Повелитель Орлов. Дилогия (самое полное издание с концовками Том 1, Том 2)

Дарэт утвердительно кивнул. Звук удара отразился в виске, доставляя после похмелья узнику много страданий. Красная морда надзирателя вызывала неприязнь.

— Старик мне все рассказал. Ты ведь знаешь, что без особого разрешения, у тебя нет права покидать Гром-Бал и приходить в Бриму?

— Предатель, сдал с потрохами! Я еще с ним из одного кувшина пил, — Ветродув с отвращением сплюнул на пол. Его грязное лицо исказилось разочарованием.

Начальник тюрьмы громко захохотал, но потом став серьезным, продолжил,

— Нашел кому изливать душу. Нищие — это уши нашего лорда. Они за пару монет, что угодно расскажут. Это было правильным решением его благородия приобрести связи в трущобах. Преступность в городе сократилась втрое! Убытки вчетверо!

— Знаю, что не имел права приходить, но я не хочу в Гром-Бал. Я согласен на любую работу, только не отправляйте меня обратно. Хотите я даже стану стражником! — взволнованно перебил Дарэт, вцепившись в решетку оцарапанными от кустов руками.

— Ну уж нет! Закон есть закон! Чем ты лучше других? Позволь тебе и всем захочется. Тогда все будут плевать на закон, а значит и на императора. Сегодня же ночью, отплывешь обратно на ближайшем корабле. Нам и без тебя тут хлопот хватает!

— Прошу! — крикнул Дарэт, не выпуская решетку из рук.

— Нет я сказал! — Капитан хотел было ударить по рукам заключенного, но промахнулся и попал в прутья. Лязгнул металл. Дарэт испуганно спрятал руки за спину.

Слова прозвучали как приговор. Его отчаянию не было придела. Надежда остаться в городе, ушла вместе со спиной надзирателя. «Значит все было зря? Целую неделю я пробирался через чертов лес и все зря?» — с такими мыслями он просидел до заката, пока к нему не подошли стражники. Они долго подбирали ключ, пока нашли нужный.

— Тебе пора, — сонным голосом сообщил один из них и повел Дарэта на корабль.

В воздухе пахло солью. Холодный ветер пробирал до костей. Погода, похоже, приобрела то же самое настроение, что нынче раздирало Ветродува изнутри. Холодный ветер пришел с севера — небо было ясным. Дарэта провели по причалу на судно и заперли в маленькой каюте. Из-за двери доносились звуки катающихся бочек и голоса моряков:

— Проследи, чтобы он не сбежал и на берегу передай в руки стражникам Гром-Бала. Пусть они сами с ним разбираются.

— Как думаешь: что его ждет?

— Думаю: месяц принудительных работ в порту, — раздался смех и голоса стихли.

Капитан ходил по палубе с кружкой имперского эля и раздавал приказы: «Поднимай паруса, отплываем! А ну живей! Пока ветер попутный. Груз надо доставить в срок!».

Через некоторое время Дарэт почувствовал, что корабль отплыл. Звуки города стали почти не слышны. Он метался по каюте не находя себе места: трижды дергал за ручку, но она была надежно заперта снаружи. Дверь оказалась сделана из Лиморского дуба и после нескольких попыток ее выломать, парень уселся на пол ни с чем. Плечо предательски ныло, душа кричала и сопротивлялась. Едва он почувствовал вкус свободы, как его потащили обратно в «клетку» Гром-Бала к отцу и брату на «плаху».

— Проклятье! — вырвалось изо рта обреченного. — Как я могу вернуться? Отец с братом только этого и ждут. Неужели мне никогда не выбраться из Гром-Бала. Наверное, единственный способ: вступить в торговую гильдию, но обучение там займет несколько лет, а я, ни на мгновение не хочу возвращаться. Это не справедливо! Я проделал столько усилий, принял решение, а теперь должен вернуться? Уж лучше сгинуть, — развалившись на полу, он вытянулся и уставился в потолок, глубоко погрузившись в тревожные мысли.

