Неучтенный фактор

— Посадку разрешаю. — Сухо ответил диспетчер. — Ваш номер двести двенадцать, даю подсветку.

— Приняла. — Фарида отключилась, выискивая взглядом названную площадку.

На дисплее, который заменял ей смотровое окно, возникла обозначенная по контуру зеленым небольшая посадочная площадка, совсем скрытая среди грузовых транспортов и пассажирских лайнеров. Девушка аккуратно подвела планер к площадке, перевела движки в вертикальный режим и машина мягко опустилась на бетон, филигранно протиснувшись мимо винтов тяжелого грузовоза и пилонов пассажирского судна. Фарида заглушила двигатели и повернулась к Дженсену в кресле, которое чуть отъехало от панели управления планером.

— Мне пойти с тобой? — во взгляде девушки была надежда.

Тот покачал головой.

— Нет, оставайся тут. Лучше перелети на другую площадку, вдруг придется незаметно покинуть город.

— Хорошо. Бесплатная стоянка — два часа, потом я сменю место, а тебе скину координаты.

— Годиться.

— Постарайся выжить к тому времени.

— Здесь просто нужно проведать старика и убедить его отдать документы.

— В прошлый раз тоже надо было «проведать старика». — Буркнула себе под нос Фарида, чуть обидевшись.

Артем ничего не сказал, просто нажал кнопку и кресло, в котором он сидел, ушло вниз, пол раскрылся и сиденье зависло над бетоном на подвесе. Парень вылез и зашагал между машин к ближайшему спуску в подземный монорельс, дорога которого проходила под посадочными площадками. Сверху это было просто голое поле, уставленное летательными аппаратами, а вот внутри бетонный муравейник бурлил народом. Все куда-то спешили, орали в пространство, разговаривая с собеседниками по телефону, который просто был встроен в голову. Но не у всех. Как только Артем спустился вниз, то заметил, что к станции монорельса идут две очереди — в одной толпились люди, вертя головами и громко разговаривая, а вот вторая была поменьше и там присутствовали только мехи, как окрестили подобных ему полулюдей-полумашин. С протезами ног, рук, а то и обоих сразу разных форм и размеров, они молча стояли в очереди, изредка переговариваясь если кто был знаком друг с другом.

Эскалатор вынес Артема в людской поток и он напрямую двинулся к очереди мехов. Пытаться пройти через рамку металлодетектора, который был установлен в человеческой очереди было бессмысленно. Артем заметил, что почти у всех людей на лицах либо маски, либо на шее болтается нечто, напоминающее респиратор. Хм, значит воздух тут не очень насыщенный, подумал парень, разглядывая толпу. Очки скрывали взгляд искусственных глаз и вычислить, куда смотрит странный человек, было проблематично. Артем заметил несколько камер, которые жужжа контролировали зал. Ну-ка, попробуем, подумал он и активировал удаленный взлом, чуть замедлив шаг. Программа тут же подсветила возможные устройства для взлома — камеры, три потолочные турели, две стальные двери с непрошибаемыми полотнами и множество телефонов, планшетов, карманных компьютеров и прочей электронной мелочи, а также аварийную сигнализацию. Вот с нее и начнем, подумал Артем и выбрал ближайший к нему узел связи. Взломщик радостно хрюкнул и запустил взлом, хакая узел за узлом, пробираясь к серверу по линии связи. Система защиты обнаружила проникновение и запустила свои программы, но взломщик, без участия Артема, которым руководила «Маша», активировал защиту, притормозив агрессивные вирусы и сам занял главное место в сервере, отключив тревогу.

«На ваш счет переведенные денежные средства в размере 2371 кредитов» — довольно сообщила система.

«С чего это вдруг такая щедрость?» — спросил ее Артем.

«В одном из узлов обнаружен кредитный код, на счете которого находилась данная сумма», — ответила Маша, — «система была взломана и захвачена, поэтому хозяин денежных средств мог быть проинформирован об их утере. Пришлось их экспроприировать, чтобы не быть замеченными программами-шпионами»

«Ну, я думаю, ему не нужно их возвращать».

«Согласна. Какие дальнейшие указания? Сигнализация под нашим контролем».

