Литературная Газета 6555 ( № 22 2016)

Слушая победную песнь евроконкурса на тему депортации татар, я вспомнил циничное, но откровенное утверждение британца Э. Фримана: «История есть политика прошлого…» Вспоминались и дела давно минувших дней: как относились к нам крымчаки до побед Екатерины II, как грабили нас Гиреи, набегавшие на Московскую и окраинную Русь и десятками тысяч уводившие в полон наших предков. Их продавали в рабство, в том числе на Запад. Вспоминается свидетельство очевидца, наблюдавшего нескончаемую людскую вереницу пленённых русских. Он был уверен, что русских на Руси уже тогда не осталось.

Смычка Запада с Востоком за наш «северный» счёт – явление постоянное, едва ли не наследуемое. Почему же мы сами встраиваемся в антироссийский хор? Почему наши СМИ молчат, например, о геноциде русских молокан в Турции во время Первой мировой войны? Речь не идёт о сведении счётов, просто надо напомнить исторические факты. Чтобы лишний раз нашу страну не обвиняли во всех смертных грехах. Чтобы понимали: в прошлом можно найти множество неожиданных фактов. Если Сталин вынужден был в интересах борьбы с фашистской ордой переместить 200 тысяч представителей реально и потенциально опасного сообщества, то турки просто убили 200 тысяч русских молокан, прибавив эти жертвы к миллионам растерзанных армян, курдов, представителей других народностей. Сталин при всём при том поступил ответственно (вспомним о «японской» внутренней политике США во время войны). Тогда, в 1944-м, война с фашизмом была ещё в разгаре, второй фронт не открыт. Командование Красной армии было обязано обеспечить безопасность тыла, зная и о многочисленной немецкой агентуре в Крыму.

Почти без стеснения мнимые историки препарируют наше прошлое в интересах Обамы, Меркель и Порошенко. Действуют слаженно, чтобы подорвать единство Русского мира (говорят даже, что этот мир лишь выдумка), измотать, ослабить нашу страну. Знаю это по Калининграду, где почитатели нетленных западных ценностей прочно встроены в местный административный класс, тонко работают со студенчеством в Балтийском федеральном университете им. И. Канта, внедряя свои идеи. Внушают, например, что «Крым и Донбасс – чужая земля». Давно говорят они о проклятых «советских служителях», уничтоживших прекрасную культуру Восточной Пруссии. Да, всякая народная культура достойна уважения, изучения. Но почему при этом не надо помнить о героической русской борьбе против тевтонов?

Европоцентричность насаждают изобретательно, причём не только в Калининграде. Хотя на фоне враждебности Запада к России стоило бы внедрять скорее идеологию противоположного рода. Вспомнить, например, что немцы при Гитлере сплотили вокруг себя Запад (как прежде французы с Наполеоном), направив «двунадесять языков» против России и русских. А мы до сих пор слышим от «креативных» о «войне двух систем», о «хороших немцах и плохих фашистах».

Сами же «креативные» никаких подлинных побед для России не добывают. Определение «дух народности» для них – пустой звук. Но ведь именно опираясь на него, обращаясь к народу «братья и сестры», удалось спасти Русь от агрессоров.

Дух народности объединяет верхи и низы как при Александре Невском, Екатерине II с Суворовым и Безбородко, как при Сталине с Жуковым… Когда же этот дух ослабевает, осиротевшие россияне, впадая в «чужеземный идеологизм» (Пушкин), стыдливо жмутся друг к дружке, затравленно и униженно поглядывая на гордых в своей исключительности «партнёров». При этом «смелые» историки и политологи в наших палестинах хором вопят: «народных характеров нет», «русских нет», «Александр Нев­ский – бандит», «Куликовской битвы не было»…

При недостатке чувства собственного достоинства его место тут же занимает самоубийственное «прозрение» в духе Печёрина: « Как сладостно отчизну ненавидеть! И жадно ждать её уничтоженья…» Замещение народной гордости (державообразующей стихии) душевной болезнью в виде нацио­нального самоедства неизбежно при утрате русской самобытности. «Энергия русизма» в нас осталась, но русский дух вытравливается и происходит его автоматическое замещение американизмом, германизмом, польщизной… Тревожная картина, не правда ли?

