Жемчужина Лабуана (сборник)

– Нет, Сандокан. Но я боюсь. Вот-вот случится несчастье, беги, беги отсюда!

– Но я не боюсь. Тигр Малайзии никогда не дрожал и…

Тут он остановился, обернувшись направо. Лошадь с сидящим на ней всадником шагом подошла и остановилась напротив беседки.

– Дядя!.. – в страхе прошептала Марианна. – Беги, Сандокан!..

– Я!.. Ни за что!..

Лорд Джеймс неторопливо слез с лошади и отдал поводья слуге. Он был совсем не тот, что накануне: суровый, нахмуренный, в фуражке и форме морского капитана.

Сандокан вышел из беседки и спокойно протянул ему руку, но лорд Джеймс его протянутой руки не принял.

– Уберите вашу руку, – холодно сказал он. – Она принадлежит убийце и пирату!

– Сударь! – воскликнул Сандокан, понимая, что он уже раскрыт, и готовясь дорого продать свою жизнь. – Я не убийца, я восстанавливаю справедливость.

– Ни слова больше в моем доме! Уйдите!

– Хорошо, – ответил Сандокан.

Он бросил прощальный взгляд на возлюбленную и медленным шагом с высоко поднятой головой пошел по тропинке.

Выйдя за ограду, он невольно схватился за рукоятку висевшего на поясе криса: в наступающих сумерках, с ружьями наперевес, рассыпаясь цепью вокруг дома, навстречу ему двигалась шеренга солдат.

Глава X

Погоня

В другое время, даже один и почти безоружный, Сандокан, не колеблясь, бросился бы на острия штыков, чтобы проложить себе дорогу любой ценой. Но сейчас, когда он любил и знал, что любим, не следовало идти на такое безумство, которое стоило бы ему жизни, а Марианне бог знает скольких слез. Он должен непременно пробиться к морю, но делать это нужно другим путем.

– Вернемся, – сказал он себе. – А там увидим.

Он вошел в дом, поднялся по лестнице и появился в гостиной с крисом в руке.

Лорд Джеймс был еще там, мрачный, со скрещенными на груди руками, Марианны в гостиной не было.

– Сударь, – сказал Сандокан, подходя к нему. – Если бы я приютил вас, дружески отнесся к вам, а потом обнаружил, что вы мой смертельный враг, я бы указал вам на дверь, но не стал бы устраивать трусливую западню. Там, на дороге, по которой мне нужно пройти, десятка три или четыре солдат, готовых расстрелять меня; велите им пропустить меня, и я уйду.

– Так наш непобедимый Тигр струсил? – сказал лорд с холодной иронией.

– О нет, милорд. Но здесь речь идет не о сражении, а об убийстве безоружного человека.

– Это меня не касается. Уходите, не позорьте больше мой дом, или, клянусь Богом…

– Не грозите, милорд, этот Тигр способен укусить и ту руку, которая заботилась о нем.

– Уходите, вам говорят!

– Прикажите сначала уйти этим людям.

– Ах так, – закричал лорд Джеймс, срывая со стены саблю, – я сам прикончу тебя!

– Вот как. Я не знал, что вы готовы даже на это, – сказал Сандокан. – И все-таки, милорд, не дешевле ли вам обойдется пропустить меня, чем удерживать здесь?

Лорд Джеймс схватил со стола охотничий рог и издал резкий призывный звук. В ответ послышался звук трубы со двора.

– Ах предатель! – вскричал Сандокан, чувствуя, что в нем закипела кровь.

– Ты в наших руках, мерзавец, – злобно сказал ему лорд. – Солдаты сейчас будут здесь, а через двадцать четыре часа тебя повесят.

Сандокан издал глухое рычание. Одним движением он схватил тяжелый стул и со страшной силой бросил его в противника. От удара в грудь лорд пошатнулся и тяжело упал на ковер.

Сандокан нагнулся и, подняв его саблю, выскочил в коридор.

– Марианна! Где ты, Марианна? – крикнул он, бросаясь к комнате девушки.

Она открыла ему дверь и бросилась в его объятия.

– Сандокан, я видела солдат, – плача, сказала она. – Ты погиб!

– Еще нет, – отвечал пират. – Я уйду от солдат, вот увидишь. Но, Марианна, – с дрожью в голосе сказал он, – поклянись, что будешь моей женой.

– Клянусь тебе памятью моей матери, – ответила девушка.

– И ты будешь ждать меня?

– Да, обещаю тебе.

– Хорошо. Я ухожу. Но через неделю, самое большее, через две, я вернусь во главе моих храбрецов. А теперь вы, английские собаки! – прокричал он, бросаясь к окну. – Я буду биться ради Жемчужины Лабуана.

Он быстро перескочил через подоконник и прыгнул в середину густой клумбы, которая скрыла его полностью.

Солдаты, которых было человек сорок-пятьдесят, в густеющих сумерках окружили парк и медленно продвигались вперед с карабинами на изготовку, готовые по первому приказу открыть огонь.

Сандокан притаился, как тигр. С саблей в правой руке и крисом в левой он не дышал и не двигался; он весь подобрался, выжидая момента, чтобы выскочить и прорвать эту цепь, неудержимым порывом вырваться на волю.

Очень скоро солдаты оказались всего в нескольких шагах от клумбы, где он притаился. Дойдя до этого места, они остановились, точно не решаясь идти вперед и ожидая какой-то новой команды.

– Спокойно, ребята, – сказал ведший их капрал. – Подождем еще одного сигнала.

– Вы боитесь, что пират спрятался? – спросил один солдат.

– Боюсь, как бы он не изрубил уже всех в этом доме. Что-то не слышно там ничего.

– Неужели он и на это способен?

– Этот разбойник способен на все, – отвечал капрал. – Хорошо бы увидеть его пляшущим на виселице с крепкой веревкой на шее! Только там можно больше не опасаться таких молодцов.

В этот момент из дома послышался слабый звук рога лорда.

– Вперед! – скомандовал капрал. – Окружайте дом.

Солдаты медленно приближались, бросая беспокойные взгляды вокруг. Сандокан измерил взглядом расстояние, которое отделяло его от них, привстал на колени и вдруг стремительным прыжком бросился на врагов.

Раскроить череп капралу и метнуться в гущу ближайших кустов было делом одной секунды. Растерявшиеся, пораженные такой дерзостью солдаты не успели даже открыть огонь. И этого их короткого замешательства хватило Сандокану, чтобы достигнуть изгороди, одним прыжком перескочить через нее и исчезнуть с другой стороны.

Вопль ярости раздался вслед ему. Беспорядочно стреляя, солдаты ринулись в погоню, но было уже слишком поздно.

Свободный, как ветер, в этом густом лесу имевший возможность спрятаться, где угодно, Сандокан не боялся их. Что с того, что за ним погоня, если впереди простор, если в ушах звучит еще музыкой: «Беги! Я люблю тебя!»

– Они будут искать меня здесь, в этой дикой чаще, – говорил он себе на бегу. – Они встретят свободного тигра, готового на все, решившегося на все. Пусть же бороздят воды их дымящие крейсера, пусть солдаты прочесывают лес, пусть зовут себе на помощь всех жителей Виктории, я все равно пройду сквозь их штыки и пушки. Но скоро я вернусь, о любовь моя, клянусь тебе, вернусь сюда во главе моих храбрецов, не как побежденный, а как победитель, и вырву тебя навсегда из этих проклятых мест!

С каждым шагом он все дальше уходил от преследователей; их крики и ружейные выстрелы становились все глуше, пока не затихли совсем.

Лишь после этого он остановился на минуту, чтобы перевести и выбрать дорогу в густой чаще леса.

Совсем стемнело, и на остров опустилась теплая тропическая ночь. Луна, сверкавшая на безоблачном небе, рассеивала по лесу голубоватые лучи.

– Итак, – сказал пират, выбирая себе путь по звездам, – за спиной у меня англичане; впереди, к западу – море. Если двинуться в этом направлении, то можно напороться на засаду: они наверняка думают перехватить меня там. Лучше свернуть к югу и добраться до моря в другом месте, тогда они потеряют мой след.

Не теряя времени, он снова углубился в лес. Пробираться здесь среди густых зарослей можно было лишь с величайшим трудом. Он обходил кусты, перелезал через поваленные стволы, переходил вброд ручьи и протоки.

– Ничего, что ноги промокли, – сказал он себе. – Зато сбил собак со следа. Теперь можно и отдохнуть немного, не боясь, что меня обнаружат.

Он влез по ветвям на большое раскидистое дерево и задремал, прислонившись к стволу.

Прошло полчаса, как вдруг легкий шум заставил его встрепенуться. Медленно, стараясь не дышать, он раздвинул ветви и, посмотрел вниз.

Два солдата с ружьями на изготовку боязливо шли по тропинке, озираясь то направо, то налево.

– Враги! – прошептал он. – Неужели они следовали за мной по пятам?

Солдаты, которые, казалось, искали следы Сандокана, пройдя еще несколько метров, остановились под тем самым деревом, на котором прятался он.

– Не знаю, как ты, Джон, – сказал один из них робким голосом, – а я боюсь в этом темнеющем лесу.

– Я тоже, Джеймс, – отвечал другой. – Этот человек хуже тигра, он способен на все. Ты видел, как он уложил капрала?

– Ужасно! Никогда не забуду этого, Джон. Это не человек, а какой-то демон, способный всех искрошить в куски. Как ты думаешь, нам удастся поймать его?

– Сомневаюсь, хотя баронет Вильям и обещал пятьдесят фунтов стерлингов за его голову. Пока мы гонимся за ним на запад, он, может, свернул уже на север или юг.

– Но что же нам делать?

– Сначала пойдем к берегу, а там увидим.

– Подождем здесь сержанта Виллиса.

– Мы подождем его на берегу.

И солдаты, взяв снова ружья на изготовку, опасливо озираясь, скрылись в ночной темноте.

– Ну что ж, – сказал Сандокан, спрыгивая на землю, – теперь я знаю, куда мне идти.

И, неслышно ступая, он двинулся в южном направлении, рассчитывая за ночь пройти километров двадцать. А там, на берегу, видно будет.

Он шел больше часа, перестав даже думать о погоне, когда внезапно раздался резкий голос:

– Стой, или я стреляю!

Глава XI

Джиро-Батол

Не дрогнув, словно ничего особенного он не услышал, Сандокан обернулся, сжимая саблю.

Шагах в шести стоял пехотинец в форме сержанта, взяв его на прицел. Суровый вид и резкий тон этого вояки не оставляли сомнений в серьезности его намерений.

Не двигаясь, Сандокан смотрел на него глазами, которые точно фосфоресцировали. Потом он коротко рассмеялся.

– Чему вы смеетесь? – спросил сержант, приведенный в замешательство его поведением.

– Смеюсь тому, что ты хотел меня напугать. Ты знаешь, кто я?

– Главарь пиратов Момпрачема.

– А ты в этом вполне уверен, Виллис? – спросил Сандокан, и голос его прозвучал как-то странно.

– Виллис! – воскликнул сержант, охваченный невыразимым ужасом. – Откуда вы знаете мое имя?

– Нет ничего такого, чего бы не знал человек, убежавший из преисподней, – сказал Сандокан, усмехаясь.

– Из преисподней? – испуганно переспросил сержант. – Что вы имеете в виду?

– Я имею в виду то, что стоит у тебя за спиной! – зловещим тоном воскликнул Сандокан.

Сержант, напуганный его словами, инстинктивно обернулся, и в тот же миг, как тигр из засады, пират кинулся и повалил его на землю.

– Пощадите! Пощадите! – залепетал бедный сержант, видя направленное ему в грудь острие сабли.

– Так и быть, дарю тебе жизнь, – сказал Сандокан. – Но только в том случае, если верно ответишь на все мои вопросы. Берегись, если напутаешь или соврешь.

– Хорошо, – согласился сержант.

– В какую сторону направился основной ваш отряд?

– К западному берегу.

– Сколько в нем человек?

– Не могу сказать: это будет измена.