Пора убивать

— Как ваше полное имя?

— Джеймс Луис Уиллард.

— А кличка?

— Пит. Пит Уиллард.

— Адрес?

— Дом четырнадцать, это по маршруту шестого автобуса, Лейк-Виллидж, штат Миссисипи.

— Улица?

— Ветел-роуд.

— С кем вы живете?

— Со своей матерью, Эрнестиной Уиллард. Я разведен.

— Вы знакомы с Билли Рэем Коббом?

Уиллард заколебался, опустив глаза вниз. Только сейчас он обратил внимание на то, что ботинки его остались в камере. Грязные носки были когда-то белыми, сквозь дыры из каждого торчало по большому пальцу. И вовсе даже не опасный вопрос, подумал он.

— Да, я знаю его.

— И вчера вы были вместе?

— Угу.

— Где же вы были?

— На озере.

— Когда вы оттуда уехали?

— Около трех.

— И какую же машину вы вели?

— Я не вел никакую машину.

— А на чем вы ехали?

Опять сомнения. Уиллард внимательно изучал большой палец правой ноги.

— Что-то мне расхотелось говорить дальше.

Оззи нажал другую кнопку, и магнитофон остановился. Он сделал энергичный выдох, подался к Уилларду:

— Ты когда-нибудь бывал в Парчмэне?

Тот отрицательно покачал головой.

— А знаешь, сколько там сидит черномазых?

Молчание.

— Около пяти тысяч. А белых?

— Нет.

— Примерно тысяча.

Уиллард уронил голову на грудь. Оззи дал ему с минуту на осмысление этой информации, затем подмигнул лейтенанту Гриффину.

— А ты можешь себе представить, что эти ниггеры сделают с белым парнем, когда узнают, что он изнасиловал черномазую девчонку?

Никакого ответа.

— Лейтенант Гриффин, расскажите мистеру Уилларду, как в Парчмэне относятся к белым.

Пройдя через кабинет, Гриффин уселся на край стола шерифа Оззи Уоллса, смерил взглядом сидевшего на стуле Уилларда.

— Лет пять назад белый парнишка в округе Хелена, это в самой дельте, изнасиловал чернокожую девчонку. Ей было двенадцать лет. Когда парнишку привезли в Парчмэн, заключенные уже поджидали его. Знали, кого везут. В первую же ночь на него набросились человек тридцать ниггеров, привязали к огромной металлической бочке, а потом стали трахать его по очереди. Охрана наблюдала за этим и смеялась. Насильников не очень-то жалуют даже в таких местах. Так продолжалось каждую ночь в течение трех месяцев, а потом его убили. Сначала кастрировали, а потом запихнули в ту самую бочку.

От страха Уиллард съежился, затем, чуть придя в себя, откинул голову назад и тяжело задышал в потолок.

— Послушай-ка, Пит, — обратился к нему Оззи, — ты нам вовсе ни к чему. Нам нужен Кобб. Я охочусь за ним с того самого момента, как его выпустили из Парчмэна. Он мне нужен позарез. Ты поможешь нам добраться до него, а я, в свою очередь, помогу тебе, чем только смогу. Не буду ничего обещать, но у меня неплохие отношения с прокурором округа. Так что ты мне Кобба, я же постараюсь, чтобы прокурор не был очень уж зол на тебя. Просто расскажи нам, что у вас там произошло.

— Требую адвоката, — заявил Уиллард.

Оззи опустил голову вниз и издал протяжный стон.

— А чем тебе поможет адвокат, Пит? Не даст ниггерам прикоснуться к тебе? Я пытаюсь помочь тебе, а ты корчишь из себя образованную задницу.

— Ты бы, сынок, послушал шерифа, — вступил Гриффин. — Ведь он хочет спасти твою жизнь.

— У тебя и в самом деле есть шанс получить всего несколько лет и отсидеть их в этой самой тюрьме, — пришел на помощь Рэди.

— А здесь будет поспокойнее, чем в Парчмэне, — вставил Празер.

— Выбирай, Пит, — сказал Оззи. — Либо подохнуть в Парчмэне, либо остаться здесь. Мы бы могли подружиться с тобой, если бы ты хорошо себя вел.

Опустив голову к коленям, Уиллард тер виски.

— Ладно, согласен.

Оззи нажал красную кнопку.

— Где вы увидели девчонку?

— На какой-то покрытой гравием дороге.

— Что за дорога?

— Не знаю. Я был пьян.

— И куда вы ее повезли?

— Я не знаю.

— Вас было двое — ты и Кобб, верно?

— Да.

— Кто из вас ее трахал?

— Мы оба. Первым был Билли Рэй.

— Сколько раз?

— Не помню. Я курил травку и пил.

— Значит, трахали ее оба?

— Да.

— Куда вы ее потом дели?

— Не помню. Клянусь, я не помню.

Оззи нажал другую кнопку.

— Сейчас это перепечатают и дадут тебе подписать.

Уиллард задергал головой.

— Только не говорите ничего Билли Рэю.

— Не скажем, — пообещал ему шериф.

Глава 4

Перси Буллард нервно ерзал, сидя в кожаном кресле за столом из полированного дуба у себя в кабинете, расположенном позади зала суда, где уже собрались люди на слушание дела об изнасиловании негритянской девочки. В небольшой соседней комнате вокруг аппарата для варки кофе сидели юристы и обменивались последними слухами о деталях преступления.

Коротенькая судейская мантия Булларда висела в углу, у окна, выходящего на Вашингтон-стрит. Крошечные ступни его ног, обутые в кроссовки, едва касались пола. Маленький и нервный, он вечно дергался перед первичным слушанием, да и вообще перед тем, как выйти в полный народу зал. Просидев тринадцать лет на судейской скамье, он так и не научился расслабляться. К счастью, он не должен был вести большие судебные процессы — эта обязанность лежала на главе выездной сессии суда.

Буллард был лишь окружным судьей, он уже достиг своей вершины.

В дверь кабинета постучали. Это был Пейт, судебный чиновник, уже одряхлевший на своей должности.

— Входите! — требовательно произнес Буллард.

— Уже полдень, судья.

— Много там черномазых? — отрывисто спросил он.

— Ползала.

— Это же не меньше сотни! Убийства и те собирают меньше народу. Что, интересно, им нужно?

Пейт только покачал головой.

— Видимо, они думают, что сегодня будет разбирательство.

— Наверное, просто взволнованны.

— Это чем же? Я еще пока никого не выпустил на свободу. Сегодня первичное слушание. — Немного успокоившись, Буллард повернулся к окну. — Семья пострадавшей здесь?

— По-моему, да. Я заметил несколько знакомых лиц, хотя родителей ее я не знаю.

— Как насчет мер безопасности?

— Шериф держит всех своих людей рядом. Мы проверяем каждого входящего в зал.

— Нашли что-нибудь?

— Нет, сэр.

— Где парни?

— У шерифа. Он прибудет с ними с минуты на минуту.

Ответ судью удовлетворил. Сделав шаг, Пейт положил перед ним на стол написанную от руки записку.

— Что это?

Пейт набрал воздуху в легкие.

— Телевизионщики из Мемфиса обращаются с просьбой снять на пленку первичное слушание.

— Что?! — Лицо Булларда налилось кровью, он резко развернулся во вращающемся кресле. — Камеры! У меня в суде?! — Разорвав записку в клочки, он швырнул их в сторону пепельницы. — Где они?

— В холле.

— Прикажи им немедленно убраться из здания суда.

Пейт вышел.