Был ли Сталин агентом охранки

МОРРИС. Если вы не можете опознать Франца Фишера, тогда, возможно, это сделает господин Макманус?

МАКМАНУС. Я не уверен, что можно опознавать Франца Фишера по фотографиям, которые я только что передал господину Орлову.

Сенатор МАККЛЕЛЛАН. Это свидетель или штатный сотрудник?

МОРРИС. Господин Макманус -- штатный сотрудник.

Сенатор МАККЛЕЛЛАН. Он может сделать заявление.

ОРЛОВ. Прошу разрешения добавить, что эти банкноты были изготовлены превосходно, поскольку выпущены они были российским Гознаком, государственным учреждением, печатающим российские денежные знаки, где трудятся лучшие в мире специалисты, создававшие в свое время так называемые царские ассигнации, которые считались самыми сложными в мире для подделки. Таким образом, нет ничего удивительного в том, что эти купюры невозможно отличить от подлинных стодолларовых банкнот. Но все же это была нелепая, безумная операция, поскольку в конечном итоге никто не в состоянии распространить более одного миллиона долларов.

МОРРИС. А вам известно, сколько предполагалось выпустить в данном случае?

ОРЛОВ. Планировали сначала 10 миллионов. Это все, что я знаю.

Сенатор МАККЛЕЛЛАН. Сколько же они на самом деле... сколько же они в действительности смогли выпустить в обращение?

ОРЛОВ. Я не знаю. Но одно мне известно: в 1931 году я встретил в Берлине одного человека. Мне было любопытно увидеть его, а вам, возможно, будет интересно узнать, что эта операция была связана с преступным миром, с уголовниками. Когда я был в Берлине в 1931 году, мне сообщили, что известный преступник, уголовный преступник, прибыл из Китая, из Шанхая. Он был там арестован, но каким-то образом выпутался, несмотря на то, что у него нашли стодолларовые банкноты. Вероятней всего, он подкупил полицию. Короче, я хотел с ним встретиться, чтобы узнать об этом побольше. Я встретился с ним. Не помню, как звали этого человека. Но он рассказал мне, как были арестованы его люди и как сам он выпутался и сумел получить половину всей суммы дохода от операции. Мне было очень любопытно впервые в жизни беседовать с настоящим уголовником такого масштаба.

МОРРИС. Господин Макманус, расскажите нам, как к вам попали эти фотографии?

МАКМАНУС. Эти фотографии были переданы мне Секретной службой, они из досье Валентина Буртана. Там было несколько фотографий.

МОРРИС. Иными словами, эти фотографии взяты из материалов дела, содержащего показания относительно тех самых стодолларовых банкнот, о которых здесь говорилось, и в этом деле имеется фотография Франца Фишера?

МАКМАНУС. Они -- из материалов дела, из папки с фотографиями, на которых на лицевой стороне стоит имя Франца Фишера.

МОРРИС. Этот свидетель показал, что, насколько ему известно, Франц Фишер был коммунистическим агентом, который принимал участие в данной операции. Я констатирую это с целью установления связи между двумя фактами. Господин Мандель подготовил несколько вырезок из газет того времени, которые содержат дополнительную информацию о данной операции по изготовлению и распространению фальшивых денег.

МАНДЕЛЬ. В "Нью-Йорк таймс" от 24 февраля 1933 года, на странице 1, была напечатана статья, которую я хотел бы приобщить к протоколу и которая озаглавлена: "Шквал поддельных банкнот родом из России; расследуются данные о том, что д-р Буртан, задержанный как соучастник преступного замысла, был советским агентом".

И, во-вторых...

Сенатор МАККЛЕЛЛАН. Эта статья может быть приобщена к протоколу.

(Вышеозначенная статья была помечена грифом "Вещественное доказательство No 427" и содержит буквально следующее: )

Вещественное доказательство No 427

(Нью-Йорк таймс, 24 февраля 1933 г. )

ШКВАЛ ПОДДЕЛЬНЫХ БАНКНОТ РОДОМ ИЗ РОССИИ

Расследуют данные о том, что д-р Буртан, задержанный как соучастник преступного замысла, был советским агентом. Буртан проигрывает в борьбе за снятие обвинений. Специальный уполномоченный рекомендует направить его в Чикаго, чтобы он предстал перед судом по обвинению в заговоре

Источником ста тысяч долларов в фальшивых стодолларовых банкнотах, значительная часть которых была успешно распространена в прошлом месяце в Чикаго, как установили федеральные агенты, является Советская Россия, сообщили вчера представители Федерального правительства.

