Белоснежка и семь самураев

Королева кивнула. “В этих краях все зависит от контекста. А основном, ты видешь то, что ожидаешь увидеть. Думаю, что если бы я позвала стражу, чтобы уволочь тебя в темницу, двери распахнулись бы и сюда ворвались бы стражники. Но если бы мы на цыпочках прокрались из этой комнаты и пошли бы их искать, то никого бы не обнаружили. Так здесь все работает. Или работало,” - кисло добавила она, — “пока кучка малолетних идитов…”

“Итак, мы скорее всего сейчас в полном одиночестве,” — передернула плечами Сестрица. —”Понятно.”

“Необязательно.” Царица встала и потянулась как кощка. “Если я хоть что-то понимаю в том, что показало то ведро, все обычные функции отключены или разлажены. Они перемешаны как попало. Что конечно еще хуже,” — добавила она. - “Гораздо хуже.”

“А.”

“Если бы зеркало было просто вычищено, понимаешь,” — продолжила Царица, “мы бы просто переинсталлировали его из ведра. Но мы не можем этого сделать, потому что все в зеркале по-прежнему существует. Ты понимаешь?”

“Нет,” — призналась Сестрица, — “но звучит ужасно.”

“Что ты говоришь!” - сказала, ухмыляясь Царица. “Что ж, не стоит весь день сидеть и горевать. Я хочу кое-что попробовать. Может, сработает.”

“Ах,” — сказала Сестрица с надеждой. - “Думаете должно?”

“Нет. Но других идей у меня нет, так что я попробую эту. Готова?”

Сестрица кивнула и оступила на пять шагов назад, пока не уперлась в резной дубовый стол. Тем временем Злая Царица открыла шкаф и достала оттуда метлу.

“Не мой реквизит, вообще-то,” — сказала она. - “Скорее ведьмовская метла, отсюда и наклейка на ручке с надписью Моя вторая метла это Аддис. Лично я думаю, что вся эта эскапада обречена изначально, но мы скоро узнаем.”

Она села на пол с метлой в одной руке и положила другую на край ведра. “Зеркало,” — сказала она.

Обычная рябь; затем появилось лицо бородатого очкарика. Прежде чем ему удалось высказаться далее “Непра…”, Злая Царица подняла метлу над головой и обмакнула ее прутья в воду. Послышалось шипение, как при жарке сосисок, и появилась струйка дыма.

“Думаю, это приведет к катастрофе,” — весело сказала Царица. - “Что ж, неважно.”

“Что Вы пытаетесь сделать?” — прошептала Сестрица из-за табуретки.

“Подсоединить метлу к ведру,” - сказала Царица, почти полностью покрытая облаком дыма. - “Ведро контролирует метлу, метла сматывается на поиски Карла, находит его, Карл чинит это безобразие, дело сделано. Это была бы хорошая идея, если бы существовал малейший шанс осуществить ее.”

Сестрица выглянула из за табурета: “Что-то происходит,” - сказала она.

“Совершенно верно,” - ответила Царица. - “Но между чем-то, и чем-то полезным, или даже чем-то безвредным иногда существует разница. Спроси любое правительство. О Боже, я думаю, что происходит что-то очень даже ужасное.”

Метла вырвалась из рук Царицы и забалансировала на поверхности воды в ведре, как какая-то пророчица всех веников, сверкая кобальтово-синим цветом. Присутствовало также некое жужжание, которое Сестрице совершенно не понравилось, и едва заметный, но противный запах.

“На данном этапе,” - сказала Царица, — “мне следует схватить метлу и попытаться вытащить ее, пока дела окончательно не вышли из-под контроля. Но я этого делать не стану, так как отлично знаю, что она лишь заискрит и отшвырнет меня в дальний угол комнаты.”

“Она это сделает?”

“Обычно именно так и происходит. Я же тебе сказала, что эта идея была изначально обречена на неудачу.”