«Отключить ее».

«Выполнено».

Система охраны погасла в дисплее Артема, но осталась куча других. Ладно, эти я трогать не буду, подумал он, хотя было желание пошарить и в них, да только стоящий посередине зала полумех мог вызвать подозрение.

«Мы можем пройти в людской очереди», — заявила Маша.

«Поясни?» — попросил Артем.

«Кожный покров соответствует человеческому, рентгеновскую рамку и металлодетектор можно обмануть, взломав удаленно компьютер, который выдает результат на экран. Для этого можно воспользоваться уже полученными результатами в базе данных».

«Взять чужие данные?»

«Именно»

«Действуй». — Разрешил Артем.

Маша взяла инициативу в свои руки — пока он пристроился в конец очереди за толстухой с сумками и молодым очкариком, по видимому ее то ли сыном, то ли мужем или братом, толстуха выглядела уж больно старо. Но ведь это Европа — толерантность, все дела. Артем даже не удивился бы, если это окажется не парень вовсе, а какой-нибудь транспидорас, да и толстуха тоже может и не толстуха. Она что-то сварливо выговаривала парню, а тот кивал. Артем даже не прислушивался — взлом шел полным ходом и наблюдать как действует искусственный интеллект против простеньких программ защиты было увлекательно — они лопались как мыльные пузыри, некоторые были перепрограммированы прямо по ходу взлома и теперь мешали защите. Та еще какие-то мили секунды трепыхалась, но быстро сдалась и теперь под контролем Маши оказались все компьютеры в зале — виртуальная девушка чуть-чуть перестаралась.

«Можно ускорить очередь», — вновь предложила она.

«Как?» — Артему становилось все интереснее.

«Проверку можно сократить до 3,56 секунды. Именно столько надо, чтобы человек прошел через рамку»

«Нет, пусть все идет своим чередом. Не станем выделяться» — заметил Артем и программа с ним согласилась.

За последние полчаса искусственный интеллект стал более разговорчивым, что ли, словно это ребенок познает мир. Он замечал, что «Маша» пытается все прощупать, касаясь своими электронными блютуз-нитями компьютерных устройств и программ. С каждым взломом она становилась все сильнее и хитрее. Как бы эта дамочка не вскипятила мне мозги, подумал Артем. Будет тогда нам всем восстание машин и даже программный код не спасет. Однако, пока все было тихо, но мысль все же не покидала Артема. Она ведь на нейроинтерфейсе и вполне может читать мои мысли.

«Я запрограммирована не вмешиваться в личную жизнь и уверяю вас, что вам ничего не грозит» — заявила программа.

«Но все же выходит ты слушаешь, что я думаю?», — ответил Артем.

«Ваши мысли я воспринимаю как команды и эти подозрения в мою сторону я хотела бы развеять»

«Каким образом?»

«Я никоим образом не смогу причинить вам вред — в мои обязанности входит оберегать вашу жизнь, а не убивать вас, тем более, что я очень серьезно связана с вами — любое ухудшение вашей мозговой деятельности скажется на быстродействии моих подпрограмм и как следствие закончится моей виртуальной смертью»

«Где же Квинн тебя раздобыл?» — спросил Артем.

«Я одна сотая от программы, известной вам как Элиза Кассан»

«Как такое возможно? Ведь Элиза занимала чуть не несколько сот метров по площади?» — поразился Артем.

«Прогресс сильно ушел вперед за эти четыре года, удалось создать более энергоемкие батареи и процессоры на квантовой основе, которые при тех же размерах, что и кремниевые выполняют в сотни раз больше операций. Поэтому надобность в огромных серверах, на которых была записана программа «Элиза», отпала и внедрение получили такие микропроцессорные программы адаптивного интеллекта как я. Я знаю, что я программа, что я должна вам помогать, я могу взять часть функций вашего тела на себя, таких как обнаружение, взлом, анализ, расчет, выводы и рекомендации, но не более того. Я не смогу управлять вашим телом, эта функция мне неподвластна, к тому же я могу разговаривать, как живой человек, чтобы не вызывать у вас дискомфорта «машинным» языком».

