в ветках.

– Это было отурк… – пискнул Касс. – Спасибо.

Торквин кивнул:

– Как он сказал.

Брезгливо морщась, Марко вытер ладонь о ствол ближайшего дерева:

– Ни у кого не найдется салфетки? Давайте убираться отсюда, пока Пятачок не спустился, чтобы отомстить.

Касс с трудом поднялся на ноги:

– Нет… погодите. Мы что, просто пойдем дальше, делая вид, что ничего этого не было? Вот так возьмем и отправимся прямиком в джунгли, как четыре закусочные на ножках?

– Слушай, я же один раз тебя уже защитил, так? – Марко приобнял Касса одной рукой.

Стоило признать, я восхищался смелостью Марко. Но искренне сомневался насчет его вменяемости.

– Держитесь меня, вы двое, – добавил он. – Подумайте об Эли.

Я и так о ней думал. До сих пор в моей голове звучали ее крики, а перед глазами стоял миг, когда я видел ее в последний раз. Она была решительной, бесстрашной и умной. Но против Ула’ара у нее не было ни единого шанса. Особенно когда у него был локулус силы.

Мы не могли просто взять и бросить Эли. Если она все еще была жива, пусть даже где-то в прошлом, мы должны ее спасти.

Я посмотрел на Касса. Рядом с Марко он выглядел особенно маленьким и уязвимым.

– Как же моя сестра? – спросил он.

Элоиза. Краем глаза я видел, что она все еще шла к кораблю.

– Возвращаться слишком рискованно, – сказал я. – И они, похоже, пока ее не заметили.

– Ей девять, – подхватил Марко. – Она лучшая из всех учеников, и Масса ее уважают. Они позаботятся о ней. Слушай, если нам удастся спасти Эли, вытащить Элоизу будет раз плюнуть, когда мы вернемся.

Касс кивнул. Он был слишком умен, чтобы возражать. Ему было известно, что на кону.

Как и мне.

Я сделал глубокий вдох:

– Поскакали, ребята.

Но стоило мне сделать шаг вперед, как на фоне облачного неба мелькнуло что-то красное и крылатое. В ответ на душераздирающее карканье атлантийского грифона нам оставалось только одно – пригнуться и искать укрытие. На нас, растопырив мускулистые лапы и хлеща по воздуху мощными крыльями, спикировал наполовину орел, наполовину лев.

Казалось бы, мы должны были быть к этому привычны. Мы уже сражались с одним таким в Греции. Летали на спине другого в мире мертвых. Но даже тысяча встреч не сделала бы этого монстра менее пугающим. Жирное мохнатое тело и длиннющие, точно сабли, когти. Устремив на нас взгляд желтых воспаленных глаз, грифон открыл клюв, показав жесткий раздвоенный язык, который мог с легкостью проткнуть меня, как шампур кусок мяса.

– А-А-А-А-А!!! – заорал Касс. А может, это был я.

Обхватив руками голову, я досчитал до пяти и лишь тогда сообразил, что раз я в состоянии считать, грифон, должно быть, насадил на свой язык кого-то другого.

Я осторожно приподнял голову и успел заметить, как хвост грифона исчез в ветвях деревьев высоко над нами. Птичий силуэт слился с вромаски. Два чудовища заревели и забились, осыпая нас дождем из сломанных сучков и сорванных толстых листьев.

– Бежим! – закричал Марко. – Дерево падает!

Мы со всех ног рванули к пляжу, но дерево так и не упало. Вместо этого грозное рычание вромаски сменилось поскуливанием, а затем стало тихо.

Я услышал странный звук, который, вполне возможно, был отрыжкой грифона.

Марко издал триумфальный вопль:

– Ужин для Твити! Дикий вромаски на свежих листьях, прямо из джунглей.

Торквин поднялся и с облегчением вытер пот.

– Надеюсь, он оставит чаевые.

– Стойте… ребят, вы что, шутите? Думаете, это смешно? – Касс недоверчиво уставился на них. – Нас едва не убили! Хотя могли запросто! А мы даже шагу в джунгли не ступили! Эти чудовища настоящие психи, голодные и… еынначаку.

– Я дуб в наизнанском, – признал Марко.