Метла на пару сантиметров погрузилась в воду. Затем она начала раскачиваться из стороны в сторону подобно расшатанному зубу, который трогают пальцами.

“Ну вот,” — сказала Царица. - “На твоем месте, я бы быстро взобралась на что-нибудь.”

Точным незаметным движением, как в ускоренном просмотре пленки об охоте триффида, метла выскочила из ведра и начала ковылять по полу оставляя за собой след, подозрительно похожий на мыльную пену. Царица отскочила как раз во время, чтобы спасти свои туфли, и вскарабкалась на низкую табуретку.

“Что это она такое делает?” — прошептала Сестрица.

“Ну,” - ответила Царица, —”похоже, что метла нормально подсоединилась к ведру, но ведру не удалось отменить основную программу метлы. То есть,” — продолжила она в то время, как метла начала шаркать туда-сюда по полу среди мутных лужиц, — “метла принялась делать то, для чего и была изобретена, а именно мести пол. Как я и сказала,” - добавила она мрачно, — “катастрофа.”

“Катастрофа? Вряд ли она нанесет большой вред лишь…”

“Ты невежественна или просто тупа? Поразмысли, девушка. Она собирается продолжать в том же духе бесконечно, и ее абсолютно невозможно выключить.”

“Ох,” — глаза Сестрицы округлились. - “Вы имеете в виду как в Ученике Волш…”

“Да.” - Царица весьма сильно покраснела. - “В точности. Снова. Другие учатся на своих ошибках. Но, очевидно не я.”

“Вы хотите сказать, это вы были…” - Сестрица умолкла, подавила смешок и продолжила. “Но я думала, что ученик был гм парнем.”

“Ты еще вдобавок ко всему и шовинистка? Позволь дать тебе крохотный совет. Если ты планируешь сделать себе дипломатическую карьеру, то сейчас подходящие время подумать о других вариантах.”

Метла уже покрыла половину пола мыльным ковром по колено. Сестрица вспрыгнула на табурет и качнулась, чтобы увернуться от вихляюшейся ручки метлы.

“Ну и что же нам теперь делать?” - крикнула она.

“Хватит задавать мне этот вопрос.”

“Но что Вы сделали … в прошлый раз?”

“Подождала, пока волшебник не пришел домой и не выключил ее. К сожалению, он мертв…” - по лицу Царицы промелькнуло странное выражение, — “или что-то вроде; так что этот вариант не реализуем. У тебя есть еще идеи?”

“Нет,” - ответила Сестрица, — “никаких. Но с другой стороны, я не стала бы заводить эту штуку.”

Царица задрала юбки до колен, поскольку мыльные хлопья брызгали ей на ноги. “Единственное, что приходит в голову - это опрокинуть ведро,” - сказала она. “Это вероятно остановит метлу, но мы потеряем все, что там хранится.”

“Что, воду?”

“Запасную копию зеркала. Навсегда. А без нее…”

“Мы никогда не найдем Карла.”

“А еще важнее, никогда не починим мою систему.” Она посмотрела вниз на растущие мыльные волны и очень аккуратно начала карабкаться на ручку кресла. “Выражаясь словами покойного Оливера Харди Оливер Харди (1892.1957) комик американского кино 1920-50х годов. прим. пер.…”

“Почему бы нам просто не убежать?” - прервала ее Сестрица.

“Еще одна достойная переделка… Что ты сказала?”

“Убежим. Оставим все это и уйдем. Ведро можем захватить с собой.”

Злая Царица на минутку задумалась. “Ты хочешь сказать, смотаемся и оставим разбор этого завала кому-нибудь другому?” - сказала она.

“Мне всегда удавалось.”

Кресло зашаталось и Царица взвизгнула. “Ладно,” - сказала она. “Почему бы и нет? Вместо того, чтобы взять на себя ответственность за этот хаос, будем безответственными.” Она соскочила со стула, который упал, и приземлилась на полу с всплеском мыльных хлопьев; затем она схватила ведро, заорала “Пошли!” и направилась к двери. Они вдвоем проскользнули в дверь, едва увернувшись от метлы.