Банкноты, которые появились и в других местах, в частности, в далеком Китае, названы экспертами министерства финансов самыми достоверно выглядящими подделками в истории. По имеющимся сведениям, они были изготовлены шесть лет тому назад.

Как сообщается, власти расследуют данные о том, что д-р Валентин Григорьевич Буртан, врач из Нью-Йорка, арестованный 4 января в качестве главного американского участника международного заговора фальшивомонетчиков, является, или являлся, агентом советского правительства.

Иностранные государства, по всей вероятности, были поставлены в известность о деталях заговора по мере обнаружения банкнот в Нью-Йорке и Чикаго, и, по-видимому, предпринимаются международные усилия по установлению лиц, игравших более важную роль в этой операции, нежели та, в которой подозревается Буртан.

ТРЕБУЮТ ПЕРЕВОДА В ЧИКАГО

Пока шло расследование, проводившееся по приказу из Вашингтона в обстановке секретности, Фрэнсис А. О'Нил, специальный прокурор США, подписал консультативное заключение, рекомендуя перевести д-ра Буртана в Чикаго, где ему, а также графу Энрике Дешо фон Бюлову, немецкому авиатору, предъявлено обвинение в хранении и распространении банкнот.

Элвин Макк. Силвестер, помощник прокурора США, немедленно довел это мнение до сведения федерального судьи Альфреда С. Кокса, который, как ожидается, подпишет сегодня постановление о переводе, предписывающее д-ру Буртану, бывшему врачу Поликлинической больницы в Нью-Йорке, предстать перед судом. Д-р Буртан был ранее отпущен под залог в 15 000 долларов.

Фон Бюлов, который, как сообщается, полностью признал свою причастность к попытке распространения подделок, находится в Чикаго в ожидании суда.

С момента своего ареста д-р Буртан упорно утверждал, что никоим образом не причастен ни к какому заговору. В процессе перевода в Чикаго Фрэнк X. Смайли, частный детектив из Чикаго, показал, что фон Бюлов познакомил его с Бурта-ном. Смайли и двое его приятелей организовали сброс 100 тысяч долларов в фальшивых банкнотах, безмятежно полагая, как он утверждал, что речь идет о подлинных купюрах, от которых пытаются отделаться контрабандисты спиртных напитков, опасающиеся налоговой инспекции.

БАНКОВСКИЕ КАССИРЫ ОБМАНУЛИСЬ

Луис Мид Тредуэлл, помощник прокурора США, заявил, что Смайли предъявил несколько купюр в чикагских банках, подозревая, что они могут быть поддельными, однако кассиры в пяти банках удостоверили их подлинность, поэтому детектив в конце концов поверил фон Бюлову.

Смайли признался прокурору О'Нилу, что непосредственным распространителям было обещано 30 процентов от всех доходов аферы. Двадцать процентов должны были быть распределены между ним, Буртаном, фон Бюловым и двумя компаньонами Смайли, а остальные 50 должны были достаться контрабандистам.

В своем заключении прокурор О'Нил писал:

"Единственное, что вызывает сомнение в данном деле -- знал ли ответчик, что банкноты фальшивые. Установлено, что они фальшивые и что ответчик предлагал их к продаже".

Интересы д-ра Буртана, кардиолога, представляет Бенджамин Хартстейн. Когда Буртану было впервые предъявлено обвинение в фальшивомонетничестве, он заявил, что докажет свою невиновность, поскольку был вовлечен в это дело пациентом, попросившим оказать ему услугу.

МАНДЕЛЬ. Из газеты "Нью-Йорк таймс" от 6 мая 1934 г., стр. 15:

Житель Нью-Йорка, признанный виновным в фальшивомонетничестве, осужден за участие в афере с двумя миллионами долларов

Здесь снова речь идет о д-ре Валентине Буртане.

Сенатор МАККЛЕЛЛАН. Хорошо. Это тоже можно приобщить к протоколу.

