Пышка

Василий Сигарев

Пышка

Пьеса-фарс в двух действиях по мотивам одноимённой новеллы Ги де Мопассана

Действующие лица:

Элизабет Руссе, она же «Пышка»

Корнюде, молодой человек

Чета Луазо

Чета Юбер де Бревиль

Прусский офицер

Хозяин «Торговой гостиницы», Фоланви

Двое монахинь-сиамских близнецов с чётками

Действие первое

В ту ночь шел снег.

«Белые мелькающие хлопья всё падали и падали на землю; они стерли очертания, опушили предметы льдистым мхом; и в великом безмолвии затихшего города, погребённого под покровом зимы, слышался лишь зыбкий, неясный, неизъяснимый шелест падающего снега, — скорее ощущение звука, чем самый звук, лёгкий шорох белых атомов, которые, казалось, заполняли всё пространство, окутывали весь мир».

А город тот, где шёл снег, назывался Тот. И стоял на его окраине постоялый двор «Торговая гостиница». И хозяйничал в той гостинице хозяин по имени Фоланви. И был этот самый Фоланви огромный, толстый и жёлтый, как тыква и страдал он от непонятной болезни, когда всё тело чешется, а паразитов каких-либо не обнаруживается. И вот в тот самый день, когда шёл снег, сидел Фоланви на первом этаже своего заведения, среди корявой нетесаной мебели, среди груд расколотой посуды на полках, среди кучек мышиного помёта, среди толстого слоя рыбных, цыплячьих, гусиных, индюшачьих, бараньих, говяжьих, лягушачьих, голубиных и свиных костей на полу. Сидел Фоланви и чесался. Чесался и сидел.

А снег всё шёл и шёл.

И длилось это уже час или два. А может и несколько дней.

Но вдруг…

Дверь распахнулась. Впустила ветер, липкий снег, черную кошку с белой гривой, мокрую рваную газету и несколько человек людьми — женщинами, мужчинами и одной или двумя монашками-сиамскими близнецами с чётками. Монашки, не смотря на то, что они и были близнецами, совсем не были похожи друг на друга. Одна была древняя старуха, с ввалившимися глазами, другая — совсем юная и свежая девочка. Кроме всего прочего, вместе с людьми, впустила дверь и множество всевозможных котомок, узелков, картонок, шляпных коробок, корзинок и саквояжей.

Дверь снова закрылась.

Ветер сбежал. Снег упал на пол и растаял. Кошка прыгнула за шкаф и исчезла. Котомки, узелки, картонки, шляпные коробки, корзинки и саквояжи полетели в угол. Люди, включая монашек-сиамских близнецов с четками, принялись отряхаться, переговариваясь.

ПЕРВАЯ ЖЕНЩИНА. (Она длинная и худая, как палка. Имеет усики. Говорит басом.) Во имя всего святого сборища, с моей стороны так дуло, что я обморозила всю левую половину правой стороны спины!

ВТОРАЯ ЖЕНЩИНА. (Она маленькая, как пивная кружка. Пищит.) Не говорите! Просто безобразие какое-то! Кто только позволил так бесчинствовать погоде?!

ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. (Высокий, стройный, но с сифилическим носом.) Бардак просто! Такого не было, если мне не изменяет память, лет сто. Или двести…

ВТОРОЙ МУЖЧИНА. (Очень головастый, но мозг, видимо, не занимает все пространство ему уготованное.) Это всё из-за войны. Правительству некогда заниматься таким пустяком…

ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Думаете?

ВТОРОЙ МУЖЧИНА. Уверен. Я очень сведущ в подобных тонкостях материях.

ПЕРВАЯ ЖЕНЩИНА. Какой же это пустяк, милейший?! Моя спина, в особенности, её левая половина правой стороны или наоборот, я уже забыла… Вся моя спина сморожена, а вы говорите, пустяк.

ДЕВУШКА. (Пухленькая, кругленькая, с большими детскими ресницами.) А я предлагала вам поменяться, но вы почему-то… А у меня теплая шубка…

ПЕРВАЯ ЖЕНЩИНА. С вами?! Поменяться?! Оказаться на вашем месте?! Жуть, во имя всего святого сборища! Это чревато для здоровья… Жуть. (Её передернуло.)

ВТОРАЯ ЖЕНЩИНА. Жуть… (Её тоже передёрнуло.)

Девушка покраснела.

Молодая монашка захихикала. Зазвенели чётки.

Старая угрожающе посмотрела на молодую. Скривила рот.

Молодая показала старой язык.

ТРЕТИЙ МУЖЧИНА. (Красив и молод.) Вы не должны так, сударыня…

ПЕРВАЯ ЖЕНЩИНА. Молодой юноша, не суйтесь, ради всего святого сборища!

Старая монашка беззвучно зашептала «отче наш».

Молодая послала Третьему воздушный поцелуй.

Чётки снова зазвенели.

Я получила воспитание от лучших и благороднейших наставников и потому знаю, как я должна, а как нет. Ясно вам, сударь… Ой! (Согнулась пополам, обняла себя за спину.) Ой! Ой! Дорогой, грелку! Две! Семнадцать! Двадцать восемь! Скорее!

ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА (кинулся к узлам и котомкам). Где?! Как оно выглядит?!

ВТОРОЙ МУЖЧИНА. Я покажу. Я очень сведущ в подобных тонкостях материях.

ДЕВУШКА. У меня есть…

ПЕРВАЯ ЖЕНЩИНА (разогнулась). Вашу?! Боже упаси! Ради всего святого сборища! Лучше смерть! Ой! (Снова согнулась.) Дорогой, грелку!

ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА (увидел хозяина, щелкнул пальцами). Гарсон, грелку!

ХОЗЯИН (лениво приподнял голову, вынул записную книжку). Еще што будите?

ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Еще? Что нам еще? Скорее… (Глядит на Второго.)

ВТОРОЙ МУЖЧИНА. Бордоского пять бутылок… Пива десять… Заячий паштет из зайца. Сала из свиньи. Чесночную колбасу с чесноком. Одиннадцать крутых яиц, сваренных вкрутую. Окорок. Хлеба. И… И…

ВТОРАЯ ЖЕНЩИНА. И дичь…

ВТОРОЙ МУЖЧИНА. И дичь. (Кивнул на Первого.) Граф платит.

ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. И дичь. Граф платит. (Спохватился.) Как? Почему? Граф это я… Граф не платит. Выполняйте!

ХОЗЯИН. Всё?

ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Всё. Выполняйте…

ХОЗЯИН. Разбежались… (Опустил голову на руку, чешется.)

Долгая пауза.

Первая снова разогнулась.

Все стоят с открытыми ртами.

Старая монашка теребит чётки, молодая — пританцовывает.

ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Сударь, вы не поняли. Я граф Юбер де Бревиль. Почётный член франкмасонского ордена. А это мои спутники. (Указал на Первую женщину.) Моя супруга, графиня де Бревиль. Мать пятерых… Детей, к счастью, не имеем. (Указал на Второго мужчину.) Господин Луазо. Собственник. Потомственный.

Г-Н ЛУАЗО. Не потомственный, граф. Всё нажито исключительно на собственной голове и способностях умищи. (Похлопал себя по черепу.) Также член франкмасонского ордена.

Г-Ф ЮБЕР. Господин Луазо. Собственник. Не потомственный. Также член франкмасонского ордена. (Указал на Вторую женщину.) Госпожа Луазо. (Третьему.) А это… Как вас, юноша?

ТРЕТИЙ МУЖЧИНА. Корнюде. Борец, обличитель и демократ.

Г-Ф ЮБЕР. Юноша Корнюде. Просто. И… (Поглядел на девушку, перевёл взгляд на монашек.) И две святые девы при нас. Или они как одна идут?

Молодая монашка зацвела.

Старая потупила взор.

Чётки зазвенели.

ХОЗЯИН (встал, разглядывает монашек). Святой колорадский жук! Чего это они? Такие… Вместе…

КОРНЮДЕ. Чудо природы, сударь. По сути своей они одно существо…

Г-Н ЛУАЗО. Природа здесь не причем. Это процесс науки дал свой продукт. Один мой знакомый англичанин, Ньютон, кажется…

ХОЗЯИН. Даааа… Во те на… А пощупать-то их можно? Соединение, так сказать, изучить…

Молодая монашка закивала.

Старая залилась.

Г-НЯ ДЕ БРЕВИЛЬ. Побойтесь бога, сударь, во имя всего святого сборища.

ХОЗЯИН (сел, чешется). Ладно. Кого-кого, а энтого следует побояться. А то — бах! — гром и головы не сыщешь. Чего надо-то?

Г-Ф ЮБЕР. Мы желаем трапезничать, сударь.

ХОЗЯИН. Я тоже желаю.

Г-Ф ЮБЕР. Сударь, я граф Юбер де Бревиль…

ХОЗЯИН. Ну… Вижу.

Г-Ф ЮБЕР. А это…

ХОЗЯИН. Ну… Опять вижу.

Г-Н ЛУАЗО. Вы ничего не поняли, уважаемый. Это сам граф де Бревиль…

ХОЗЯИН. Ну… А я сам Антуан Фоланви. (Ржёт, чешется.)

Г-Н ЛУАЗО. Очень приятно. Но граф де Бревиль это — о! Сама Бретонская энциклопедия дважды упоминает его имя в сносках…

ХОЗЯИН. Да что вы говорите. Не знал. (Чешется.)

Г-НЯ ДЕ БРЕВИЛЬ. Послушайте, сударь, мой муж носит одно из стариннейших и знатнейших нормандских имён…

Г-ф Юбер гордо вытянулся по струнке.

ХОЗЯИН. Поздравляю… (Ржёт, чешется.)

Г-НЯ ДЕ БРЕВИЛЬ. Во имя всего святого сборища, имейте уважение! Одну из прабабок моего мужа обесчестил сам Генрих четвертый!

Г-ф Юбер задрал голову и покрутился перед хозяином в фас и в профиль.

Г-Ф ЮБЕР (указывает на свой сифилический нос). Нос это уже моё приобретение. В семилетнем возрасте был соблазнён труппой бродячих музыкантов, от которых получил известный недуг. А в целом черты короля Генриха, я считаю, что сохранились.

ХОЗЯИН (разглядывает графа). Да. Что-то есть… Хотя ж я Генриха-то этого не видел никогда. А вот мою прабабку обесчестил проезжий солдафон. Теперь все в роду у нас косые на левый глаз. Солдафон, видать, стрелком был… (Ржёт, чешется.)

КОРНЮДЕ (зло). Сударь, мы едим из Руана…

ХОЗЯИН. Из самого или с окраины?

КОРНЮДЕ. Из самого.

ХОЗЯИН. Так-так. А цветочница, что стояла на площади, торгует ли? Такая с прыщиками и губа торчит…

КОРНЮДЕ. Нет. Руан осаждён неприятелем.

ХОЗЯИН. Жаль. Резвая была мадам. Чудные у нас с ней были деньки. Как вскочит, бывало… (Лыбится, чешется.)

КОРНЮДЕ (негодуя). Руан в развалинах, сударь! Он пылает! Горит! Кругом пруссаки! Смерть! Разруха!

ХОЗЯИН. Ну-ка. Ну-ка. (Чешется.)

КОРНЮДЕ. Скоро Руана не будет.

ХОЗЯИН. Дал бы Бог.

КОРНЮДЕ. Что вы говорите?!

ХОЗЯИН. У меня там теща. Может, сгорит тоже. А то всё живёт и живёт, перечница старая. Сколько ей уже… Сто, поди. Дааа. Попила кровушки…

Г-НЯ ДЕ БРЕВИЛЬ. Так вы дадите нам поесть, сударь?

ХОЗЯИН. Нет.

Г-НЯ ДЕ БРЕВИЛЬ. Почему?

ХОЗЯИН. Не велено.

Г-Н ЛУАЗО. Кем?

ХОЗЯИН (указал пальцем вверх). Там…

Все задрали головы к потолку.

Старая монашка зашептала молитву. Зазвенели чётки.

И тут на лестнице возник прусский офицер. Молодой. Белобрысый. Прилизанный. Усы шире плеч.

Компания сделалась бледной.

ОФИЦЕР. Кто такой, каспата?

ХОЗЯИН. Спрашивает, кто вы будите. И вообще…

Г-Ф ЮБЕР. Путники мы будем. Скажите ему, что мы едем из Руана в Гавр.

ХОЗЯИН (офицеру). Каспата ехать из Руан в Кавр.

ОФИЦЕР. Давать бумага.

ХОЗЯИН. Документ немчура просит. Имеется?

Г-Ф ЮБЕР. Есть. Скажите ему, что есть. Подписано комендантом Руана. Всё, как надо. (Полез за пазуху.) Всё, как надо. И имена, и приметы, и род занятиев… Сейчас я…

ХОЗЯИН (офицеру). Бумага сейчас давать каспата.