Волк. Окончательное решение

— Искин, вычислили старшего среди освобожденных рабов?

— Да. Бывший капитан, по нашей табели рангов, Республики Рарии, Лан Дитер. Сейчас — раб номер Рай дзе-кан су кан.

— Плевать. Тащи его сюда. Будем беседовать.

— Исполняю.

Один из сервис-киберов сорвался с места. Сашка осмотрелся — ага! Его вещи уже тут. Отлично! Открыл кофр, начал извлекать из него детали боевых доспехов. Все в целости и сохранности, как положено. Дарксанка круглыми от изумления глазами следила за его манипуляциями, но благоразумно помалкивала. Деталь к детали, все части сами собой вставали на место. Минута, и Александр был полностью облачен в защиту высшего класса. Зашелестел, разогреваясь, реактор, скоро затихнет. Повинуясь команде, доспех окрасился в глубокий черный цвет, проявились все нашивки и кресты на погонах, знаки квалификации. На пару секунд одел шлем. Замки сыто чавкнули. Герметизируясь, на забрале замелькали значки тестового прогона. Все в норме, замечаний нет. Отстегнул шлем, перебрался ко второму кофру. Вытащил на свет первым делом бластер. Отечественная, естественно, разработка. Поражающая способность пять тысяч условных единиц. В усиленном режиме прошивает метровой толщины пластину из обедненного урана на дистанции тысячу пятьсот метров. В обычном противопехотном — безусловное поражение цели до пяти тысяч метров. Свыше — десять процентов на каждую сотню метров в сторону уменьшения. Зато непревзойденная никем традиционная русская надежность и простота, солидный запас энергии в стандартной спаренной батарее, возможность подключения к стационарному источнику. Возможность перезарядки батареи от реактора стандартной бронезащиты. Собрал, проверил, загнал со щелчком в приклад запасной комплект батарей. Подцепил штатный захват доспехов. Тот сухо утянул оружие за спину. Едем дальше. На пояс — тесак, кобуру с личным бластером, меч. Тот самый, из черного гарнита. В бедренные карманы — запас гранат и наноботов на все случаи жизни. За спину — стандартный десяток «умных» мин с интеллектуальной начинкой, плюс тяжелый противокорабельный гранатомет. Линкор им, конечно, не уничтожишь, но в случае если придется разбираться с абордажниками противника, типичный бот превратит в облачко плазмы на раз. Передатчик и сканер — встроенная функция доспехов. Закрыл снова кофры-хранилища, выпрямился. Снова зацепил взглядом девчонку. Та превратилась в фигуру, символ изумления. Рот приоткрыт, глаза круглые, лоб сморщен от тяжких мыслей.

— Что? Вопросы появились?

Та отмерла:

— Кто ты такой?!

— Лейтенант империи Русь Александр Кузнецов. Все, что тебе нужно знать. Куда увезли тех, кто был со мной?

Со щелчком захлопнула рот. Хоть режь — ничего не скажет. Хотел было вколоть ей средство для развязывания языков, да передумал: вдруг, точнее, биохимия у нас разная? Тогда средства для людей могут запросто отправить на тот свет подругу, и где потом искать саури? Но предпринять что-либо радикальное он не успел — дверь апартаментов распахнулась, и на пороге появились кибер и главный среди рабов. Едва завидев Сашку, стоящего спиной к нему, абориген втянулся по струнке, затем бодро отрапортовал:

— Раб номер Рай дзе-кан су кан явился к вашей милости!

Александр развернулся, и рарец опешил — перед ним был не дарк, а человек. В невиданной ранее защите, с непонятными символами на полосах плечевых пластин, с огромным оружием за спиной и мечом, как у дарков, на поясе. Но самое главное… Только сейчас он заметил древний символ Изначальных на груди неизвестного, бывшего, кстати, очень уж крупным для местного обитателя. Тот, кстати, проявился лишь сейчас. Дарксанка его тоже не видела. Но рассмотрев, побледнела, словно сама смерть.

— Ты теперь не раб, Лан Дитер. Сними ошейник.

— Я… Я не могу, господин. Это убьет меня…

— Не убьет.