(Вышеозначенная газетная статья помечена как "Вещественное доказательство No 428" и содержит буквально следующее):

Вещественное доказательство No 428

(Нью-Йорк таймс, 6 мая 1934 г. )

ЖИТЕЛЬ НЬЮ-ЙОРКА ОСУЖДЕН ЗА УЧАСТИЕ В АФЕРЕ С ДВУМЯ МИЛЛИОНАМИ ДОЛЛАРОВ

Чикаго, 5 мая (АП). -- Власти заявили о частичной ликвидации международной сети фальшивомонетчиков в связи с обвинительным приговором, вынесенным вчера д-ру Валентину Буртану из Нью-Йорка.

Ответчик, обвиненный вместе с подельниками в сбыте примерно 100 тысяч фальшивых долларов, признан виновным судом присяжных, которые совещались всего два часа.

Прокуроры Холл и Салливан заявили после окончания процесса, что в течение нескольких последних лет расследование этого дела находилось в личном ведении У. X. Морана, директора Секретной службы. Они сообщили, что Моран считает эти банкноты лучшими подделками, когда-либо появлявшимися на территории Соединенных Штатов.

Д-р Буртан, заявили они, был видным нью-йоркским коммунистом, однако после своего ареста по данному делу был исключен из коммунистической партии.

Они также сообщили, что упомянутая международная сеть была создана в основном с целью наводнить Соединенные Штаты и ряд южноамериканских стран фальшивыми банкнотами в попытке дискредитировать правительство США.

Сенатор МАККЛЕЛЛАН. Продолжайте.

МОРРИС. Сенатор, этот конкретный эпизод, наряду с подробностями об испанском золоте, должен быть соотнесен в нашем протоколе с расследованием, проводимым ныне нашей

Подкомиссией по внутренней безопасности в отношении кражи советскими оккупационными силами в Берлине немецких облигаций на сумму 350 миллионов долларов.

В 1945 году советские оккупационные войска изъяли из немецких банковских хранилищ облигации приблизительно на сумму в 350 миллионов долларов. Имеются сведения, что эти облигации теперь начинают появляться здесь, в Соединенных Штатах, где их пытаются легализовать. Германо-Американский Совет по реабилитации недавно отверг запрос некоего владельца, претендовавшего на легализацию пакета облигаций стоимостью в 245 миллионов долларов, придя к заключению, что именно эти облигации стоимостью в 245 миллионов долларов находились в немецких банковских сейфах в тот момент, когда советские оккупационные войска вошли в Берлин, и я бы считал целесообразным соотнести данный факт в нашем протоколе с вышеупомянутой советской операцией.

Сенатор МАККЛЕЛЛАН. Хорошо.

МОРРИС. Итак, господин Орлов, во время вашего пребывания в Испании... Сенатор, разрешите приобщить эти фотографии Франца Фишера к протоколу?

Сенатор МАККЛЕЛЛАН. Хорошо. Они могут быть приобщены к протоколу.

МОРРИС. Когда вы были в Испании, Луиджи Лонго, итальянский коммунист, действовал в основном под вашим началом, не так ли?

ОРЛОВ. Нет. Луиджи Лонго -- итальянец, бывший одним из командиров Гарибальдийской бригады, которая сражалась в Испании во время гражданской войны, с 1936 по 1939 год. Ныне Луиджи Лонго является заместителем главы итальянской компартии Пальмиро Тольятти. Он -- тайный руководитель вооруженных сил партии, состоящих из бывших бойцов Гарибальдийской бригады, воевавшей в Испании, и я убежден, что у них имеются тайники с оружием, разбросанные по всей Италии. Это оружие осталось после второй мировой войны и хранится на случай, если Москва прикажет устроить в Италии революцию. Пальмиро Тольятти тоже был в Испании одновременно со мной и в то время был моим близким другом. Он руководил компартией Испании и вооруженными силами испанских коммунистов от имени Москвы.

МОРРИС. Что вы можете рассказать нам о сегодняшней итальянской коммунистической партии? Вы упомянули Пальмиро Тольятти. Это итальянский коммунист, не так ли?