В это время на корабле начинались волнения.

— Погода портится капитан! С севера надвигается шторм.

— Что? Еще пару мер назад было ясно как в стакане воды! Нужно уходить южнее. Попытаемся избежать бури. Команда! Пока ветер не усилился полные паруса! Уходим!!!

Корпус сильно качало, вода то и дело заливалась на палубу. Ветер рвал паруса. По небу прокатывались раскаты грома и молний. Трусливые моряки Бримы, не на шутку перепугались. Попасть в настоящий шторм — воистину испытание для храбрецов.

Дарэт поднес ухо к двери и прислушался: снаружи доносились оживленные крики команды. Непривыкшее к корабельным путешествиям тело вперемешку с тревогой не выдержало качки: к горлу подступили рвотные позывы, и его вывернуло прямо на пол.

Судно резко накренилось, в каюту через дверную щель хлынула вода. Раздался жуткий скрип, и в следующий момент с оглушительным грохотом упала мачта, проломив потолок, и едва не зашибив парня. Через образовавшуюся дыру Ветродув вылез на палубу. Перед его глазами предстала ужасная картина: вокруг поднимались огромные волны, корабль швыряло как щепку, людей смывало за борт одного за другим. Левый борт сильно накренило и ретора[36] пошла ко дну. Дарэт уцепился за обломок мачты изо всех сил, стараясь, чтобы его не утащило на дно океана. Несмотря на лето, было холодно как на пике Синона[37]. Дрожь колотила его беспомощное тело. Северный циклон беспощадно обрушился на приматериковые острова и ураганом пронесся на юг до самого Млечного моря.

— Ну вот и накликал на себя беду! Но теперь, я уж точно не вернусь домой! — кричал во все горло утопающий беглец и подобно безумцу хохотал. Соленая вода попадала в горло, вызывая серию неудержимого кашля. Живот крутило, словно канатный узел. Все что ему оставалось — это вцепиться насмерть в кусок древесины и не отпускать ее. «Разверзнись морская пучина! Я тебя не боюсь!» — бросая вызов океану, кричал он из последних сил. — Я не боюсь тебя! Слышишь? — сплюнул воду. — Не боюсь!».

На самом деле он не на шутку испугался. Человеку, который провел в стенах города всю свою жизнь, предстояло бросить вызов стихии, до этого, лишь читавшему о подобном в книгах. Но одно дело читать и совсем другое пережить на собственной шкуре. Трудно описать тот ужас, что царил в глазах утопающих. Они попросту шли на дно.

Это был самый настоящий шторм. Дождь лил стеной. Волны устрашали своими размерами, а где-то невдалеке водяной столб уходил в самое небо…

ГЛАВА 2 ВЕЛИКОЕ ВЫЗЫВАНИЕ

В то же время далеко на востоке у подножия Морак-Тума безумный колдун чертил таинственные символы в форме круга. Посохом он старательно выводил каждую букву древнего языка магов. В центре изображался исфаум. Можно было только догадываться, что за тайные замыслы преследовал этот человек. Темная сила и жажда мести завладели его душой, а сухое сердце похожее на уголь таило обиду на весь ныне живущий свет.

Неведомое красное свечение озарило фигуру, когда последний знак появился на земле — это была шестиконечная окольцованная пентаграмма из книги Пламени Моркогдона. Огненный владыка агнийцев кровью людей написал ее глубоко под Подземным миром в недрах самой Преисподнии. Жертвами пера становились неудачливые адепты, которые осмеливались из любопытства проводить ритуалы вызова духов Иссфера. Магу потребовались долгие годы скитаний, прежде чем он смог заполучить опасный фолиант.

Голос Моркогдона направлял его во снах. Голос, от которого все поджилки тряслись даже у самого колдуна. В те ночи он просыпался в горячем поту. Жар властелина пламени выжигал его душу дотла. За свое освобождение владыка обещал власть над Ветреным Пределом, но сломать темницу было практически невозможно: древний герой[38] запечатал ее незримой печатью, дабы сдержать дух хаоса подальше от мира.

Книга была похоронена Великим Азаром под песками красной пустыни Кидан. По обрывкам летописей тех дней колдуну удалось отыскать заветное место и вызволить ее из плена при помощи магии. И вот теперь он стоял с ней в руках посреди Мертвой пустоши, устремив горящий взор на вершину потухшего тысячу лет назад вулкана, и громко читал заклинание. Его голос заглушал сильный ветер, но он кричал как мог:

Буранаш ляш~роанум олаш~иор ёль~кёлиераш

(Ветры могучие будьте свидетелями!)

Лаухаш ляш~эрелькол ёль~дарх тю'альяш~олмни˳

(Тучи тяжелые мраком наполнитесь).

Улле~ора дье'алаш~агний ёль~тожж ляр~фар˳

(Землю разверзните молнией светлою).

Ёль~тум радон дье'хён~тиум кора˳

(Громом пускай разойдется песок).

Голь'алаш~илэй эя~ялу тод сю ля~Фер ойлюм

(Откройте мне дверь в Огненный мир!)

Алаш~саар фё эя~ялу улле~тангорат куэ~авур дуриямаш˳

(Явите ко мне генерала глубин).

Cюль'ал~тиум ку~тю лай еротар рю~даймони ля~гасфэ

(Выйди на волю, дух зла мятежный!)

Улле~аум эя~ялу ал~денеус он фер куи~тю ора˳

(Силу мне дай и огонь на земле).

Небо стало затягиваться свинцовыми тучами. Они стали черными как зола. Молнии разрывали небесную гавань своими всполохами. Черный водоворот из облаков образовался над всей вулканической пустошью. Голос колдуна хрипел, но он продолжал:

Аль~саар Аль~саар куэ~авур ян'ян'ора

(Явись! Явись из преисподней!)

Фё эя~тэ сю’ин~кфев сю олун пантант

(К тебе взываю, в сей момент!)

Радон шюльнуль еле'хён~дуртиум он ойлюм Иссфер дье’хён~илэй

(Пусть пелена спадет и мир Иссфер раскроет)

Куэнаш тодаш ёль~ферир иль~фер

(Свои ворота пламенем огня!)

Небеса сделались кроваво красными. В воздухе царило напряжение: невидимые токи пронизывали пространство. Яркая молния осветила все вокруг и ударила из центра небесного омута прямо в посох колдуна, а из него в пылающий на земле исфаум.

Ге'ин~тьяс ёль~оташ ёль~салькастош ильяш~фар

(Заклинаю всеми стихиями света)

Аль~саар сю олун ойлюм айтэ ёль~ялу

(Явись в этот мир передо мной!)

Символы вспыхнули во мраке пуще прежнего. Послышался невообразимый гул, и задрожала земля. Из жерла вулкана вылетел длинный огненный столб и, долетев до земли, приземлился на знак. В пламени появилась агнийская сущность Иссфера. Она была похожа на горящую женщину. Исфаум под ногами вместе с породой треснул и угас.

Когда жар ослаб колдун смог разглядеть ее полностью: на него смотрела обнаженная девушка со смуглой кожей. Ее тело покрывали огненные узоры и изящные пятна. На ладонях выступали шрамы в виде исфаумов — знаки символизировали власть Моркогдона. По спине спускался ряд острых шипов. Они переходили в хвост, конец которого украшала раздвоенная зазубренная вилка. На голове маг увидел большие изогнутые рога и прекрасные коричнево-пламенные волосы. От локтей и до запястий выступали острые как бритва иглы. Кокетливое лицо и тело полностью было человеческим с присущими огненной расе чертами. Хищные драконьи глаза и пожар, что полыхал в их глубине, внушали трепет, но завораживали взор. Ее лик мог свести любого мужа с ума: округлые груди, упругие бедра — прекрасное дитя порока. Но поддаваться чарам было равносильно смерти. Многие пали во времена второй эры, угодив безвозвратно в ее коварные сети.

