Империум человечества: Омнибус

Раскалённые добела гильзы сыпались дождём вокруг неё, оставляя опалины на руках, пока она старалась попасть в такт манёвров противника. Снаряды стучали по стальным уровням у Лиз над головой, прошивая платформы и трубы, срезая кабели. Снайпер изящно приземлился на платформе прямо над Лиз и опустил дуло своей лазвинтовки, направив его на девушку. Сейчас он напоминал гадюку, выслеживающую мышь в первый раз.

Лиз резко оттолкнулась ногами от балки, опрокинувшись на спину. Тяжёлый болтер обрушился на верхнюю часть её тела. В грудной клетке что-то щёлкнуло. Луч сине-зелёного света впился в то место, где только что была Лиз. Изнемогая от боли по всему телу, ощущая серьёзные внутренние повреждения, девушка из последних сил прицелилась в опорные конструкции, поддерживающие трап над головой снайпера. Болтер снова загремел, выплёвывая очередь горячего металла в цель. Секундой позже массивная конструкция трапа стала осыпаться. Снайпер, глянув вверх, тут же бросил выцеливать Лиз. Больше она не могла за ним наблюдать, совсем не было времени. Перевернув тяжёлый болтер на один конец, удерживая его в вертикальном положении, Лиз сгрудилась вокруг приклада и стала молиться. Трап обрушился, проломив платформу, на которой стоял снайпер. Обломки посыпались на Лиз. Стальные балки и решётчатые настилы врезались в поверхность вокруг неё. Жёстко ударяя по болтеру, куски конструкций били по плечам и спине.

Лиз открыла глаза. Болтер остался в вертикальном положении. Железные листы, ячейки ограждений и стальные балки завалили её поспешно возведённое укрепление. Тяжёлое орудие защитило Лиз от наиболее крупных обломков. Окровавленная девушка-гангер нажала спуск, позволив пушке прорубить выход из завала.

Внизу, на уровне сточного канала бой захлёбнулся. Основная часть банды Лиз, при попытке выбраться в верхний проход, была отброшена обратно в канаву. Пока Лиз спускалась по стоку вниз, она осматривала пространство в поисках нападающих. Криста, одна из ветеранов ганга Лиз, раскинув ноги, привалилась спиной к уступу неподалёку. Лиз подобралась к ней и проверила пульс. Криста подняла глаза, взглянув на Лиз из-под окровавленных бровей, и покачала головой.

— Я вытащу тебя отсюда, — прошептала Лиз.

Криста вновь покачала головой, её глаза расширились. Лиз вздрогнула, в глазах Кристы мелькнуло отражение крупной фигуры. Ловушка. Лиз схватила автоган Кристы и метнулась в сторону. В тот же миг, очередь прошила тело Кристы, выбив мелкие осколки из бетонной стены вокруг неё. Лиз окатило брызгами камня и крови. Лиз перевернулась, пытаясь вытащить из бока стальной осколок. Противник шагал к ней. Мужик в массивной чешуйчатой броне. Увеличенные руки и плечи обеспечивали прикрытие всего тела, кроме разве что головы. Волоконные кабели крепились к основанию шеи. Приближаясь, он разминал пальцы, как пианист, готовящийся к игре. Огромные кулаки, затянутые в перчатки, при этом потрескивали и звонко щелкали суставами. Лиз вырвала осколок из тела и вдавила спусковой крючок автогана. По сравнению с болтером, отдачу автогана компенсировать было гораздо легче. Поэтому первые выстрелы ушли в сторону. Бронированный противник кинулся в атаку. Лиз немного скорректировала линию огня и послала несколько пуль прямо ему в грудь.

— Умри! — крикнула Лиз.

Мужик продолжал наступать, совершенно невредимый.

Лиз врезала автоганом по его голове. Приклад попал в висок и распорол кожу на лбу здоровяка. Мужик выбил оружие из рук Лиз и бросился на неё, до того как она смогла увернуться. Он сжал её, как в тисках, и оторвал от земли, тяжело дыша в лицо. Его дыхание было по-юношески свежим, неиспорченным годами фильтрованного воздуха. Единственное, что она могла разглядеть под его боевой маской, так это прищуренные глаза стального цвета.

