Искусство быть напарником

Резкий удар кулаком в солнечное сплетение – и мой дражайший напарничек от неожиданности сложился пополам.

– А теперь послушай меня! – рыкнула я, с трудом сдерживаясь, чтобы не начать орать. – Чтобы я этот бред слышала первый и последний раз. Я согласна быть твоей напарницей, но замуж за тебя не пойду! Точка! Обсуждению и пересмотру не подлежит!

И гордо развернулась, чтобы свалить от этого блаженного подальше.

Рывок за локоть, и я влетела в крепкие объятия. И замерла, словно мышь под веником, вперившись взглядом в широкую грудь. Почему-то мне казалось, что стоит поднять глаза и меня поцелуют. И наглядно докажут, что и без любви прекрасно можно обойтись. Сознаюсь честно, эта мысль меня взволновала настолько, что вспотели ладони. Бли-и-ин, кажется, после того поцелуя в убежище во мне что-то изменилось!

Но Рист не спешил меня целовать. Только склонился к моему уху и выдохнул:

– Подлежит, и еще как. Но пока – не время и не место.

Миг – и меня отпустили. Теперь уже я боялась поднять голову, чтобы этот гад не заметил разочарования на моем лице.

Вот откуда он взялся на мою голову, а?

Стук в дверь стал моим спасением. Я встрепенулась и поспешно сделала моську кирпичом.

Я в порядке, я в порядке, я в полном порядке!

– Рист, – в комнату вошел Захар Охотский, – все готово, самолет будет через час. Собирай пока, что вам надо. Ирина, здравствуй, – кивнул он мне.

Я промямлила ответное приветствие, пытаясь вернуть мыслительный процесс в нормальное русло. Вот же этот Рист! Совсем мне голову заморочил!

– Хорошо, пойдем. – Напарничек как ни в чем не бывало направился к двери.

На пороге он на миг замешкался, а потом бросил на кровать мобильный со словами:

– Ир, позвони Мышке, она просила.

Я вздохнула и печально посмотрела на закрывшуюся дверь. Вот так всегда… Пришел, смутил, вынес мозг, довел до белого каления и как ни в чем не бывало ушел. Му-у-ужи-и-ики!

Впрочем, позвонить Мышке это хорошая идея. Как раз отвлекусь. Интересно, как она отреагирует, если я ей сообщу о дико «романтичном» предложении Аристарха? Ржать сильно будет? Я хихикнула в трубку, вслушиваясь в длинные гудки.

– Да, Рист? – Деловитый голос подруги пролился бальзамом на сердце.

– Мышка, как я рада тебя слышать! – выдохнула я, улегшись на кровать.

– О, привет, героиня дня! – бодро поприветствовала волчица. – Ну вы и… всколыхнули это болото. Весь город на ушах… Но подземные каковы! – с негодованием воскликнула подруга. – Ведь это все готовилось явно не два дня, а никто ничего не знал! Недооценили мы их, – грустно закончила она.

– Да уж, – скривилась я и решительно сменила тему – мне хотелось расслабиться, а не напрягаться. – Давай об этом не будем. Расскажи мне лучше, как там ваши с Вереском отношения?

И замерла, предчувствуя поток возмущенных слов. Конечно же Мышка меня не разочаровала.

– Да этот!.. – рявкнула она и выдала несколько непечатных слов. – И откуда он взялся на мою голову?!

– Что на этот раз? – Я едва сдерживала смех, кажется, «Откуда он взялся на мою голову?!» стало девизом сегодняшнего дня.

И все же, как ни крути, подружка моя еще не до конца вышла из тинейджерского возраста. А потому ее бесило само наличие «няньки». Ситуация усугублялась тем, что эта «нянька» волчице очень нравилась. Я ведь помню, какими глазами она смотрела на ирбиса, когда был банкет в клане кошек. Восхи-и-и-ще-е-енными! А тут мало того, что Вереска приставили к ней, словно к дитяти неразумному, так еще и этот эльфоподобный снежный барс ведет себя с ней… ну как с неразумным дитятей, да. Я бы тоже взбесилась на ее месте.

– Да он… Я… Короче! – возмущенно выкрикнула Мышка, и мне показалось, что она смущена. – Поцеловал он меня!

Если бы я не лежала, моя челюсть точно была бы на полу. А так ничего, только глаза вытаращила и закашлялась.

