Произнеси её имя (ЛП)

— Я сделаю это! — тут же предложил Кейн, потирая руки.

— Нет! Не надо! — Судя по выражению её лица, бедная Лотти была на грани нервного срыва.

Сэди встала, бросая невидимую перчатку.

— Итак, если история — полнейшая чепуха, то вызвать ее не станет для вас проблемой.

— Иди, подай пример! — резко бросила Ная. О, Боже. Бобби видела такое уже множество раз… Ная Санчес просто не знает, когда отступить. Она сама бросается под надвигающуюся бурю. — Почему бы тебе самой не сделать это, если ты у нас такая крутая?

— Вздох. Перемотка — я уже сделала! — Сэди стала в позу руки на бёдрах, настолько же упрямая, как и её заклятая подруга…

— Тогда почему ты не умерла? — наконец заговорила Бобби, надеясь потушить огонь Наи. Она натянула рукава ее вязаного джемпера поверх ладоней, чтобы сохранить их в тепле.

Сэди замялась в центре круга, ей подпортили малину.

— Я не знаю! Не сработало. Но Лотти может подтвердить, она видела, как я делала это!

Голова каждого в дымной постройке повернулась к растерянной Лотти, которая, честно говоря, могла бы согласиться со всем, что бы не сказала ее лучшая подружка.

— Это правда. Она сделала это три ночи назад… и она все сделала правильно, но ничего не произошло. Хотя было действительно страшно!

— Шутишь, что ли? Фальшивый призрак не явился? Я в шоке. — Губы Грейс скривились в слишком уж знакомой усмешке.

— Ладно. Тогда сделай это. Или испугалась? — настаивала на своём Сэди.

Грейс зашлась от хохота.

— Сэди, детка, неужели ты действительно думаешь, что это сработает на мне? Я — та, кто изобрёл давление со стороны сверстников.

Сэди рухнула под огромной властью пайперхолловской персональной Кровавой Мэри. В этом-то и заключалась вся фишка Грейс. Она была подобна кобре — могла танцевать всю ночь, но сделать один укус и покончить с кем угодно.

Бобби понятия не имела, почему Грейс такая злобная. Должно быть, она была очень неуверенной, что тратила так много времени на придирки к другим. Какова бы ни была причина, Бобби не волновало это настолько, чтобы пытаться достучаться до кактуса, будучи уверенной, что в конечном счете все равно уколешься.

— Хорошо, я сделаю это! — Кейн закатал рукава своей толстовки и станцевал веселую джигу-разминку, словно боксер, психологически настраивающийся к бою.

— Что? — брызнула ядом Грейс.

— Я собираюсь сделать это! — повторил он. — Это же Хэллоуин. Я не боюсь призраков.

— Я тоже это сделаю. — Ная поднялась на ноги и подошла к Кейну. — Как говорится: «Каждый заслуживает хорошего испуга в Хэллоуин».

— Присоединяйся! — Кейн дал «пять» Нае.

Этого не могло происходить. Эта ночь превращалась в повторение фиаско Весеннего Бала (смущающее воспоминание об одинаковых платьях) и Бобби знала, что именно последует далее. Грейс против Наи.

— Вы, должно быть, шутите! — сказала Грейс, раздувая ноздри. — Если вы надеетесь улизнуть в ночь с моим бойфрендом, то, должно быть, окончательно потеряли радость к жизни.

Товарищ Кейна, Марк, испустил смешок, повторяя слово «бойфренд» себе под нос. Кейн тоже не был в восторге, но спустил это с кривоватой усмешкой на устах. Появились новые ямочки.

— Что ж, Грейс, тогда тебе бы лучше пойти с нами! — Ная улыбалась, словно стюардесса на борту.

Бобби оторвала себя от скамейки, чувствуя, как хрустнули коленки, и потащила свое уставшее тело к Нае.

— Нэй, давай просто пойдем спать. Уже поздно.

— Да, прислушайся к Бобби, Ная…

Бобби открыла рот, готовая сострить в ответ, но, как и всегда, Ная бросилась вперед на всех парусах.

— Не называй ее так! Я буду делать то, что захочу. Ну же, Сэди, которая ванная? Пойдем. Кровавая Мэри со льдом.

Глава 2

Вызов

Пронзительные и единодушно проигнорированные просьбы миссис Крэддок, заведующей интерната, раздавались по длинным коридорам и высоким потолкам общежития. Поскольку был Хэллоуин, измотанная заведующая позволила девицам Пайпер Холла некоторую свободу, но с приближением полуночи ее терпение, наконец, закончилось.

— Леди! Пожалуйста, все по своим комнатам. Сейчас же!

Она была женщиной крайностей, но кто бы не стал, если бы присматривал за девушками-подростками в течение двадцати пяти лет?

Бобби, Ная, Грейс, Сэди, Лотти, Марк и Кейн прислушивались с первого этажа рядом с пожарным выходом, через который они только что пробрались. Их лица и руки были покрасневшими и замерзшими даже от короткой пробежки по хоккейной площадке под проливным дождем. Ная сражалась с дверью, стараясь удержать ее закрытой под натисками свирепых ветров.

Проверка горизонта показала, что все было чисто. Сэди надавила на дубовую панель между кухней и столовой.

— Не могу поверить, что у вас есть потайной ход! — проговорил Кейн, радуясь как мальчишка.

— Говори тише, — рявкнула Грейс. — Ты хоть представляешь, сколько у нас будет проблем, если нас поймают?

— Извини.

Так называемые «потайные проходы» были единственной причиной, по которой Бобби согласилась пойти в эту школу: перспектива вращающихся книжных шкафов а-ля Скуби Ду и пещер, полных букашек, притягивали ее ещё в одиннадцатилетнем возрасте.

Оказалось, что «потайные проходы», по сути своей, были немногим больше, чем просто проходами для слуг еще с того времени, когда главный корпус интерната был величественным домом. Якобы там также были и убежища священников, датируемые даже еще ранее, хотя Бобби не видела ни одного.

Коридоры и лестничные площадки, как таковые, даже не были «потайными», но девочки помладше не были склонны пользоваться ими после того, как старшеклассницы перестарались в угрозах, что если их найдут вторгающимися в них, то им не поздоровится. Ну и, естественно, там обитали привидения.

— Идем, — позвала Сэди. — Следуйте за мной.

Они проскользнули сквозь панель в узкий коридор без ковров.

В конце прохода шаткая скрипучая деревянная лестница зигзагом вела вверх вплоть до старого блока с выходами на каждом этаже. Они гуськом следовали за Сэди, пока не добрались до выхода на втором этаже снаружи общежития. Бобби плелась в самом конце. Она очень сильно сомневалась, что кто-нибудь кроме Наи даже подозревал о ее присутствии.

За выходной панелью, скрытой дверью в нише окна на лестничной площадке между Домами Остин и Бронте, Бобби могла слышать хихиканье девушек и миссис Крэддок, которая становилась все более раздражительной. Надо надеяться, что снующая масса девушек скроет тот факт, что пятерых учениц не было в своих комнатах. Не то, чтобы миссис Крэддок будет проверять… по крайней мере, не тогда, когда через пять минут должна начаться «CSI: полиция Майами».

— Подождем, пока все не стихнет… уже подошло время Крэддок идти спать. Она уснет в считанные минуты, — выдохнула Сэди, прижав ухо к панели.

— Без разницы, — застонала Грейс. По иронии судьбы, ее обязанность как старосты было удостовериться, чтобы все девушки были в своих спальнях после девяти вечера и сообщать о любых посетителях, вторгнувшихся в пределы школы.

Бобби не могла подавить странного самоуспокоения, что у Грейс не прокатит ее грязный план с Кейном, по крайней мере, не сегодня. Если, конечно, они переживут встречу с Кровавой Мэри. Она не знала, смеяться ей или плакать. Даже в этом случае, если быть предельно честной, ей было наполовину любопытно посмотреть, пройдут ли они через это, и, ко всему прочему, Кейн такой лапочка, просто бальзам для глаз.

Общежитие — самая старая часть школьного здания. Оно было разделено на четыре дома, каждое названо в честь знаменитой писательницы: Остин, Бронте, Кристи и Дикинсон. Тот факт, что они не были просто обозначены буквами А, Б, В и Г — еще одно доказательство, — как будто оно вообще было нужно — что школа Бобби претендовала на грандиозную претенциозность. Остин и Бронте располагались в противоположном крыле второго этажа, в то время как Кристи и Дикинсон находились этажом выше.

Конечно, в течение пятнадцати минут все шаги и голоса растаяли в тишине. Только электрический гул светильников и страдальческое завывание грозы наполняли школу.

— Так, давайте сделаем это! — Сэди вывела группу из укрытия.

Лотти оставила их, уходя на цыпочках обратно к Дому Кристи на следующем этаже. Бобби промедлила, потянув Наю за руку.

— Зачем мы это делаем?

— Ой, да ладно тебе, Боб! — Ная взяла ее за руку. — Я делала это на сотне пижамных вечеринок. Я просто прикалываюсь над Грейс и Сэди! Это будет весело!

— В самом деле? Объясни. — Она недоверчиво пожала плечами.

— А то! Я сделаю это, а потом всю следующую неделю буду незаметно пробираться, расписывая всякую ерунду на зеркалах и развешивая везде удавки! Это безумно их напугает. Хочется увидеть, как Грейс Бруэр-Фэй написает в постель!

Бобби наблюдала, как Грейс висела на руке Кейна, словно какая-то второсортная героиня фильма. Это было такой уловкой — у Грейс больше тестостерона, чем у обоих парней вместе взятых. Будет ли забавно сбить с нее спесь? Черт возьми, да!

Идущие впереди Сэди и Марк достигли Дома Бронте. Только ночной свет озарял длинный ряд мирных спален: тусклый серебристый свет направлял девушек к пожарному выходу. Горизонт был чист, и дверь в ванную была слегка приоткрыта, ожидая их. Бобби не смогла удержаться и не подумать, что ванная выглядела немного зловеще в темноте, в ночь на Хэллоуин, в бушующую грозу…

Она мысленно опрокинула на себя ведро реальности. Она не должна быть такой идиоткой. Глупые дети по всему миру шепчут «Кровавая Мэри» у зеркала. Если бы все было правдой, она была уверена, что пресса бы осветила это к настоящему времени.

— Идем! — Сэди на цыпочках прокралась в душевую комнату. Сделав глубокий вдох, Бобби позволила Нае затащить ее через порог.

Как всегда, выложенная плиткой сырая комната источала яичный запах забившихся волосами водостоков в сочетании с ароматом мыла и шампуня. За рваными синтетическими занавесками из протекавшего ржавого душа постоянно капало на керамический пол. Бобби сомневалась, что в эту дыру можно будет вызвать даже самого отчаянного духа.

— Закройте дверь, — скомандовала Сэди, и Бобби выполнила. Сэди открыла свою сумочку, которую уже набила свечами и спичками из своей спальни, и начала расставлять их вокруг длинных совмещённых раковин, стоящих перед зеркалом. Все было продумано до мельчайших деталей. Бобби задавалась вопросом, как давно Сэди спланировала все это. Между Грейс и Сэди была какая-то неразрешенная напряженность: обе были в «Элите» — давнее объединение учреждения Пайпер Холла. Каждый год одна или две девушки из богатых, влиятельных или знаменитых семей были посвящены в «особый клуб», чтобы тайно собираться и, как правило, быть подлыми (вроде масонов, но с блеском для губ). Из того, что Бобби удалось выяснить, как аутсайдеру: Грейс и Сэди постоянно соперничали за звание Главной пчелки/Королевы сучек.

Это был полнейший бред. Из-за того, что ее мама была своего рода знаменитостью, Бобби приглашали вступить в клуб в ее первый учебный год. Она отказалась, потому что это все выглядело как какой-то подслащенный миниюбочный анорексичный культ, и, как следствие, с тех пор терпела страдания. Она была социальной «живой мишенью», но ей это было до лампочки. Однако Ная ужасно хотела вступить в него. Грейс, невзлюбившая знойную новенькую американку с первого взгляда, когда та появилась на следующий год, сделала все, чтобы этого никогда не произошло.