Руки мужчины напряглись, и позвоночник Лиз свело от боли. Лиз хлопала по подсумкам на бедрах, пытаясь достать что-нибудь, что смогло бы помочь. Бронированный сильно встряхнул её, чтобы закрепить своё преимущество. Лиз снова попыталась дотянуться до содержимого карманов. Достала. Спину свело сильной судорогой. В голове застучало, и поле боя закружилось вокруг неё.

Лиз посмотрела в лицо противника, кровь из рассечённого лба стекала в цельнолитые изгибы его непробиваемой брони. Его глаза сузились от напряжения. Лиз улыбнулась. Мужчина удивлённо распахнул глаза. Лиз подняла руку к его лицу и, разжав кулак, показала гранату.

Наклонив голову, Лиз ткнула рукой вглубь сплетения волоконных кабелей за головой бронированного. Девушка ощутила, как её рука скользнула по влажной коже спины под бронёй. Лиз оттолкнулась изо всех сил ногами, пытаясь повалиться на пол. Мужчина всё ещё пытался её удержать. Раздался взрыв. Лиз отбросило на противоположную стену. Броня выглядела неповреждённой, но человека в ней уже не было.

Лиз оттолкнулась от стены, резкая боль тут же пронзила всю руку. Поле боя затихло. Она потрясла головой, возможно, она получила серьёзное сотрясение от взрыва. Раскидывая ногами кучи стреляных гильз, Лиз, шаркая и покачиваясь, двинулась в направлении ямы, где последний раз видела своих товарищей. Девушка выпрямилась, подняв голову, и в этот момент начал рассеиваться дым, ранее скрывавший её от окружающих, обнаружив местоположение Лиз.

Девчонка Эшер пригнулась и побежала почти вслепую через дым к последней позиции своей банды. Земля под её ногами снова стала разбрасывать осколки от попадания зарядов. Её противники проявляли настойчивость. Нога наткнулась на поваленную опору. Почти упав, Лиз долетела до края трапа, ведущего вниз. Неловко перевалившись через него и больно рухнув на пол уровня сточного канала, Лиз поняла, что ей на самом деле очень повезло вовремя уйти с линии огня.

Падая, Лиз вывихнула запястье и сломала, по крайней мере, одно ребро. Живот свело, и её вывернуло наизнанку от вида кровавого месива перед ней. Весь её ганг, все члены её банды, кое-кто, успев обнажить мечи лишь наполовину, лежали мёртвые. Их убийца оставил свою подпись рваными ранами и бордовыми кровоподтёками. Почерк был размашистым и плавным. Глубокие порезы пересекали друг друга со смертельной выверенностью.

— Лиз! — раздался крик за спиной. Кэт лежала ничком, почти незаметная за куском бетона. Сейчас она была в самом центре шквала вражеского огня. Такой же, как у первого снайпера, тип лаз-лучей, тот же угол обстрела. Ещё один стрелок. Нет, их двое. Поднимаясь прямо над прячущейся Кэт, расправлял, как гигантское насекомое, свои лезвия ещё один атакующий. Он был облачён в покрытый острыми шипами облегающий костюм. К каждой перчатке крепились усиленные пневматикой длинные ножи. Противник завис над Кэт, как богомол, готовящейся к атаке.

Молоденькая девчонка-гангер была прижата непрекращающимся огнём вражеского лазгана и ничего не могла сделать, кроме как оставаться на месте, в бессилии теребя свой боевой нож. Струя крови медленно взмыла в воздух. Лиз сорвалась с места, в последний миг выдергивая из ножен свой цепной меч, перед тем как схлестнуться с убийцей Кэт. Схватка была стремительной. Быстрый обмен жуткими ранениями. Длина жужжащего лезвия меча Лиз давала ей неплохое преимущество, и шипованный шпилевик был вскоре повержен.

Лиз вскарабкалась по разваливающейся лестнице, отчаянно пытаясь убраться с линии огня. Яростный обстрел прекратился. Эшер внимательно осматривала перегородки, ниши и пучки кабелей, заполняющих проходы и выжженные подвалы «бутылочного горлышка». Включился воздушный фильтр, вмонтированный в одну из переборок, подняв в воздух пыль. Слабый ветерок прошёлся по затылку. Лиз замерла в тишине.

Закрыв глаза, она максимально напрягла слух, сперва различив шипение батарейного блока своего оружия. Маленькие электрические разряды, слабые и прерывистые. Звук то нарастал, то убывал, как накатывающиеся волны. Сложный обмен энергией заряженных частиц, звук которого еле улавливался её ушами, происходил где-то в глубине меча в её руке. По сравнению с этим звуком приближающиеся шаги громыхали как отбойный молот.

