Судьба-волшебница

– Дурака не валяй. Можешь, и даже очень неплохо. У тебя, кстати, невеста. Забыл?

– К черту ее. И моего дорогого братца…

– Он-то тут при чем? – удивилась я.

– Все дело в нем, да? Ты его все еще любишь?

– У меня двухметровый негр, я от него тащусь. Арни, – позвала я. – Все это было сто лет назад, нам тогда и восемнадцати не стукнуло, в этом возрасте все в кого-нибудь влюбляются. Это нормально. Теперь мы взрослые люди, давай вспоминать былую любовь с легкой грустью, ты мою, а я – свою, и пойдем по жизни дальше. У тебя скоро свадьба, а я намерена сделать карьеру и выйти замуж за конгрессмена.

– А как же негр? – усмехнулся Арни.

– Он у меня для души. Временно. Извини. – Я поднялась и направилась в туалет, прихватив телефон.

Стало ясно, от Арни просто так не отделаешься. Его занудство мне хорошо известно, придется обращаться за помощью.

– Ну, что, – вернувшись, сказала я. – Еще по чуть-чуть, и разбегаемся?

– Не прогоняй меня, – взмолился он, но стакан взял и выпил. – Мы ведь можем просто посидеть. Я столько лет мечтал об этом. Просто смотреть на тебя…

– Я спать хочу, честно. Давай встретимся через пару дней, когда я закончу с делами…

– И опять улетишь?

– Конечно, улечу.

Тут в дверь позвонили, и я козой запрыгала в прихожую, распахнула дверь и увидела Стасю.

– Зоська, у меня что-то телик не показывает, глянь, что с ним.

– Гляну, только гостя провожу.

– И что у тебя за гость? – Она бодрым шагом вошла в кухню, Арни поднялся ей навстречу. – Привет, Дохлый, – сказала старушка. – Не успела Зоська приехать, ты тут как тут. А красавец-то, любо-дорого посмотреть.

– У Арни скоро свадьба, – порадовала я. – Девушку я видела, симпатичная.

– Вот это хорошо. Пора уж. Женишься, деток заведешь. Пошли, Зоська, сейчас сериал начнется.

– Иди, я тебя подожду, – предложил Арни. – Или, если хотите, телевизор налажу.

– Я мужиков в квартиру не пускаю, чтоб потом по ночам не волноваться.

– Боитесь, ограбят?

– Сны замучили. Эротические. Снятся молодые мужики, хоть на стенку лезь. А тебя во сне увидеть – просто срам. Я ж тебя крохотным засранцем помню. Так что выметайся, и поскорее, мне сериал позарез нужен.

Она подхватила его под локоть и потащила к выходу, шутливо, но довольно настойчиво.

– Думаете, я не понял? – надевая куртку, сказал Арни. – Стася спешит на помощь. Зоська всегда была вашей любимицей. А меня вы терпеть не могли.

– Тю… что за инсинуации? Клевещешь на старушку, а все потому, что я тебя за уши оттаскала, когда вы с Горой письками мерились. Этот стервец сбежал, но тебя я за ухо поймала. А Зоська мне, считай, родня. В ней кровь наша, пановья. А вы с братцем как были прощелыгами, так и остались, хоть и катаетесь на «Мерседесах».

– Чертова ведьма, – исчезая за дверью, буркнул Арнольдик.

А я поспешила запереть дверь.

– Вы не переборщили? – спросила я Стасю, вместе с ней возвращаясь в кухню.

– В самый раз. Если б не эти… ты бы никуда не уехала и у меня была бы живая душа рядом.

– Хотите, я вас в Петербург заберу.

– Чего я там забыла? А кроме этой сладкой дряни есть что? – указав на бутылку мартини, спросила Стася.

– Нет.

– Тогда пошли ко мне. На хрен мартини, да здравствует коньяк!

За коньяком мы просидели долго, домой я вернулась за полночь. Появление Арни всколыхнуло непрошеные воспоминания, и еще часа два я ворочалась в постели, не в силах уснуть.

