превратности судьбы - превратности любви

***

Утром я проснулся по будильнику, который, как был поставлен на рань раннюю: семь часов так и прозвонил. Но поскольку вчера я залег рано, то выспался и встал без труда. А вот что делать-то в такое время? Поплавал на озере в свое удовольствие. Было полное безветрие вода как стекло, да ещё и прозрачная до ошеломления. Потом уселся в уже привычном кресле с видом на озеро.

"Шикарно проводим время, - думал я, лениво оглядывая озерные дали. - Если бы ещё в спальне с девушками ночевал, так и вовсе лучшего желать было бы нельзя. Но вот имеется у меня предчувствие, что это последние райские денёчки у меня.

Хлопнула дверь. Я повернул голову.

"Сегодня девочки вышли вместе. Видимо тоже выспались".

- Вадим! - инициативу, что неудивительно взяла на себя Ирина. - Мы хотим помочь приготовить завтрак!

Я был удивлен, что это с ними случилось? Я, честно говоря, ожидал, что они как обычно придут, плюхнутся в кресло, вытянут ноги и потребуют для себя завтрак. Но удивления своего не выдал и показушно-весёлым тоном вопросил.

- Да вы что, девочки! А как с моим обещанием кормить вас завтраками? Нет, `на это я пойтить не могу!` Сам всё приготовлю! - но, увидев, как нахмурилась Ирина, не сердить которую стало моей главной задачей, поторопился пояснить. - Да что там готовить-то!? С утра как обычно подъедаем всё приготовленное накануне: рыбу, шашлыки, а чай я сейчас поставлю на плиту, если вы, конечно, не желаете чего-нибудь покрепче...

- Я не хочу снова с утра пить! Это уже входит в традицию: позавчера, вчера... ну если вчера это ещё можно было как-то объяснить, то сегодня нет!

Эту проникновенную речь произнесла постоянно молчавшая в последнее время Света

- Можете, если хотите, помочь перетащить всё это добро сюда на лужайку, - пожал я плечами и поднялся на ноги.

"Наверно это Ирина плохо влияет на мою девочку! - решил я, поскольку этот тон Светы разительно отличался от ее прежнего, московского. - Хотя может Ирина тут и ни при чем, после таких-то новостей, как вчера, впору в полный голос вопить, а не разговаривать пусть и строгим, но без следа истерики голосом. И если Ирину я, скорее всего уже потерял, то за Свету буду бороться! - мрачно думал я, идя во главе мини процессии к кухне. - Помириться бы, извиниться, но никак! Они словно близнецы однояйцовые, никуда не ходят поодиночке. Мне кажется, что это Ира нарочно липнет к Свете, чтобы не дать мне остаться с ней наедине надолго. А вот как бы разделить их? Надо придумать какой-нибудь железный предлог!"

После завтрака я предложил, не откладывая на потом, заняться шлифовкой нашей версии появления здесь. Девочки не стали спорить и я начал задавать им вопросы поначалу самые простые, которые обязательно зададут им при любой встрече с кем-то. Затем вопросы стали сложнее, предполагая участие уже представителей полиции в уличном варианте. О том, что могут спросить сотрудники СИБа (службы имперской безопасности) и следователи полиции, я и задумываться не стал: один хрен нашим доморощенным враньем их не проймешь, всё будет мгновенно проверено. Поэтому несколько раз повторил, чтобы никогда, ни при каких условиях не сознавались: откуда мы на самом деле. Никому и в голову не придет, истинная причина нашего появления. А ещё лучше помалкивать и соглашаться с любой правдоподобной версией, которую они сами предложат нам.

А так, основные пункты: воспитанники детского дома, работали то там, то сям, нигде особо не задерживаясь по причине живости характера и придирок. Как тут очутились? Вадим взял машину на прокат и пригласил нас, присоединится к нему. А где машина и почему пешкам пришли? Так утопил раззява пьяная, едва вещи успели вытащить! Ну и всё в том же духе!

Потом роли поменялись и девочки вдвоем, начали терзать вопросами уже меня, периодически останавливаясь и раздумывая над особо заковыристыми вопросами.

Наконец вопросы иссякли. Все теперь примерно знали, как отвечать, чтобы не было расхождения в версиях и звучало правдоподобно.

