Noize MC. Новый альбом

Неполадки в двигателе… ошибка техника…

Все сложилось в какой-то чудовищный, не поддающийся законам здравого смысла пазл. В голове быстро, как на ускоренной перемотке, пролетели все странные события сегодняшнего утра. Но самое страшное было в том, что конец всей этой истории, кажется, был ещё впереди.

По спине неприятно сбежало несколько капель холодного пота. Сердце гулко колотилось в груди, и Олег чуть ли не физически почувствовал поднимающуюся где-то в районе живота панику. В голове пульсировал только один вопрос, огромный, как скала, вытеснивший собой все остальные мысли.

Что делать? Что делать? ЧТО ДЕЛАТЬ?

Вызвать стюардессу и указать на этот чертов ноутбук? Попросить высадить этого типа? Попросить высадить его самого? Но как он объяснит, почему не долетел на работу? Потому что какой-то психопат, сидящий рядом, написал что-то на экране компьютера? Так он точно потеряет работу, и что тогда? Олег сидел в кресле и отчаянно пытался взять себя в руки, и когда рядом раздался голос стюардессы, он чуть не подпрыгнул от неожиданности.

— Молодой человек, выключите, пожалуйста компьютер – девушка в синем кителе, остановившись в проходе, требовательно смотрела на пассажира в соседнем кресле.

На пассажира в оранжевом балахоне. Олег слышал её голос будто откуда-то издалека, как из тумана. Он посмотрел в проём между сиденьями и увидел, как костлявые перчатки взялись за монитор ноутбука и закрыли его. Щелк – компьютер с неприятным сухим звуком захлопнулся.

— Уважаемые пассажиры, мы готовы к взлёту – раздался чуть искажённый динамиками голос бортпроводницы. – Проверьте свои ремни безопасности. Приятного полёта.

Самолёт тронулся с места и начал набирать скорость.

Олег чуть не вскрикнул. В голове творилась какая-то каша, вихрь мыслей несся со скоростью света. Надо что- то сделать, что-то изменить, причём срочно, потому что времени осталось мало, совсем мало… Но как?

А самолёт тем временем продолжал свой разбег по взлётной полосе. Салон начало потряхивать на неровностях асфальта, редкие кусты вдоль разметки все быстрее бежали назад, исчезая из поля зрения. Они стремительно набирали скорость, и Олег понял, что всё. На земле остаться им не суждено. Они взлетят, и…

Он не мог оторвать глаз от закрытого компьютера, спокойно лежащего на коленях его странного владельца.

Самолёт сильно тряхнуло, что-то хлопнуло, и он оторвался от земли, сразу круто забрав вверх и набирая высоту. Двигатели натужно гудели, пассажиры спокойно сидели на своих местах, тупо глядя в иллюминаторы.

Олег, почти не понимая, зачем он это делает, сунул руку в карман и достал свой телефон. Сидящая рядом тётка неодобрительно посмотрела на него – их ведь попросили выключить электронные приборы, но он даже не заметил её взгляда. Ужас по-прежнему держал его холодной липкой рукой, не давая прийти в себя.

Самолёт снова тряхнуло, и Олег услышал, как что-то едва слышно зашелестело где-то с правого борта.

Олег открыл папку «Заметки» и нажал «Создать новую». Руки сами, отключившись от колотящегося в панике мозга, механически двигались, будто работая по какой-то заложенной программе.

На экран выскочила чистая страничка, размеченная тонкими полосками. Олег ещё раз посмотрел на закрытый чёрный ноутбук – казалось, он мерзко ухмыляется ему, после чего начал очень быстро набирать что-то на клавиатуре своего коммуникатора.

Одна из стюардесс пробежала по коридору в сторону кабины пилотов. Табло «Пристегните ремни» на какое-то мгновение погасло, но потом вспыхнуло снова.

Что-то щелкнуло, взвыли двигатели, и самолёт ощутимо накренился на правый борт.

Олег, обливаясь потом, что-то лихорадочно писал на телефоне, не обращая внимания на окружающих. Не смотря по сторонам, и больше не замечая, что происходит вокруг. Ему надо было успеть. Времени оставалось чуть больше десяти минут.

—

Семён отволок в сторону очередной кусок сгоревшей обшивки, сел на торчащий из земли пень и закурил, мрачно глядя на растерзанную и обгоревшую землю перед собой. Они закончили собирать на этом участке куски тел пассажиров, поэтому сейчас осталось только убрать весь лом.

Он вздохнул и глубоко затянулся сигаретой. Ну и работка у него, ёлки палки. Служба, конечно, многим хороша, спору нет, но вот такие выезды… это всегда тяжело.

