КСИОР

Широкое с особым сверхпрозрачным стеклом окно казалось распахнутым. Комната была полна солнцем.

Вова взглянул на потолок — чуть зеленоватая светящаяся цифра «8» напоминала: пора вставать. Мальчик протянул руку, чтобы откинуть одеяло, и не нашел его. В 1981 году только немногие, по старой привычке, пользовались этим предметом обихода.

Спрыгнув на пол, Володя повернул рычаг постели. Плавно, как откидное кресло, поднялся край кровати и плотно вошел в нишу стены. Мальчик хлопнул по стене рукой, сделал два приседания и крикнул:

— Витька!

В ответ из соседней комнаты послышался громкий храп. «Сейчас я его сдерну…» — подумал Вова. Но тут снова заговорил диктор.

«…Передаем предупреждение! Сегодня, ввиду лыжных соревнований, по заказу комитета физкультуры, в районе спортгородка Кавголово произведен сильный снегопад. По просьбе лыжников температура воздуха в Ленинграде до четырнадцати часов будет поддерживаться минус три градуса. Район снегопада возможно распространится на…»

Дальше Вова не слушал. Снегопад! И как некстати сегодня…

— Витька, Витька, да проснись же, — закричал он, бросаясь к двери, — сегодня снегопад…

Реактивщик уже сидел на постели.

— Ну и что? — недовольно пробурчал он.

— Сегодня «Мечта» прилетает, с Пузырьком. Забыл?

Виктор не выразил беспокойства.

— Подумаешь, снегопад… «Мечта» ничего не боится.

— Ну, да?..

— Не веришь? Давай соединимся по видеотелефону, я знаю позывные.

Виктор взял со стула голубоватый комбинезон из блестящей плотной материн — особый костюм с обогревом. Нажмешь красную пуговку над карманом — никакой холод не страшен. Как в электроплитке, побежит по тоненьким проводам в материн ток от батарейки и нагреет комбинезон. Если станет жарко, синенькая пуговка изменит направление тока через полупроводниковые приборчики, и костюм охладится.

В техническом городке Гатчине, где уже две недели жили ребята, многие носили эту легкую и удобную одежду. Такой комбинезон был и у Володи. Но Виктор очень гордился своим потому, что это был подарок летчиков — его новых друзей с аэродрома, где стояла «Мечта»-

Мальчики натянули костюмы и подсели к видеотелефону. Прямо к большому экрану на стене от коробки «телефона» шел толстый шланг с проводами. Чудесный аппарат — и слышно, н видно, с кем разговариваешь…

Володя включил прибор на вызов и стал настраиваться. На крыше дома, где жили ребята, пришла в движение одна из ячеек сложной антенны. Вправо, влево, вправо, влево поворачивалась она, посылая на поиски «Мечты» потоки радиоволн.

Но странное дело, — ребятам никак не удавалось наладить связь. А ведь они не раз беседовали по видеотелефону с Иркутском, и сам Пузырек рассказывал, как надоело ему лежать в больнице и что он ни за что не станет доктором.

«Вдруг «Мечта» опять пропала?» — забеспокоились мальчики.

Однако на этот раз машина благополучно заканчивала свой полет. Коля чувствовал себя превосходно. Он важно сидел в кресле и вел серьезную беседу с пилотом.

Валентин Петрович (так звали солидного, усатого летчика) обстоятельно отвечал на все вопросы мальчика. Как вдруг… Но об этом следует рассказать подробнее. Случайно в разговоре летчик упомянул номер ленинградской школы, в которой он учился в детстве 268-ая. Коля насторожился: это же его школа! Валентин Петрович назвал имя Глафиры Ксенофонтовны, своей первой классной руководительницы. Но это же классная руководительница Коли, Пузырька! От удивления мальчик даже подпрыгнул, — серьезный пилот с усами и трубкой, летчик 1981 года, не кто иной, как одноклассник и сосед Пузырька по парте — Валька Ильин! Тот самый, которого Коля жестоко вздул в лагере в день отлета за то. что Валька привязал консервную банку к хвосту Фотографа.

