Помоги проекту - поделись книгой:
— Вашу ночную деятельность, — сказал Замойский.
Васину стало еще неуютнее. Удар был нечестный. Вероятно, Замойский все видел. Но где вина Васина? Раз видел, мог бы и сам вмешаться.
Ощущение вины исчезло. Васин привел кресло в порядок. В зеркале был Замойский: опять смотрел с любопытством.
— Так и будете лежать? — спросил Васин.
— Вы не переживайте, — сказал Замойский. — Не огорчайтесь. Все абсолютно нормально.
— Нормально? А вы хоть знаете, что произошло?
— Могу предположить. Собственно, я все видел. Жаль, что это произошло не со мной.
— Вы не шутите?
— Я? — сказал Замойский. — Зачем? Может быть, я полетел сюда специально, чтобы испытать это. Не повезло. Но вы хоть расскажите мне, как все происходило?
— Как хотите, — сказал Васин.
— …Значит, свет был черным? И казалось, вы пятитесь? И дверь сама навалилась на ваше плечо? Блестяще. Это последний штрих. Какая жалость, что это произошло не со мной!..
— Хватит, — сказал Васин. — Давайте свою теорию.
— Меня, — начал Замойский, — натолкнуло на это одно философское течение, сравнительно малоизвестное. Оно относится к космологии, но меня привлекала стержневая идея: что материя развивается параллельно во встречных потоках времени.
— Параллельно? Как это? Частью в обычном времени, частью в обратном?
— Приблизительно так. Но еще вернее сказать, что материя развивается в обоих направлениях сразу. Таким образом, Вселенная подобна колоссальному палиндрому.
— Не понимаю.
— Есть притча, — сказал Замойский. — Великий придворный мудрец увидал на базаре двух дерущихся старцев. «Нечестивцы! — вскричал он. — Почему, забыв достойных предков и славных потомков, позорите вы седины свои и плеши, таская за бороды и тузя кулаками друг друга?» — «Мы ведем научную дискуссию, — отвечали они. — Спор наш неразрешим, взгляды непримиримы. Иди своей дорогой, мудрец; даже ты не поможешь нам». — «Нет несводимых взглядов, — молвил великий. — Поведайте суть ссоры, о недостойные». — «Я взращен на писаниях древних, — ответствовал первый старец. — Они учат, что порядок возник из хаоса. Это воистину так. Пыль сгущается в облака, рождаются планеты и звезды. На планетах разгораются жизнь и разум. Таков закон, угаданный древними и доказанный наукой. Он — истина». — «Ложь! — возразил второй. — У меня высшее образование, я имею степень. Я изучал термодинамику. Энтропия увеличивается. Мы не уходим от хаоса, но на пути к нему. Вот истина». — «Кто из нас прав? — спросили они великого мудреца. — Куда движется мир: от хаоса к порядку или наоборот?» — «Слепцы! — вскричал мудрец. — Что бывает раньше: день или ночь? Умерьте гнев и ступайте с миром. Правы оба: порядок сменит хаос».
— Хитроумно! — сказал Васин.
— Да. Так вот, теория параллельного развития подобна формуле мудреца, содержащей свое отрицание. Она относится к космологии, но я биолог. Меня не интересуют мертвые схемы. Я подумал: если все симметрично, почему во встречном времени нет ничего подобного жизни? Вскоре я наткнулся на обзор о Черных Шарах.
— До этого вы о них не слышали?
— Почему же? Слышать слышал. Обычно в таком ряду: Морской Змей, Черные Шары, летающие тарелки… Вы знаете, как относится к Черным Шарам официальная наука. Есть достаточно оснований, чтобы разведчикам редко кто верил.
— Еще как редко! — сказал Васин. — Собственно, кроме вас, я никого и не знаю.
— Я сразу понял, что Черный Шар — то, что я ищу. Шар удовлетворяет признакам существа, живущего в обратном времени.
— Почему?
— Во-первых, неуязвимость Шара. Предмет, идущий из будущего, не должен поддаваться воздействиям. Похожее свойство — неизбежность слияния Шаров. Если допустить, что два сливающихся Шара произошли от третьего, который в обратном времени разделился, это свойство совершенно понятно. Кроме того, во времени симметрично само освоение черных планет. Мы воспринимаем это так: человек приходит на планету Шаров, те исчезают, люди заселяют планету. В обратном времени картина противоположная. Планета занята людьми, потом появляются Шары, люди уходят.