Лиз сохраняла неподвижность. Голова плыла, всё тело изнывало от боли. Оставалось мало времени, надо было срочно решить, что ей делать. Сотни таких же секунд пролетают незамеченными каждый день. Теперь, в неподвижном ожидании последней схватки они кажутся восхитительными часами, наполненными великими надеждами.

Лиз ждала. Раздался щелчок взведённого курка за спиной.

Резко расслабив сразу все мышцы тела, Лиз осела на пол, как марионетка с перерезанными нитями. В этот же миг разряд прошипел в миллиметре над головой. Лиз крутанулась на решетчатом полу, врезав ногой в живот приблизившегося врага.

Противник оказался девушкой с длинной, туго заплетённой косой тёмных волос. Девушка была облачена в чёрный стелс-костюм, который напоминал костюм подорванного мужчины в маске. Скорость девицы была нереальной. Усиленные аугметикой ноги, не остановившись ни на долю секунды, оттолкнулись от пола и ударили Лиз, и без того еле стоящую на ногах. Обе девушки полетели кувырком, жёстко врезавшись в металлический пол.

Незнакомка выпустила несколько зарядов из плазменного оружия, удерживаемого левой рукой. Лиз кувыркнулась по бетонной крошке. При этом она молниеносно вытащила гранату из кармана на бедре и, выдернув чеку, бросила её в том направлении, откуда только что были выпущены плазменные заряды.

Девушка в стелс-костюме высоко перепрыгнула траекторию полёта гранаты. Время задержки детонации кончилось. Граната рванула. Лиз отбросило взрывной волной, кинув следом и её противницу. В такой неловкой ситуации столкновения было не избежать. Вышница рухнула всей массой своего натренированного тела на Лиз, которая сама ещё не успела опомниться после жёсткого падения. Пешеходный трап под ними тревожно заскрипел. Общий вес девушек чуть не сорвал решетчатую платформу с повреждённых взрывом креплений. Они зависли высоко над полом нижнего уровня. Одно неверное движение и обе девушки камнем полетят вниз.

Лиз уставилась в глаза соперницы. Наверное, в какой-нибудь другой жизни они могли бы быть сёстрами. На один мимолётный, странный момент, напряжённо вцепившись друг в друга, они стали союзниками, их кровь смешалась. Опасная ситуация вынудила их обрести что-то общее.

Девушка в костюме молчала, короткий вдох был единственным произведённым ей звуком. Лиз быстро огляделась. Через решётку трапа она могла разглядеть задымлённое поле боя внизу. Заклёпки, щёлкая, вылетали одна за другой из выдержавших встряску креплений и падали вниз. Девушка осторожно поднялась, отпуская Лиз. Её взгляд метался между Лиз и выпадающими заклёпками.

Девочка Эшер снова глянула вниз, лихорадочно высчитывая. Принимая решение. Она щёлкнула выключателем цепного меча и разрубила решётку одним резким взмахом. Они вместе рухнули сквозь трап. Сначала ухватив было соперницу, в падении Лиз всё же выпустила её из рук. Разогнавшись, их тела ударились о землю. При этом никто даже не вскрикнул.

* * *

— Я думала, падение убьёт меня.

Вздрогнув, Лиз обернулась и заглянула в лицо хрипящей девчонки с верхних уровней.

— Я думала, падение убьёт меня, Олаана. Я падала с одной мольбой в мыслях. Никакого уважения к её жизни. Как зверь. Пусть мы обе погибнем.

— Ты… ты умираешь…

— Да, — голос девушки был необыкновенно спокоен. — Костюм будет пытаться исправить то, что может, но это безуспешная борьба. Скоро стимуляторы не смогут блокировать боль. Если костюм повреждён система его восстановления начнёт вплетать структуру моей кожи в свои механизмы. Бывало, так происходило с нашими здесь, внизу.

— Я слышала об этом, — соврала Лиз.

— Боль — это всего лишь…

— Что? Что такое? — выпалила девушка Эшер.

— Вот, начинается, — девушка начала лупить по собственной руке от дикой боли.

— Костюм повреждён?

— Пневматические поршни в правой руке. Проклятие! Мммм!.. — девушка неистово заскребла броню на руке.