ОРЛОВ. Он итальянский коммунист. Как хорошо известно, итальянская партия -- крупнейшая и самая мощная на Западе после советской коммунистической партии. В коммунистической партии Италии два миллиона членов, а это колоссальный процент, если принять во внимание, что все население Италии составляет 48 миллионов. Сила компартии Италии недооценивается. Они полностью подчинили себе крупнейший тамошний профсоюз, который контролирует больше половины итальянских трудящихся. Если ко всему этому прибавить тот факт, что возглавляет итальянскую компартию наиболее способный человек в коммунистическом движении -- Пальмиро Тольятти, который обладает колоссальным опытом военных авантюр, накопленным за период гражданской войны в Испании, вы можете себе представить, насколько велика опасность того, что, прикажи Москва поднять в Италии восстание, оно может легко увенчаться успехом. Стоит также добавить, что в Триесте, в порту Триест, расположенном на севере Италии, совсем рядом с Югославией, есть человек по имени Видале, возглавляющий коммунистическую партию Триеста.

МОРРИС. Вы знаете Видале лично?

ОРЛОВ. Да. Я познакомился с ним в Испании. Он был одним из руководителей генштаба Интернациональных бригад. Еще он пользовался псевдонимом Контрерас. Видале не случайно был посажен в стратегически важной точке -- Триесте, поскольку, как я понимаю, если Москва прикажет поднять восстание в Италии, ей остро понадобится помощь маршала Тито в Югославии, в чьих руках находится выход в Северную Италию, и в этом случае, если маршал Тито будет приветствовать советские заговорщические планы против Италии, он сможет пропустить через свою территорию добровольцев, а также тайно снабдить итальянских повстанцев оружием. На мой взгляд, именно по этой причине Россия так рьяно обхаживала Тито в минувшем году. Если вы позволите, сенатор, я хотел бы минут пять остановиться на этом более подробно и привести некоторые данные.

Сенатор МАККЛЕЛЛАН. С удовольствием. В процессе изложения я попросил бы вас прокомментировать, какую, на ваш взгляд, пользу извлекаем мы, когда в этих условиях оказываем военную помощь Тито.

ОРЛОВ. Я хочу привести ряд относящихся к делу фактов. В 1948 году произошел разрыв между Югославией и Советским Союзом. Причиной разрыва стало то, что Тито, ставший в Югославии героем, единственным главой страны-сателлита, освободившим свою родину без помощи Красной Армии, только силами собственных партизан, потребовал у Сталина хотя бы ограниченной независимости для Югославии. Сталину это не понравилось, и он направил Тито послание, подписанное также Молотовым и содержавшее предостережение против неповиновения, а также недвусмысленную, даже открытую угрозу. В послании говорилось: "Дорогой товарищ, предупреждаем тебя: (цитирую дословно) сделай выводы из случая с Троцким". К тому времени Троцкий был уже 8 лет как мертв, уничтожен, ликвидирован Сталиным в Мексике. Несмотря на это, Тито не согласился на требование Сталина и был исключен из Коминтерна как предатель. Ему ничего не оставалось делать, как обратиться за помощью к Западу. Он обратился к Соединенным Штатам, которые и предоставили ему помощь в размере одного миллиарда долларов: 500 миллионов на экономику, промышленность, продовольствие и тому подобное, а более полумиллиарда на военную помощь - танки, боевые самолеты и так далее. Это сделало Тито в глазах России предателем вдвойне. Затем, в 1950 году, Тито подписал так называемый Балканский пакт, вместе с Турцией и Грецией, предусматривавший совместную оборону от Советского Союза. Следует подчеркнуть, что Турция была на протяжении столетий традиционным врагом России. Это сделало Тито трижды предателем в глазах не только советского правительства, но и русского народа. После смерти Сталина Россия и Югославия вновь обменялись посольствами, и этим отношения между двумя странами до определенного момента ограничились. Однако начиная с 1955 года мир стал свидетелем весьма необычного явления -- усиленного обхаживания Тито Кремлем. В 1955 году не кто-нибудь, а сами Хрущев и Булганин отправились в Белград с официальными извинениями по поводу разрыва, происшедшего в 1948 году. В 1956 году, в июне, в начале июня, Тито был приглашен в Россию. Его принимали почти как национального героя. До него там не чествовали так ни одного иностранного гостя.