Как же так? Пузырек, молча, во все глаза глядел на усатое лицо бывшего одноклассника. Всего две недели назад расстались они. Но для Вали Ильина они равнялись двадцати пяти годам — он ведь не обгонял время. За эти годы одноклассник Пузырька вырос, выучился, стал летчиком, у него сын, такой же, как Коля. И вот…

Летчик молчал. Он дважды облетел вокруг земного шара, его атомолет не раз приземлялся во льдах Антарктики. Но такое… Летчик никак не мог собрать разбежавшиеся мысли.

Напрасно мигала маленькая сигнальная лампочка над экраном видеотелефона, гудел зуммер. Вызов Володи и Виктора так и не был принят.

В 1981 ГОДУ В ЛЕНИНГРАДЕ

«Мечта» приближалась к Ленинграду.

Совсем уже близко широкая посадочная полоса аэродрома. Вот смолкли двигатели, и прилетевшую машину окружили люди, а летчик и пассажир все еще не могли придти в себя от изумления. Они, молча, на прощание пожали друг другу руки, и Валентин Петрович, наконец, сказал: «Ну, мы еще встретимся с тобой, старина!»

Из машины первым выскочил щенок. Каким веселым лаем залился он при виде старых друзей. Он прыгал и норовил обязательно лизнуть ребят в нос. А им не верилось, что совсем еще недавно развеселый пес был всего навсего ледышкой!

Пузырек тоже растерялся от радости. Он то обнимал брата и Виктора, то пытался втолковать им про удивительную встречу. Но его не слушали. Ребята рассказывали о чудесах 1981 года. Коле даже обидно стало… Он летал на «Мечте», замерзал, оживлялся. А мальчишки на это и внимания не обращают, знай, хвастаются. Он надул губы.

Инженер проводил друзей домой, и, собираясь обратно на аэродром- осмотреть машину, предупредил:

— Далеко не отлучайтесь. Вероятно, сегодня вечером мы возвратимся в 1957 год. Понятно?

— Уже? — недовольно протянул Виктор.

Лица всех вытянулись. Вернуться, не повидав Ленинграда в 1981 году?

Через несколько минут зеленый обтекаемый электропоезд, сверкая никелем, мчал всех троих по широкой колее. «В Ленинград, в Ленинград», — выстукивали колеса. Город все ближе и ближе. Из-за деревьев вынырнуло шоссе и побежало рядом с окнами вагона. Диковинные машины скользили по нему: маленькие юркие мотороллеры быстро шныряли между распластавшимися, приземистыми легковыми автомобилями. Широко расставленные колеса, высокие гребни вдоль корпуса, яркая окраска. Вот одна желтая с голубой полосой поравнялась с окном. Сквозь прозрачную крышу виднелись пассажиры.

Быстро пролетели станции, пригородные парки. Мелькнули первые городские строения. Еще минута, и электричка вкатилась под своды Балтийского вокзала. Приехали!

На круглой площади мальчики огляделись. Длинной вереницей друг возле друга стояли кургузые каплевидные автомобили с шахматными поясками. Такси! Верх кабинок откидывался, и прямо через крышу в нее входили люди.

Вот сквер с клумбой, сейчас она под снегом. Видимо, этот район был захвачен снегопадом, как обещали по радио. Места знакомые, но где же Обводный канал? Где заводские трубы? Где дым и копоть? Они исчезли. А воды канала протекали теперь в трубах под землей.

Ребята, как завороженные, ходили вокруг сквера и все смотрели, смотрели.

— Ребята, айда сюда! — закричал вдруг Пузырек.