– Чего?! – просипела я, подумав, что уж расслабилась так расслабилась. – Как поцеловал?! Последний раз, когда мы с тобой говорили, он тебе вообще заявил, что ты еще совсем ребенок! С чего такие перемены в поведении?!

– Ну… – Она замялась.

Кажется, там не все так просто!

– В общем… Но он меня сам довел! – вдруг завелась подруга. – Со своей долбанной правильностью! Взялся же эльф на мою голову… Короче! Он меня достал, я ему в чай снотворное подсыпала. Ну и побрила ночью. Налысо.

– Ты что?!

Я захохотала. Дико, от души, до выступивших слез и начавшейся икоты. И стоило мне представить обритого Вереска, начинала хохотать еще сильнее. А-а-а! Мы-ы-ышка! Ты сделала мой день! Блин, даже мысли об опасности на задний план отодвинула!

– Чего ты ржешь?! – возмутилась она.

– Да потому что он с тобой еще мягко обошелся, – просипела я, вытирая слезы. – Кажись, наш ирбис влюбился. Потому что на его месте я бы тебя ремнем выдрала.

– Спасибо тебе, дорогая моя подруга, – обиженно прошипела волчица. – Я всегда знала, что ты на моей стороне!

– Мари-и-ин, – примирительно протянула я, кое-как успокоившись, – перестань! Это реально детский сад, штаны на лямках. Ну кто же так пакостит? Позвонила бы мне, что ли, мы бы с тобой что-то поинтереснее придумали.

– У меня уже желания нет что-либо придумывать, – буркнула она, а затем тихо вздохнула. – Представь себе мою реакцию… Этот гад меня целует. Причем целует так, что мой мозг чуть не покинул голову на веки вечные. Это было что-то!.. Впрочем, отвлеклась… А потом начинает читать мне лекцию!

– Лекцию? – удивленно переспросила я, окончательно перестав что-либо понимать в отношениях этой безумной парочки.

– Ага… – недовольно отозвалась Мышка. – На тему того, что мне пора определиться, как я хочу, чтобы ко мне относились. И если я и дальше буду вести себя как ребенок, то его поступки по отношению ко мне будут соответствующими. Козел!

Я мудро промолчала. Потому что, если бы сказала, что Вереск прав, боюсь, подруга бы обиделась. Так что я лишь осторожно спросила:

– И что делать будешь? Прислушаешься или забьешь?

– Пошлю его и буду жить дальше, – почему-то ушла от ответа волчица и бодро спросила: – Я слышала, вы с Ристом в Исландию сваливаете. Надолго?

Я не успела ответить. Дверь открылась, и напарник, не входя, отрывисто скомандовал:

– Ромашка, на выход. Нам пора.

– Мышь, я тебе потом позвоню, как смогу, – сказала я в трубку и нажала отбой.

Кажется, мое путешествие в неизвестность начинается прямо сейчас.

Глава 4

Я шла на два шага позади Риста и его отца и рассеянно размышляла о туманном будущем. В плечи врезались лямки тяжеленного рюкзака, в котором, по словам напарника, лежало все необходимое, а в память – этот путь, возможно, последний в моей родной стране.

Словно навеки сохранялись в сознании мельчайшие детали. Мелкий гравий под кроссовками. Набежавшие тучи на небосводе. Прохладный ветерок, треплющий волосы, которые выбились из высокого хвоста.

На душе было муторно и тревожно. Разговор с родителями оставил неприятный осадок… Я решила все же сказать им, что улетаю. Обставила, конечно, совсем по-другому… Мол, появилась шикарная возможность бесплатно поучиться за границей и грех ею не воспользоваться. А им не говорила, потому что боялась сглазить. На выходе получила истерику мамы (еще бы, дочь ни с того ни с сего улетает в далекую страну, и фиг его знает, когда вернется) и обещание ремня от папы (без комментариев…). Но лучше пусть думают, что я неблагодарная девчонка, чем узнают, во что на самом деле вляпалась их непутевая дочь. Когда я еще им позвоню – не ясно. Рист строго-настрого запретил брать с собой мобильный, уж не знаю почему.

Впереди показалась взлетная полоса с небольшим самолетом, и я вздрогнула. Черт, никак не могу поверить в то, что улетаю! И возможно, навсегда.

– Ир, ты готова? – пристально посмотрел на меня Рист, когда мы подошли вплотную к самолету.

Его рюкзак был раза в три больше моего, и я даже боялась представить, что он там таскает.

– Нет, но что это меняет? – тяжело вздохнула я и поправила челку, упавшую на глаза.

Он медленно покачал головой, но ничего не сказал. Зато заговорил его отец:

– Ирина, не расстраивайтесь заранее. Жизнь непредсказуема, никогда не знаешь, где тебя ждут приятные сюрпризы.

Если Захар Охотский хотел меня приободрить, то у него ничего не получилось. Но я же не свинья, поэтому, опустив глаза, прошептала слова благодарности.

– Ладно, отец, нам пора.

Они крепко пожали друг другу руки.

– Берегите себя. – Захар нервно огладил аккуратную бороду. – Когда сумеешь – дай знать, как ты.

– Обязательно. – Рист резко кивнул и бросил на меня косой взгляд. – Ира, пошли.

– До свидания, – пробормотала я и последовала за напарником в самолет.

Я вошла в салон и, сбросив с плеч рюкзак, с интересом огляделась. Никогда до этого не бывала на частных самолетах, интересно же! Любопытно, а чей он вообще? Охотских? Или отцу Риста кто-то одолжил?

А ничего так… уютненько. Четыре кресла, расположенные друг против друга, между ними – небольшие столики. Затем что-то вроде раздвижных дверей, за которыми я обнаружила двуспальную кровать. Короче, тут вполне можно было жить.

– Здравствуйте! – Когда самолет взлетел и мы отстегнули ремни, пред наши очи, сияя профессиональной улыбкой, явилась стюардесса – красивая, словно сошедшая с картинки, блондинка в фирменном синем костюме. – Чай? Кофе? Или чего покрепче?

– Не сейчас. – Рист неожиданно обнял меня и властно притянул к себе. – Мы с моей невестой хотим немного побыть наедине.

Я, честно говоря, ничего не ответила по банальной причине полного выпадения в осадок. Но, подозреваю, глаза мои были по пять рублей, не меньше!

– Вернитесь через полчасика, думаю, мы проголодаемся.

А вот это было сказано с таким то-о-о-олстым намеком, что я моментально пришла в себя и уже открыла было рот, чтобы возмутиться… Но сильные пальцы напарника крепко сжались на моих плечах, словно намекая, чтобы я держала рот на замке. Ну я и промолчала… В конце концов, если этот гад ко мне полезет, получит коленом в пах, честное слово!

– О, я понимаю, – сверкнула еще одной белозубой улыбкой стюардесса. – В таком случае, я через полчаса принесу вам легкие закуски.

– Вы очень любезны, – благодарно отозвался Рист и, не дожидаясь, пока она уйдет, утащил меня в направлении спальни. А когда мы оказались там, заявил: – Ну вот мы и одни, моя дорогая.

И быть бы моему напарнику битым по самому дорогому… если бы не его серьезное, даже сосредоточенное лицо. Я замерла, напряженно размышляя, чудится мне или все не так просто?

Рист вдруг притянул меня к себе и, крепко обняв, прошептал на ухо:

– А теперь делай вид, что ты несильно сопротивляешься, а потом – сдаешься. Звуков будет достаточно, потому что картинку им не передают. Мы в полной жопе, дорогая напарница. И от того, как сейчас сыграем, зависит, выкрутимся ли.

Каюсь, первое, что я ощутила, это дикую радость. Слава всему на свете, мой дорогой Охотник не сбрендил! Всему этому демаршу с женитьбой есть логическое объяснение! Ура-ура-ура! И только потом до меня дошел смысл его слов. Черт! А я губу раскатала, что уже все, оторвались… Ладно, не время паниковать, надо хорошо сыграть свою роль.

– Рист, что ты делаешь! – натурально возмутилась я и взглядом спросила, мол, что за фигня происходит.

– Сама знаешь, – промурлыкал он и на грани слышимости прошептал: – Все расскажу, когда выберемся. У нас есть полчаса, чтобы убраться отсюда.

Задавать глупый вопрос «Как?» я не стала. А вот другой озвучила, совсем-совсем тихо:

– Парашюты откуда?

– Мой рюкзак, – последовал такой же едва слышный ответ, а затем громкое: – Мм, какая же ты сладкая…

Я с готовностью простонала его имя и чуть не сложилась от хохота. Было бы очень смешно, если бы не было так страшно.

Затем происходящее в спальне окончательно стало напоминать пародию на шпионский фильм. Мы с Ристом вслух изображали бурную страсть, а на деле – торопливо облачались для прыжка. Как шепотом объяснил мне напарник, прыгнуть можно было прямо из этой спальни – под кроватью, которая сдвигалась, был для этого люк. М-да, владелец этих летающих апартаментов – знатный параноик… Впрочем, нам это на руку.

Честно говоря, я даже не подумала о том, что никогда не прыгала с парашютом. В конце концов, жить захочешь – еще не то сделаешь. Главное, не запаниковать и все сделать по инструкции, которую, я надеялась, Рист мне предоставит. Но оказалось, что все еще проще. Напарник решил, что прыгать мы будем тандемом. Не рискнул выпустить меня одну в небо. Ну и ладно, мне же меньше геморроя… Да и чего греха таить, такая забота была очень приятной.

Скрип отодвигаемой кровати вполне можно было принять за бурный акт любви на оной. Мы с Аристархом переглянулись и синхронно кивнули. С момента, как откроется люк, до того, как кто-то из пилотов взломает тонкую перегородку в спальню, пройдут считаные минуты. И за это время нам надо успеть сцепиться и выпрыгнуть.

Я поправила рюкзак, который прицепила на грудь, и сосредоточилась на действиях напарника, открывавшего люк. Время словно замедлилось, превратилось в патоку и тянулось, тянулось, тянулось…

Миг – и мы с Ристом оказались крепко сцеплены хитрой конструкцией. А затем, ровно в тот момент, как раздался треск ломаемой перегородки, мы прыгнули. Но я еще успела услышать насмешливый голос Охотника:

– Но, кстати, с женитьбой не такая уж плохая идея.

Думаю, мой возмущенный вопль этот гад уже не услыхал.

Небо приняло нас в свои объятия и понесло к земле, подальше от такого комфортного самолета, оказавшегося ловушкой. Ветер свистел в ушах, сердце билось где-то в горле, не то от страха, не то от восторга. А потом над нами раскрылся купол парашюта. И только тогда я решилась посмотреть вниз.

Лес, который раскинулся под нами, был мне не знаком. Как и городок неподалеку от него. Правда, я никогда не смотрела на эти места сверху. Но, если мыслить логически, мы вряд ли успели далеко улететь.

Чем больше мы снижались, тем очевиднее было – приземляться нам в лесу. Оставалось уповать на то, что Рист умеет управлять этой штукой и мы не застрянем позорно в кроне какого-нибудь дерева.

Напарник оправдал мои ожидания. Посадка прошла как по маслу, да и полянка посреди леса оказалась весьма кстати.

– Так, снимаем все это и в лес, – быстро проговорил Аристарх, торопливо отцепляя нас друг от друга. – Поможешь мне. Оставлять парашют тут – словно размахивать красной тряпкой с надписью «Мы тут были». Надо будет спрятать его среди деревьев. В идеале, конечно, закопать, но чего-чего, а лопаты у меня с собой нет.

– Поняла. – Я стащила с головы шлем. – Но потом я жду от тебя объяснений.

– Договорились.

Больше мы не разговаривали. Шустро кое-как свернули парашют и почти побежали в лес. Подальше от открытого пространства. Когда над нашими головами сомкнулись кроны деревьев, Рист остановился и принялся заталкивать наше летательное средство обратно в рюкзак. А когда все получилось, напарник просто зашвырнул его в ближайшие кусты.

– Не идеально, но и так сойдет. – Он закинул на плечи другой рюкзак – полегче и с вещами, и махнул мне. – Идем, надо срочно разжиться транспортом и свалить отсюда чем дальше, тем лучше.

– Угу, – отозвалась я и тоже проверила, как там моя поклажа. – Ты обещал рассказ, – напомнила, когда мы двинулись в глубь леса.

– Да… – Аристарх на миг умолк, словно собираясь с мыслями, а затем тихо заговорил: – Когда мы приехали в дом к моей семье, я переговорил с отцом в его кабинете – единственном, как оказалось, помещении, где не было камер и микрофонов чернохвостых. В городе, Ира, подземные обложили нас по всем статьям.