Вечером, кажется, напьюсь, невесело подумал Семён и прикурил следующую сигарету от окурка предыдущей.

Слева затрещали кусты. Повернувшись, он увидел своего напарника, Вовку, с таким же чумазым и мрачным лицом продирающегося сквозь чащу, словно медведь. Он, шумно грохоча сапогами, подошёл и молча плюхнулся рядом с Семёном.

— Дай закурить – угрюмо буркнул вместо приветствия Вовка.

Семён протянул пачку, и какое-то время они молча курили, выпуская дым в воздух – совсем недавно он был тут чистым, хвойным, а теперь был из смеси запахов гари, керосина и ещё чего-то такого, о чём Семёну думать не хотелось.

- Ну, что там у вас? – бесцветным голосом спросил он, чтобы хоть как-то разогнать нависшую и давящую тишину.

Вовка шмыгнул носом.

— Да, что-то… собрали …рассовали по мешкам. Работаем, короче - нехотя буркнул он и повернулся. – Работаем…

Снова повисла тишина. Только где-то вдалеке приглушённо рокотала техника и перекрикивались эмчээсники, разгребавшие последствия авиакатастрофы.

— Чёрный ящик вроде нашли – сказал Семён и аккуратно потушил окурок об подошву своего сапога. Вокруг была куча разлитого керосина, и пусть он уже почти выветрился, рисковать ни к чему. Не хотелось бы потом ещё неделю тушить тут пожар.

— Отлично – сказал Вовка и вдруг резко повернулся, внимательно глядя в глаза своему сослуживцу. – Слышал новость?

— Какую? – Семён, увы, пока не слышал тут особо хороших новостей.

— Живой есть. Причем живой и целый почти.

Семён округлил глаза.

— Да ну тебя!

— Я тебе серьёзно говорю. Причем – он заговорщически подался вперёд – дикая, скажу я тебе, история.

—Ну? – Семён повернулся к напарнику. - Давай, хорош кота за хвост тянуть.

— Сегодня нашли. Эти, двое, не помню, Ярик и второй, с ним в паре работал. Ну этот, новенький, как же его…

— Да хер с ним, как, давай по сути – поторопил сослуживца Семён.

— Да погоди ты – Вова снял шапку и вытер лоб рукавом куртки. – Короче. Лежал он далеко отсюда, километрах в двух. Ещё бы чуть-чуть дальше упал – могли бы и не найти, только если потом бы хватились, что одного не хватает. А он тогда может и окочурился бы, хрен его знает.

— Так и что с ним? – нетерпеливо спросил Семён.

— Да что ты егозишь, а? – с раздражением сказал Вова. – Дай ещё сигарету.

Семён полез в карман, достал пачку и протянул сигарету сослуживцу. Тот закурил, выпустил дым вверх и продолжил:

— Короче. Мужик. Молодой, лет тридцать, не больше. Как зовут его, не знаю, да и какая разница. Но самое интересное не это. У него в руках телефон нашли. И оказалось, что он писал всё время, пока заваруха не началась. Телефон ещё такой, знаешь, много кнопочек, специально чтобы тексты набирать. Так вот, он в этом телефоне описал последние минуты на борту, пока двигатель не взорвался… Вовка сделал паузу и добавил ещё тише:

— И написал, как спасётся.

Повисла тишина.

— Как это? – у Семёна отвисла челюсть. – А как он выжил-то? -

— А вот хер его знает. – просто ответил Вован. – Ярик его нашёл, в большом длинном куске обшивки, без сознания, но живого – пульс, руки, ноги все при нём. Кровью перемазан правда весь, но чужой, наверное – на нём вроде ни царапины не было. Несколько небольших ожогов, ушибы – а так – целый и невредимый, считай. Мужики потом говорили, что он как-то спланировал удачно в этой жестянке, потому цел остался. Это, конечно, уже чудо. – Он поперхнулся дымом, закашлялся и продолжил:

— Так вот, Ярик тут же санитаров вызвал, понятное дело. А у мужика в руках телефон зажат был. Он пока его вытаскивал, телефон выпал на землю. Ну а потом как увезли его, он место осматривал ещё, видит, трубка лежит. Ну он так и понял, что этого мужика, наверное, телефон.. А потом на экран глянь – а там текст открыт. Он первые строчки, проглядел, говорит, его чуть удар не хватил. Ну и понятно, оторваться уже не мог – до конца дочитал. А как дочитал, говорит, волосы дыбом встали.

— Так и что там было? – Семён совершенно ошарашенно смотрел на своего товарища.