Воин, учёный, публицист

Воин, учёный, публицист

Политика / Новейшая история / ЭПИТАФИЯ

1 июня на 92-м году жизни не стало Вячеслава Ивановича Дашичева. В это не хочется верить. Ещё несколько дней назад мы связывались с ним, вместе вносили уточнения в его очередную статью, посвящённую странным обстоятельствам теракта в США, который произошёл 11 сентября 2001 года и во многом изменил саму Америку и весь мир. В статье Вячеслав Иванович был, как всегда, обстоятелен, убедителен и то же время эмоционален. Он, давний автор «ЛГ», был не только блистательным, масштабным по воззрениям на мир и его прошлое учёным-историком, но и человеком, неравнодушным ко всему, что происходит вокруг. Он не отставал от времени, находясь, как говорится, в мейнстриме.

Профессор, доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института международных экономических и политических исследований РАН (с 1998 года), профессор Свободного университета Берлина, университетов Мюнхена и Мангейма.

Он родился 9 февраля 1925 года в семье советского военачальника, генерал-майора Ивана Фёдоровича Дашичева, командовавшего корпусом на фронтах Великой Отечественной войны. В декабре 1942 года и сам Вячеслав из 10-го класса школы был призван в армию, направлен в Военный институт иностранных языков, где в короткие сроки великолепно овладел немецким. С 1943 по 1945 год он – офицер разведотдела штаба 4-го Украинского фронта. Занимался информационным обеспечением командования, основанным на результатах допросов немецких военнопленных и анализе трофейных документов. Прошёл боевой путь от Ростова до Праги, закончив войну в звании старшего лейтенанта.

После демобилизации учился на истфаке МГУ и одновременно работал в Военной академии им. Фрунзе. В 1953 году стал кандидатом наук. В 1953–1959 годах был редактором отдела зарубежной военной теории журнала «Военная мысль», затем научным сотрудником Военно-научного управления Академии Генерального штаба.

Многие годы занимался научно-исследовательской работой, по совместительству был профессором Дипломатической академии МИД СССР, лектором Рейнско-Вестфальского иностранного общества в Дортмунде по линии ССОД, председателем Научно-консультативного совета при МИД СССР. Автор около 300 публикаций на русском, немецком, английском, французском, японском, польском, венгерском, болгарском, сербском, финском и других языках. Признанный специалист по вопросам европейской безопасности, внешней политики России, международным и российско-германским отношениям. Им написаны книги «Совершенно секретно! Стратегия фашистской Германии в войне против СССР», «Горькие плоды советской политики коммунистического мессианства», «Политика глобального господства: от ХХ к ХХI веку», «Путь России в будущее. Какая модель общественного развития нужна России» и другие. В конце 2015 года вышла его последняя книга – «От Сталина до Путина».

Вячеслав Иванович пользовался огромным уважением, любовью друзей, коллег, учеников. На таких людей всегда стремятся равняться.

Мы будем помнить о нём, нам будет очень сильно его не хватать.

Литгазетовцы

Назад в девяностые?

Назад в девяностые?

Политика / ПолитЭкономия / Авторитетное мнение

Глазьев Сергей

Фото: ИТАР-ТАСС

Теги: политика , экономика , развитие

План либералов, по сути, совпадает  с концепциями МВФ

Недавно прошло заседание президиума Экономического совета при Президенте РФ. Об этом уже рассказывала «ЛГ» в предыдущих номерах. Сегодня продолжаем разговор. o:p /o:p

o:p /o:p

Поставленная президентом России задача – найти источники экономического роста – при всей ясности породила сумбурную дискуссию. Прослеживается два подхода. Первый представляют учёные и предприниматели, инженеры и обществоведы, которые хотят решить задачу на основе прагматических принципов, опираясь на проверенные практикой знания. Второй представляют чиновники экономических ведомств, представители офшорной олигархии, эксперты МВФ и сторонники вашингтонского консенсуса. Они заинтересованы в сохранении статус-кво. Опять уходят в рассуждения о предпринимательском климате, снижении коррупции, сокращении расходов бюджета и денежного предложения для снижения инфляции. Их не смущает, что уже два десятилетия они сами безуспешно пытались это делать.

Первый подход на заседании Экономического совета был отражён в докладе Б.Титова, второй – в идеологически совпадающих по смыслу с предложениями меморандума от 19 мая миссии МВФ в Москве докладах А. Кудрина и А. Улюкаева. В первом ставится задача выйти на рост ВВП на 4% в год, во втором – добиться снижения инфляции до 4% в год. Разница принципиальная не только в постановке целей, но и в логике рассуждений. Учитывая, что сегодня экономическая политика строится на основе второго подхода, попробуем понять, почему результаты его использования противоположны поставленным целям. Характерный пример – совершённый переход к таргетированию инфляции: обещали вдвое снизить, а получили двукратное повышение (рис. 1).

Примечательно, что авторы докладов прибегают к привычному для этой среды приёму: достижение целевого ориентира откладывается на три года. Провал текущего объясняют стечением неблагоприятных внешних факторов, следующий год объявляют переходным к третьему, когда и придёт долгожданное благополучие. Эта формула «трёх лет» исполнена в духе байки Ходжи Насреддина про ишака и шаха. Она впервые была применена министром экономики середины 90-х годов Е. Ясиным и с тех пор осталась на вооружении его последователей. При таком подходе рост может наступить по не зависящим от его авторов причинам – в начале 2000-х, например, спасло повышение цен на нефть. Вероятно, чего-то подобного ожидают в 2018-м. Однако объективных оснований ни для повышения сырьевых цен, ни для снятия санкций нет – мировая экономика переходит к фазе роста нового технологического уклада. А это всегда проходит на фоне низких сырьевых цен и повышения энергоэффективности. Санкции же сохранятся до тех пор, пока Россия будет отказываться от американского диктата и поддерживать национальный суверенитет. Поэтому и роста ожидать не приходится. Но вернёмся к ключевым предложениям авторов.

Рис. 2. Прирост денежной базы ряда валют, 2007–2015 гг. (разы)

Позиция Улюкаева и Кудрина исходит из правильности нынешней денежно-кредитной политики и лежащих в её основе предположений о линейной обратно пропорциональной зависимости между экономическим ростом и инфляцией, с одной стороны, и прямо пропорциональной зависимостью между инфляцией и денежной массой – с другой. Отсюда незамысловатый вывод: для обеспечения роста экономики надо снизить инфляцию, для чего, в свою очередь, сжать денежную массу, в том числе путём сокращения использования средств резервного фонда для финансирования дефицита бюджета и уменьшения последнего. Всё это сопровождается рассуждениями о необходимости улучшения качества институтов, бизнес-климата, повышения эффективности госрегулирования и т.п. Кстати, авторы должны были заниматься этим по долгу службы, но не преуспели.

Уверен, такая позиция не может быть основой для достижения экономического роста из-за неадекватности её исходных положений закономерностям развития современной экономики. О чём речь?

Во-первых, предложения о бюджетной консолидации и ограничении дефицита одним процентом ВВП основаны на упрощённом представлении о линейной прямой зависимости между приростом денежной массы и инфляцией. На самом деле эта зависимость немонотонна и нелинейна – для каждого состояния экономики имеется оптимальный с точки зрения минимизации инфляции уровень денежной массы. Отклонение от него в сторону как увеличения, так и снижения влечёт увеличение инфляции. У российской экономики относительно низкий уровень монетизации, ещё большее его снижение в последние два года повлекло ощутимое отклонение от оптимального уровня и повышение инфляции. Почему? Ответ: в условиях демонетизации сокращение денежной массы влечёт падение производства и соответственно снижение покупательной способности денег. Снижение же инфляции обеспечивается повышением эффективности и объёмов производства. Поэтому вопреки исходным положениям данного подхода в демонетизированной российской экономике инфляция снижается при росте денежной массы и, наоборот, увеличивается при её сокращении.