Еще до его приезда в Москву был расформирован Коминформ, и это сделали в угоду Тито, поскольку Коминформ в 1948 году исключил Тито из своих рядов. За день до прибытия Тито в Москву с поста министра иностранных дел был снят Молотов, и это тоже было своеобразным подарком Тито, ибо подпись Молотова стояла под угрожающим посланием, направленным ему Сталиным в 1948 году. И, словно этого унижения было Молотову мало, его заставили поехать на вокзал и приветствовать Тито. Не буду перечислять все почести, возданные Тито в Москве. В то время я задавался вопросом, в чем же причина? Предатель России в глазах русских, трижды изменник -- так почему же его обхаживали с таким рвением? Должен сказать, это обхаживание заходило столь далеко, что граничило с нескрываемым раболепием. Послушайте, что говорил Хрущев в своем докладе на XX съезде партии о Тито и о Сталине. Во-первых, он обвинил Сталина в разрыве с Тито, а затем рассказал, как Сталин похвалялся, что стоит-де ему пошевелить мизинцем, и Тито не станет, он будет низвергнут. Но с Тито этого не случилось. Тряс или не тряс Сталин не только мизинцем, но и всем, чем мог трясти, Тито не был низвергнут. Это было унизительно не только для Сталина - это было унизительно для российского государства и для всего русского народа. Тогда, ища ответа, отыскивая причину, почему Тито обхаживали с таким размахом, я пришел к следующему выводу: объяснение этому странному ухаживанию можно найти, во-первых, в стратегическом положении, занимаемом Югославией на карте Европы, и, во-вторых, это было продиктовано изменениями в советской стратегии, вызванными возникновением, вернее появлением, водородной бомбы. До изобретения водородной бомбы и до того, как появление ядерного оружия трансформировало военное мышление обоих противостоявших лагерей, Россия бешено наращивала свой военный потенциал в надежде когда-нибудь поработить Западный мир путем прямого вооруженного нападения. Однако угроза ядерной войны сделала этот план слишком опасным. Хрущев и другие руководители Советского Союза осознали, что ответный удар Соединенных Штатов будет слишком мощным. Вынашивать планы открытой военной конфронтации с Западом нельзя. Пришло время в корне изменить военную доктрину, предпочтя прежнюю стратегию широкомасштабной открытой конфронтации тайным методам распространения господства Кремля на весь мир с помощью подрывной деятельности и организации революций изнутри.

Именно тогда, как хорошо известно, и, как я полагаю, уже отмечалось другими аналитиками, объектами для осуществления русскими своих планов и идей по инсценированию революции изнутри были избраны две страны -- Италия и Франция, поскольку в них коммунисты были наиболее сильны. Но для успешной организации революции в Италии, где, как я уже упоминал ранее, все, можно сказать, было готово, Кремлю требовалась поддержка Тито, поскольку Тито граничит с Италией на севере. Югославия -- ворота в Италию.

Как же относился сам Тито к планам и заговорщическим замыслам России в отношении Италии -- разделял, сочувствовал? Изучая выступления, прозвучавшие в Москве на стадионе в присутствии около 70 тысяч представителей советской элиты, речи Тито и Хрущева, а также их заявления органам печати; отмечая такую, казалось бы, мелкую деталь, как лозунг "Навеки вместе!", который скандировали спортсмены, участники красочного парада на стадионе, и, наконец, выступление маршала Жукова, который заявил, что отныне мы и наши югославские товарищи, наши армии, будут шагать вместе плечом к плечу, я убедился в том, что Тито относится к подобным планам весьма сочувственно. В чем же могла состоять истинная заинтересованность Тито в такого рода замысле? Общеизвестно, что любой диктатор, прочно утвердившийся у власти, начинает грезить о территориальной экспансии. Кроме того, мы знаем, что Тито давно жаждал прибрать к рукам порт Триест и прекрасно понимал, что его хороший приятель Пальмиро Тольятти, которому в его 63 года просто не терпится стать в Италии диктатором, вряд ли пожадничает и наверняка уступит ему город, порт или толику итальянской территории. Были и другие признаки, убедившие меня в том, что сделка между Москвой и Тито в этом отношении состоялась, например, то, что Тито, считавшийся не один год изгоем в коммунистическом мире, получил разрешение Москвы на вмешательство в дела стран-сателлитов. Он, в частности, потребовал смещения Ракоши, партийного вождя Венгрии. Хрущев и Бул-ганин защищали Ракоши, считая его наиболее приемлемой фигурой, однако Кремлю пришлось все же уступить требованию Тито. Затем Тито выступил против Червенкова, главы Болгарии, и снова Кремль был вынужден согласиться с требованием Тито о смещении Червенкова, и главой Болгарии был назначен Югов.