— Дай посмотрю, — Лиз оттолкнула руку девушки-шпильки, зажимавшую рану. Жуткий порез глубоко рассекал плоть. Таинственная технология из внешнего мира пыталась восстановить сразу и тело вышницы, и повреждения костюма. Сращивая и то и другое воедино, вплетая механизмы в кости.

— Аааахкх!!! — крик был почти нереальным, безумным.

— Быстро снимай костюм! — закричала Лиз, руки лихорадочно шарили по застёжкам.

— Олаана!

— Снимай! — Лиз притянула девчонку к себе и начала разжимать магнитные защёлки, стягивающие стык костюма.

— Код доступа! Без него не откроешь!

— Говори! Скорее, давай вытащим тебя!

— Это запрещено…

— Ты помрёшь сейчас!

— Олаана, пообещай, что ты… мммм… — боль заставила слова застрять в гортани. — Альфа два-пять… уухгх… двенадцать.

Магнитные защёлки, зашипев, открылись. Лиз расплетала кабели, стягивала облегающие элементы брони, отсоединяя имплантированные интерфейсы. Девушка выскользнула из окровавленного костюма, как новорожденный из плацентарного мешка. Её правая рука стала смесью механизмов и мышц.

— Олаана… — жалобно застонала девчонка.

— Вот. Прими это, — Лиз засунула несколько стимов в рот девушке. — Они помогут унять боль.

Девчонка затихла. На мгновение Эшер подумала, что вышница умерла. Вдруг шпилька выплюнула стимы. Красный цвет пилюль сливался с цветом крови.

— Что? — Лиз посмотрела на ослепшую вышницу.

Девушка ничего не отвечала.

— Ты поняла, — мрачно сказала Лиз. Её слова повисли в тишине.

— Ты — та, что упала вместе со мной. Их лидер, — презрительно выпалила девушка треснувшим голосом.

— Да, так и есть.

Внезапно шпилька начала шарить рукой по земле и схватила обломок трубы. Девчонка в бешенстве швырнула его в Лиз. Девушка Эшер даже не двинулась, замерев в ступоре. Труба больно стукнула по колену. Лиз упала.

— Вонючая подвальная крыса! — вышница дрожала от напряжения, кровь струилась из её ран. На висках пульсировали жилки, лицо исказилось от боли. — Ты ничем не лучше животного. Ты всего лишь грязь под ногами достойнейших. Ты что, думала своей добротой купить себе спасение?

— Нет, — рявкнула Эшер в ответ. — Было бы лучше, если бы ты сдохла, как и все остальные твои. Медленно. Позволить тебе истечь кровью. Здесь, одной в темноте. Ты друзей моих убила!

— Ты тоже.

— Нас подставили.

— Ты думала, что это ты устраиваешь засаду. Чем тогда ты отличаешься от меня? Я ненавижу твоих, а ты — моих! — шпилька в изнеможении плюхнулась в грязь.

Лиз медленно поднялась. Она задумчиво оглядывала повреждённое тело соперницы. Смотрела на металл, вплавившийся в плоть её руки. На костюм. На своих мёртвых подруг.

* * *

Второй вечер подряд Альдус Харкон стоял на краю посадочной площадки, уставившись в ночное небо. Город под ним светился тысячами круглосуточно полыхающих печей. Высоко над ним горели огни посадочных доков, подобно горгульям, выступающих за внешние контуры улья. Городские огни. Огни звёзд. Маленьких горящих точек на внешней поверхности Улья Примус было почти также много, как звёзд в небе. Альдусу почти казалось, что он смотрит на отражение в водной глади.

Альдус проводил в таком созерцании очень много времени. В эти моменты он отпускал свои мысли на волю, чтобы остановить скуку, просачивающуюся в его мозг и отравляющую сознание. Он проводил очень много времени в ожидании. Но это было частью его работы. Ему требовалось это время, чтобы обдумать свои дела и отточить будущие планы. Он занимался этим постоянно, с тех пор как понял, что завышенная цена на услуги не всегда верный и быстрый путь в Высший Шпиль. Протекция правильных людей, безопасность, особые знакомства и могущественные покровители в долгосрочной перспективе были гораздо полезнее.

В небе над собой Альдус увидел, как двинулась одна из звёзд. Он откинул с глаз свои длинные седые волосы. Минуты шли. Звезда становилась всё больше, и больше, пока Харкон не различил герб дома Ран Ло на носу шаттла. Направляющие огни высветили полосу для посадки шаттла. Альдус потихоньку поковылял к ограничительному барьеру в конце посадочной полосы. Яркий свет сигнальных фонарей отбрасывал на стены длинные тени старика.