В условиях падения производства и инвестиций добиться снижения инфляции можно, только сокращая доходы, что ведёт к углублению кризиса, деградации экономики и падению уровня жизни людей. При этом снизить инфляцию до целевого уровня в 4% не удастся, так как она будет провоцироваться повышением издержек и девальвацией рубля из-за снижения технического уровня и конкурентоспособности производства.

Во-вторых, предложения о сокращении бюджетных расходов противоречат тезису о необходимости увеличения затрат на образование и науку. Если исходить из их величины в структуре бюджета и ВВП передовых стран, их объём надо увеличивать не менее чем вдвое. Достичь этого за счёт снижения расходов по другим статьям можно только посредством резкого сокращения числа чиновников и сотрудников правоохранительных органов. А это приведёт к росту безработицы и сокращению спроса, что едва ли даст положительный макроэкономический эффект.

Рис. 1. Инфляция в России: целевой уровень ЦБ и фактические данные

Третье. Отказ от использования денежной эмиссии для финансирования дефицита бюджета противоречит опыту передовых стран и проистекает из непонимания природы современных денег. Все мировые валюты являются фиатными деньгами, их эмиссия ведётся без обеспечения золотовалютными или реальными ценностями. Они эмитируются обычно под долговые обязательства государства для финансирования дефицита бюджета. В США этот размер эмиссии доллара определяется потребностями американского казначейства в заимствованиях путём эмиссии своих обязательств.

Эмиссия европейской валюты ведётся под долговые обязательства государств – членов зоны евро. Ранее европейские центробанки осуществляли эмиссию под долговые обязательства (векселя) предприятий путём рефинансирования коммерческих банков через их переучёт. Эмиссия может также вестись под обязательства государственных институтов развития (Япония, США) или под планы развития экономики (Китай). При этом денежная эмиссия опережает рост экономики, что соответствует смыслу современного кредита как инструмента его авансирования. Чем менее развит финансовый рынок, тем значимее кредитная эмиссия для обеспечения роста. Скачки из отсталости в лидеры сопровождаются опережающим ростом кредитной эмиссии для финансирования наращивания инвестиций.

Ещё один момент. Недооценка значения кредита для финансирования инновационной и инвестиционной активности связана с наивной верой в теорию рыночного равновесия. Однако современная экономика никогда не достигает точки равновесия и даже не стремится к ней. Она движется по определённой траектории. Современный экономический рост носит неравномерный, неравновесный и нелинейный характер. Ныне совершается переход к новому технологическому укладу, который требует резкого наращивания инвестиционной и инновационной активности. Для обеспечения структурной перестройки экономики передовые страны быстро наращивают объёмы денежной эмиссии (рис. 2), организовывая предоставление долгосрочных кредитов под символический процент.

Важно осознавать, что странное для макроэкономистов игнорирование роли денежно-кредитной политики в обеспечении экономического роста влечёт его замыкание в сверхприбыльных отраслях добывающей промышленности и химико-металлургического комплекса при стагнации остальных. Ограничение источников финансирования инвестиций собственными средствами предприятий, иностранными кредитами и инвестициями делает невозможной диверсификацию экономики и её перевод на траекторию сбалансированного и качественного роста.

В подходе Столыпинского клуба, представленного Б. Титовым, этим вопросам уделено много внимания. Именно такой подход содержит все необходимые составляющие макроэкономической политики роста с учётом мирового опыта. Этот подход основан на правильном понимании сложности взаимосвязей между динамикой денежной массы, ростом производства и инфляцией. В его основе – прагматичное использование имеющихся инструментов государственного регулирования рыночной экономики для её модернизации и роста. Это одновременно должно снизить инфляцию. Его реализация может обеспечить скорый вывод российской экономики на рост с темпом 4% ежегодного увеличения ВВП за счёт опережающего прироста инвестиционной активности, а также целевой кредитной эмиссии.