А в половине восьмого утра зазвонил мобильный. Я шарила рукой по тумбочке в поисках телефона, гадая, кого угораздило звонить так рано и по какой нужде. Номер высветился незнакомый, я было решила, что отвечать ни к чему, но все-таки ответила.

– Привет, – мурлыкнула Ирка. – Спишь?

– Уже нет, – зевая, ответила я.

– Это хорошо. Сможешь выбраться из дома нашей тайной тропой?

– Какой? – не поняла я, но довольно быстро сообразила, что Ирка имеет в виду. – Смогу, наверное. Если не произошли радикальные перемены.

– Вряд ли. Горе неделю назад проверял. Все ок. – Иркины слова наводили на размышления, но я решила оставить их на потом. – Как выберешься из дома, двигай к остановке. Доедешь до областной библиотеки, там напротив ремонт айфонов, ткнешься туда. В это время у них должно быть еще закрыто, а вот рядом китайская забегаловка, эти работают с восьми утра. Войдешь и через кухню выскочишь в Костин переулок. Там тебя Горе и подхватит. Пора нам с тобой увидеться. Не забудь сначала в ремонт сунуться. Ок? Вдруг эти олухи умнее, чем я думаю…

– А можно без шпионских страстей? – вновь зевнула я.

– Можно, – охотно отозвалась Ирка. – Но тогда мы вряд ли увидимся. До поры до времени мне лучше побыть в таком месте, о котором ни одна живая душа не знает. Точнее, знает Горе, и будешь знать ты, если поторопишься. Жду не дождусь. Чмоки-чмоки.

Я немного поглазела на мобильный в своих руках и отбросила его в сторону. Ирка уверена, что за мной следят, оттого все эти предосторожности. В ремонт я должна зайти, чтобы наблюдатель решил: я приехала в мастерскую. А к китайцам заглянула, чтобы скоротать время, заодно и позавтракать. Все логично. И дядя (не тетя же) будет спокойно ждать, а не бросится за мной в переулок. За это время Гора отчалит вместе со мной. Это понятно. А вот с какой стати Ирка прячется? И от кого? Типы в ее квартире выглядели серьезными ребятами. И зачем мне это счастье?

Ирка просила приехать, рассчитывая на мою помощь. Я понятия не имею, что происходит… Встретимся, и узнаю. Тогда и решу, что делать дальше. К моему приезду друзья подготовились, не зря Гора проверил пути отхода… Никуда ввязываться я не собираюсь, просто выясню, в чем дело. Но если с самой собой не лукавить, выходило, что я уже ввязалась…

Рассуждая подобным образом и еще толком не зная, как поступить, я приняла душ и была готова покинуть квартиру. Постояла немного перед дверью и, вздохнув, вышла на лестничную клетку. Покосилась на дверь Стаси. Не удивлюсь, если в настоящий момент она прильнула к дверному глазку. Но нет, Стася уже распахнула бы дверь и непременно поинтересовалась, с какой стати я поднимаюсь наверх, а не спускаюсь вниз, раз уж мне пришла охота в такую рань покинуть свое жилище.

Стараясь не шуметь и очень надеясь, что в субботнее утро никого не встречу в подъезде, я поднялась на верхний этаж, а потом на чердак. Ключ от чердачной двери висел на гвоздике за ящиком с какими-то проводами. Надо же, ничего не изменилось. Чердак, пыльный и душный, кое-какие изменения все же претерпел. Во времена моего детства здесь сушили белье. Судя по оборванным веревкам и гигантской паутине – это в прошлом.

Осторожно ступая, я достигла противоположной стены, где была дверь в первый подъезд. Она оказалась незапертой. Я спустилась на первый этаж и вскоре стояла перед дверью в подвал, которая была чуть приоткрыта. Пространство подвала поделено на кладовки, когда-то здесь держали соленья и варенья. Само собой, не кладовки меня интересовали, а окно в конце узкого длинного коридора. Под окном стоял перевернутый деревянный ящик. Должно быть, Гора постарался.

Взобравшись на ящик, я легко открыла окно и выбралась на улицу. Кусты акации надежно скрывали меня от прохожих. Их, кстати, пока не наблюдалось. Отряхнув джинсы, я бодрым шагом направилась к остановке. Троллейбус как раз собирался трогаться, но водитель, заметив меня, задержался, я запрыгнула в заднюю дверь.