Из сообщений печати нам известен еще один случай, когда после удаления Ракоши с поста главы Венгрии Кремль предложил поставить на его место другого человека -- Эрно Геро. Я отлично знаю его по Испании. Он был там помощником Пальмиро Тольятти. Во время встречи с Хрущевым в Крыму Тито стал возражать против кандидатуры Геро, однако Хрущеву после многочасовых или даже многодневных уговоров все же удалось переубедить Тито и добиться его согласия на назначение Геро. Наконец, еще одним свидетельством того, что Тито пошел на сделку с Кремлем, а Кремль, пытаясь завербовать его и склонить к участию в реализации своих планов, был вынужден идти на уступки, является тот факт, что, если вы помните, прошлым летом по приказу Кремля все руководители, партийные руководители всех стран-сателлитов совершили своего рода паломничество в Белград, где им пришлось выказать уважение Тито. Иными словами, амбиции Тито были не только территориального свойства -- он претендовал на роль первой скрипки среди компартий всех стран-сателлитов.

Эти претензии не новы. Проявления подобных амбиций известны нам из печати. В 1948 году в "Правде" было напечатано сообщение о предстоящем создании так называемой Федерации балканских государств. В ту пору крупный коммунистический лидер Георгий Димитров вынашивал планы сколачивания подобной федерации на основе всех стран-сателлитов и, естественно, намеревался ее возглавить. Все это обсуждалось в прессе, в органах Коминформа и в "Правде", но потом Сталин решил, что Димитров может стать слишком мощной фигурой, и лично зарубил эту идею. И вот теперь Тито, вспомнив былые амбиции Димитрова и при этом видя, что может ставить Кремлю условия, поскольку он столь необходим Москве в связи с ее замыслами в Италии, то есть се планами организации революции в этой стране, выдвинул самое большое требование из всех возможных. Но тут, как известно, вспыхнула революция в Венгрии, и эта революция, повлекшая за собой множество интереснейших последствий, оттеснила все эти замыслы на второй план -- по крайней мере, на время оттеснила замыслы русских в Италии.

МОРРИС. Позвольте уточнить, господин Орлов. Иначе говоря, вы утверждаете, что, основываясь на своем личном знакомстве с главными действующими лицами, то есть Луиджи Лонго, Тольятти, венгром Геро, Видале, коммунистическим лидером...

ОРЛОВ.... лидером в Триесте.

МОРРИС. На основании всего того, что вам известно об этих людях, а также о коммунистической стратегии, вы полагаете, что Советы планируют своего рода переворот с применением вооруженных сил, вооруженных подразделений, находящихся в распоряжении коммунистической партии Италии, и именно поэтому пытаются обхаживать Тито? Среди прочего вы считаете, что они предлагают Тито, пытаясь вовлечь его в это предприятие, город Триест, ныне открытый город-порт Триест?

ОРЛОВ. Да.

МОРРИС. К этому все и сводится, верно?