В действительности возможности роста нашей экономики велики. При этом производственные мощности загружены на 60%, с учётом скрытой безработицы потенциал роста выпуска продукции составляет около 20%. Сырьевая база вообще даёт возможности увеличения выпуска продукции десятикратно. Научно-технический потенциал используется едва ли на четверть. О многом говорит то, что за год у нас порядка 50 млрд. долл. капитала уходит в офшоры и около 200 тысяч специалистов за последние три года уехали работать за рубеж. Всё это свидетельствует о неспособности действующей модели управления экономикой обеспечить полное использование ресурсов. Объективно при изменении этой модели управления через десятилетие мы могли бы выйти на уровень передовых стран. Надо переходить к смешанной стратегии развития, включающей опережающее развитие нового технологического уклада, динамическое навёрстывание в сферах, технический уровень которых близок к мировому, и догоняющее развитие на основе импорта технологий и прямых инвестиций в зонах безнадёжного отставания.

Конкретные предложения содержатся в докладе Столыпинского клуба. Их следует дополнить институтами стратегического и индикативного планирования. Без них в условиях смены технологических укладов вероятны серьёзные просчёты в оценке перспективности тех или иных направлений развития и, как следствие, грубые ошибки при принятии крупных инвестиционных решений.

В отличие от советской модели планирования при рыночной экономике формирование планов развития должно вестись на основе инициативных предложений предпринимателей и учёных, которые оцениваются государством, исходя из задач экономического роста, и обеспечиваются созданием всех необходимых условий. Они должны включать в себя обеспечение стабильных макроэкономических параметров и долгосрочных кредитов под планы предприятий по модернизации и наращиванию производства. Посредством такого частно-государственного партнёрства создаётся платформа индикативного планирования развития экономики, которая включает в себя соответствующие требования к макроэкономической государственной политике.

К сожалению, мы словно бы не хотим извлекать уроки из ошибок, перечёркиваем собственный и чужой успешный опыт. И это обрекает нас бесконечно наступать на одни и те же грабли. Лоб экономики – научно-технический потенциал – уже разбит, зато офшорные счета бенефициаров проводимой политики исправно пополняются. В последнее время – благодаря сверхприбылям от манипулирования курсом рубля.

Под предлогом перехода к таргетированию инфляции курс рубля отправился в свободное плавание. Из-за этого произошёл срыв макроэкономической ситуации в турбулентный режим с невиданной волатильностью курса валюты, что стало главной причиной скачка инфляции и падения инвестиций. Дезориентированные предприятия реального сектора из-за неопределённости курса рубля не смогли воспользоваться в полной мере возможностями импортозамещения. А валютный сегмент Московской биржи стал главным центром генерирования прибыли за счёт манипуляций с курсом рубля. Возник переток денег, включая кредиты Банка России, на валютный рынок, а это способствовало снижению инвестиционной активности и втягиванию экономики в стагфляционную ловушку.

Надо прямо сказать: нет объективных причин для невиданной волатильности курса рубля. Он занижен относительно паритета покупательной способности почти втрое. Вдвое зарезервирован по соотношению денежной базы и резервов. Занимает последнее место в мире по рейтингу устойчивости. Но даже из этих вопиющих ошибок не извлекаются уроки, не делаются выводы и не принимаются должные меры по их исправлению.

Продолжение проводимой политики, что, по сути, предлагается Улюкаевым и Кудриным, обрекает страну оказаться в экономическом тупике подобному тому, в котором она побывала в 90-е годы. Выбор таков: продолжение падения до 3% снижения ВВП и инвестиций вплоть до 2018 года при сохранении высокой инфляции или переход к устойчивому росту с темпом от 4 до 10% в год при реализации предложений Столыпинского клуба и учёных РАН.

Отрекаясь от русского имени

Отрекаясь от русского имени

Политика / Ракурс / Взгляд

Кеворкян Константин

В Донецке выбрали русский

Теги: Украина , Россия

Пропагандистские мифы об Украине и украинском языке

Если отбросить все экстравагантные толкования, будто украинский язык занесён с планеты Венера или пророс из семян ариев (а есть и такие теории), то наиболее наукообразным в этом мутном потоке является тезис, будто издревле существовал особый украинский (или, как модно сегодня преподносить, «староукраинский») язык Киевской Руси, на котором говорили населявшие здешнюю землю народы. И разумеется, их правители – «украинские князья» Владимир, Ярослав, Мономах и прочие.