"Хорошо хоть мир, в который мы попали, похож на наш, прежний! Попали бы мы в какое-нибудь средневековье, было бы совсем худо! И одежда другая, и язык другой, и нравы другие! Загремели бы если уж не на костер, как подозрительные колдуны и ведьмы, так в местную тюрягу, как подозрительные личности!" - размышлял я во время установившегося молчания. Все натрепались языками по самое не могу и теперь с удовольствием молчали. Света вообще закрыла глаза, откинувшись в кресле, а Ирина сосредоточенно смотрела на озеро и едва заметно шевелила пальчиками правой руки.

"Колдует...ведьма!" - решил я, и захотел узнать подробности.

- Что делаешь Ира? - мягко спросил я. Ирина, не отрывая своего взгляда от озерных далей, сказала.

- Да вот решила потренироваться немного, а то это мое воздействие получается каким-то уж слишком резким. Иногда ведь требуется ограничиться просто подзатыльником кому-нибудь, чтобы ситуация была правильно понята, а у меня пока не получается слабое воздействие. Все камешки летят словно пули.

Я оглянулся на озеро. На воде метрах в пятидесяти расходились в стороны круги

- Камешки, значит, кидаешь... - задумчиво сказал я, и тут меня осенило. - Ну не буду тебе мешать, тренируйся! Это действительно важно! А мы пока... Света, - накрыл я своей ладонью ладошку Светланы. - Может, не будем мешать Ирине?

- Вы мне не мешаете! - быстро проговорила Ирина.

- Всё равно, чего нам дремать-то около тебя! Света я предлагаю сходить, поесть малины. Она сейчас спелая-спелая... Это недалеко, да ты наверно и сама помнишь, как мы через нее пробирались сюда...

Света открыла глаза, подумала секунду, другую и кивнула головой.

- Пошли.

А я торопливо сказал Ирине, чтобы она не испортила нам всю малину.

- Я тебе принесу малины! Насобираю и принесу! А ты тренируйся, тренируйся!

Но Ирина для себя уже всё решила.

- Самая вкусная та малина, которую собираешь сам! Так что я иду с вами!

- Ну, пойдемте, - уже без прежнего энтузиазма сказал я. - Только накиньте на себя что-нибудь, там могут быть комары, а уж колючки-то там точно будут!

В лесу, как я и подозревал, уединиться со Светланой мне не удалось. Ирина ходила за мной словно привязанная, и иногда даже малину мы собирали с одной ветки разом, словно и не было всё вокруг красным-красно от спелых ягод. В результате Света решила, что я хочу уединиться не с ней, а с Ириной и поскольку она была не такая настырная, какой оказалась Ирочка, то деликатно исчезла в зарослях, предоставляя тем самым нам свободу действий. Вот только о свободе действий мне, после проверки магических способностей Ирины, и думать не хотелось. Тем более что, как призналась сама Ирина, она ещё не отработала слабое воздействие.

"А если она отправит меня в полет здесь, в лесу, то после пролета сквозь малинник я может, и выживу, но вот встречи с любой из здешних сосен уже не перенесу".

Поэтому я усиленно игнорировал все намеки Ирины, а она провокаторша такая, словно нарочно несколько раз даже как бы случайно прижалась ко мне своим бюстом, а ручкой задевала и вовсе бессчетное количество раз. Но я был холоден, вернее старательно демонстрировал холодность и делал вид, что не замечаю, как она на меня завлекательно смотрит. Но долго это продолжаться не могло. Ирина видя, что я на ее провокации не поддаюсь, явно разозлилась. Улыбка пропала с ее лица.

"Так, придумывает какую-то пакость! - в панике понял я. - Вот ведь напасть-то! Куда ни кинь, всюду клин! Проявляешь внимание, недовольна! Не проявляешь внимания, тоже недовольна! И что нам бедным не магам делать?"

Но делать ничего не пришлось, поскольку не успела Ирина приступить к решительным действиям в отношении такого непонятливого меня, до которых она похоже уже созрела, как раздался пронзительный полный ужаса крик Светы. Все мысли кроме одной мгновенно вылетели из моей головы.

- Быстрее к Светке!