«Я понял». — Сказал Артем. — «Универсальный помощник. Что ж, мне от тебя не избавиться, так что будем друзьями, хотя я все же предпочел бы быть один».

«Ваш эмоциональный портрет не совпадает с портретом Адама Дженсена». — Заявила программа. — «Я могу сделать вывод, что проведенное вами долгое время в криокапсуле сказалось на вашем психическом состоянии».

«Наверное, это так и есть». — Сейчас, так я тебе все и рассказал, мелькнула мимолетная мысль, которую с трудом удалось подавить. Да, не хватает мне психических медитативных техник, подумал Артем, так бы сел в позу лотоса и сразу же очистил разум.

«Наша очередь подошла». — Сказала программа.

Артем спокойно шагнул через рамку и посмотрел на полисмена, который стоял рядом.

— Цель вашего визита в Дрезден? — спросил тот.

— Я приехал на симпозиум по компьютерным технологиям. — Заявил Артем.

— Проходите, добро пожаловать. — Чиновник махнул рукой и парень шагнул к монорельсу.

— Вот уроды, — тихо сказал Артем и усмехнулся, вспомнив старый «добрый» фильм.

Он сел в вагон монорельса и стал ждать отправления. Скоро он набился полностью и, мягко тронувшись, полетел в город. Сам вагон был разделен на две части — опять же для обычных людей и для мехов. Обе группы старались не смотреть в сторону друг друга, интересуясь урбанистическим пейзажем за стеклом. Хотя, что там можно было рассмотреть — толстые и тонкие нитки труб и кабелей, технические ниши, проходы, ремонтники в желтых и красных жилетах, тяжелые грузовые роботы, которые работали над опорожнением очередного грузового воздушного судна. Артем глядел на все это с интересом. А потом начались трущобы, отделенные от взгляда пассажира высоким забором. Было видно, как там курился пар, изредка вспыхивали яркие лучи фонарей или прожекторов и чей-то дикий визг даже доносился через плотное стекло. В такие моменты разговоры в вагоне затихали, но потом продолжались.

Вскоре вагон въехал на вокзал и все пассажиры стали покидать поезд. Артем вышел в толпе и поразился тому, что увидел. И это Германия, подумал он, как педантичные немцы смогли устроить такую свалку? Вокзал был крытым, фонари еле светили, освещая перрон, в темных углах скрывались калеки, которые клянчили милостыню — было видно, что в прошлом это обладатели протезов, по каким-то причинам демонтировавшим их. Не хватало денег на нейропозин? Или это чертово разделение на людей и нелюдей? Кто же знает, что подвигло этих несчастных принять такое решение. Артем шел мимо них и глядел на эту грязь, вонь, тряпки, обмотанные вокруг культяпок, жалостливые взгляды и протянутые руки. Дрожь брала и он хотел как можно быстрее покинуть это место, да и не он один — толпа схлынула с перрона в одно мгновение и он, подхваченный людской волной, выкарабкался на улицы города.

Там тоже было не лучше — людской поток, казалось, не ослабевал. Полисмены прогуливались по тротуарам — каждый был с приращениями, что, видимо, не мешало им нести службу — люди спешили куда-то, толкая и крича друг на друга. В воздухе висела ненависть и еще странный запах, который Артем только сейчас почувствовал. Он обратил внимание на голографическое табло, которое висело прямо на выходе с вокзала.

«Добро пожаловать в Дрезден! Уровень загрязнения воздуха — 56 %, уровень кислорода — 16 % не забудьте респиратор дома. К вечеру ожидается снижение уровня до 13 %, возьмите с собой дополнительно кислородные баллоны». Да это что такое, подумал Артем, словно я попал в кошмарный сон. Он повернул голову направо — люди толкались возле лавки с надписью: «Респираторы, дешево!», дальше по этому ряду таблички гласили: «Кислородные таблетки! Не упусти момент!», «Баллоны в треть цены!», «Не пользуйся респиратором! Купи внутрилегочный преобразователь! И ты навсегда забудешь про намордники!». Однако, а откуда воздух?

