Табу

- Да, - прошептала она. Для меня, это была маленькая победа. Возможно, я должен выследить ублюдка, который причинил ей боль и сбежал от неё, и поблагодарить его. Если бы он не сделал это с ней, она бы не была сейчас здесь. Опять же, я бы все равно выбил из него дерьмо. Никому, кто навредит Поппи, не сойдёт это с рук.

- Я больше не твой отчим, - сказал я, и потеребил край рубашки, прикрывающий её тело.

- Меня не волнует, если б ты и был им, Алексей. Я всегда считала маму идиоткой за то, что она позволила тебе уйти.

Я отпустил её руки и отошёл от неё. Я двинулся к двери, щёлкнув замком, а потом подошёл к своему столу.

- Отвечай на мои звонки и отмени мою встречу днём.

Прежде чем кто-либо смог возразить, я отключил интерком. Мой член был каменно твёрдым, и хотел быть внутри неё. Уставившись на неё, я размышлял над следующими словами.

Поппи была красивой женщиной, и нельзя отрицать, что притяжение было. Я увидел, как она облизнула губы, и как она посмотрела на моё тело, её напряжённые соски проступали сквозь рубашку. Она была возбуждена, и у меня было то, что она хотела.

- Как на счёт небольшого предложения, Поппи?

Её слова о том, что я был её отчимом, отдавались эхом у меня голове. У меня было ощущение, что Поппи связалась с немного запретным, табу.

Так же, как и я.

- Какого?

- Я дам тебе деньги и позволю твоему другу жить. - Эта часть была ложью. - Взамен, я получу твою киску, задницу и рот.

Её глаза расширились.

- Для чего? - спросила она, но мы оба знали, что я имел ввиду.

Я позволил словам зависнуть между нами на мучительно долгое мгновение.

- Чтобы делать с ними то, что захочу. - Я расстегнул пояс и сбросил брюки, взяв свой член в руку. Я был грёбаной задницей, но я не мог удержаться рядом с ней. Я был каменно твёрдым, и мне нужно было хоть какое-то освобождение. От Поппи у меня сносит крышу, и мне нравилось это. - Все, что я хочу услышать от тебя, это "Да, Алексей, я твоя".

5 Глава

Алексей

- Да, Алексей. - Её голос был мягким, а глаза широко открытыми. - Я твоя.

Я смотрел на неё и слушал, что она говорила, и мой член становился твёрже, чем когда-либо в моей грёбаной жизни. Эта женщина, которую я не должен хотеть, от которой мне надо держаться подальше, значила для меня больше, чем любой другой человек в моей жизни. Я знал её, когда она была подростком, и смотрел, как она превращается в женщину, которой она была сегодня. Даже если я не общался с ней все эти прошедшие годы, я все ещё убеждался, что она цела и под присмотром.

Я посмотрел на неё, желая её как грёбаный изверг, но я был достаточно силен, чтобы сохранить свой контроль. Я мог бы взять её... возьму, когда придёт время. Но сначала мне нужно позаботиться о том ублюдке, который трахал её, даже если я сказал, что оставлю его в покое. Я мог не убивать этого мелкого говнюка, но я сообщу ему, что наёбывать Поппи, это значит, связаться со мной, что для него это было не хорошо.

Я поправил брюки и подошёл к столу, схватив листок бумаги, я написал адрес. Я хотел её у себя, хотел запереть её, и я не приму "нет" за ответ. Я чувствовал её возбуждение, как будто оно было собственным. Знал, что она хотела меня, и я был в курсе, что это не имело ничего общего с нашим прошлым или тем, что ей нужна моя помощь. Мы оба были взрослыми. Она была согласна, и достаточно доверяла мне, чтобы за помощью прийти ко мне, а не к другим. Я позабочусь о ней... во всех отношениях. Со мной, она была в безопасности, и тот, кто трахал её, встретится с моим гневом.

- Иди сюда, Поппи.