Мы ломанулись с Ириной сквозь кусты одновременно, но высокие каблуки у Ирины не позволяли ей бежать быстро, поэтому на полянку, где, прижавшись спиной к стволу тонкой молоденькой сосны, сидела Светлана, я выскочил первым. Мне сразу бросились в глаза две вещи: раскрытые широко, до самого предела голубые глаза Светланы и огромный бурый медведь лохматой горой, лежавший на другом краю полянки. Мельком глянув на Светлану и не заметив у нее никаких кровавых ран, я сосредоточился на медведе. Он лежал совершенно неподвижно, уткнувшись носом в землю. Глаза у медведя были плотно закрыты. Помня о звериной хитрости медведей (что-то такое всплыло из книжек о животных, читанных в детстве) я решил не подходить к нему, а вообще постараться убраться с поляны как можно быстрее и по возможности без резких движений, чего медведи страшно не любят. Я медленно присел рядом со Светланой и тихонько прошептал.

- Плавно поднимайся на ноги, и медленно отступаем в лес! - но был полностью проигнорирован находящейся в шоке девушкой. Меня она явно не слышала, а тащить ее на руках имея медведя за спиной (спит он что ли, подлец?) было не разумно. Вдруг придя в себя, Света сдуру заорет и начнет вырываться? Пока я раздумывал, что бы такое предпринять, не сводя при этом глаз с искусно притворяющимся дохлым медведя, раздался треск сухих веток, в изобилии валяющихся всегда в сосновом лесу и на поляне возникла, запыхавшаяся, немного поцарапанная малинником Ирина. Медведя она не заметила, поскольку я, при ее появлении поднялся на ноги и стоял так `удачно`, что перекрывал ей обзор, но зато сразу же увидела впавшую в прострацию Светлану.

- Что с ней? - спросила, а вернее прокричала возбужденная Ирина. В ушах у меня зазвенело. Я поморщился.

"Голосок-то у моей возлюбленной имеется и очень, очень неслабый, а я об этом и не подозревал..."

- Не кричи ты так громко! - скривился я и демонстративно поковырял пальцем в ухе. - Медведя разбудишь! - добавил я уже нормальным голосом. Таиться смысла не было. Раз этот медведище не поднялся на дыбы и не наложил кучу дерьма после Ирининого вопля по децибелам вполне сравнимого с взлетающим Боингом, то уж разговаривать, а не шептать было можно вполне.

- Какой ещё медведь!? Где!? - Ирина сразу же напружинилась и выставила ладони вперед. В общем, приняла уже знакомую мне стойку. Ладони ее естественно были направлены на меня.

- Успокойся... - прорычал я, шустро отскакивая в сторону. Окончание фразы я сглотнул, поскольку в нем содержалась очень нелицеприятная характеристика Ирины, как женщины. Но снова сработал инстинкт самосохранения, сдавил мне горло, и окончания фразы наружу не вышло, а вышло лишь некое сипение. Но поскольку я отскочил, то теперь медведя она увидела, и отвечать на ее вопрос мне было уже не нужно.

Далее было знакомое мне шевеление пальчиками и словно что-то тяжелое ударило лежавшего медведя по морде. Удар был хорош. К. Клей, М. Али и В. Кличко отдыхают. Морда медведя поменяла свое местоположение и скосилась вбок, открывая круглую, с мой кулак величиной, дыру в горле зверюги.

А дальше произошло то, чего я никак не ожидал. Ирина смело, не чинясь, прошла через поляну, пнула медведя по многострадальной морде, носком своей туфельки и хмыкнула.

- Так он же дохлый!

- Это я уже понял! - проворчал я, досадуя на себя, за то, что первой успела поставить диагноз медведю Ирина, и снова присел на корточки рядом со Светой. В себя она приходить по-прежнему не желала. Взгляд широко раскрытых голубых глаз был направлен в никуда, рот раскрыт, а губы дрожали.

- Извини Светочка, но это для твоего же блага, - пробормотал я и влепил любимой девушке пару хлестких смачных пощечин. Звук пощечин донесся до Ирины всё ещё стоявшей около медведя. Она вихрем примчалась обратно и прошипела мне в ухо.

- Ты что творишь негодяй!?

- Привожу в чувство. Проверенный веками метод. Вычитал в Интернете, да вот применить на практике никак не удавалось...

Но оказалось, что момент для шуток я выбрал неудачный. В данный момент чувство юмора у Ирины начисто пропало, и она, склонившись к моему уху, злобно прошипела.

- Если ты ещё раз ее тронешь...

- Не трону, больше не трону, поскольку нужды уже нет! Вон приходит в себя!

Пощечины и в самом деле подействовали. Напружиненная до того Светлана, обмякла, глаза закрылись, из них потекли слезы, крупные и частые. И только я нацелился обнять Светланку, утешить ее, как, получив неслабый тычок в плечо, отлетел на пару шагов в сторону, а Ирина в свою очередь проделала то, что собирался сделать я, то есть прижала рыдавшую уже во весь голос Свету к своей груди.

"Кажется, меня в очередной раз приложили магией, магией Воздуха, если верить журналам... Стало быть Ирина уже освоила и слабые воздействия, а то `мне надо тренироваться, мне надо тренироваться...` Ладно будем оптимистами и порадуемся, что я от ее тычка не полетел сейчас сквозь этот сосновый лес, сшибая сосны своей головой!"

Всхлипывания не прекращались, и я от нечего делать прошелся до медведя. Присел и начал разглядывать дыру в горле медведя.

"Ах ты, черт! А дыра-то сквозная! Вон там, с той стороны травка виднеется... И по краям дыры шерсть обгорела... Ну точно паленым пахнет, понятно откуда... Выглядит всё это так словно кто-то прострелил мишке горло, чем-то очень горячим, ну соответственно он и завалился на травку мордой вперед!"

Пока я рассматривал медведя, Ирина смогла успокоить Свету и уже вытирала ей глаза своим носовым платочком.

- Что случилось, Света? - тихо спросила Ирина, убедившись, что Светлана окончательно пришла в себя.

- Я вот ... вышла на поляну, а он там стоит... на двух лапах, пасть раскрыл, а она такая огромная... с желтыми клыками...

- Не чистил, стало быть, зубы, не заботился о своем здоровье... - не удержался я.

- Помолчи герой, сейчас-то ты смелый, а встреть такого сам, уже штаны бы отстирывал на озере! - злобно рявкнула на меня Ирина и, ласково обратившись к Свете, спросила.

- А потом? Что потом было?

- Я и сама не знаю. Я заметила только, как передо мной появился сверкающий шарик, сине-белый такой и потом он полетел к медведю. Быстро очень полетел... Потом медведь упал, а я... закричала.

- Ладно, - помолчав немного, чтобы убедится, что больше ничего Света добавить не хочет, сказала Ира. - Пойдемте к дому. Чего тут сидеть!

Опираясь на Ирину, Света поднялась на ноги. Они пошли, не спеша через лес к дому. Я брел за ними и думал.

"Вот так вот! Магия Огня! Видимо от страха прорезались и у Светланы способности к магии. Ну что ж теперь и за Светлану голова болеть не будет. И она станет важной птицей, богатой аристократкой, войдет в клан и заживет неплохо. А я? Может, и у меня проявятся какие-нибудь способности? Я тоже хочу в аристократы! Как там Ирина говорила: ощущаешь в себе прохладную струю, она идет из груди к рукам и преобразуется в вихрь или в случае Светы в огонь..."

Я сосредоточился, напрягся изо всех сил и ... ничего. В течение десяти минут пока мы шли до дома, я кряхтел, напрягая всё свое тело, задерживал дыхание, но всё впустую, ничего, никаких прохладных струй в своем организме я не ощутил, а соответственно никакого видимого эффекта от моих усилий не было.

Дойдя до любимых кресел на лужайке перед домом, обе девушки рухнули в них, словно подстреленные.

- Вадим! Пожалуйста, принеси что-нибудь попить, а Свете ещё и стресс надо снять! - попросила Ирина на удивление нормальным голосом.

- Бегу, уже бегу! - ответил я, стараясь, чтобы в моих словах не было и намека на сарказм, и отправился на кухню за укрепляющими настойками.

Немного подумав над нашей, уже немного уменьшившейся винотекой, я остановил свой выбор на кальвадосе.

- И успокаивает, и расслабляет! - бормотал я, оглядывая пузатенькую бутылку французского кальвадоса Шато дю Брей восьмилетней выдержки. - Так где-то, кажется, ещё шоколадки были... Ага вот они! Порадую девушек! Думаю, они с кальвадосом не сталкивались!

- Вот, - сказал я и продемонстрировал принесенный бутылку. - Восьмилетний кальвадос, пить маленькими глоточками и закусывать шоколадкой.

Я выложил шоколад на стол.

- Крепковато, - решила, сделав малюсенький глоток, осторожная Света,

- Неплохо! - оценила, сделав глоток побольше, выглядевшая очень уверенной в себе Ирина.

Я тоже отхлебнул немного из своего бокала.

