Блокада

Они зимой

Сжигали все, что было:

Шкафы и двери,

Стулья и столы.

Но их рука

Деревьев не рубила

Сады не знали

Голоса пилы.

Они зимой,

Чтоб как-нибудь согреться -

Хоть на мгновенье,

Книги, письма жгли.

Но нет

Садов и парков по соседству,

Которых бы они не сберегли.

Не счесть

Погибших в зимнее сраженье.

Никто не знает будущих утрат.

Деревья

Остаются подтвержденьем,

Что, как Россия,

Вечен Ленинград!

Им над Невой

Шуметь и красоваться,

Шагая к людям будущих годов.

...Деревья!

Поклонитесь ленинградцам,

Закопанным

В гробах и без гробов.

Февраль

Какая длинная зима

Как время медленно крадется

В ночи ни люди, ни дома

Не знают кто из них проснется

А по утру когда снега

Метелью застилают небо

Опять короче чем вчера

Людская очередь за хлебом

В нас голод убивает страх

Но он же убивает силы

На Пискаревских пустырях

Все шире братские могилы

И зря порою говорят

«Не все снаряды убивают»

Когда мишенью ЛЕНИНГРАД

Я знаю, мимо не бывает

Ведь даже падая в Неву

Снаряды в нас чтоб нас ломало

Вчера там каменному льву

Осколком лапу оторвало

Но лев молчит, молчат дома

А нам по прежнему бороться

Чтоб жить и не сойти с ума

Какая длинная зима,

Как время медленно крадется

* * *

Когда живое всё от взрывов глохло,

А он не поднимал ни глаз, ни рук,

Мы знали: человеку очень плохо.

Ведь безразличье хуже, чем испуг.

Мы знали: даже чудо не излечит,

Раз перестал он жизнью дорожить.

Но был последний способ - взять за плечи

И крикнуть человеку: «Надо жить!»

Приказом и мольбой одновременно

Звучал тот полушёпот-полукрик.

И было так: с потусторонним пленом

Вновь расставался человек в тот миг...

И если вдруг от боли или муки

Я стану над судьбой своей тужить,

Ты, как тогда, на плечи брось мне руки

И, как тогда, напомни: «Надо жить!..»

Память

Неверно,

Что сейчас от той зимы

Остались

Лишь могильные холмы.

Она жива,

Пока живые мы.

И тридцать лет,

И сорок лет пройдет,

А нам

От той зимы не отогреться.

Нас от нее ничто не оторвет.

Мы с ней всегда -

И памятью и сердцем.