Через секунду она была рядом, и я, глядя ей в глаза, которые наполнились доверием, взял её за щёку. Было достаточно времени, чтобы показать ей, что она была моей.

- Это моя квартира в городе. Я хочу, чтобы ты пошла туда, дождалась меня, и знай, что все будет хорошо. - Я протянул ей листок, и она посмотрела на него. - Я кого-нибудь попрошу отвезти тебя туда.

- Но моя машина...

- Она будет доставлена туда и поставлена в гараж.

Она посмотрела на меня.

- Я могу сама это сделать, Алексей. Я многое могу делать сама.

Я не мог не улыбнуться. Она была единственным человеком, который мог разрушить эту нерушимую непреклонность, и встать рядом.

- Я знаю, но пожалуйста, позволь мне позаботиться о тебе.

Она на секунду замолчала, но потом кивнула. Я бы убедился, что все было в порядке, даже если бы колени были перебиты, и текла кровь.

Поппи

Прежде, чем я покинула его кабинет, Алексей расспросил меня о деталях, и я их ему рассказала. Я достаточно знала об Алексее и могла сказать, что он не намерен оставлять моего бывшего в покое. Но я также знала, что этот засранец сам напросился. Он наебал меня, заставил чувствовать себя, как дерьмо, и если из него выбьют дерьмо, возможно тогда, он не будет вести себя так с другой женщиной.

Теперь, когда я вхожу в пентхаус Алексея, в центре города, чувствую, что попала в какую-то альтернативную вселенную. Сексуальное влечение, которое я ощущала с Алексеем, и те вещи, которые я хотела, чтобы он со мной сделал, создавали ощущение, будто я воспламеняюсь изнутри. Он был мужественным, сильным, и, несмотря на наше прошлое, и то, что все эти годы он думал обо мне, я всего лишь видела в нем человека, который заставлял мои ладони потеть, а сердце учащённо биться.

Моей матери было все равно. По крайней мере, я не думаю, что ей было бы пофиг, если бы я ей сказала, что я хотела Алексея. Правда в том, что я не была с ней близка, и она удостаивала меня телефонным звонком, только когда был особый повод. Живя за границей с новым мужем, она понизила меня в списке приоритетов.

Это было прекрасно. Она жила своей жизнью, а я своей, и если я для неё не была достаточно важна, чтобы уделить мне внимание, так уж и быть.

Я прошлась по гостиной, справа от меня были панорамные окна, а слева, огромная кухня в сочетании гранита и нержавеющей стали. Алексей жил в стиле минимализма, но все же с комфортом, и я не могла не одобрить обстановку. Я, конечно, не жила в такой роскоши, но моя жизнь, бедная или нет, по большей части была счастливой.

Хотя, не сейчас. Ты явно была достаточно отчаянной, чтобы прийти к Алексею и не скрывать свои чувства к нему.

Слова шофёра звучали у меня в голове, когда я остановилась прямо перед одной из спален.

- Мистер Макович сказал, чтобы вы чувствовали себя как дома. Одежда и предметы первой необходимости, были отправлены до вашего приезда в запасную спальню.

Но я не планировала оставаться здесь с ним. По крайней мере, это то, что я говорила себе. Мне нужна его помощь, но какую цену я готова заплатить за это?

Очевидно, чертовски высокую, учитывая тот факт, что ты сказала, что ты его, и ты в его доме.

Я вошла в комнату, села на кровать и уставилась на открытую дверь. Да, я ввязалась во что-то серьёзное, что не казалось временным.

Была ли я к этому готова?

6 Глава

Алексей

Даже если Поппи и не дала мне адрес этого мелкого ублюдка, я его нашёл. Это было достаточно легко, тем более что он и не пытался скрыть, кем он был. Я взглянул на часы и увидел, что ублюдок уйдёт с работы через двадцать минут, и чувствовал, что моя кровь, ускоряясь, течёт по моим венам. Сегодня у меня не было подкрепления... оно и не нужно. Это всё было моё, и я смогу насладиться трепетом, когда заставлю этого придурка понять, что он связался не с той женщиной.