Ну, начнём с того, что Киевской Руси вообще никогда в истории не существовало (как и Руси Владимирской). Это научная периодизация придумана в XIX веке историками для своих научных нужд. А в те былинные времена существовала просто Русь – земля Русов, Русская земля. Владимир Красно Солнышко страшно бы удивился, если бы его назвали древним украинцем, а не русичем. Согласно букве и духу «Русской Правды» Ярослава Мудрого, явившегося в Киев вовсе не из Коломыи (которая «цэ Европа»), а из Новгорода Великого. А Новгород – совсем не украинский город и даже на самых фантастических картах украинских националистов таковым не изображается.

Вот господин Порошенко недавно назвал современника Ярослава Мудрого, знаменитого киевского митрополита Иллариона, «первым украинским» епископом. Что же по поводу Украины пишет сам Илларион в своём прославленном «Слове о Законе и Благодати»? Да ничего! Напротив, вспоминая о Владимире Крестителе, говорит: «…еллинское и римское право Богу покорил. Ты то же сделал в Руси». И там же: «Ибо не в худой и неведомой земле владычество ваше, но в Русской, о которой знают и слышат во всех четырёх концах земли». Русской!

Подробное описание, что такое «Русская земля» накануне Батыева нашествия, мы находим в литературном памятнике «Слово о погибели Русской земли», который датируется XIII веком: «О светло светлая и украсно украшена земля Русьская! И многыми красотами удивлена еси: озеры многыми, удивлена еси реками и кладязьми месточестьными, горами крутыми, холми высокими, дубравами частыми…» В общем, следует перечисление красот и владетелей: «…и князьями грозными, бояры честными, вельможи многами – всего еси испольнена земля Руськая, о правоверная вера хрестияньская…»

И вот далее летописец рисует свое­образную словесную карту Русской земли: «Отселе до Угоръ, от Угори и до Ляховъ, от Ляховъ до Чаховъ, от Чаховъ до Ятвязи и от Ятвязи до Литвы, от Литвы до Немець, от Немець до Корелы, от Корелы до Устюга, где тамо бяху Тоймичи погании, и за Дышючимъ моремъ. От моря до Болгарь, от Болгарь до Буртасъ, от Буртасъ до Черемисъ, от Черемисъ до Моръдви…» Даю без перевода, но с некоторыми пояснениями. Балтийского племени ятвягов уже нет – оно ассимилировано литовцами, упомянутое море – это Белое море, «болгары» – имеются в виду волжские булгары. Что же мы видим в сухом остатке? «Русская земля» – это территория нынешней Украины, Белоруссия и европейская часть России до Волги.

«Плач» посвящён утрате русской государственности из-за нашествия татар. Но спустя почти столетие Епифаний Премудрый уже воспевает её возрождение и высокую миссию Дмитрия Донского: «И призвал он вельмож своих и всех князей Русской земли, бывших под властью его, и сказал князьям Русской земли: «Должно нам, братья, сложить головы свои за православную веру христианскую…» («Слово о житии Дмитрия Ивановича Донского»).

Может, речь только о Москве и только там сохранилась «русскость»? Так нет же, доброхоты воспевают и конкурирующих с Москвой тверских князей: «…узнали великие Русские князья о премудрости и могуществе великого князя Бориса Александровича, царствующего в Богом обетованной той земле…» (инок Фома, «Слово похвальное о благоверном великом князе Борисе Александровиче»). И новгородец Пахомий Логофет восклицает: «Радуйся, блаженный отче наш, похвала и слава Великого Новгорода и всей Русской земли украшение» («Слово похвальное Пахомия Серба»).

И в западных пределах давнего государства продолжали называть себя русскими: в Великом княжестве Литовском государственный язык – и тот был русским. Любопытно, что на знаменитом памятнике «Тысячелетие России», воздвигнутом в Новгороде в 1862 году (в честь легендарного призвания на княжение Рюрика), непосредственно за фигурами Ярослава Мудрого и Владимира Мономаха изображены Гедимин, Ольгерд, Витовт – князья Великого княжества Литовского.