Вова с Витей оглянулись: Коля быстро мчался в сторону Варшавского вокзала. А впереди еще быстрей уплывал верный пес. Задрав хвост, Фотошка изо всех сил перебирал лапами, пытаясь вернуться к ребятам. Какое там! Его уносило все дальше и дальше от друзей. Они кинулись вдогонку и… очутились на одной из лент подвижного тротуара, тянувшегося от вокзала к вокзалу. Быстрая — розовая, рядом более медленная- зеленая и совсем медленная — голубая. А у самых стен оставалась широкая коричневая неподвижная полоса.

Эх. и покатались же здесь Виктор и Коля! Но Володя звал их в такси.

— Садитесь быстрее! — торопил он приятелей, откидывая прозрачную крышу кабины.

На диске, вроде как у телефона, Володя набрал несколько цифр. И не успели спутники спросить, что он делает, как машина тронулась.

— Где ты научился управлять?заинтересовались Виктор и Коля. Володя многозначительно промолчал. Минуту назад, когда ребята катались на тротуаре, дежурный техник объяснил ему. как пользоваться такси.

И теперь Володя важно сообщил друзьям, что «вечемобиль», как называли эти кабинки, движется при помощи токов высокой частоты, которые текут под землей, а управляют вечемобилямн счетные электронные машины. Пассажир только узнает в справочном бюро цифры своего маршрута и набирает их.

Как приятно, когда машина несется по улицам, не задерживаясь. На перекрестках она ныряет в короткий туннель и снопа выскакивает на улицу. Туннели — в два этажа, внизу — машины, наверху- люди.

Умная машина свернула на Невский проспект. Тут также все знакомо и ново. Светлые ряды домов высятся по обеим сторонам. Многие стены, облицованные блестящими плитками, переливаются на солнце, как перламутр.

— Смотрите! — закричал Пузырек, — наш Клуб!!!

И верно, машина приближалась к высокому зданию. Над входом взметнулась вверх надпись: «КСИОР».

— Останови машину! — потребовал Виктор с Пузырьком. Володя нажал рычаг. Стоп.

Ребята вылезли и задрали головы. Серый цвет камня гармонировал с серебристым никелем, и постройка, уходя вверх, словно растворялась в небе. Широкие ступени вели к дверям. Они распахнулись, едва ребята подошли к ним. В просторном вестибюле друзья нерешительно остановились.

— Вы откуда? — спросил дежурный пионер.

Мальчики смешались. Но Володя быстро нашелся.

— Мы только что приехали и через час уезжаем обратно. Покажи нам самое, самое интересное.

Мальчик задумался.

— Ладно, идемте. Только быстро, потому что я дежурный.

Опять сами собой раздвинулись широкие стеклянные двери, пропустив посетителей в просторный зал. Кругом аппараты, распределительные щиты, пульты управления. И лампочки, лампочки и лампочки. Одни светились зеленым, другие красным, иные фиолетовым светом.

— Что это? — спросил Вова.

— Зал автоматики, — ответил дежурный и тут же закричал: «Ты куда? Постой!»

Вместе с Володей он едва успел схватить реактивщика, когда тот уже взялся за какую-то рукоятку.

— Это же опасно!

— Тогда покажи сам! — потребовал Виктор.

— А я и веду вас, — ответил дежурный, чуть исподлобья посматривая на Виктора. «Откуда ты такой взялся», — говорил его взгляд.

— Почему в КСИОРе так пусто? — спросил Пузырек.

— Спорт-час. Все на нашем стадионе. — ответил проводник.

— А почему нигде взрослых не видно, — поинтересовался Володя.

— Их только иногда по приглашению пускают, — пожал плечами дежурный. Он не понимал, почему мальчики не знают таких простых вещей.

Путешественники миновали еще несколько удивительных помещений. Вот прошли комнату без окон, где мягкий голубоватый свет лился из больших прозрачных чаш, точно он был налит в них. Вот пробрались по стеклянному коридору. Странно было двигаться по прозрачному полу, точно по воздуху. У Фотографа расползались лапы, и Коле пришлось взять своего неразлучного друга на руки…

— Пришли!