— Ну, я так точно и не понял – замялся Вован. - Там что-то мол типа…как он говорил – описание как всё началось, ну типа двигатель этот и всё такое, а потом такой текст…типа я всё равно спасусь и всё-такое. И описание, как оно будет. Как он собственно на куске обшивки спланировал вниз. Ну что-то в таком духе.

— Сказка какая-то – не мигая глядя в одну точку, сказал Семён. – И ты в это веришь?

— А что тут верить – не верить. Мало ли что случается. А текст, кстати, мне этот Ярик показывал. Он его себе на телефон скинул, по какому-то там ультракрасному передатчику.

— А кому ещё он показывал?

Вован пожал плечами.

— Да чёрт его знает, никому может быть. Он сказал, надо подождать, как чёрный ящик расшифруют, и тогда видно будет, что делать.

— А телефон он куда дел? – зачем-то спросил Семен.

— Обижаешь – насупился Вован. – Отдал, наверное, кому-то, он же нормальный мужик, не какой-то прощелыга.

— Да не, я не про это отмахнулся Семен. – Так просто, интересно.

— Ладно, меня наверное потеряли там уже – вздохнул Вован, встал, порылся в карманах и вопросительно посмотрел на товарища.

— Не дашь ещё сигаретку?

— На, попрошайка – улыбнувшись, сказал тот и протянул ему пачку. Он вытащил две сигареты и отдал её обратно, ухмыляясь.

— К пальцу прилипла – прокомментировал он и отдал честь. – Всё, я погнал.

Вован развернулся и, грузно покачиваясь, потопал обратно на свой объект, а Семён остался сидеть, переваривая только что услышанную историю. Конечно, звучит как полный бред, но… но мало ли, чем чёрт не шутит.

Он встал и пошёл обратно к поляне, на которой он работал. Вдруг, слева от недавно протоптанной в лесу тропинки, он краем глаза заметил какую-то штуку в лесу справа. Что-то черно-белое болталось на одном из кустов. Сначала ему показалось, что это птица, но вглядевшись, он понял, что это не так. Он свернул с тропинки и направился к странному предмету.

Это оказалась не птица. Это были странные, тонкие черные перчатки с нарисованными костями на тыльной стороне ладоней. Будто от какого-то костюма для маскарада. Одна перчатка аккуратно была засунута в другую, и они ровно висели на отломанной веточке куста. Словно владелец специально повесил их там, чтобы не потерять.

Пару минут недоуменно повертев находку в руках, Семён сунул странные перчатки в карман куртки и побрёл на место катастрофы. Ему предстояло ещё изрядно потрудиться сегодня.

4. На Работе

Я заглушил двигатель и поёрзал на осточертевшей сидушке, разминая затекшую задницу. Фу, ну и денек. Хотя последние три недели все такие, чёрт возьми. Работа, работа и ещё раз работа. Но работа, надо сказать, непростая и порой очень даже забавная.

Мне недавно предложили срубить немного бабла - месяц прокатать водилой на мелкой политической заварушке - сборе подписей кандидата в президенты. Всё это, как потом выяснилось, было частью большого театра под названием «Выборы президента в нашей стране», в полную силу развернувшегося около полугода назад.

В спешке создаётся специально продуманный кандидат «от народа», эдакий рубаха парень от сохи, чьи основания участвовать в предвыборной гонке – подписи таких же простых, хороших и честных людей.

По этому поводу бодро создаётся специальная структура, цель которой - собрать уйму уже упомянутых подписей в поддержку этого самого кандидата по всем регионам страны. И хоть все знают на сто процентов, кто победит, дело это ну очень важное и нужное, да ещё и финансируется сами понимаете кем. Но это все лирика. Я в неё особо не впариваюсь.

У меня с детства не лады с цифрами, и кажется, впервые в жизни я обсчитался в свою пользу – неправильно умножил деньги на дни, и в итоге случайно зарядил довольно внушительную сумму. И прикинь, прокатило – штат набирался в спешке, а бюджет позволял особо не поджиматься. Меня взяли. Так что я вполне доволен.

Но работка, скажу я вам, та ещё. Езда по вокзалам и аэропортам почти круглые сутки, да ещё и куча дополнительных заданий, знаете ли, достойных хорошего квеста. Например, купить триста ластиков определённой фирмы и модели в пятницу, в полшестого вечера, и срочно притащить в офис – на третье кольцо. Прямо срочно – пресрочно! Или отвезти из банка в банк пару миллионов долларов. В клетчатой китайской сумке, кое-как волоча её по улице до припаркованной тачки. Или снабдить водой, чаем, сушками и урнами сотню рабочих бабушек, круглыми сутками проверяющих эти самые чёртовы подписи в одном помещении завода, очень напоминающем хлев.