Отметились и поляки. С 1434 аж до 1794 года во Львове располагалась официальная резиденция воеводы русского (!), управителя тех земель от имени польской короны. И когда в 1654 году со стороны Молдавии в нынешнюю Украину въезжал сирийский путешественник Павел Алеппский, он пишет, что въехали они именно в «Русскую землю», где все дети белоголовые, то есть, попросту говоря, белобрысые. Более того, при поездке в Москву его посольству не понадобился другой переводчик, поскольку язык в «стране козаков» и Московии един. И правильно Гоголь писал – именно русскими людьми считали себя православные казаки, хоть вы тысячу раз запретите показ «Тараса Бульбы».

Правда, тут пошла гулять «высокопатриотическая» версия, будто исконное украинское имя «Русь» коварное московиты присвоили себе обманом. Но русскими были и князья северной Руси, и именно к «Русскому царю» Иоанну Васильевичу («Рюриковичи мы!») обращается старец Филофей в своём знаменитом послании, где впервые чётко сформулирована имперская идея «Москва – Третий Рим». И кстати, Московия уже тогда называлась Россией, а не переименована в таковую указом Петра Великого, как пишут сегодня некоторые украинские историки. Открываем «Плач о пленении и разорении Московского государства», литературный памятник эпохи Смуты начала XVII века: «…все христианские народы знают славу и величие России»; «…попросил помощи у литовского короля, чтобы пойти ему с войной на великую Россию»; «…обещал привести королевича и после его крещения царствовать в великой России» и т. д.

Великая Россия, Малая Россия (Малороссия), Белая Русь – всё это был и есть Русский мир общего языка, культуры, истории. Если вы Русский мир отрицаете и презираете – тогда брысь, самозванцы, от наследия Владимира и Ярослава, от соборов Печерской лавры и древних храмов Чернигова, от русских летописей и былинных преданий, от славы империи и свершений сверхдержавы – это действительно не ваша история и не ваша честь.

Своих не бросаем?

Своих не бросаем?

Политика / Ракурс / Скандал

Теги: Украина , Россия , СМИ

Журналиста из списка «Миротворца»  хотят депортировать на Украину

Московский городской суд оставил в силе решение районного суда о принудительной депортации харьковского журналиста Андрея Бородавки, известного своими антифашистскими взглядами.

После Майдана-2014 журналист уехал в Москву, вёл здесь активную правозащитную деятельность, отстаивая интересы политзаключённых на Украине, его часто приглашали центральные телеканалы в качестве эксперта.

Неприятности начались в ноябре прошлого года: Андрея задержала полиция на входе в Центральный Дом журналиста, в результате чего он так и не смог выступить на международной правозащитной конференции. 4 мая журналист снова был задержан за нарушение миграционного законодательства и с этого времени находится в спецприёмнике.

Действительно, Андрей Бородавка не предпринял всех необходимых шагов для легализации на территории РФ. С формальной точки зрения законы России были нарушены. Однако очевидно, что «принудительная депортация» – мера избыточная. Несправедливость такого решения бурно обсуждается в соцсетях и интернет-СМИ.

А. Бородавке на Украине угрожает реальная опасность. Он из числа тех работников СМИ, кто значится в списках «Миротворца». При этом суд посчитал аргументы защиты недостаточно убедительными. Странно, ведь ситуация на Украине (политические убийства, люстрации, террор) сама по себе неопровержимо доказывает: даже обычный человек, не поддержавший гсопереворот, не может чувствовать себя в безопасности. Что же говорить об активно действующем журналисте…

Показательно, что прокуратура на последнем судебном заседании изменила свою позицию – предложила применить меру «добровольный выезд». Это позволило бы А. Бородавке уехать, к примеру, в ДНР. Однако городской суд оставил решение районного суда в силе – принудительно депортировать журналиста на Украину.

Что ж, прекрасная новость для тех, кто раскручивает тему «Путин слил», использует её в политических целях. Если с А. Бородавкой что-то, не дай бог, случится на Украине, главными виновниками станут Россия и её президент. И мы услышим от «путинслильщиков», от украинских пропагандистов саркастические комментарии…

Окончательно точка в истории не поставлена, впереди юридические инстанции, где дело А. Бородавки может быть пересмотрено. Надеемся, так и произойдёт.

Татьяна МОТОВИЛОВА

Висбаден: гений места