Ребята задержались у двери с табличкой «Лаборатория юннатов».

— Нашел интересное! — протянул Виктор. Но мальчик-проводник гордо заявил: «Тут я работаю!» — и открыл дверь…

Ребята сделали шаг и попятились, а Коля едва удержал щенка.

За толстыми решетками из прозрачных прутьев разгуливали диковинные звери. Уши — не меньше метра длины, голова, как у быка, а задние ноги… Самый маленький зверь ростом превосходил Пузырька.

Страшилища скакали по клетке и угрожающе шевелили усами. Вот большущее бархатное ухо просунулось между прутьями. Виктор попятился.

— Что ты! Это же кролики. Они ручные, — засмеялся юннат, — дай нм морковку.

Виктор с опаской взял морковь и покосился на зубы исполина-кролика. Может быть, руку оторвет?

— Не бойся, — продолжал юннат, — это самые обыкновенные кролики. Только мы их рост ускоряем. Кормим биоконцентратом. Слыхали?

Виктор промычал что-то невнятное и спросил:

— Это что же за концентратор, такой?

— Не концентратор, — поправил хозяин, — а концентрат или биостимулятор. Это самые первые опыты. Мы не знаем еще, как эти кролики будут себя чувствовать.

— Чувствовать, чувствовать! — перебил Виктор. — Это же слоны, а не кролики. А у людей можно тоже ускорять рост?

— Зачем? — удивился мальчик.

Но тут вмешался Володя и стал расспрашивать проводника.

Виктор не мог успокоиться: как это «зачем»? Конечно, чтобы стать взрослым! Взрослым хорошо: хотят — гуляют, хотят — смотрят кино, уроков никаких, и в девять часов спать никто не загоняет…

— А какой он, концентрат? — прервал Виктор.

Дежурный с минуту поколебался, биостимулятор, хотя и хранится здесь, но брать его не полагается.

Но гости не возьмут, только посмотрят. Мальчик приоткрыл шкафчик в стене н показал на груду каких-то кубиков. Точь в точь такие же Пузырек видел дома, мама из них варила бульон…

Один кролик смешно и неуклюже подпрыгнул в клетке. Фотошка залаял.

Исполин испуганно прижал уши. Все рассмеялись. Только Виктор не улыбнулся. Перед ним сверкающей грудой лежали кубики с таинственным препаратом… Проглотить и вырасти! Он протянул руку, но тотчас отдернул обратно.

Брать или не брать? Колебался не долго. Только для науки, уговаривал он себя, проверить, как на человека действует… Не отрывая глаз от товарищей, Виктор стянул две плоские коробочки и сунул их в карман. Потом независимо отошел от шкафчика и, просунув руку за толстые прутья, с бьющимся сердцем принялся гладить и трепать большие мягкие уши.

Дежурному пора было возвращаться.

Мальчики поблагодарили его, пожали руку и вышли на улицу.

РЕЗУЛЬТАТ ОПЫТА

На аэродром друзья поспели как раз вовремя. Следом за ними в комнату вошел Дмитрий Анатольевич.

— Вылетаем завтра утром, — объявил он.

После ужина Дмитрий Анатольевич обратил внимание на Виктора. Всегда неугомонный, он грустно сидел в уголке дивана и гладил притихшего щенка. Уж не заболел ли? Но реактивщик заверил, что чувствует себя превосходно. Дмитрий Анатольевич с сомнением покачал головой. Но его ждали на аэродроме, и он уехал.

Перед сном у Виктора поднялась температура: 40,7 показывал градусник. Виктор непрестанно просил есть, и это сразу после ужина… Володя собрался уже вызвать Дмитрия Анатольевича, но Виктор остановил его: вдруг вылет расстроится? А домой уже так хочется!