“Ква,” — произнес страшый серый волк. - “Ква-ква-ква.”

Сова, приписанная к стае департаментом воздушной разведки перевела: “Он пытается сказать,” - прочирикала она, — “что он будет гм квакать и раздувать щеки, а затем снесет ваш дом.” Она умолкла и почистила клювом перышки . “По-крайней мере мне показалась, что он так выразился,” — сказала она сомневаясь. “Послушайте, вы в бункере. Вы, ребята, что-нибудь, поняли? Я давно не говорила по-лягушачьи.”

Внутри, в командном центре бункера, Юджин огромным усилием воли сдержался от очевидного ответа. “Понятно,” - сказал он. - “Можешь передать ему от меня, чтобы не пыхтел зря.” Он нахмурился, подумав, что в данных обстоятельствах мог бы отыскать выражение получше. “Лягушек я не боюсь,” — уверенно продолжил он. - “Мы пока не слышали о лягушке, которая бы…”

Позже, в госпитале, вышедши из комы, Юджин вспоминал, что метод, использованный лягушкой был чем-то вроде выдувания яичного желтка через прокол в противоположной стенке яйца. Именно так он объяснил это своим братьям.

Джулиан закрыл рот, который распахнулся, как дверца одного из тех грузовиков, которые перевозят дешевые телевизоры. “Это сделала лягушка?” — прошептал он.

Юджин кивнул, насколько ему позволил поддерживающий воротник. “Маленькая зеленая лягушка размером с яблоко. Джулиан, что происходит? Это уже из копытц вон плохо.”

Джулиан с минуту сидел, теребя кольцо в носу. “Не знаю,” — признался он под конец. “Иногда мне кажется, что я начинаю понимать, что происходит, но потом все опять затуманивается. Вместо того, чтобы разбираться, давайте лучше сделаем что-нибудь. Я нашел гнома.”

Юджин приподнял бровь - ту, что не была покрыта швами. “Ты имеешь ввиду гнома без имени?”

Джулиан кивнул: “Вообще-то его зовут Дампи. Как бы то ни было, он согласился помочь, и он вербует других гномов, которые, по его словам, ему понадобятся.”

“Ох,” — вздохнул Юджин. “Это нам дорого обойдется,” — сказал он.

“Возможно. Но не беспокойся, мы справимся. Ты давай выздоравливай. Знаешь, сколько стоит твое содержание здесь?”

“Это не потому, что я мечтал сюда попасть,” — горько сказал Юджин. “Здесь полно ужасно изуродованного народу. Вчера доставили одного парня, который попал в такую переделку, что его принесли в шести мешках.”

“Боже,” — пробормотал Юджин. “Что с ним приключилось?”

“Свалился со стены, мне сказали. Был так плох, что пришлось позвать группу военных хирургов-специалистов. Впрочем, они его все же заштопали.”

Джулиан резко взглянул на него: “Заштопали таки?” - спросил он.

“Так точно. Отличная работа, что ни говори. Вон он, видишь, в дальнем конце у стены. Большой безголовый парень в форме яйца.”

“Тот у которого пони меряет температуру?”

“Он самый. Ты его знаешь?”

“Слышал о нем,” - ответил Джулиан. “Так мне кажется.” Постаравшись не быть слишком очевидным, он повернул голову и пристально посмотрел на него. “Несомненно целый,” - признал он с явным волнением в голосе. - “Что тут можно сказать?”

Пациентка с соседней койки, заметив интерес Джулиана ухмыльнулась. “Обалденное представление,” — прошептала она. “Сестра сказала, он был в операционной щестнадцать часов. Там был целый батальон Королевских Инженеров и семьдесят пони с резинками и клеем. Нынче чудеса творят.”

Джулиун, нахмурившись, кивнул. “Чудеса,” - сказал он. “Извините, мы с Вами не встречались?”