Точно следуя инструкции, я сошла на нужной остановке и подергала ручку двери в ателье по ремонту айфонов. Опущенные рольставни не оставляли сомнений, что явилась я рано. Я посмотрела на часы, потопталась на месте, оглядываясь. В общем, разыграла целый спектакль и зашагала к китайскому кафе, расположенному по соседству.

Кафе совсем маленькое, торговали здесь едой, в основном навынос, посетителей пока не было, и это порадовало. Китаец за прилавком – самый настоящий, и я забеспокоилась: как объясню, что мне от него надо? Объяснять ничего не пришлось. Я ткнула пальцем в коридор за его спиной, где предположительно был выход в переулок, а он радостно закивал. Еще несколько метров бодрым шагом, и я в переулке.

В трех шагах замер «Лексус», дверь тут же открылась. Только я устроилась на сиденье, как Гора рванул с места, и вскоре мы уже мчались по проспекту.

– Зоська! – орал друг детства, одной рукой обнимая меня, а второй кое-как управляя машиной. – Жутко рад тебя видеть. Офигеть, какая красотка!

Поцеловав Гору, я посоветовала ему следить за дорогой, пристегнулась ремнем безопасности и спросила:

– В каком шпионском триллере вы снимаетесь?

– Что? – удивился он. – А-а-а… Чума все расскажет. Я, если честно, сам толком не знаю. Чума велит – я делаю. Как всегда.

Похоже, он и в самом деле не видел в ситуации ничего необычного. Впрочем, это не удивило. Гора, как бы это помягче… Я стала замечать, что с ним что-то не так, лет в шестнадцать, до той поры он мне казался вполне нормальным парнем, которому просто не везет. Ну, а потом стало ясно: не везет ему в основном потому, что он не совсем нормальный. Похоже, в лучшую сторону ничего не изменилось.

Он продолжал болтать о том, как рад меня видеть, а я улыбалась и кивала, решив подождать с вопросами. В их давнем тандеме всегда верховодила Ирка. В четырнадцать лет они стали любовниками, подруга сообщила мне об этом с легкой усмешкой. Я таращила глаза и замирала от ужаса, щедро приправленного любопытством.

– Ты его любишь? – спросила я, потому что девушкой была начитанной и твердо знала: подобное происходит лишь по большой любви.

– А как это связано? – ошарашила Ирка.

Неделю я над этим размышляла, после чего вновь завела разговор. Ирка меня высмеяла, я разозлилась, и каждый остался при своем мнении. По выражению подруги, у них были свободные отношения. На деле это выглядело так: Ирка время от времени заводила себе парня, а Гора взирал на это с усмешкой. Потом парень куда-то исчезал, и Гора вновь занимал его место. Предан он был ей по-собачьи и к любым Иркиным выходкам относился с завидным спокойствием. Я так и не смогла понять причину этой преданности: то ли двигала Горой большая любовь, то ли отсутствие мозгов.

Теперь у Ирки неприятности, о чем мне известно доподлинно, и верный рыцарь рядом с ней, при этом он даже не потрудился узнать, что, собственно, происходит.

Между тем мы оказались в пригороде, немного попетляли по переулкам, пока не остановились возле дома из красного кирпича за глухим забором. Гора вышел из машины, открыл ворота и загнал «Лексус» во двор, после чего мы вошли в дом.

– Это мы, – сказал он громко, но навстречу с распростертыми объятиями никто не кинулся. – Чума! – крикнул он. – Ты оглохла, что ли?

– Да слышу я, слышу, – раздалось из соседней комнаты, и я последовала туда.

На разложенном диване, задрав ноги, лежала Ирка и листала журнал. Что-то о путешествиях, судя по обложке.

– Зоська, – пропела она, отбросила журнал в сторону и поднялась мне навстречу. – Ну, наконец-то…

– Вообще-то, эти слова надо было произнести мне, – с усмешкой заметила я, мы обнялись и расцеловались. Гора стоял рядом с таким сияющим видом, точно тренер возле новоиспеченных чемпионов мира.

– Спасибо, что приехала, – отстраняясь, заявила Ирка серьезно. – Я в тебе не сомневалась, знала, что поможешь.

– Что за помощь ты имеешь в виду? – насторожилась я. Ирка равнодушно махнула рукой.

– Не к спеху. Идем в кухню, посидим, поговорим.

На кухне был накрыт стол: мартини, шоколад, салатик, картошка, присыпанная укропом, и нечто похожее на тефтели.

– Ты готовила? – спросила я.

– Гора. Ты же знаешь, кулинария – не мой конек. Хотя от тоски и готовить начнешь.

– Давай-ка про тоску. Очень интересно.

– Терпением ты никогда не отличалась, – посетовала она.

– Мое терпение испытывают уже сутки. Ну, и от кого ты прячешься?

– Я прячусь? – удивилась Ирка. – Больно надо. У Горы проблемы.

– Что на этот раз? – спросила я. Утверждение явно противоречило ее недавним словам, но это не удивило: Стася права – Чума и есть Чума. Ирка перевела взгляд на Стычкина, предлагая ему самому объясниться. С объяснениями, насколько я помню, у него всегда было не очень, вот и сейчас не порадовал.

– Хмырь один схлопотал по роже.

– Мило, – выждав немного, кивнула я. – А дальше?

– Хмырь этот – мент, – вздохнула Ирка, сообразив, что объясняться все же придется ей, Гора смотрел на меня влюбленными глазами и почесывал затылок. По меткому Иркиному выражению: «Мысли кучкой собирал». – А у Горы еще условный срок не вышел.

– А нельзя было с мордобоем подождать? – проявила я заинтересованность.

– Не-а, – покачал головой Гора. – Такой свинота, зараза. Но ты не переживай, он из больнички выйдет, я с ним потолкую, и он заяву заберет. Иначе раньше, чем я, сядет.

– Не сомневаюсь, – кивнула я, заподозрив, что со времен нашей юности здесь мало что изменилось.

– Давайте выпьем, – внесла предложение Ирка. – Со свиданьицем.

– Может, это… Дохлому позвонить? – предложил Гора, выпив рюмку. В отличие от нас, пил он водку. Ирка взглянула на него укоризненно, а Гора нахмурился: – А чего?

– Того, – ответила она и поджала губы, оставив его гадать, что она все-таки имела в виду.

– С Дохлым мы уже виделись, – сказала я. Теперь Ирка нахмурилась, глядя на меня с некоторой настороженностью. – Встретились в торговом центре, обещал на свадьбу пригласить. Девушка у него – красавица.

– Ага, – фыркнула Ирка, – только вряд ли ему нужна. У Дохлого одна, но пламенная страсть, зовут ее Зоська. И поделать с этим он ничего не может.

– Это точно, – закивал Гора. – У него все разговоры только о тебе. Адрес твой у меня просил. А где я его возьму? Ирка говорит, ты в Америке. Америка большая. Куда письма-то писать?

– Ты про электронную почту слышал? – на всякий случай спросила я.

– Ну… и там нужен адрес. А мобильный, что Ирка дала, не отвечает, потому что номер ты сменила, не хочешь знать старых друзей. – Тут Гора подмигнул мне и улыбнулся.

– Что это было? – спросила я.

– Версия для любопытных, – ответила Ирка. – Гора – кремень, никогда не проболтается. Можешь быть спокойной.

– Чего мне волноваться, я ж не в розыске. Ладно, с Егором все более-менее ясно. Типы в твоей квартире по его душу или все же по твою?

– Давай еще выпьем, – предложила Ирка. Мы выпили, но отвечать на вопрос ей все равно пришлось. – Не стоит придавать этому большого значения, – начала она. – Они что, тебя напугали?

– Не особенно. Слушай, ты уже взрослая девочка, не пора ли оставить в прошлом милые привычки…

– Вот за что я люблю Гору, – перебила Ирка. – Он никогда не засоряет мне мозг всякой хренью.

– Точно. И посмотри, что с ним стало. Не тяни время и выкладывай, зачем я вам понадобилась.