— Кто ты дух? Назовись! — приказал колдун со всей строгостью.

— Ты призвал меня в этот мир и не знаешь, кто я? — агнийка расправила драконоподобные крылья из-за спины. Ее лицо трудно читалось, но что-то в нем настораживало. Дикая кошка смотрела на мышь, решая ее судьбу: «Съесть сразу или немного поиграть?»

Темные длинные волосы колдуна развивались на ветру, и такая же черная как смоль борода спадала на грудь. Он был уже не молод, но и не стар. А еще он прекрасно знал, на что шел и как следует, подготовился к встрече. Тем более его звал сам владыка.

— Я заклинаю тебя, назовись!!! — Маг гневно ударил посохом о землю.

Агнийка нахмурила лоб и ее глаза загорелись пламенем еще больше:

— Я Нэсса, дочь Моркогдона — повелителя огненного царства Иссфер и всего Подоблачного Мира! Первородное[39] дитя огня: суккуб, крадущий сердца мужей и владычица легионов Преисподней. Мой отец звал тебя во снах, и ты услышал. За это ты будешь вознагражден! Чего же ты желаешь колдун, скажи: богатства, может власти, любви?

Я желаю мести и мне нужна армия! — гневно ответил маг, сжимая руку в кулак.

Нэсса коварно улыбнулась.

Свечение над Мертвыми землями виднелось за много лиг вокруг. Стражники, стоящие на балконе королевского дворца в Гаспарде показывали пальцами в небо и что-то яро обсуждали. Когда же один из них опомнился, то в срочном порядке позвал короля. Сириус сын Аранора IV правил Азарией уже много лет, но такое видел впервые:

— Не к добру это! — его рука застыла у лба. Он вглядывался в темноту на горизонте: небо было алым как во время заката, вот только сольям уже давно погрузился в океан. — Пошлите туда кого-нибудь! Пусть выяснят что там.

— Мой государь, там опасно: пустошь не место для людей!

— Отправьте лучших… Искалмор пусть идет. Он знает свое дело.

На рассвете отряд разведчиков выехал в опасный путь под предводительством храброго воина. Им не суждено было вернуться обратно никогда. Смерть уже ждала их.

Ни одно живое существо, ни рискнуло бы переступить границы Мертвой пустоши Морак-Тума. Исключение составлял особый Сумеречный Полк, который охранял застенки, самой ужасной тюрьмы Предела: «Башни Смерти». В его ряды вступали самые отчаянные воины, как правило, изгнанные из армии за какие-либо провинности. Обреченные рекруты ссылались со всей Лимории и Азарии, чтобы заслужить право на прощение и однажды вернутся домой. Срок службы здесь, зависел от тяжести проступка. Другими обитателями этого ужасного места, были преступники со всего Предела. Заключенные долго не задерживались в мире живых, если попадали туда. Но мало кто знал, почему…

ГЛАВА 3 ВОЛЕЮ СУДЬБЫ

Всю ночь Дарэта швыряло по волнам, пока под утро шторм не стих и его не выбросило на берег острова. Он приподнял голову и в тот же миг потерял сознание — сил больше не было. Обессилевшее тело юноши лежало в чистой голубой воде, теплые волны ласкали его водами, рядом бродили крабы, плескались деревянные обломки мачты, а между ними сновали разноцветные рыбки. Зернистый желтый песок был удивительно чистым. Это место искрилось дружелюбием и комфортом, хотя еще пару мгновений назад океан разрывала буря холодного северного циклона. Просто мистика, да и только!

Погода царила мягкая и по-летнему жаркая. Яркий сольям припекал кожу, но Дарэт еще был слишком слаб, чтобы открыть глаза. Он не знал, прибило его к Гром-Балу или обратно к Бриме, но радовался, что остался жив и не хотел пробуждаться, пока не услышал чьи-то мужские голоса в стороне. «Стражники!» — подумал Ветродув и замер.