Я сидел перед занюханным баром, где он работал, и моё сердце стабильно, сильно, качало адреналин по моим венам. Через окно я наблюдал, как красовался этот грязный ублюдок.

- Я заставлю тебя заплатить, ты, маленький засранец, - сказал я себе, вцепившись руками в руль так, что побелели костяшки на пальцах.

Следующие двадцать минут тянулись со скоростью улитки, а затем, наконец, этот ублюдок вышел из бара. Он закурил сигарету, добрался до своего грузовика, залез внутрь и отъехал от здания.

Я следовал за ним до тех пор, пока кусок дерьма не остановился перед тем, что как я предполагал, было его домом. Я припарковал машину через дорогу, выключил фары, заглушил двигатель, и просто смотрел, как этот ублюдок входит в дом. Я ждал, чтобы убедиться, что никто не придёт, потом вылез из машины. Я подошёл к багажнику, открыл его и достал кастет и бейсбольную биту. Я решил отделать этого ублюдка в стиле старой школы, и это навеяло много воспоминаний из тех дней, когда я избивал людей в Москве.

Кровь разгоняется по моим венам. Волнение от того, что произойдёт, заставляет меня хорошо себя чувствовать.

Натянув фуражку пониже, я закрыл багажник и направился к входной двери. Я не хотел устраивать сцену и не хотел появления копов, так что я постучал, и оглянулся, чтобы убедиться, что в этом уединённом квартале тихо. Когда дверь открылась, я протиснулся внутрь и закрыл её за собой.

- Эй, что за нахр... - Слова бывшего Поппи были прерваны, когда он посмотрел на меня. Да, я большой ублюдок, и я всегда использовал это в свою пользу.

Тишина повисла между нами, когда я смотрел на этого урода сверху вниз, и знал, что в принципе, это не будет дракой, потому что я с лёгкостью его одолею. Бывший не был большим, даже не имел мускулатуры. Однако в его глазах я видел тёмный блеск. Такое я видел сотни раз, у мужчин, которые любили контролировать людей слабее их самих. Этот ублюдок причинил боль Поппи, и он заплатит, пока пол не покроется кровью.

- Я сделаю это быстро и нежно, - сказал я, шагая ближе к этому мудаку. Кастет уже был на мне, а бейсбольная бита в крепкой хватке моей руки.

Ублюдок поднял руки вверх, как будто его капитуляция облегчила бы все для него.

- Я не знаю, кто ты, но думаю, что произошла какая-то ошибка.

Я вздёрнул бровь.

- Ошибка? - Я покачал головой. - Нет, ты тот кусок дерьма, который обокрал Поппи и думает, что может остаться безнаказанным. - Я улыбнулся, и знал, что это было угрожающе. - Ты связался не с той женщиной.

Парень снова покачал головой, и я почти осязал его страх. Я знал несколько довольно хуёвых вещей, которые мог с ним сделать, заставив его страдать и плакать, как маленькую сучку, и я хотел это сделать и покончить с ним, чтобы пойти домой к своей женщине.

Да, она была моей грёбаной женщиной.

- Слушай, я думаю, что Поппи все не так поняла. Я не имел ничего в...

Я ударил его по лицу, тем самым успешно затыкая ему рот. Сначала, парень выглядел шокированным, а отпечаток моей руки горел на его щеке ярко-красным цветом. Я снова ударил его, просто так, в качестве аперитива перед началом настоящего веселья.

Я, ухмыляясь, подошёл ближе.

- Ты облажался, приятель. Поппи моя женщина, и то, что ты с ней сделал, - я покачал головой - ты заплатишь за это.

- Без проблем, я могу вернуть деньги.

Я снова покачал головой.

- Ей не нужны грёбаные деньги. Я не об этом. Я позабочусь о ней во всех отношениях. - Я сделал ещё один шаг, а ублюдок отступил. - Я о том, что ты запомнишь, с кем ты трахался.