- Раньше кальвадос считался мужским напитком, но поскольку вам потребовалось расслабление..., да и потом я подумал, что сейчас, когда женщины встали вровень с мужчинами и успешно занимаются ранее чисто мужскими делами, то и вам можно попробовать приобщиться к сему замечательному напитку. Тем более, что вы, как будущие аристократки...

Ирина раскрыла рот, наверняка, чтобы высказаться по поводу моего замечания о женщинах вставших вровень с мужчинами, но Света снова успела первой.

- Ты сказал аристократки?!

- Да Света! Именно так! Это ты создала тот фаербол, который и прикончил этого мохнатого любителя малины.

- То есть ты хочешь сказать...

- Да, ты маг Огня и можешь сама легко в этом убедиться. Как там ты говорила Ирина: сосредоточиться и ощутить в себе прохладную струю?

Ирина кивнула, подтверждая свои слова, и сделала ещё глоток. Для нее крепость кальвадоса проблемой не была. Да и удивлена она тем, что Света вдруг стала магессой, не была. Просто внимательно прочитала журналы и очевидно тоже догадалась раньше. Я всё больше убеждался в том, что я и не знал настоящую Ирину! Всё у нас с ней уходило в один секс. Правда, это был потрясающий, сумасшедший секс. Мы даже разговаривали мало, когда были не в постели, а целовались. Но с другой стороны этого и следовало ожидать. Папе была нужна именно секретарша, умная и умелая, а любовниц у него хватало и без того, при его-то деньгах...

- А если я попробую... проверю, - спросила Света, поставив на стол бокал и подняла свои ладошки. Я уже привычно метнулся в сторону. Хоть я и не находился на одной прямой между Светой и озером, но осторожность не повредит. Маг Огня, это даже не маг Воздуха, шансов выжить с дырой в груди или в каком-либо другом месте у мне не будет. Расположившись сбоку, я внимательно наблюдал за тем, что делает Светлана, но, как и в случае с Ириной никаких надуваний щек, никаких судорожных телодвижений не было. Только легкая сосредоточенность на лице. Раз. В метре от нас возник светящийся сине-белым огнем шар с теннисный мячик величиной. Два. Он стремительно унесся вдаль. Три. Врезался метрах в ста от нас в воду. Вшшших! Столб пара мгновенно взлетел вверх и медленно начал развеиваться в прозрачном вечернем воздухе.

Я попытался повторить, хотя бы внешне действия Светы.

"Ничего! Совсем ничего! Даже намека нет! Обидно! Видимо магом мне не быть!"

Ирина, глядя на Свету, тоже решила потренироваться. Камешки, усыпавшие берег, сучья, валявшиеся под деревьями, всё пошло в дело. Весь этот мусор с разной скоростью и по разным траекториям полетел в озеро. Света же наслаждалась фонтанами воды, влетавшими вверх всякий раз, когда сотворенные ею фаерболы врезались в воду. При этом они обе не забывали потягивать кальвадос и мнение Светланы относительно крепости напитка, похоже, было уже забыто.

Тут вдруг Ирина вдруг прекратила свои упражнения с камешками и, повернувшись ко мне, спросила.

- Вадим, а ты, что же не попробуешь? Может и у тебя есть способности?

Света, услышав вопрос, поддержала Ирину.

- Давай, попробуй, а то как же... - при этом Света отвлеклась и созданный ею огненный шарик, висевший в воздухе в паре метров от стола начал бледнеть, съеживаться в размерах и, в конце концов, просто исчез. Свету это не расстроило. Она даже не обратила на это внимания, с напряженным ожиданием глядя на меня.

- Хорошо, я попробую... - согласился я и не стал говорить, что практически всё время только тем и занимаюсь, что пытаюсь пробудить в себе эти самые способности к магии. Не хотелось вот так сразу разочаровывать девушек. В общем, я сделал умное лицо, напрягся, старательно шевелил пальцами, надувал щеки, но после пяти минут отчаянных усилий даже до девушек дошло понимание, что всё без толку. Магия появляться не желала.

- Хм...- задумчиво сказала Ирина, сидя в кресле с бокалом кальвадоса. - Эта магия появилась у нас со Светой не просто так. Каждая из нас испытала определенный стресс перед тем, как прорезались способности. У Светы стресса было больше, у меня меньше...

Света со своей непосредственностью не дала Ирине развить мысль.

- А что у тебя был за стресс, Ира? Ты мне не говорила ничего!

Ирина досадливо поморщилась, отхлебнула из бокала и сказала.