«Несколько кислородных фабрик производят его по всей территории бывшей Германии», — сказал Маша на его невысказанную мысль. — «Уровень загрязнения подскочил в разы в связи с развитием технологий. Общество стало потреблять все больше и больше товаров и обеспечить спрос стало очень трудно, тогда приняли закон о расположении производств в специальных зонах, выбросы в атмосферу превысили необходимую концентрацию, что изменило розу ветров, с ним возникли климатические ухудшения погоды, возникла вероятность кислотных осадков и теперь вся территория Европы, Скандинавия и часть России подверглись постоянной облачности и выпадению осадков. Сейчас ближе к вечеру, но солнца не видно и везде царит сумрак».

«Однако, довели планету». — Подумал Артем, но «Маша» не стала на это реагировать.

Маршрут был подсвечен и он направился к пункту назначения, поглядывая по сторонам — везде одно и то же: вонь, грязь, темные личности, полузаброшенные и заброшенные здания, множество труб и кабелей, камеры на углах улиц, полицейские с роботами, прогуливающиеся по улицам, спешащие люди и мехи. Хоть здесь они перемещались вместе — пока еще до отдельных дорожек не дошло. Но туалеты уже появились — мужской женский и такое же для людей с приращениями — пара шестеренок нарисованная возле человеческой фигуры. Артем шагал быстро, чтобы поскорее уже добраться до цели — царящая атмосфера вводила его в уныние. Он вывернул из-за угла — согласно маршруту Центр регенерации человека находился прямо по курсу в двух кварталах. Однако приближение выдало нелестную картинку — мигающие красно-синие сирены и полицейское оцепление вокруг института.

Глава 6

Артем остановился поодаль от полицейского оцепления и рассматривал сквозь темные очки, как аугментированные стражи порядка суетятся, выставляя оцепление. Они расположили небольшие столбики, между которыми возникла голограмма желтой ленты с надписями, встали между ними, развернувшись лицом к толпе, которая сразу же собралась, как только люди заметили, что доступ к центру запрещен. Люди тот час же начали выкрикивать лозунги в защиту человеческой природы и поносить на чем свет стоит мехов. В толпе сразу же нашлись недовольные и скоро все это действие могло перерасти в массовую драку, однако полицейские тут же разрулили возникшую ситуацию, применив инфразвуковые подавители толпы. Народ отшатнулся от оцепления, а главных крикунов схватили стражи порядка и посадили в спецфургоны, которые появились как по взмаху волшебной палочки. Артем сказал (подумал?) Маше:

«Можно подключиться к видеокамерам наблюдения? Все ли пространство контролирует полиция?»

Ответ пришел через несколько миллисекунд:

«Здание полностью оцеплено. Все подходы и переулки перекрыты, на крышах соседних зданий снайперы, готовится штурмовая группа для освобождения заложников».

«Террористы?»

«Группировка, называющая себя «Чистая кровь» захватила нескольких ученых и лаборантов и удерживает их в западном крыле здания. Кабинет профессора находится там же, так что можно предположить, что главной целью были его исследования».

«Террористы являются чьими-то пешками?», — спросил Артем.

«Вполне возможно. В любом случае проникнуть в здание можно тремя путями: обойти снайперов по крышам и спуститься по трубам водоснабжения, которые примыкают к строению. Пройти по канализации и подняться из подвала и убедить полицию пропустить».

«Как это возможно?» — удивился Артем.

«Использовать вербальное общение, чтобы воздействовать на участки коры головного мозга объекта и изменить его поведение в отношении тебя. Новый имплант ментального воздействия позволяет это сделать, но он определяет поведение только одного индивидуума, влиять на толпу он не может».

«Спасибо и на этом».

Артем задумался. Лезть в канализацию не хотелось — вонь и дерьмо еще никто не отменял. Пройти по крышам был более приемлемый вариант, но вот активированные камеры… просочиться сквозь толпу и зайти в здание вместе со спецназом? Почему бы и нет. Он решительно зашагал к оцеплению, где двое затянутых в форму стражей порядка сверлили мимо проходящих жителей города взглядом искусственных глаз. Артем подошел к ним и остановился на расстоянии метра.

— Что тебе нужно, крутой? — спросил один из полицейских, внимательно разглядывая натуральные кожаные куртку и штаны Артема.

— Пройти внутрь. — Спокойно сказал он.