– Укачанные? – догадался я.

– Точно, – кивнул Касс. – Как укачивает в машине или в море – когда ты перемещаешься сразу в трех направлениях. Представьте, каково это – перемещаться сквозь время.

Марко почесал затылок:

– Погоди. При перемещении во времени правда может укачать?

– Я не знаю! – огрызнулся Касс. – Суть в том, что нам нельзя бросаться туда с бухты-барахты. Мы должны поступить кардинально иначе, чем поступаем всегда.

– В смысле… – начал Марко.

– Подумать! – отрезал Касс. – Выражаясь обычным языком. Не куда-то бежать-бежать-бежать, а потом драться-драться-драться. Может, это работает для тебя, Марко, но включи голову. Весь остров сошел с ума. Мы умрем, если останемся здесь, и умрем, если куда-нибудь двинемся.

– Что ты предлагаешь? – спросил я.

– Этого я тоже не знаю! – Касс в панике взлохматил свои тугие кудри. – Я пытаюсь делать так, как советовал Профессор Бегад. Он всегда советовал нам разбираться в сути проблемы, а не дергаться из-за каждой мелочи. Так давайте пару минут постоим спокойно. Все взвесим…

Его прервали далекие пронзительные вопли, раздавшиеся со стороны пляжа. Я попытался рассмотреть, что там, но не смог разглядеть ничего, кроме разрастающейся толпы Масса на краю покрытой рыбой суши.

– Это, случайно, была не Элоиза? – спросил я.

Касс передернулся:

– Она наверняка нас заметила и теперь думает, как это нечестно с нашей стороны. Через пару секунд она бросится к нам с головорезами Масса на хвосте. Как раз то, что нам нужно.

Я сощурился. Кто-то определенно бежал в нашу сторону, но это была не Элоиза. Это был кто-то из Масса – гибкий, худой и физически развитый, с прикрытым капюшоном лицом.

Я уже хотел сорваться с места, когда капюшон упал. Во-первых, это был не «он». Во-вторых, это был один из сотрудников Института Караи, которого мы очень хорошо знали.

– Нирвана?! – поразился я.

Девушка-повстанец поспешила набросить капюшон на голову. Ее глаза, которые больше не были густо очерчены черной подводкой, как во времена работы в ИК, смотрели мягче. Но решительно. Она схватила меня и Касса за руки:

– Слушайте внимательно. Я собираю оружие Масса, пока они отвлеклись. Повстанцы в джунглях, и мы вам поможем. Мы знаем о твоей маме, Джек. Нам отлично известно, кто она, и она будет помогать нам столько, сколько сможет. У нее рюкзак с локули полета и невидимости и еще тот мешок с осколками локулуса исцеления. Фриц засек ее, когда она шла через джунгли.

– Масса пока ничего не поняли? – спросил я, слыша, как грохочет в груди сердце.

– Нет, и не поймут, пока я жива, – улыбнулась Нирвана. – Все локули надежно спрятаны. Мы придумаем, как вам их отдать. А пока идите – спасите Эли. Вытащите ее из разлома. Верните локулус силы. Мы присмотрим за Элоизой и остальными ребятами, которых тренировала Масса. У нас свои способы. Если мы вам понадобимся, мы тотчас придем на помощь. Только дайте знак.

Сунув в рот два пальца, она громко просвистела первые несколько нот «С днем рождения тебя».

– О, оньлетачемаз, – буркнул Касс. – Как раз эту мелодию никто из нас слышать не желает.

Нирвана с досадой дернула плечами:

– Ну извини.

После чего, кивнув на прощанье, побежала к деревьям. Но застыла на месте, когда с ветвей упало наполовину съеденное туловище вромаски.

Оно ударилось о землю с глухим стуком, брызнув мне на лодыжку холодной зеленой кровью. Чудовище лишилось глаз, его тело было изорвано, и кусочек плоти прилип к моей коже. В ужасе я отпрыгнул в сторону, и одновременно с этим со стороны пляжа донесся оглушительный «кррррак!», похожий на пушечный залп.

Я резко развернулся. Сгнившая мачта «Энигмы» треснула посередине. Даже одной ее части хватило бы, чтобы с легкостью раздавить человека. И как раз один такой человек стоял в непосредственной близости от случившегося.