Харкон остановился и стал наблюдать, примечая, что скорость приземления шаттла, на удивление, находится в разумных рамках. Как только шасси транспорта остановились, качнув напоследок громоздкий корпус, и струи пара хлынули из сопел вспомогательных систем, Харкон стал подходить поближе. Ступени скользнули вниз, и в проёме входа в салон появилась одинокая фигура. Альдус узнал охотницу из одной из прошлых сделок. Мономолекулярный меч в ножнах на поясе, раскованная походка, заплетённые в косу чёрные волосы. Двигалась девушка медленно, видимо, из-за полученных ранений. А её компаньоны? Мертвы? Альдус подался вперёд, потирая руки.

— Добро пожаловать домой, — широко улыбаясь, старик тяжело поклонился девушке. — Я надеюсь, охота доставила вам достаточно удовольствия, как я и обещал.

— Охота, Альдус Харкон, — промолвила Лиз по прозвищу «Острие Ножа». — Охота только началась.

Алекс Хаммонд

Дьявольская бутылка

07:00

— …И падёт огонь с небес, и праведные болтеры разгонят и вычистят даже самые глубокие щели подулья! Всё, что нечисто и заразно, будет сметено! Ибо так учит Искупление и дом Кавдоров!

Сперва появился звук. Словно вспышка огня, что растормошила смутное бормотание у меня в голове. Где-то на краю сознания женщина из моих грёз — прекрасное тело, нежное и лишённое всяких шрамов — ещё танцевала в верхнем улье.

— Взгляните на эту шваль! Самым глубоким выгребным ямам не сравниться с его грехами в мерзости и грязи!

Мысли стали громче. Танцовщица исчезла.

— Смотрите: он выходит от забытья, но бутылку из рук не выпускает!

Голос был ближе, чем я помнил из сна. И громче. Яростнее. Я открыл глаза.

Ноги. Лес ног — обмотанных тряпьём, обутых в тяжёлые башмаки — стоял передо мной. Я проследил по ним до верха и обнаружил суровые, истощённые лица толпы поселенцев. Их внимание металось между моим распростёртым телом и кем-то позади меня. Проповедник, что ли? Я начал подниматься на подгибающихся ногах, пытаясь прийти в себя после бутылки «Дикой змеи»

— Встань и узри пророка вселенского уничтожения!

Твёрдый башмак в спину отправил меня барахтаться в вонючей грязи.

Толпа одобрительно засвистела. Я перевернулся на спину, утонув локтями в жиже. И сквозь залепившую глаза грязь разглядел проповедника в балахоне: рваные полосы бордовой ткани спускались от шеи до самой земли. Кожаная маска закрывала всё, кроме пары бешеных глаз и рта, плюющего кровью. В городке объявился проповедник из Дома Искупления.

— Подонок! Встань и держи ответ перед домом Кавдоров — истинным провозвестником искупительного пламени!

Один глаз за чёрной кожаной маской особенно привлекал внимание: лопнувшие сосуды как бы сходились к зрачку, чёрному, как смола. Башмак со всего размаху врезался мне в лицо.

— Послушай, старик, — прохрипел мой голос откуда-то из-за пелены вчерашнего возлияния, — я бы смог встать, если бы ты перестал играть в крысобол моим лицом.

Позади воцарилось ошарашенное молчание. Сам проповедник сначала застыл, а потом яростно затрясся. Театральное представление это или трясучка религиозного психопата — выяснять желания не было.

Кое-как я поднялся. Проповедник Кавдоров опять замер. Толпа поспешно расступилась.

— Твою мать… — буркнул я: рука в кожаной перчатке держала ручной огнемёт.

— Огрызаешься, крысёныш? Насмехаешься над предвестником очищающего пламени? — Белёсый язык высунулся изо рта священника и спрятался обратно. — Ищешь себе кары небесной?

— Слушай, я с радостью уйду проспаться куда-нибудь в другую часть города…

Проповедник ткнул огнемётом в мою сторону. Толпа раздалась ещё шире.

— Этому городу крысокожее отребье ни к чему. Отправляю тебя пообщаться со твоими богохульными духами улья!

— Я наполовину крысокожий, ты, слизеед! — Я рванул в толпу в надежде, что расстояние и тела остальных защитят от огня.