Друзья из шкафа

ЖАК: Я никогда не мог терпеть коммунистов и их социалистическое дерьмо! Я хочу тебе сказать одну вещь, для меня все они пидоры, которые думают только о том, как мужики трахают друг друга!

ОДИЛЬ: Как это отвратительно! Мужики мужиков!

ОДИЛЬ: А что ты думаешь, их замечательные жены все лесбиянки, они все друг с другом, да, трахаются друг с другом! Мерзкие коммунистические развратницы! Я бы их всех поубивал, поубивал бы всех коммуняк!

ГИ: Мне кажется, что я не коммуняка…

ЖЮЛЬЕТТА: Их, впрочем, уже осталось мало!

ЖАК: Хорошая новость, прекрасная новость! Я также не люблю толстяков…

ЖЮЛЬЕТТА: Ах, вот как!

ЖАК: Нет, я не знаю почему, но я их не люблю, так же как всяких цветных, ох, не люблю

ГИ: Зеленых?

ЖАК: А такие бывают? Но если зеленые существуют, то я их тоже не люблю. Я не люблю деревню, я люблю море, я мало видел гор, за границей мне страшно, потому что люди разговаривают на другом языке и не едят пасту. Я люблю сыр камамбер, я женат, и сейчас должно быть 22.30, так ведь?

ЖЮЛЬЕТТА: В яблочко!

ЖАК: Уф! Все, конец, еще один вечер прошел, скорей бы помереть!

ОДИЛЬ: Да — да, скорей бы помереть, как тогда будет спокойно!

ЖАК: Вперед, в шкаф, друзья, спокойной ночи!

ГИ: Мы не ужинали!

ЖАК: В другой раз, Одиль устала, а сон заменяет ужин!

Он закрывает дверь шкафа за Ги и Жюльеттой.

Сцена 2

В шкафу.

ЖЮЛЬЕТТА: Это ужасно.

ГИ: Весьма.

ЖЮЛЬЕТТА: Есть только одно решение, его мы еще не рассматривали.

ГИ: Какое?

ЖЮЛЬЕТТА: А если их убить?

ГИ: Это мелькало у меня в голове. Только что мы будем делать после того, как их убьем?

ЖЮЛЬЕТТА: Разрежем на кусочки и выбросим на помойку, а сами займем их место.

ГИ: Но это же невозможно, а их дети, родственники…

ЖЮЛЬЕТТА: Их детям на них плевать, ни дети, ни остальные не заметят разницы, а когда хватятся родственники — пройдут годы, к тому же родственники в доме престарелых.

ГИ: В таком случае…

ЖЮЛЬЕТТА: Нам вместо них будет хорошо. Дом мерзкий, но тачки у них классные, особенно БМВ, и сад не лишен приятности… Ну, кто кого убивает?

ГИ: Я убиваю Жака, а ты занимаешься Одиль.

ЖЮЛЬЕТТА: Я бы тоже хотела убить Жака.

ГИ: Без проблем, я тебе его оставлю, даже обоих, если хочешь.

ЖЮЛЬЕТТА: Пушка, бейсбольная бита, яд, голыми руками?

ГИ: Как тебе угодно.

ЖЮЛЬЕТТА: Говорят, что яд — женское оружие.

ГИ: На мой взгляд — гадость, но если тебе нравится…

ЖЮЛЬЕТТА: Я думаю. Боюсь, что они здесь все заблюют.

ГИ: И что с того?

ЖЮЛЬЕТТА: Что-нибудь не такое пачкающее…

ГИ: Задушить во время сна. По подушке на каждого — и бац! Никто не видел, не слышал.

ЖЮЛЬЕТТА: Каждый своего.

ГИ: Да.

ЖЮЛЬЕТТА: Есть подушка?

ГИ: Возьмем у них.

ЖЮЛЬЕТТА: Ну что, давай?

ГИ: Давай.

Сцена 3

Ги открывает дверь и нос к носу сталкивается с Жаком.

ЖАК: Что, негодяи, готовите маленькую шалость под покровом ночи?

ГИ: Вовсе нет, вовсе нет…

ЖАК: Вы нас вправду принимаете за младенцев!

ГИ: Жак, друг мой!

ЖАК: Мой друг! Он планирует меня застрелить и зовет меня своим другом! Милейший комуняка!

ЖЮЛЬЕТТА: Вы сошли с ума, Ги никогда в жизни…

ЖАК: Хватит этой притворной херни сейчас же! Шкаф оборудован мыслеуловителями, мы все слышали, слышали даже то, что вы не говорили!

ЖЮЛЬЕТТА: Черт!

ЖАК: Это нам посоветовал продавец, некоторые друзья могут озвереть, надо за ними следить. Мы это и сделали, и не жалеем об этом.

ГИ: И что теперь…

ЖАК: Можете представить, что в этом случае…

ОДИЛЬ: Будет очень трудно вас оставить у нас.

ЖАК: К тому же, когда мы вас вернем, с нас высчитают за дефекты, которые вы получили за время использования, а оставшуюся сумму нам вернут.

ЖЮЛЬЕТТА: Господи, он нас…

ЖАК: Возможно, он посчитает, что вы подлежите восстановлению, в этом случае он вас отошлет в ателье по ремонту.

ЖАК: Если честно, я бы предпочел стандартную процедуру замены, это быстрее. И потом, ваши морды мне больше не подходят. У меня безумное желание вас отдубасить, что не может быть фундаментом прочной дружбы.

ОДИЛЬ: Думаю, надо требовать пластическую операцию, если морды ваших друзей вам больше не нравятся. Надо перечитать договор.

ЖЮЛЬЕТТА: Какая жалость, я не хочу отправляться в ателье, я наслушалась таких ужасных историй…

ЖАК: Надо было раньше думать!

ОДИЛЬ: До того, как вы решили задушить нас нашими собственными подушками!

ЖЮЛЬЕТТА: Мы дошли до этого от отчаяния!

ЖАК: От отчаяния? Ни стыда ни совести. Вас поселили, кормили, у вас была хорошая работа! Вы могли бы завести детей в вашем шкафу, мы бы вам не стали запрещать…

ОДИЛЬ: При условии, что дети не орали бы по ночам, конечно, я ненавижу младенцев, которые надоедают, хотя я, естественно, своими никогда не занималась!

ЖАК: Я тоже ненавижу детей! Но нет ведь, детей всегда бывает мало, давай заведем еще, еще, еще! И из-за того люди готовы на все, мерзавцы!

ОДИЛЬ: Отвратительно, мерзко!

ЖАК: Аморально! И вот каков прекрасный наш мир! Полон всякой дряни, созданной для их мелочного персонального комфорта! Все, хватит обсуждать! В тележку, возвращаем их в магазин!

ЖЮЛЬЕТТА: Я вас умоляю, дайте нам шанс, мы же все-таки человеческие существа!

ЖАК: И это вы об этом говорите! Вы животные, да, настоящие животные! Вперед! В тележку!

Жюльетта и Ги покорно забираются в тележку. Устраиваются как могут и держатся за руки.

ЖАК: (одеваясь потеплее, потому что снаружи холодно) Надеюсь, что в отделе гарантийного обслуживания не так много народу.

ОДИЛЬ: Может быть, они согласятся обменять их на что-нибудь другое, я не уверена, что мне опять хочется друзей.

ЖАК: Правильно, хватит уже забот.

ОДИЛЬ: И все из-за небольшой выгоды в деньгах, нескольких фальшивых комплиметов, бессмысленной перебранки…

ЖАК: Лучше скучать вдвоем, чем вчетвером.

ОДИЛЬ: Если хочешь знать, что я думаю, это называется выбросить деньги на ветер…

ЖАК: Не кажется тебе, что надо было взять ДВД — диски?

ОДИЛЬ: О да, какая хорошая идея! ДВД диски

ЖАК: О моя дорогая, порадуем себя! Купим ДВД диски!

Они выходят, толкая перед собой тележку, в которой Жюльетта и Ги держатся за руки.

ЖАК: Какие они тяжелые, к счастью, у нас есть лифт…

ЭПИЛОГ

Жак и Одиль снова у себя в гостиной.