Я мотнул головой, готовый сделать это.

- Это чушь собачья, - сказал ублюдок, когда гнев, и осознание, что для него это не закончится хорошо, наконец, проявились на его лице.

В следующую секунду, я уже был на нем, крепко удерживая его за горло, и легко отрывая его от пола.

Сейчас я ощущал себя на первобытном уровне, как животное, готовое разорвать этого засранца на куски. Просто глядя на него, я хотел не убить его, но очень сильно навредить этому ублюдку. Прямо сейчас, в этот раз, я хотел преподать ему урок... который он будет помнить до конца жизни. Это было гораздо лучшее наказание, чем просто положить конец его никчёмной жизни.

Я ужесточил свою хватку, сильнее сжимая пальцы на его шее, и наклонился поближе. Я смотрел ему прямо в глаза и видел, как лопаются капилляры, белки покраснели, а рот открывался и закрывался, когда он хватал им воздух. Я почувствовал, как сквозь меня пронеслось садистское удовольствие.

- Прекрати, - выдохнул ублюдок. Мужчина пытался молить о пощаде. Но у меня к нему нет, ни сострадания, ни сочувствия. Я ослабил свою хватку настолько, что он смог дышать. Я не хотел, чтобы это закончилось.

- Я хотел убить тебя за то, что ты сделал, но Поппи этого не хочет. - Я поднял руку и поместил кончик биты прямо на его голове. Бита была больше для демонстрации. Мне нравилось работать руками, и для этого был кастет. - Но я бы солгал, если бы не сказал, что слышать, как кости ломаются под этой битой, не заставило бы меня чувствовать себя чертовски хорошо.

- Я сожалею. Она ничего не значила для меня.

Я оскалил зубы, зная, что этот ублюдок пытался притвориться, что он ничего не хотел делать, и как будто она ничего не значила.

- Ты сожалеешь, потому что знаешь, что тебе пиздец.

Я снова усилил хватку, но затем отпустил его. Прежде чем он упал на пол, я нанёс удар кастетом в лицо, видя, как вспарывается плоть и брызжет кровь. Мудак повалился на пол, кашляя и шипя.

- Я... - он снова булькнул, и я ухмыльнулся. Меня не волнует, что он сказал. Моя тёмная сторона поднялась, и, блять, это невероятное ощущение.

Я знал этот тип парней, и видел их бесчисленное количество раз. Они были мудаками, насильниками женщин, потому что видели в них неполноценных и слабых. Они были ничем, но как маленькие сучки мочились в штаны, когда понимали, что они облажались.

Я опустил биту, поднял его с пола, и начал избивать, кастетом вспарывая его лицо. Кости хрустели. Я видел, как кровь льётся из носа и рта, порезов на лбу. Мне нравился тот факт, что он, умоляя меня, плакал.

- Я хочу сделать больше, чем это, мудак. Получай по морде, как мужик.

Запах крови наполнил воздух, щекоча в носу.

Я не знаю, как долго я там находился, избивая его до полусмерти. Но когда я, наконец, позволил ему упасть на пол, я был весь в его крови. Мудак был ещё жив, и в позе эмбриона скулил на полу.

- Если снова свяжешься с какой-либо женщиной, и сделаешь с ней подобное дерьмо, поверь, я узнаю и выслежу тебя. - Я знал, что он не будет с другой женщиной, еще раньше, чем он взглянул на меня и кивнул. Его лицо было похоже на кусок мяса, и я, склонившись, плюнул рядом с ним. - Радуйся, что я позволил тебе жить. Я мог бы сделать гораздо больше.

Я повернулся оставляя этого урода, всего в крови на полу, ощущая подобие удовольствия, что я хоть что-то выудил из всего этого. Мне надо было вернуться в офис, чтобы переодеться, и пойти к женщине, чтобы показать ей, что это значит, быть моей.

7 Глава

Алексей

Моя грязная работа на сегодня была сделана. Маленький сопляк знал, что нельзя трахаться с тем, кто принадлежит мне.