“Сомневаюсь,” - ответила пациентка. - “разве что Вам приходилось встречаться с сантехниками, потому что именно этим я и занимаюсь. Кстати, меня зовут Джилл. Приятно познакомиться.”

“Взаимно.” Поросенок посмотрел в сторону, потом резко повернулся назад. Голова Джилл была как следует забинтована. “Прошу прощения, если мой вопрос покажется слишком личным,” - сказал он, — “но не Вы ли работаете в паре с Джэком?”

“Он мой деловой партнер. Вы о нас слышали?”

“Кажется, да. Похоже, Вам здорово не повезло,” - нейтрально заметил он. - “Что произошло?”

Джилл состроила гримасу: “Скатилась с холма, совершенно по-идиотски. Джэк в порядке, а вот мне не повезло.”

“Джэк в порядке?”

“О да. Типа “Я в порядке Джэк”, но наоборот. Почему Вы спрашиваете?”

“Просто так,” — неубедительно ответил Джулиан. “Чисто из любопытства.”

Вскоре появилась медсестра и выпроводила посетителей. По дороге домой Джулиан был необычно молчалив. Десмонд, который описывал ему свой план мобильного дома, привязанного к наполненному гелием дирижаблю (“Улететь у нас получиться, спустится вниз - нет.”) внезапно остановился и помахал передним копытцем перед пятачком Джулиана.

“Джулиан,” - сказал он. - “Хватит. Ты похож на дядю Клода, после того, как ему всыпали петрушки и лука.”

“Извини,” — вздохнул Джулиан. “Я просто размышлял над словами Джулиана; помнишь, что все идет из копытц вон плохо. Он прав. Происходит что-то очень странное.”

“Ну и что? В здешних краях это часть быта.”

“Возможно. Думаю, мне надо еще подумать.” Он поморщил нос и потянул воздух, как будто почувствовал трюфеля.

“Возможно, я начинаю видеть несуществующие вещи. Знаешь, заговоры и паранормальные явления и прятки, когда все притворяются, что все идет как надо. Есть слово, которое это описывает.”

“Американец?”

“Параноик. Возможно, я становлюсь параноиком.” Он передернул плечами. “К черту,” - сказал он. - “Пошли, я куплю нам по репе в Ведре и Помоях.”

На входной двери домика Дракона Отмстителя висела записка. Она была написана на розовой надушенной записочной бумаге и звучала так:

Весенний ветер в ивах,

Звезда светит в небе.

Вынести мусор.

“Здорово она со словами обращается,” - заметил Мистер Хирошиге, рассеянно расправляя лепестки теребимого ветром цветка одетыми в кольчугу пальцами.

Сидящий рядом Мистер Мироку кивнул: “Мне особенно понравилось, как она использовала образ весны, время обновления природы, чтобы навести на мысль о новом мусорном пакете. Чья очередь?”

“Я делал это в прошлый раз,” - сказал юный Мистер Акира. - “И в позапрошлый.”

Два других поразмыслили над этим. “По сути дела,” — заметил Мистер Мироку, — “у тебя уже есть заметный опыт по выносу мусора.”

“Верно,” - сказал Мистер Акира.

“Даже, можно сказать, экспертиза.”

“Может быть. Это не так сложно.”

“Для тебя, возможно,” — вежливо сказал Мистер Мироку. - “Аналогично, обученный скульптор с легкостью создаст совершенную нетсуке из малейщего кусочка кости в то время, как мы с тобой не знали бы с чего начать. Думаю, что твоим детям будет еще проще, и так далее в поколениях.” Он улыбнулся. “Продолжай,” - сказал он. — “Ты ведь не возражаешь, если мы понаблюдаем? Смотреть на мастера за работой всегда вдохновляет.”

Мистер Акира пожал плечами и поплелся за домик. Чуть позже он вернулся с двумя туго набитыми мешками мусора.