Короче, веселая работёнка, но каторга полнейшая, и мне уже кажется моя грязная, как танк, старая праворукая тачка какой-то скорлупой, в которой я родился и вырос. В которой я ем, сплю и торчу накуренный в бесконечных предновогодних пробках.

Зато бабло, бабло капает мне нехило, плюс списываю бензин и так, ещё по-мелочи поджучиваю где могу, и получается вообще неплохо. Можно потерпеть месяцок. Тем более, что он уже почти прошёл – ещё два, максимум три дня пахоты, и я снова свободен как полярный медведь. До тех пор, пока не найду, чем бы заняться ещё.

Прямо перед капотом машины светилось окнами грязное офисное здание, где и обосновалось всё это мракобесие. Я достал с заднего сиденья четыре коробки с толстыми чёрными нитками, неуклюже вылез из-за руля и потопал в сторону входа, рассматривая бегающих на втором этаже людей. В офисе тоже был полный экстрим – толпа сотрудников на квадратный метр площади и тонны бумаги, которую все тащили со всех сторон и самозабвенно копались в ней круглые сутки.

Я ногой открыл дверь и поднялся на второй этаж.

— О, привет Пашок! – сказала Наташа, сотрудница ресепшена, а по совместительству ещё и девушка моего лучшего друга. Я помахал ей свободной рукой с ключами, протиснулся в коридор мимо каких-то замотанных скотчем коробок и там столкнулся с Анькой - она трудилась в отделе брошюровки готового, так сказать, продукта. И была при этом девушкой ещё одного моего хорошего друга. Это был ещё один плюс работёнки– так вышло, что в этой затее оказалось много моих друзей, знакомых и даже одноклассников. Вся наша компашка, узнав о мазе срубить бабла под новый год, примчалась сюда как пираньи к застрявшей в реке антилопе. И сейчас куча знакомых лиц покорно горбатилась тут в самых разных ролях. Ну, зато весело – есть с кем поболтать иной раз пятнадцать свободных минут за чашечкой кофе.

— Пашок! – звонко сказала Анька. - Ну что, привёз? У нас вообще дурдом с этой бумагой, надо срочно её убирать!

— Да, вот – я победно потряс коробками с нитками – Куда ставить?

— Давай сюда – она открыла дверь и провела меня на склад – комнату, всю обставленную мной же и собранными стеллажами из бруса, на которых хранились проверенные, одобренные и чуть ли не освященные батюшкой стопки готовых к отправке в Избирком подписей.

— Сюда, на стол – скомандовала Анька.

Я вывалил коробки, куда было сказано, и привалился к стене, переводя дух. Анька села к заваленному хламом столу, и, улыбаясь, посмотрела на меня.

— Ну что, Пашок, как ты?

— Это п…дец – незамедлительно отреагировал я. – Бегаю туда- сюда, как проклятый, сил уже нет. Не спал уже толком неделю, наверное.

— Понимаю – сочувственно сказала она. – Ну ладно, потерпи, дружище, чуть чуть осталось.

— Ну даа… – кисло протянул я.

— Последние два дня, считай. Завтра вечером подписи принимаем, сдаём и всё – здравствуй, новогодние каникулы.

— Эх, дожить бы – я вздохнул. – Вообще Илья сказал, что может быть уже утром для меня всё закончится. Хотя я в это верю слабо. Ну, посмотрим – я пожал плечами и посмотрел на Аньку.

— Так, всё, мне надо работать – засуетилась та. – Давай, заглядывай попозже, если хочешь.

— Ага – я кивнул, встал и вышел за дверь.

О, а вот и Илья, мой двоюродный брат. Он тут всем и заправляет. Увидев меня, он бодрой походкой подошел поближе.

— Павлуха! – так меня в офисе называл только он, по старой семейной привычке. - Есть дело.

— Ура, ура! - я картинно замахал руками, изображая крайнюю степень восторга. - Другого я от тебя услышать и не собирался – добавил я и приготовился слушать очередное сумасшедшее задание. Илья понизил голос, став похожим на шпиона, и продолжил.

— Видел, в углу на входе стоит куча коробок? Обычных коробок от А4. В них лежат бланки подписей, пустые. По идее, мы должны были отправить их в регионы, и на них сборщики должны были получать подписи от населения. Но сроки горели, сам понимаешь, а отправлять обычные листы туда-сюда – какой смысл? Поэтому мы взяли и отправили представителям электронный вариант, и они печатали их сами. А от этих коробок надо избавиться – Илья выдержал паузу и многозначительно посмотрел на меня.

- Причем так, чтобы ни один из бланков никуда не пропал. Если их найдут, это может стать для нас большой проблемой.