ОРЛОВ. Таково мое предположение, и тут я хотел бы отметить следующее: дело не только в том, что венгерская революция нарушила планы Советов. Если вы помните, приблизительно в сентябре прошлого года Тито, которому Кремль всячески давал понять, что хочет видеть его чрезвычайно влиятельным человеком на Балканах, вдруг обнаружил, что Москва обманывает его, так как Кремль разослал во все свои страны-сателлиты секретный циркуляр с призывом не относиться к Тито слишком серьезно, ибо, как там было сказано, "югославская партия не является истинно марксистской в подлинном смысле слова, а итальянская партия отличается социал-демократическими тенденциями". Узнав об этом, Тито возмутился, и вы помните, как советский партийный вождь Хрущев стремительно рванул на самолете в Белград, а оттуда на остров Бриони, любимую резиденцию Тито, где они спорили и торговались недели две, а затем вместе полетели в Ялту, где состоялись встречи с остальными советскими руководителями, которые попытались развеять подозрения Тито, однако, как мне кажется, не смогли этого сделать, ибо сегодня вы можете наблюдать новый разлад между Тито и Кремлем. Моя мысль состоит в том, что, оправившись после венгерской катастрофы, русские могут реанимировать свой итальянский замысел, так как в случае победы в Италии они выйдут к Франции с ее гигантской, очень сильной коммунистической партией, собирающей, если я не ошибаюсь, около 20 процентов голосов в стране, а это -- всем понятно -- будет означать конец Европы. Коммунистические лидеры очень часто цитируют Ленина, не веря при этом ни в Ленина, ни в кого бы то ни было, а веря исключительно в собственный метод распространения любыми средствами господства на планете. Но они помнят одну заповедь Ленина, который учил партию, что революционная, так называемая "революционная", ситуация созревает очень редко и проморгать революционную ситуацию смерти подобно, или, по меньшей мере, равносильно полному поражению. Таким образом, видя, что коммунистическая партия Италии теряет сторонников в результате венгерских событий и брожения во всех компартиях, Кремль может решить, что дальнейшее промедление может означать утрату этой фантастической возможности навсегда, и именно поэтому я не удивлюсь, если Москва может -- не знаю, когда -- в этом году или в следующем -- вернуться к своему замыслу, и если это случится, мы станем свидетелями новой решительной попытки заарканить Тито в лоно комдвижения, посулив ему долю при дележке добычи.

МОРРИС. Сенатор, нам предстоит заслушать новые показания господина Орлова, в частности, по вопросу о финансировании шпионажа за границей, то есть за границами Советского Союза. Мы уже подошли вплотную к этой теме. Учитывая, что время у нас ограничено, а это целая отдельная тема, я предлагаю, если вы не имеете ничего против, объявить сейчас перерыв.

Сенатор МАККЛЕЛЛАН. Каковы ваши планы на вторую половину дня? Это - вне протокола.

(Обсуждение вне протокола. )

Сенатор МАККЛЕЛЛАН. Объявляется перерыв до 10. 30 утра завтрашнего дня. Большое спасибо.

(В 12. 35 Подкомиссия разошлась, чтобы снова собраться в 10. 30 утра в пятницу, 15 февраля 1957 г. ).

Пятница, 15 февраля 1957 г.

Слушания возобновлены после перерыва в 10. 35 в помещении No 424 здания Сената. Председательствует сенатор Джон Л. МакКлеллан.

Присутствуют: сенатор МакКлеллан.

А также: Роберт Моррис, главный юрисконсульт; Дж. Дж. Сауервайн, юрисконсульт; Уильям А. Рашер, юрисконсульт; Бенджамин Мандель, главный эксперт.

Сенатор МАККЛЕЛЛАН. Прошу внимания.

Господин юрисконсульт, мы можем продолжить слушания, которые были прерваны вчера.

МОРРИС. Господин Орлов, не можете ли вы точно обозначить круг ваших обязанностей в НКВД?

ОРЛОВ. Я занимал целый ряд важных должностей в системе НКВД. Вряд ли стоит перечислять здесь все должности, однако можно упомянуть, что я был командующим пограничных войск НКВД; заместителем начальника Экономического управления НКВД; начальником Экономического управления по надзору за советской внешней торговлей, а мой последний пост -- я был советским дипломатом, советником правительства СССР при правительстве испанской республики по вопросам разведки, контрразведки и партизанской борьбы в тылу противника в период гражданской войны в Испании с 1936 по 1938 год. Кроме того, я входил в состав малой коллегии НКВД, состоявшей из шести человек, которым было поручено оценивать секретные документы, добытые агентами НКВД за границей, информировать советский наркомат иностранных дел о зарубежных операциях и намерениях иностранных государств, а также оценивать документы, направляемые в Политбюро партии.

МОРРИС. Вы говорите, что были одним из шести человек, которые оценивали поступившие из-за границы документы?