— Каин взгляни! Там человек.

— Должно быть, его прибило сюда после шторма.

Кто-то из них перевернул Дарэта на спину и влил в рот жидкость из колбы, да так что он едва не подавился. На вкус микстура оказалась сладкой и пахучей. По телу тут же пробежала дрожь, каждая конечность наполнилась новым приливом сил, а на душе стало тепло и хорошо. Парень глубоко вздохнул и приоткрыл глаза. Ему помогли встать и под руки повели в неизвестном направлении. Ноги отказывались слушаться, но его буквально тащили силком. Да и куда уж там сопротивляться: беглец был готов ко всему.

— Кто вы? — дрожащим голосом пробормотал Ветродув.

— Кто мы не важно, а вот кто ты и как здесь оказался очень даже интересно.

— Я Дарэт сын Халда, плыл из Бримы в Гром-Бал. Потом этот ужасный шторм и вот я здесь. Что это за место? Брима? Гром-Бал? Где я разрази вас гром? Отвечайте?

— Слышал Дирк: Брима говорит… Гром-Бал! Парень ты откуда свалился на нас? Брима за триста миль к северу отсюда. У тебя помутнение. Тут тебя быть не должно, а если вы и плыли по указанному курсу, то видать далеко отклонились, спасаясь от шторма.

— Триста миль? Анд благодарю, теперь я уж точно далеко от дома, — Дарэт попытался изобразить облегчение, но ноющая боль в конечностях напомнила о себе незамедлительно. — Где я? Вы не ответили! Что это за остров?

— Остров Ветров. Я Каин, а это мой брат Дирк. Тебе придется пойти с нами. Мастер решит, что с тобой делать. Если бы не обломок мачты мы бы тебе не поверили.

— Мастер? Какой мастер? Не надо со мной ничего делать. Что вы дали мне выпить? Куда мы идем?

— Ты задаешь слишком много вопросов, парень. Без позволения мастера Гелеоса, я не имею права, что-либо тебе рассказывать, так что закрой рот и иди молча. Насчет зелья не беспокойся: оно было необходимо для того чтобы привести тебя в чувства.

Они поднимались по крутому подъему вглубь острова, пока не уперлись в массивные скалы. Рядом с ними росла одинокая кокосовая пальма. Её размашистые листья отбрасывали скудную тень на камни под ногами. Сольям уже поднялся высоко над горизонтом и жаром палил вовсю. Небо окрасилось в оранжевые летние тона — занимался день.

— На месте! Жди нас здесь. Мы сообщим о тебе мастеру. Да, и не вздумай бежать. Бежать отсюда не куда — вокруг океан, — Каин улыбнулся, а в следующий миг оба прошли сквозь скалу и исчезли. Дарэт был потрясен: «Как такое возможно?» — подумал он.

— Не уж то я спятил? Должно быть мираж — последствия шторма. Пожалуй — это самая страшная ночь во всей, моей, жизни. Поверить не могу, что я стою здесь в целости и сохранности. Благодарю тебя Великий Анд за то, что Ты сохранил мою никчемную жизнь. Если бы пальцы не скрючило от холода, я ни за что бы не удержался за тот обломок мачты и не доплыл до берега. Просто чудо какое-то… Просто чудо!

Ветродув вытянул руку, чтобы потрогать место, куда только что вошли «призраки». Он очень внимательно осмотрел его: скалистая поверхность была твердой и холодной.

Ноги стали подкашиваться и Дарэту пришлось сесть на близлежащий камень. Он был еще слишком слаб: легкая дрожь пробегала по всему телу, левое ухо закладывала вода, а во рту чувствовался едкий вкус соли. Нос от соленой воды неприятно пекло, но он не обращал внимания на слабость: радовался, что остался жив и не вернулся домой.

Через некоторое время из скалы донеслись голоса, а мгновение погодя оттуда вышли два незнакомца: молодой лучник и человек лет шестидесяти отроду.