Повинуясь неслышимой команде ужасающий механизм, притащивший бывшего офицера республики Рар, поднял страшные манипуляторы и… Щелчок, и символ рабства и средство принуждения бесшумно упало на пушистый коврик, покрывающий пол бывших апартаментов командующего станцией.

— Ч-что вы хотите, господин?

— Что я хочу… Лан, если я явлюсь в республику, на трофейном корабле, даже на нескольких, привезя с собой освобожденных рабов, что со мной будет?

Рарец замялся, потом выдавил из себя:

— Не знаю, господин… За один символ на груди вашей защиты могут казнить. Он запрещен у нас. Считается ересью…

…Одно это слово сказало Александру больше, чем собирался выдать ему бывший раб. Теократическая республика! Самое страшное, что может возникнуть в человеческих отношениях… Ну уж нет! Обойдется он, пожалуй, без таких вот союзников! Но вида не подал, удержав на лице прежнее спокойное выражение.

— Значит так, Лан. Слушай меня внимательно. Сейчас я сниму с вас рабские ошейники. Выбирайте себе корабль, и уносите ноги. Вы свободны. Времени у вас будет немного. Часа два. Можете, конечно, задержаться, но я уже тогда не обещаю вам безопасного коридора. Устраивает?

Рарец с такой скоростью замотал головой, что на миг Сашка испугался — вдруг отвалится?

— Да или нет?

— Да, господин! Да! Мы согласны!

Русский перевел взгляд на одного из сервис-киберов:

— Снять со всех ошейники, обеспечить им проход к любому кораблю.

— Принято.

Откликнулся искин. Махнул рукой рарцу:

— Все. Свободен. Беги.

Дверь открылась, и аборигена словно ветром сдуло. Едва робота не опередил от радости. Оставшись вдвоем с дарксанкой, Александр вздохнул:

— Никуда от тебя не избавиться… Ладно. Искин, подбери нам корабль. Справишься?

— Без проблем.

— Тогда… Сколько ты сможешь контролировать судов?

Пауза. Очень короткая.

— Все.

Сашка довольно потер руки:

— Тогда заберем все, что можно. Отдай команду местной технике — грузить на корабли все. До упора. И быстро. Что посоветуешь флагманом? Для меня лично?

— Имеется дредноут по местной классификации. Корабль большой, вместительный. Хорошо, для местных, вооруженный. Довольно быстрый.

— Тогда распоряжайся. А я немного побеседую с дамой…

— Принято…

— Почему я могу говорить на вашем языке?

— Пока ты был без сознания, мы закачали тебе языковую базу.

— Каким образом?

— У нас есть специальные машины, могущие производить эту операцию. Запись идет напрямую в мозг.

— Существуют ли какие-либо ограничения для этой технологии?

— Разумеется.

Девчонка сглотнула, потом тихо ответила:

— Если мозг подвергнутого процедуре записи развит слабо, то почти со стопроцентной вероятностью он станет «овощем», тебе знакомо это понятие?

— Как видишь, я не дикий.

Сашка зло усмехнулся и продолжил:

— Куда отвезли тех, кто был со мной?

— Поскольку они являются нашими родственниками, то их направили в один из адаптационных центров империи. Там над ними так же проведут гипнообучение, а далее постепенно введут в наше общество…

— В качестве кого?

Дарксанка снова сглотнула, было видно, что говорить ей об этом не очень хочется, но выбора не было. Слишком она боялась этого… Чужака. Да и эмблема на груди внушала настоящий ужас…

— Кланы передерутся за возможность влить в себя свежую кровь… Скорее всего, их разберут в качестве…

Замолкла. Александр зло произнес:

— Кого?!

— Они будут должны рожать либо покрывать наших женщин, чтобы появилось новое поколение. Наша раса… очень стара. Мы вырождаемся. И нам нужна свежая кровь. Очень нужна!

В ней даже прорезались эмоции. Было видно, что даже в столь юном возрасте девчонку очень волнует этот вопрос.

— Хм… Тогда почему вы не используете людей для этого?

— Людей?!

Презрение, прозвучавшее в ее голосе, можно было пощупать руками.

— Разве их можно считать разумными существами?! Хрупкие создания, не приспособленные для жизни, для борьбы, не заслуживающие ничего другого, кроме как быть нашими рабами! Да любая дарксанка скорее предпочтет умереть, чем ляжет с человеком!