Бобби бросила короткий взгляд на свое отражение в длинном зеркале, задержавшись только, чтобы распушить прямые бесцветные волосы, а затем переключила свое внимание на более интересного Кейна — на бронзовый тон его кожи и бархатную текстуру волос. Когда отражение Кейна поймало взгляд ее собственных глаз, она быстро склонила голову, молясь, чтобы он не заметил, как она пялилась. Или хуже — что, если бы Грейс застукала ее на месте преступления? Ей нужно срочно взять себя в руки.

— Окей. Почти полночь… кто будет первым?

Грейс выпрямилась в полный рост и любовалась собой в зеркале, разглаживая безупречные пряди светлых волос.

— Я не собираюсь этого делать и точка. Это для детей.

— Тогда почему ты здесь? — повторила Ная.

— Потому что я знаю, какая ты, — ее голос был пронизан обвинением.

Кейн, видимо, почуявший назревающую склоку, шагнул вперед к зеркалу, потянув коренастого Марка за собой.

— Мы первые!

Парень пониже отдернул руку назад.

— Я не буду этого делать. А что, если это реально? Я просто сниму все на телефон, чтобы иметь возможность издеваться над тобой до скончания века!

— Что такое со всеми? — снова появилась неотразимая улыбка Кейна. — Вы все такие слабохарактерные!

Ная присоединилась к нему, встав перед зеркалом.

— Нет слабохарактерных нью-йоркцев, дорогуша.

Бобби приподняла бровь, неуверенная, пытается Ная быть привлекательной или нет. Если пытается, то это не работает. А потом она почувствовала, как ее ноги делают нечто почти чужеродное… они начинают двигаться в сторону остальных. Как если бы Кейн был компьютерным вирусом, полностью заразившим ее личный жесткий диск… все ее обычные эвристические подходы заблокированы. Все здравые невидимые механизмы самозащиты подавлены ее желанием произвести впечатление на парня, которого она встретила всего несколькими часами ранее и с которым даже не разговаривала.

Ная посмотрела на нее со смесью шока и гордости.

— Бобби?

— Что? — ответила она. — Я не боюсь. Это глупо.

Бобби раздражало, что Ная считала ее слабачкой, когда знала ее настоящую.

Грейс бросила на нее жалостливый взгляд, припасенный, как правило, для трехногой собаки.

— Давай, Бобби! Обожаю девчонок с яйцами! — Кейн замолчал. — Ну, не совсем… ты же поняла, что я имею в виду.

На секунду Бобби утонула в его глазах. В первый раз он подарил ей более, чем мимолетное секундное внимание. «Он знает её имя». Она выпрямилась. Парни — как опасные собаки: если показать им страх, то они могут съесть твое лицо.

— Так, давайте покончим с этим, пока нас всех не отчислили.

— Да, пожалуйста, — согласилась Грейс. — Кровавая Мэри — это одно, государственная школа — другое.

Сэди отошла к пребывавшей в дурном настроении Грейс и к открывшему свой мобильник Марку, начавшему записывать их личный малобюджетный фильм ужасов.

— Как только будете готовы… Уже за полночь. Если решитесь, — Сэди прошептала последнее слово, как какая-то вычурная хранительница склепа.

Все трое посмотрели в зеркало. Как и ожидалось, три отражения взирали в ответ. Бобби — изящная и утонченная, прячущаяся за толстыми очками. Кейн — высокий, широкоплечий, с телосложением пловца. И Амазонка Ная — с густыми черными кудрями, спадающими на ее плечи. Самое маловероятное трио, какое только можно было бы найти в женском туалете посреди ночи.

Шумно вздохнув через нос, Кейн посмотрел на каждую из них по очереди:

— Готовы?

— Да. — Ная казалась менее уверенной на данном этапе. Бобби ответила кивком головы.

— Окей. На счет три…, — продолжил он. — Раз, два… три…

Они тянули время, никто не хотел быть первым.

— Ну же! — рассмеялся он. — Еще раз…

— К… Кровавая Мэри, — начала Ная, и остальные послушно присоединились.

Их голоса звучали низко и монотонно. Бобби почувствовала, как воздух покинул комнату. Сама ночь услышала их начало и затаила дыхание.

— Кровавая Мэри… — Напряжение стало слишком невыносимым. Кейн и Ная разразились хохотом, и Бобби присоединилась к ним, не желая оставаться в стороне от веселья.