ОРЛОВ. Прежде всего иностранные документы, чтобы давать заключение о намерениях иностранных правительств в отношении Советского Союза. После этого они шли наверх, к Сталину. Я был также автором учебника по разведке и контрразведке, одобренного НКВД. Он назывался "Тактика и стратегия разведки и контрразведки". Эта работа была написана мною в начале 1936 года, одобрена НКВД и стала основным учебным пособием в школах НКВД, готовивших офицеров разведки для работы за границей.

МОРРИС. Она называлась "Тактика и стратегия... " -- чего?

ОРЛОВ. Разведки и контрразведки. Я также на протяжении ряда лет возглавлял -- можно сказать, по совместительству -- отделение разведки и контрразведки в центральном военном училище НКВД в Москве, которое готовило не только командный состав для Красной Армии, но и офицеров разведывательной службы. Я читал там лекции, но это по совместительству.

МОРРИС. Понятно. Не могли бы вы рассказать нам, господин Орлов, какова структура советской разведки и контрразведки, начиная с самого верхнего звена? Кстати, не знаете ли вы, используется ли ваш учебник в Советском Союзе и поныне?

ОРЛОВ. Не знаю, но почти уверен, что да, поскольку в свое время он вызвал сенсацию. Создать его было поручено нескольким авторам, но моя работа была признана лучшей по той причине, что в ней были собраны все примеры, все наиболее яркие примеры контрразведывательной и разведывательной деятельности НКВД с тем, чтобы заранее оградить оперативников от ошибок, которые были допущены их предшественниками и грозили им провалом за границей или привели к их аресту в процессе добывания документов, вербовки агентуры и ее использования, а также были приведены случаи успешного ухода при провале операции, -- словом, весь профессиональный набор, абсолютно необходимый любому разведчику. А поскольку в этой книге обобщался весь оперативный опыт НКВД, я не думаю, что тут можно что-либо изменить.

МОРРИС. Не могли бы вы рассказать нам, как действует советская разведка в иностранных государствах?

ОРЛОВ. Прежде всего я хотел бы остановиться на направлениях или целях работы советской разведки за рубежом. Советская разведка -- многоцелевой механизм. Хочу подчеркнуть, что разведка и контрразведка в России поставлены на научную основу, возведены в ранг чуть ли не искусства. С течением лет в советской разведывательной работе выкристаллизовался ряд направлений. Первое направление, ведущая линия советской разведывательной службы -- это так называемая дипломатическая разведка. Она подразумевает получение для Политбюро сведений о намерениях капиталистических государств в отношении друг друга, но главное здесь все же -- разгадать намерения капиталистических держав в отношении Советского Союза. В течение ряда лет это делалось весьма успешно. По меньшей мере, раз в неделю на стол Сталина ложится исчерпывающая сводка-отчет о деятельности НКВД в этом направлении, составленная на основе добытой информации. И очень часто Сталин получает тексты дипломатических нот, которые готовят для него министерства иностранных дел капиталистических стран, задолго до того, как они поступают в советский наркомат иностранных дел по официальным каналам.

Второе направление советской разведки и контрразведки -- это военная разведка. Само название свидетельствует о ее сути: сбор максимально полных данных о военном потенциале стран Запада и Востока, а также об изобретениях в военной сфере, в частности, о новом вооружении, новых подводных лодках, новых видах бомб и тому подобном.

Третье направление советской разведки -- так называемый "промышленный шпионаж". Хотя разведывательная деятельность как таковая насчитывает сотни лет, этот вид разведки есть нечто новое, разработанное и внедренное советскими разведывательными службами. Задача промышленной разведки -- добыть секретные технологии, применяемые на Западе, в первую очередь, в американской индустрии, а также данные о новых изобретениях. С этой целью советские разведслужбы завербовали ряд инженеров и изобретателей по всему миру и, прежде всего, в Америке. Вероятно, вы помните в этой связи инженера Голда, который сыграл столь важную роль в атомном проекте: он снабжал советскую разведку данными об изобретениях в этой закрытой области. Когда началась война, все эти специалисты, подобные Голду, наиболее талантливые из них, были мобилизованы, как мы знаем, для работы на оборону и таким образом оказались на самых секретных участках американской или британской оборонной промышленности, получив тем самым возможность снабжать Советскую Россию всеми изобретениями в этой области, появившимися за годы войны.