Сашка вновь улыбнулся, и по коже девушки пробежал холодок:

— Проверим…

Одно слово, брошенное небрежно, заставило ту вновь побледнеть.

— Страшно? Ну-ну. Где находится адаптационный центр? Координаты системы!

— Я не знаю!

— Врешь.

— Клянусь всем святым, не знаю! Их всего четыре на всю империю! И то это — дань традиции. Все находятся на разных краях государства!

— Ты знаешь, где они размещены?

Дарксанка закивала. Не так как люди, сверху вниз, а наоборот, словно отрицала:

— Каждый их истинных дарков знает о них все!

— Значит, проверим все…

В беседу вмешался голос искина:

— Командир, бывшие рабы убыли. Наблюдаю старт их транспорта.

Человек облегченно вздохнул — хвала Богам, теперь никто не будет путаться под ногами…

— Что у нас с погрузкой?

— Заканчиваем. Ты можешь перебираться на дредноут. Атмосфера корабля восстановлена, все механизмы полностью под моим контролем. В рубке управления задействованы местные роботы. Ваше присутствие на мостике не требуется.

— Ясно. Надеюсь, ты обдираешь станцию по максимуму?

— Разумеется! Все припасы, расходники, материалы, базы данных, информационные носители, оружие и боеприпасы…

— Материалы для постройки автоматического завода?

— Само собой. Но, думаю, что нам придется использовать корпуса кораблей, которые мы захватим. Создание производства с имеющимися в нашем распоряжении силами займет достаточно много времени… В зависимости от того, что вы планируете построить…

Александр хотел было ответить, но бросил короткий взгляд на девчонку, закованную в спецкомбинезон, и промолчал.

— Ладно. Решим вопрос позже. Челнок подготовлен?

— Шестой ангар. Сбрасываю схему движения.

Пискнул пристегнутый к боку шлем, докладывая о получении пакета информации.

— Принял. Сам когда переберешься на борт?

— Вместе с вами, командир. На том же челноке.

— Тогда пошли. Мы и так тут слишком задержались…

Лифты для человека работали. Так что он легко забросил стройное тело на плечо и двинулся в указанном искином направлении, которое подсвечивал шлем на боку. Веса в дарксанке было немного, так что человек почти не чувствовал нагрузки. Помогло и то, что боевой коктейль из хитрой зубной коронки он не использовал на всю катушку. Так что тело уже отошло от химии и работало нормально. К тому же сила тяжести на станции была ненамного, но слабее привычной ему. Путь до ангара занял не слишком много времени. Там уже стоял на опорах вытянутый клин небольшого корабля. Мало того, что небольшого, так еще и все внутренности челнока были забиты до отказа ящиками, колбами, листами пластика и какими-то контейнерами. Александр с трудом нашел свободное местечко, где смог пристроиться. Девчонку просто засунул на верх, на стопки ящиков, загромождающих проход. Ждать долго не пришлось. Роботы местного производства, послушно выполняя команды русского искина, быстро завершили свои дела, затем вошли внутрь, еще сильнее потеснив человека, затем приняли транспортное положение. Аппарель закрылась, спустя миг челнок стартовал.

— Могу передать картинку с обзорных камер на тактический шлем, командир.

Подал голос искин. Сашка отмахнулся:

— Не надо. Еще надоест космос, чует мое сердце, хуже горькой редьки…

И замолчал. Искин тоже затих. Полет продолжился в молчании, и хорошо, что лететь оказалось не долго. Буквально двадцать минут. По истечении этого срока клинышек внутрисистемного кораблика нырнул в огромные ворота приемной палубы линкора, которые послушно закрылись, а еще спустя пару минут, из громадных ударило пламя. Тот час же ожили двигатели остальных кораблей, болтающихся на орбите вокруг станции. Они перестраивались в походный ордер, занимая свои места в строю. Затем караван начал набирать скорость, уходя глубоко в неисследованный местными космос. Едва корабли отошли на достаточно большое расстояние, как на месте секретной станции полыхнула вспышка. Дарки получили первый большой щелчок по носу…

Тишину в рубке, нарушаемую лишь писком сенсоров и датчиков, нарушил голос искина:

— Укажите курс, командир.

— Курс?

Об этом Александр как-то не подумал. Но…