Элоиза.

– Что она делает?! – заорал Касс, рванув к пляжу. – БЕГИ ОТТУДА!!!

Но по какой-то причине Элоиза не двигалась. И хотя вокруг толпилось немало людей из Масса, никто не пытался увести ее от опасности.

Я бросился следом за Кассом и по пути заметил краем глаза маму. Она приложила ко рту ладонь и прокричала:

– Зыбучие пески!

Глава 3

Ковбой Касс

Дерево трещало. В воздух, подобно искрам от костра, взметались щепки. Мачта сломалась пополам в форме перевернутой буквы «V», и лишь несколько тоненьких полосок древесины удерживали ее части вместе, но они ломались одна за другой.

С каждым шагом ноги все глубже уходили в грязь. Далеко впереди, совсем рядом с кораблем, четверо солдат Масса застряли в огромной луже зыбучих песков, появившейся после подъема морского дна. Они дергались всем телом, точно в каком-то танце аборигенов тропических островов. Остальные солдаты, остерегаясь подойти ближе, растерянно топтались чуть в стороне от них.

С очередным душераздирающим «крррак!» сломанная мачта развалилась на куски и начала падать – прямо на Элоизу.

Я выкрикнул ее имя, и в этот момент справа от меня промелькнуло нечто коричневое. Я знал, что это был Марко. Никто другой не был на такое способен. Все случившееся потом произошло так быстро, что мне потребовалось несколько дополнительных секунд, чтобы это осознать.

Марко затормозил прямо перед толпой солдат и, заведя руку назад, со всей силы швырнул что-то в сторону корабля. В первый момент я не понял, что это было, может, какое-то бревно. Но все стало понятно, когда это «что-то» ударилось о мачту.

Это оказались останки вромаски, тяжеленный снаряд из костей и хрящей. От удара во все стороны от него полетели брызги зеленой крови, голова чудовища оторвалась от туловища и плюхнулась в грязь. Мачта отклонилась от курса, но лишь слегка.

Меня пронзил ужас. Я невольно отвел глаза в сторону и услышал, как мачта с глухим тошнотворным хлюпающим звуком ударилась о землю. И как Касс закричал, обращаясь к сестре.

Люди из Масса бросились к кораблю. Я заставил себя перевести взгляд туда, но они закрыли мне обзор. Мне удалось различить в их толпе Марко, и я начал пробиваться к нему так быстро, как только мог. Распихивая людской поток, я различил впереди обломок мачты, торчащий из грязи, но ни следа Элоизы. Ее придавило? Они что, не собираются поднимать мачту?

Протаранив строй монахов в рясах, я наконец добрался до Марко. Он и еще несколько массаринов стояли неподвижно.

– Ни шага вперед, брат Джек! – предупредил Марко. – Не шевелись!

Футах в двадцати впереди и в каких-то дюймах от воткнувшейся в землю мачты, уйдя по бедра в зыбучий песок, стояла Элоиза. Живая.

Она сняла со щеки кусочек мертвого вромаски.

– Фу-у-у! – скривилась она. – Что это за зеленая слизь? И почему вы все на меня таращитесь?

Теперь я мог видеть Касса, который медленно, высоко поднимая ноги, шагал по грязи навстречу сестре:

– Элоиза, попробуй дотянуться до меня…

– Ты сделал это специально, Каспер! – закричала она. – Ты ждал, пока у меня ноги застрянут, а потом швырнул в меня этой… гадостью!

– Кассиус, – сказал он, осторожно подбираясь к границе зыбучих песков.

– Что?! – рявкнула она.

– Меня зовут Кассиус, а не Каспер, – ответил он. – А теперь давай тянись ко мне!

Она бросила в него куском вромаски, но Касс пригнулся. Марко прыгнул вперед и дернул его за плечо назад:

– Спокойно, брат Касс. Иначе сразу два Уильяма утонут в зыбучих песках.

– Уильямса, – поправил Касс.

– Это зыбучие пески?! – взвизгнула Элоиза и задергалась всем телом.

Она была такая не единственная. Еще минимум пятеро массаринов безнадежно барахтались в плену песков.