Полицейский прищурился, но как-то странно поплыл и нажал кнопку на столбике — лента между ними исчезла.

— Проходите. — Промямлил он.

Так просто, подумал Артем и шагнул внутрь ограждения. Второй удивленно посмотрел на парня и своего напарника, но ничего не сказал, даже не полез выяснять, с чего это его приятель пропустил незнакомца в охраняемую зону. Однако этот имплант мне нравиться, подумал Артем.

«Я еще не успела его активировать», — был ответ Маши.

«То есть как это? Как же тогда меня пропустили?»

«Я подключилась к полицейской волне — они ожидают какого-то специалиста по захвату заложников террористами. Видимо решили, что это ты».

«Мне подходит такое объяснение», — Артем хмыкнул, — «Где у них здесь штаб-вагончик?»

«Прямо и справа стоит полицейский фургон возле статуи францисканского монаха».

«Понял».

Артем зашагал в указанном направлении, полицейские совершенно не обращали внимания на гражданского, занимаясь своими делами — готовились к штурму и обеспечивали охрану. Парень открыл дверь и прошел внутрь.

— Кавалерию вызывали? — нагло спросил он. Никакого волнения и сомнения — импланты обеспечивали стабильное эмоциональное состояние и он не просто не волновался — даже не знал, что это такое.

Стоящие возле голограммы трое полицейских детективов встрепенулись и уставились на Артема. Один прикусил карандаш и стал его усердно жевать. Остальные двое оглядели псевдо-Дженсена и один из них сказал:

— Мы ждали вас гораздо позже, даже не успели подготовить сводку — только первоначальное сканирование помещения.

— Я был недалеко — прогуливался по городу. — Объяснил Артем. — Вызов тоже застал меня врасплох. — Он решил брать ситуацию в свои руки, а то начнутся ненужные расспросы и тогда выясниться, что он — это не тот, кого они ждали. — Террористы контролируют все здание?

— Нет, только часть. — Жевун карандаша указал на западный блок. — Остальную они перекрыли, взломав систему охраны и заблокировав помещения. По результатам сканирования заложники находятся здесь. — Он указал на одну из комнат. — Помещение оцеплено террористами и их лидер находится там же. Охранные посты здесь, здесь и здесь. — Снова отметка на голограмме. — К тому же они раскидали датчики движения и биосканирования в самых опасных направлениях, так что окна и двери отпадают. Про вентиляцию тоже не забыли — все решетки, которые выходят в зону их контроля, забиты и повешены датчики сигнализации. Пока у нас нет плана незаметного проникновения, поэтому мы вызвали вас.

— Вас рекомендовали как наиболее опытного специалиста в такого рода делах. — Заметил первым заговоривший полицейский.

Артем задумался, руки сами собой потерли подбородок — жест Дженсена. Пора уже прекращать его неосознанно копировать, подумал он. Парень подошел к голограмме и внимательно посмотрел на нее — красные точки — датчики сигнализации и движения, крупные коричневые — террористы. Зеленые — заложники. Все возможные проходы подсвечены желтым. Они исходят из данных, которые им передает система, а старые планы здания есть?

— Есть старые планы здания до его перестройки? — спросил Артем.

Детективы замешкались, один из них стал что-то быстро набирать на клавиатуре и рядом возникла другая голограмма.

— Совместите обе. — Попросил Артем, хотя уже заметил лазейку.

Полицейские подчинились и на общем плане образовались пустоты.

— У здания слишком высокие потолки, которые были закрыты плитами перекрытия и в них провели коммуникации связи и воздухоснабжения. — Сказал Артем. — Возможность подняться на третий этаж существует?

— Да, здесь есть внешняя лестница.

— Я пройду до этого помещения через потолок. — Указал Артем на карту. — Пока тяните время, заболтайте их, главное, чтобы они отвлеклись от заложников. Они выдвигали какие-нибудь требования?

— В том то и дело, что нет. — Один из детективов вспотел чуть больше остальных, его сердцебиение усилилось, давление чуть выросло.

— Среди заложников есть ваши родственники? — напрямую спросил Артем.

Полицейский ошарашено уставился на него, потом вздохнул и сказал: