Как писать статьи, стихи и рассказы

Из разбора этой статьи мы можем вывести некоторые общие правила, которыми следует руководствоваться журналисту. В статье, прежде всего, должна быть отчетливая тема, совершенно ясно продуманная, со вполне отчетливо поставленными границами; нелепо было бы разобранную нами статью, например, строить с рассуждением о происхождении газет вообще, об организации редакции, о способах распространения; все эти вопросы, каждый в отдельности, могли бы быть темами особых статей. Затем, для статьи обязательна ясная идея; получился бы из рассмотренной статьи вздор, если бы в ней говорилось о газетных шрифтах, о том, что газеты есть большие и маленькие, и так далее; при таком построении никак нельзя было бы уловить идею, нельзя было бы понять, что речь идет о содержании газет и о соответствии этого содержания потребностям жизни. Затем идея должна быть развита, доказана. Возражения, которые можно сделать против тех или других мыслей, должны быть учтены, и на них должен иметься ответ; нельзя «изрекать» свои мысли, надо их защищать и доказывать.

В построении статьи возможны, конечно, самые различные пути. Можно начинать с изложения побочных мыслей, и только в конце дать их общий итог, выразить идею; можно сначала изложить идею, затем дать ее доказательства; при таком строении, хорошо, как это сделано у Ленина, в конце статьи по вторить идею в виде кратких, лозунгообразных фраз, — тогда она, опираясь на предыдущее развитие, станет особенно ясной. Для начинающего журналиста следует, изучая статьи мастеров газетного слова, всматриваться в то, какая в статье тема, какая идея, как расчленено развитие этой идеи, с чего начинается статья, чем кончается.

В старинных руководствах для писателей имелись особые правила для построения статей, называвшихся тогда «рассуждениями». Эти правила, «хрии», в общем, приложимы и в настоящее время, только не следует думать, что все части такой хрии обязательны, и что обязателен и порядок частей. Приведем одну из хрий; согласно ей, статья должна расчленятся так:

1) Предложение или мысль [по нашему — тема];

2) Пояснение или пополнение [разъяснение темы, указание ее границ];

3) Утверждение [высказывание и доказательство идеи];

4) Противное [возможные возражения и отвод их];

5) Подобие, сравнение [указание сходных явлений, или подтверждение идеи на подобных явлениях, относительно которых идеи признаны всеми];

6) Свидетельство [ссылка на видного ученого или писателя, или политического деятеля, который держится сходных взглядов];

7) Повторение главной мысли с приложением [повторение основной идеи с указанием необходимых задач и действий].

Как пишется корреспонденция

Корреспонденция, в общем, должна быть невелика: 30–40 строк; конечно, если в корреспонденции сообщается об очень важном событии, рассказываются имеющие большое значение подробности, то ее размер может быть и много больше, до 200–300 строк. Мы будем говорить об обыкновенной краткой корреспонденции.

Садясь писать ее, надо прежде всего, вполне ясно решить, будешь ли писать об единичном событии, об единичном факте (фактом называется что-либо, действительно бывшее или имеющееся), или о нескольких. Например, можно написать корреспонденцию о том, как фабричную церковь приспособили под клуб, или вообще об антирелигиозной работе в районе, — в последнем случае придется писать о докладах, о распространении антирелигиозной литературы, о спорах между стариками и молодыми, об удалении икон из рабочих квартир, о закрытии церкви, об использовании ее здания под клуб и так далее. Иначе говоря, в первом случае, корреспонденция пишется о единичном факте, во втором — о целом ряде фактов, связанных между собой. Рассмотрим сперва корреспонденции, говорящие о единичных фактах.

Допустим, корреспонденция пишется о том, что рабочий Иванов придумал особое приспособление к машине для резки проволоки, благодаря чему увеличилась выработка этой машины и сократились расходы. Сначала надо сообщить читателю, где происходит дело, на каком заводе, какое значение имеет в производстве этого завода резаная проволока, сколько ее производится и в какое количество времени, сколько это стоит. Пишется приблизительно так:

«На нашей фабрике, имени Володарского, вырабатываются булавки. Производство нехитрое: режется на полувершковые кусочки медная проволока, наваривается головка, вытягивается острие, — и булавка готова. Остается ее отникелировать и упаковать. Вырабатываем миллион булавок в месяц, по сорок тысяч в день. Резальная машина одна, и стоящий на ней мастер получает 50 руб. в месяц, при полной нагрузке. Значит, резка двухсот булавок стоит копейка, а фабричная цена этого количества булавок — три копейки. Дорого стоит резка. И все потому, что машина старого устройства».

Затем необходимо указать, кто такой изобретатель Иванов, рассказать, как пришла ему мысль об улучшении машины, как он доискивался улучшения. Приблизительно так:

«Резальный мастер, всей фабрике известный тов. Иванов, видя, что производство отстает от спроса, решил помочь делу. Свою машину он знал вдоль и поперек, и видел, что, если пропускать через нее не одну проволоку, а две, то и выработка удвоится. Но машина приспособлена только для одной проволоки. Два года работал Иванов и придумал такой прибор, при котором резак машины, разрезав одну проволоку и отскакивая для нового удара, самим этим отскакиванием разрезал бы вторую проволоку. На последние гроши он построил свой прибор и испробовал его. Выходили всякие перебои, но постепенно работа наладилась, и теперь машина режет не сорок, а семьдесят тысяч булавок в день».

Корреспонденция, в сущности, уже готова. Надо только снабдить ее «концовкой», указать на общее значение факта. Приблизительно так:

«Так рабочий улучшает производство «своею собственной рукой». Тов. Иванов, занесен на красную доску, и в фабричном клубе повешен его портрет».

Мы видим, что в этой корреспонденции о самом приборе сказано самыми общими словами. Иначе и нельзя: в каждом производстве есть свои особенности, свои наименования, и, если бы рассказывать о приборе со всеми подробностями, указывать как в нем приспособлен каждый винтик, как подается проволока, как схватываются и выравниваются обрезки, и прочее, — то читатель, не знающий производства, понял бы очень мало, а корреспонденция распухла бы, непомерно увеличилась бы. В таком же виде, давая общее представление о сущности изобретения, она подчеркивает самый факт рабочего творчества.

Предположим, пишется корреспонденция об открытии на заводе коммунальной столовой. Тут не приходится говорить о том, что общественное питание выгоднее, здоровее домашнего и не порабощает женщину, — так как об этом писалось много раз, и это всем известно. В такой корреспонденции надо кратко описать, как родилась мысль об открытии столовой, откуда взяли средства, описать самое столовую, кухню, громадные сверкающие котлы, огромные плиты, указать сколько обедов выдает столовая в день, и сколько стоит обед рабочему, подчеркнуть, что и самые упорные защитники домашнего питания стали ходить в столовую, и дать опять-таки «концовку», указав на то, что домашние хозяйки начинают посещать клуб, доклады, образовательные кружки и прочее, или указав, что на очереди другие улучшения быта: создание ясель, истребление религиозных предрассудков, борьба с пивом и тому подобное.

Итак, в корреспонденции три части. Первая вводная; в ней говорится о месте, о времени факта, о предшествующих обстоятельствах, словом, читатель вводится в обстановку самого факта. Вторая часть — изложение; здесь говорится о самом факте, о его выгодах или о невыгодах, о борьбе, которую пришлось выдержать, создавая данное улучшение или уничтожая данный беспорядок, упоминается о тех, кто потрудился, о их награде, или о несправедливостях по отношению к ним и так далее, — все перечислить невозможно. Затем идет «концовка», содержащая общую мысль автора: его удовлетворение, его надежду на лучшее, его уверенность в том, что данный факт имеет такое-то общественное значение, его указания об очередных задачах и прочее.

Заглавие корреспонденции обычно дается в редакции, но и сам рабкор должен уметь подобрать выразительное название. Тут трудно указать какие-нибудь правила. Следует присматриваться к заглавиям корреспонденций, печатаемых в центральных газетах и связывать это заглавие с содержанием корреспонденции. Нашу корреспонденцию об улучшении резки проволоки можно было бы озаглавить: «Улучшаем производство», или: «Рабочий-изобретатель», или: «Машина слушается рабочего», или «Больше и лучше».

Необходимо иметь в виду, что корреспонденция должна быть как можно более сжатой: в ней не должно быть ничего лишнего. Хорошо, написав корреспонденцию, дать ей полежать несколько дней, — если она не является спешной, — и потом, как бы заново, перечитать ее. Тогда яснее выступят достоинства и недостатки, и будет видно, — что можно из нее вычеркнуть и что необходимо сохранить. Вообще, надо помнить, что всякая статья должна содержать только самое необходимое, и все подробности, без которых можно обойтись, должны быть вычеркнуты.

Те корреспонденции, в которых рассказывается о целом ряде фактов, строятся так же, как и единичные; в них также имеется вводная часть и концовка; но внутренняя часть должна строиться со строгим учетом последовательности и связности фактов. Если бы мы писали корреспонденцию об антирелигиозной работе на нашей фабрике, то нелепо было бы сначала рассказать о том, что церковь отдали под клуб, затем сообщить о том, что фабричный поп много лет морочил малосознательных рабочих, а потом упомянуть, что из центра приехал антирелигиозный агитатор и привез с собою соответствующую литературу; правильное расположение таково: сначала о попе, потом об агитаторе, потом о борьбе с отсталыми, потом о победе, — о превращении церкви в клуб.

Как пишутся заметки — указано выше.

Стенная газета

Стенная газета, это — домашняя, своя газета рабкора, и именно в ней ему приходится писать все, — и передовые, и фельетоны, и прочее.

Составляя стенную газету, необходимо иметь в виду ее назначение: она предназначена для того, чтобы освещать жизнь именно данного учреждения, предприятия, клуба. Поэтому материал, помещаемый в ней, должен иметь прямое касательство к этой, жизни, — иначе газете незачем существовать: о событиях, имеющих общее значение, те, кто работает в данном предприятии, узнают из центральных газет.

В стенной газете (берем заводскую газету) обычны отделы: производство, — куда войдут вопросы о самой постановке дела, об исполнении остатков, о распределении работ, об условиях труда, о зарплате, о спец-одежде, о производственных рабочих совещаниях, и прочее; быт, — где будет говориться о бытовых достижениях и неурядицах, — о библиотеках, клубах и образовательных кружках, кружках физкультуры, о пионерах, об общественном питании, о правилах гигиены и наилучшем использовании досугов, о борьбе с пьянством, хулиганством, бранью, религиозными предрассудками, и так далее: затем «уголки», — постоянные малые отделы, с одной темой, — например, «уголок работницы», «уголок Осоавиахима», «уголок МОПР'а», и прочее. Словом, все вопросы, которые могут интересовать рабочего данного завода, должны освещаться в стенной газете. Кроме этого, в стенной газете очень важен чисто литературный материал, — рассказы и стихи, потому что только в стенных газетах вся огромная масса начинающих беллетристов и поэтов может помещать свои первые опыты.

Так как постоянно приходится бороться с отрицательными и уродливыми явлениями жизни то материал этого рода, естественно, будет преобладать в стенной газете, и очень хорошо этот материал помещать в форме сатиры, т. е. в форме статей и стихов, высмеивающих данное отрицательное явление. И нам остается рассмотреть, как пишется сатирический фельетон для стенной газеты и сатирическое стихотворение.

Как писать фельетон для газеты

Вполне ясно, что для фельетона, как и для всякой статьи, требуется вполне отчетливая тема и вполне отчетливая идея. Но изложение этой темы и идеи дается либо в преувеличенном виде, либо навыворот: то, что следует хвалить, — порицается, то, что следует бранить, — одобряется. Такое «вывернутое» изложение читатель, конечно, понимает и воспринимает, как насмешку.

Предположим, что темой фельетона является пьянство и грубость мастера; идея тут, конечно, одна: такие явления недопустимы на советском заводе. Как развить эту тему? Мастер говорит грубости, ругается; в фельетоне скажем: «Хороший человек, наш мастер Иванов, нежный, обходительный». С рабочими мастер должен говорить по-товарищески, или, во всяком случае, вежливо; в фельетоне скажем: «С рабочими обращается, как брат родной; нет того, чтобы по-казенному, по официальному говорить рабочему «вы», — он по семейному, как своему родному домашнему псу, «ты» говорит, как с лучшим другом, которого не стесняешься, мат употребляет». Мастер пьянствует, постоянно водку тянет; в фельетоне скажем так: «А уж гражданский свой долг выполняет, как никто, твердо знает, что водка — яд, и борется с этим ядом не на жизнь, а на смерть: по две бутылки в день уничтожает, всю, можно сказать, получку на уничтожение водки жертвует. А когда идет по улице, весь красный и, шатаясь после борьбы с ядом, — на другой стороне прохожие чувствуют по запаху, что борец с пьянством идет». Как закончить такой фельетон? Указанием, что надо этакого мастера убрать: «Хороший человек, редкий. Что ему на нашем заводе болтаться? Недостойны мы. Убрать его следует в лечебницу для борьбы с алкоголизмом, или в исправительный дом: пусть там хулиганов истинно-человеческому обращению научает». Фельетон готов; здесь, конечно, дается только остов, только общий чертеж фельетона, на самом же деле он должен быть богаче подробностями, которые излагаются также «навыворот» и преувеличенно. Например, этот мастер стал налаживать зашалившую машину, да в пьяном виде и сломал; мы напишем: «О производстве заботится. А машины у нас скверные, с дрянным нравом. Стал он одну такую красавицу налаживать, был немного усталым от борьбы с водкой, да и повернул не в ту сторону рычаг; всего только на вершочек не туда повернул, а машина проклятая возьми и испортись на зло. Стала, и все тут. Лишь бы хорошему мастеру досадить».

Из приведенного примера ясно, как ведется фельетонная разработка темы. Если фельетон стихотворный, то для его написания необходимо знать правила стихосложения, изложенные в следующей главе; тема же в нем разрабатывается так же, как и в простом.

Особый вид стихотворного фельетона представляет собою пародия. Это такой же фельетон, как обыкновенно, с той разницей, что в основу его кладется какое-нибудь известное стихотворение и, с оставлением целого ряда строк или слов, переделывается, приспособляясь к данной теме. Например, вот начало Пушкинского стихотворения «Анчар»:

В пустыне чахлой и скупой, На почве, зноем раскаленной, Анчар, как грозный часовой, Стоит один во всей вселенной…

Предположим, мы хотим пародировать это стихотворение, написав фельетон о свирепом кассире, с которым сладу нет.

Мы пишем:

У кассы чахлой и пустой, Объятый злобой неизменной, Кассир как грозный часовой. Стоит один во всей вселенной.

Дальше, у Пушкина идет:

К нему и птица не летит, И тигр нейдет. Лишь вихор черный На древо смерти набежит И мчится прочь, уже тлетворный.

Мы пишем:

К нему и птица не летит, И пес нейдет. Лишь зав проворный На взор кассира набежит И мчится прочь, уже покорный.

У Пушкина дальше:

Но человека человек Послал к анчару властным взглядом, И тот послушно в путь потек И к утру возвратился с ядом.

У нас будет:

Но человека человек Послал к кассиру за зарплатой, И тот послушно в путь потек, Принес же полный короб мата…

И так далее. Мы видим, что почти во всех строках нашей пародии мы сохраняем ту же рифму (смотри о рифме в следующей главе), сохраняем многие слова, а некоторые меняем сообразно теме. Такого рода фельетоны довольно трудны; и нет необходимости выдерживать до конца соответствие начальному стихотворению, но удачно сделанный такой фельетон производит сильное впечатление. Надо только знать своего читателя и выбирать именно такое стихотворение, которое читателю известно, иначе фельетон пропадет, пропадет пародийность его. Вместо литературных стихотворений, можно пользоваться, например, частушками.

Как писать раешник

В старые времена бродячие народные шуты, скоморохи, увеселяли своих слушателей побасенками, составлявшимися по определенному типу, и преследовавшими сатирические (высмеивающие) цели. Эти побасенки в позднейшее время получили название раешников, и до сих пор являются распространенной формой народной сатиры. Они очень уместны в стенгазетах, так как, во-первых, довольно легки для написания, свободно позволяют в своем содержании переходить от одного вопроса к другому и легко усваиваются читателем. Рассмотрим образец раешника:

Эй, товарищи заводские, старые и молодые, над станками спину гнущие, частушки развеселые орущие, горький пряничек скушайте, меня, старика, послушайте. Слушай и ты, тетка Мелань:

— Завелась у нас на заводе дрянь!

Есть у, нас такой мастер, дореформенной масти, бородою черный начальству покорный, с рабочими по пустякам задорный,

— Словом: вздорный.

В этом нет еще большой беды: какое нам дело до встопорощенной бороды, а на всякие глупые зацепки у нас у самих языки крепки, недаром носим пролетарские кэпки. Дело другое печет как крапива.

— Это дело жидкое: пиво.

В пиве тоже большого нет греха. За пивом хи-хи-хи да ха-ха-ха, забава вечерняя, частная. А у нашего мастера шутка с пивом выходит опасная. Пива-то он с полведра насосет, придет на завод, качается, шатается бедный детинушка,

— Ну, чисто во поле калинушка!

И тут ты работу свою береги, потому что шатаются у него и мозги, цепляется он за каждый метчик, орет «это я здесь ответчик, все должно быть по моему!»

— Вся работа кажется дерьмо ему.

И даст он тебе такое указание, что чистое наказание. Исполнишь, — работу запорешь, заспоришь, — не переспоришь: «я здесь мастер» — орет борода.

— Беда!

И выходит у нас пивной фабрикат, которому разве только чёрт рад, а людям он в продаже на затычку не годится даже. Надо доставить серьезный вопрос, чтоб мастера от нас кто-нибудь унес, а то одна срамота выходит при деле таком плохом!

Дядя Пахом.

Данный раешник говорит только об одном явлении, имеет только одну тему; но он мог бы продолжаться и затронуть еще ряд других тем, став, таким образом, обозрением. В его построении мы замечаем следующее особенности: он написан короткими фразами, без соблюдения стихотворного размера, но каждая фраза, или часть фразы рифмует с соседней (о рифме смотри в следующей главе): «заводские — молодые», «гнущие — орущие», «скушайте — послушайте), «Мелань — дрянь» и так далее. Затем, несколько фраз, объединенных общим смыслом, образуют абзац раешника, нечто вроде строфы (смотри в следующей главе), и каждый такой абзац кончается короткой ударной фразой, которая или подводит итог сказанному в абзаце, или выражает кратко и резко авторскую оценку того, о чем сказано. Эта фраза, эта концовка, в нашем примере рифмует с предыдущей фразой. Но часто ее делают нерифмованной, — тогда она резче выделяется.

Начинается раешник обращением к слушателям, к читателям. В нашем раешнике автор обращается к товарищам. Он мог бы обращаться к администрации, к ячейке и так далее: «Эй, уважаемое начальство, послушайте про одно канальство» или: «Товарищи из ячейки, послушайте, что случилось в нашей заводской семейке, товарищи из завкома, вам это должно быть знакомо». После обращения в первом абзаце излагается предмет, о котором дальше пойдет речь. Если раешник принимает форму обозрения, то обращение и изложение темы данного отрывка повторяется несколько раз. Кончается раешник указанием конкретной меры или окончательной оценки и подписывается традиционным скоморошьим именем, вроде «Дядя Пахом», «Дед Ермил» и так далее, причем обыкновенно эта подпись, в свою очередь, рифмует с последней фразой.

Язык раешника подчеркнуто народный. Употребляются крестьянские словечки и обороты, широко применяются пословицы и поговорки, а также фразы из известных песен и частушек. В нашем примере, например, при описании шатающегося от пьянства мастера приводится в качестве концовки полстрочки из песни: «во поле калинушка». Чем неожиданнее такое применение поговорки или песни, тем смешнее и резче выражается мысль. Отрывок из печальной песни применяется в смешном месте, отрывок из песни смешной ставится там, где говорится о грустных явлениях, и так далее. Вообще, при введении песенного и пословичного материала в раешник применяется фельетонный прием обратного использования.

Бытовой фельетон

Бытовым фельетоном называется соответствующее действительности описание каких-либо явлений быта. Строится бытовой фельетон самым различным образом, и тяготеет по своим приемам к рассказу (смотри последнюю главу). Между рассказом и бытовым фельетонам та разница, что последний говорит только о действительном, а не о вымышленном. Затем, в бытовом фельетоне нет необходимости развертывать фабулу (смотри там же), а достаточно выделить из общего наблюдения только некоторые явления и обстоятельства, связав их общей мыслью, а не общим действием. В бытовом фельетоне широко применяются авторские отступления, рассуждения, переходы к описанию других явлений, лучше оттеняющих, яснее обрисовывающих изображаемое. Бытовой фельетон часто пишется на одну только тему, а часто принимает вид обозрения. Бытовой фельетон решительно избегает преувеличений и издевательских обрисовок, которые необходимы в обыкновенном, сатирическом фельетоне. Сатирический фельетон, это — ядовитое вышучивание или гневное бичевание отрицательных явлений жизни, а фельетон бытовой — спокойная обрисовка.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Как писать стихи

Стихотворный размер

Слова состоят из слогов: в каждом слоге имеется один гласный звук; таким образом, по числу гласных звуков можно определить число слогов в слове; гласных  звуков в русском языке десять: у, ю, о, ё, а, я, э, е, ы, и. Все прочие звуки являются  согласными, кроме звука й, который будет полугласным. Слог может состоять из одного гласного или из гласного с несколькими согласными; например, слово «уединение» будет делиться на слоги так: у-е-ди-не-ни-е; в этом слове первый, второй и последний слоги состоят только из одного гласного, а прочие из гласного с согласным. В каждом слове, в котором имеется два или более слогов, один слог произносится с особенным усилением голоса, которое называется ударением. Возьмем такую фразу: «я хожу по речному бЕрегу» и такую: «я сижу на речном берегУ». Мы ясно слышим, что в первой фразе в слове «берегу» ударением выделяется первый слог: — бЕ, а во второй выделяется слог последний: — гУ. И начинающему стихотворцу надлежит самым твердым образом, на слух усвоить различие ударных слогов от безударных, — потому что русский стих строится на правильном распределении ударных и безударных слогов. Относительно слов, состоящих только из одного слога, следует помнить, что они имеют ударение, если являются значащими, самостоятельными по смыслу, например: «дом», «сад» и так далее; а односложные слова вспомогательные, служебные по смыслу, ударения не несут, например, слово «и», слово «за» и так далее.

Возьмем строчку стихотворения:

свобОды грОзный дЕнь настАл [1]

Мы, видим, что в ней первый слог — безударный, второй ударный, третий — безударный, четвертый — ударный, пятый — безударный, шестой — ударный, седьмой — безударный, восьмой — ударный. В общем, — каждый нечетный по порядку слог — безударный, каждый четный — ударный; ударные и безударные слоги чередуются между собой. Такое чередование называется стихотворным размером.

Стопы

Приведенную выше строчку мы можем разбить на пары слогов, и в каждой паре первый слог будет безударным, а второй ударным:

свобО/ды   грО/зный   дЕнь/  настАл.

Если мы обозначим безударные слоги знаком: ─, а ударные знаком: ┴, то мы можем написать чертеж нашей строчки, ее схему [2]:

свобО/ды   грО/зный   дЕнь/  настАл.

Чтоб было очевидно

свобО/  дыгрО/  зныйдЕнь/  настАл.

─ ┴ │ ─ ┴ │ ─ ┴ │ ─ ┴ │

Эта схема нам наглядно показывает, как распределены в строке ударные и безударные слоги. И вот такая пара слогов, а в других случаях тройка, в которой ударный слог занимает всегда одно и то же место, и которая повторяется на протяжении всей строчки, называется стопою. Стопа — чисто условная мера; ее граница иногда совпадает с границей слова, иногда нет; в нашем примере первая стопа отсекает два слога от слов «свободы», вторая стопа содержит последний слог этого слова и первый слог следующего, третья стопа содержит последний слог слова «грозный» и слово «день», четвертая стопа содержит целиком слово «настал». Стопы бывают разного строения, и стихотворные размеры отличаются как по строению стопы, так и по числу стоп в строчке; в нашем примере стоп четыре, и размер будет четырехстопным.

Какие бывают стопы

Стопы бывают двухсложные, состоящие из двух слогов, и трехсложные, состоящие из трех слогов; размеры, составленные из двухсложных стоп, называются двухдольниками, a составленные из трехсложных стоп — трехдольниками. Двухсложных стоп две, трехсложных ─ три. Вот их названия, схемы и образцы:

Двухсложные стопы:

1) Хорей: ┴ ─. Пример: сОлнце.

2) Ямб: ─ ┴ » закАт.

Трехсложные стопы:

1) Дактиль: ┴ ─ ─. Пример: сОлнышко.

2) Амфибрахий: ─ ┴ ─ » закАты.

3) Анапест: ─ ─ ┴ » серебрО.

Размеры, составленные из перечисленных стоп, носят те же названия, что и стопы, с указанием числа стоп: если, например, размер составлен из четырех хореических стоп, то его название — четырехстопный хорей, если из трех дактилических, — то трехстопный дактиль, и так далее. Вот образцы некоторых размеров:

Трехстопный хорей:

                   тИхо/ плЕщет мО/ре.

Трехстопный ямб:

               печА/льно  плЕ/щет мО/ре.

Трехстопный дактиль:

               мЕдленно/  тЯнется/ врЕмечко.

Трехстопный амфибрахий:

               замЕдлен/но  тЯнет/ся  врЕмечко.

Трехстопный анапест:

               утомИ/тельно  тЯ/нется  врЕ/мечко.

Мы ясно видим из этих примеров, что ямб есть тот же хорей, только с лишним безударным слогом вначале; что амфибрахий — тот же дактиль, с лишним безударным слогом вначале, а анапест есть дактиль с двумя лишними безударными слогами вначале, или амфибрахий — с одним. При этом сходстве, между размерами все же существует большая разница, и начинающий поэт должен научиться безупречно различать размеры на слух. Для этого следует упражняться, читая стихи и определяя размер. Укажем, что Пушкинские «Бесы» написаны четырехстопным хореем, его же «Полтава» — четырехстопным ямбом, его «Анджело» — шестистопным ямбом; его «Песнь о вещем Олеге» — четырехстопным и трехстопным амфибрахием; Некрасовская «Псовая охота» — четырехстопным дактилем; его же «Огородник» — четырехстопным анапестом.

Окончания

Последняя стопа в каждой строке может подвергаться некоторым изменениям, не нарушая этим самого размера. Возьмем наш образец трехстопного дактиля:

                   мЕдленно/  тЯнется/  врЕмечко,

Мы можем построить строку так:

                   мЕдленно/  тЯнется/  врЕмя.

т. е. отсечь от последней стопы один слог; или построить ее так:

                   мЕдленно/  тЯнется/  нОчь,