— Но Черный Шар — нечто противоположное жизни!
— Так и должно быть. Посмотрите на человека в обратном времени. Эволюционируя в нем, человек деградирует. Его поступки предопределены. В обратном времени Шар питается воздухом и размножается делением. Шары не могут исчезнуть все. Должен остаться хотя бы один: их прародитель в обратном времени. Или возьмите момент деления. Шар делится на два. Они разлетаются, причем один попадает мне в руки.
— Вы о своих опытах? Но вы бросали Шар по своей воле.
— Субъективная оценка, — сказал Замойский, — Возможно, Шару тоже кажется, что он сознательно прыгает мне в руки. Но это две стороны одного процесса: взаимодействия человека и Шара.
— И ночью было взаимодействие?
— Да. Мир един; человек — часть этого мира. На планете, куда вы полетите теперь, вы оставите один Шар, ибо в обратном времени только один Шар попал оттуда на борт вашего корабля. Вот он, уже лежит в лунке. По пути он разделился на два. Это значит, что в нашем времени Шары соединились. Они должны были соединиться. Понимаете?
— Нет, — сказал Васин. — Они соединялись не сами. Это я перенес один Шар к другому. Почему? Я не хотел этого.
— А почему вы посадили корабль в единственное на планете скопление — потомков привезенного вами Шара. Вы не можете сесть в другое место. Точно так Шары должны были слиться. И заставили вас помочь. Вероятно, это единственный выход. Шары должны слиться — значит, вы должны им помочь.
— То есть существует какая-то связь? Но каков ее механизм?
— Не думайте, что я знаю действительно все, — усмехнулся Замойский. — Учение, о котором я говорил, утверждает, что любой порции материи свойственно и прямое и обратное развитие. Например, инерция трактуется как память о будущем — предмет «помнит», где он только что находился в обратном времени. Человек не исключение: он — как бы два существа, вложенные одно в другое. «Прямой» человек олицетворен в памяти; «обратный» — в инстинктах и интуиции, которые также являются видами памяти в будущем. Шар, живущий в обратном времени, воздействует на ваши инстинкты, также принадлежавшие обратному времени, и вы делаете так, чтобы в прямом времени Шары объединились. Память, защищая психику, хранит искаженное восприятие, подобное сновидению. Кстати, есть ученые, считающие, что во сне смешиваются в равной пропорции прошлый и будущий опыт. Вот, пожалуй, и все.
— Всего-навсего! — сказал Васин.
— Да. Когда вы долго размышляете над этим, многое кажется очевидным. Свойства Шаров, кажущиеся таинственными, не должны нас смущать. Для Шаров человек, вероятно, тоже средоточие суеверий. Ваша работа с их точки зрения выглядит так. На планете, населенной Шарами, появляется загадочный предмет — земной разведчик. Один из Шаров проникает на борт корабля и улетает. Разведчик доставляет его на пустую планету со съедобной атмосферой, где недавно обитали люди. Шар начинает поглощать воздух и размножаться. Разведчик улетает, но возвращается, когда Шаров уже много. Один из них вновь пробирается на корабль, цикл повторяется. Нам кажется, что мы заселяем космос.
— А в действительности они?
— Что бывает раньше: день или ночь? — усмехнулся Замойский. — Это две стороны одного явления. Их разрывать нельзя.
— Что же тогда свобода? Фикция?
— Наполовину. Вы свободны, пока не вмешались Шары. Они тоже свободны — пока не мешаете вы. Причем, я думаю, есть не только они. Вероятно, мы каждый день встречаемся с не столь экзотическими существами, живущими в обратном времени. Мне иногда кажется, что все неживые предметы чем-то подобны Черным Шарам. Мы что-то делаем с ними; но вдруг на встречном потоке это они что-то делают с нами? Я убежден, что жизнь — это симбиоз. Диалектика. Противоборство двух равных начал.
— Ладно, — сказал Васин. — Над этим надо подумать.
Он смотрел на пульт управления. Черный Шар слабо мерцал. Васин подмигнул ему и тронул стартер.
Замойский остался на Элионе. Васин вновь шел в свободный поиск. Все было как раньше, но кое-что изменилось.
Васин смотрел на Черный Шар. Все будет правильно. Он везет Шар в его прошлое, а прошлое Шара связано с планетой Шаров. С планетой, необходимой людям.
— Странная штука судьба.
OCR В. Кузьмин
1998 — Aug. 2001
Поделиться книгой: