Вождь Краснокожих

ТОЛЯ (совсем тихим шепотом). Мафия…

ШУРА (тоже выглянул в окно). Где?

ТОЛЯ. Они — мафия.

ШУРА. Кто?

ТОЛЯ. Его отец.

ШУРА. И что? Нам-то что? У нас будет цирк. Прекрати…

ТОЛЯ. Тихо… (Озирается, шепчет.) Убьют. Застреляют. Изнаси… Закопают.

ШУРА. Да никого я не боюсь. Вот похитим его сынулю, тогда посмотрим, кто мафия. В зубах мильён принесёт. Мафия! Эй, мафия! Ау! Где ты, мафия?! Ау! Я тебя не боюсь! Слышишь?!

ТОЛЯ. Тихо. Боже, мой! Боже мой! Я жить хочу. Шура! Пожалуйста…

ШУРА. Не боись! Это они нас будут бояться! Эй, мафия! Ма-фи-я! Где-ты?! (Ходит по комнате, размахивает кулаками.) Подходи! Отоварю! А?! Где ты? Всё. Нету никого…

ТОЛЯ. Тихо. Мамочка. Я жить хочу. Я Отелло хочу играть, в балете танцевать хочу… Мамочка! Мамочка!

ШУРА. Не сс… не боись. У меня план, Толя. Стопроцентный. Гениальный! Грандиозный! Слушай сюда!

ТОЛЯ. Не буду я слушать! Мамочка!

ШУРА. Я слышал, как он говорил, что ищет сынуле училку. Будет ему училка…

ТОЛЯ. Пожалуйста, Шура. Тут даже у стен есть уши. Пожалуйста…

ШУРА. Короче, план мой такой. Где у нас платье и парик реквизитные?

ТОЛЯ (заткнул уши). Я тебя не слушаю. Я тебе не слушаю. Я тебе не слушаю…

ШУРА. Ты переодеваешься в училку и…

ТОЛЯ (громко). Я его не слушаю, мафия! Я оглох! Я ничего не знаю! Я ничего не слышал! Я оглох! Знайте, что я ничего не слышал! Понятно вам! Я песенку вообще пою! Песенку! Ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля…

В это время Шура достал из чемодана платье и парик.

Толя поёт.

ШУРА. Вот. Нашёл. Мерей.

ТОЛЯ. Не буду! Не буду я! (Кричит в потолок.) Знайте, мафия, что я ничего мерить не буду! Я тут не при делах! Это он всё! А он псих! У него голова болит! Слышите?! Его к врачу надо! Лечить! Принудительно! У него шиза! Шиза у него открылась! Слышите?!

ШУРА. Надевай! (Напялил на Толю парик.)

Тот его скинул, убегает, громко поёт.

ШУРА гонится за ним.

Носятся вокруг стола. Переворачивают стулья. Гремят бутылки.

Наконец стол опрокидывается, и они падают друг на друга.

Борьба.

Толя визжит.

Картина вторая

(Фараон и хорал, или Пурпурное платье)

Городской парк. Памятник Ленину, обсиженный голубями. У Ленина в две кепки: одна на голове, другая — в руке. У подножья памятника коммунисты: бабки и дедки с красными флагами и транспарантами. Наезжают на правительство, инфляцию, на разноцветные меньшинства и вообще на всё, на что можно наехать. Работа у них такая.

Чуть в стороне на лавочке сидит Шура, книжку читает. Вернее, делает вид, что читает, а сам на женщину, что возле памятника расхаживает, пялится. Крупная такая женщина, глаза с поволокой, губки бантиком, платформочки (вернее, платформищи), бюст выдающийся, чулоч…

Ой, да это и не женщина вовсе. Это ж Толя наш, Сундуков который, из Висима.

Ах, вот оно что! Значит, все-таки уговорил Шура Толю.

Ну что ж, поглядим, что у них получится…

Коммунисты вдруг запели «Союз Нерушимый».

Шура на секунду отвлёкся, заслушался.

А Толя в это время в кусты ломанулся. Бежать.

ШУРА. А-ну куда?! Стоять!

Толя застучал коленками, объясняет, что по малой нужде, мол, только хотел и всё.

Шура грозит ему кулаком.

Толя возвращается на место. Лицо у него несчастное-несчастное.

И вот появляется объект. Мужик размером с гору. Пальцы у мужика веером, перстни по периметру, на шее цепочка толщиной в сардельку. Это Вован «Чибис». (Шепотом и нараспев.) Тот самый. При Воване пацан лет десяти — Савелий — копия Вована один к пятнадцати. Вот что значит гены.

Вован быком надвигается на Толю.

Толя весь скукоживается, врастает в почву, мертвенеет.

Вован проходит мимо, зацепив Толю плечом. Останавливается, озирается.

Толя собирается ретироваться.

Шура грозит ему кулаком и подаёт знаки, что надо действовать.

ТОЛЯ (нерешительно приближается к Вовану, женским голосом). Здравствуйте, уважаемый. День добрый, уважаемый. Добрый вечер, уважаемый. Доброе утро, уважаемый…

ВОВАН (оборачивается, оглядывает Толя красными глазами). Чё? Ты меня, да, мамаша?

Толя кивает.

САВЕЛИЙ. Пахан, я поканал лохов-пенсионеров позырю.

ВОВАН. А. Давай. Поприкалывайся.

Савелий направился к коммунистам. Достаёт пневматический пистолет. Стреляет.

Митингующие возмущаются, закрываются транспарантами.

Вован довольно улыбается.

Савелий ржёт.

ВОВАН. Так чё ты ко мне имеешь, то ли девушка, а то ли привидение? Милостыньку тебе подать или сама срулишь?

ТОЛЯ. Дак я это… я это…

ВОВАН. Говори, тётя, конкретно. У меня тут стрела с очень клёвой училкой забита…

ТОЛЯ. Это — я.

ВОВАН. Кто — я?

ТОЛЯ. Это… То… Это я вам звонил-а. Я учитель-ка.

ВОВАН (на секунду задумался). А? Чё? Да?

ТОЛЯ. Ага.

ВОВАН. А ты ж сказала, молодая будешь, фотомодель, типа. А сама…

ТОЛЯ. Я поправилась. И это… постарела немного. Время же идёт. Летит. Неумолимо.

ВОВАН. Да? Вчера ж звонила и уже, что ли?

ТОЛЯ. Так получилось. Уснула молодая, проснулась — вот…

ВОВАН. Да?

ТОЛЯ. Но если я вам не подхожу, вы скажите, и я сразу, незамедлительно тово… Убегу.

ВОВАН. Стой пока. (Оценивает Толю ленивым взглядом.) Чё-то ты какая-то… не такая. Гербалайф, что ли хавала, между делом?

ТОЛЯ. Это… Что?

ВОВАН. Усы, говорю, у тебя, че-то какие-то, а? Не из Чернобыля ты, между делом?

ТОЛЯ. Нет.

ВОВАН. А то смотри, короче, мы экологические продукты только хаваем. С грядок.

ТОЛЯ. Я экологически в норме. Но если я вам не подхожу…

ВОВАН. Да не гони ты. Подходишь.

ТОЛЯ. Очень жаль.

ВОВАН. Чиво?

ТОЛЯ. Я рада, говорю.

ВОВАН. Да? А кого кончала?

ТОЛЯ. Убивала, в смысле?

ВОВАН. Да не. Типа, там училище на токаря кончают или школу…

ТОЛЯ. А… Это само. Там и сям. Везде. В Висиме еще училась.

ВОВАН. Да?! Ух, ты! Грамотная, поди, да? Ну-ка проверю тебя, между делом. Четыре на четыре, типа, чё будет?

ТОЛЯ (напрягся). Это будет… как его… (Загибает пальцы, шепчет.) Шестнадцать!

ВОВАН. Хрен тебе! Джип будет. (Ржет.)

Пауза.

ТОЛЯ. Какой вы…

ВОВАН. Какой?

ТОЛЯ. Умный.

ВОВАН. Ну дак. Знаешь, я какие университеты прошёл? Тебе и не снилось… Короче, ты, маманя, мне уже нравишься, между делом. Только усы сброй, Э, ладно, да?

ТОЛЯ. Сбрею.

ВОВАН. Я сказал, сброй.

ТОЛЯ. Хорошо, сброю.

ВОВАН. Вот и ладушки. А чему учить будешь? Наукам или так? На скрипке пиликать, а?

ТОЛЯ. Наукам.

ВОВАН. Наукам — это реально. И чё думаешь, можно из него (показал на Савелия, который уже расшугал большую часть митинга) ученого сварганить, а? Эйнштейна или там Философа на крайняк. Реально?

ТОЛЯ. Думаю, да…

ВОВАН (Савелию). Ну-ка, Вилок, дуй сюда.

САВЕЛИЙ. Чё те? Отвянь…

ВОВАН. А в ухо-горло-нос?

САВЕЛИЙ (подходит). Чё те? Ты, блин, пахан, мне всю малину обломал. Я уж их почти всех замочил.

ВОВАН. Ну-ка заправься. Учитилку тебе новую нашёл, между делом.

ТОЛЯ. Здрасьте.

САВЕЛИЙ. На фига она мне.

ВОВАН. Базар фильтруй.

САВЕЛИЙ. Чё я?

ВОВАН. В очё. Учить тебя, короче, будет на учёного, между делом. Как Философ будешь, нормальным мужиком.

САВЕЛИЙ. Не хочу я, чё.

ТОЛЯ. Тогда я пойду, может…

САВЕЛИЙ. Пускай гребёт.

ВОВАН. Стоять. В общем так, расклад такой, языкам учить не надо, мы уже выучили все. Какие ты там зубрил?

САВЕЛИЙ. Я чё помню.

ВОВАН. Короче, языки не надо. Только науки чисто. Словечки там умные, на канкуляторе считать там — такое всё, короче. Просекаешь, маманя?

ТОЛЯ. Ага.

ВОВАН. Чё еще там? (Чешет затылок.)

Савелий стреляет Толе в глаз.

Толя вскрикивает, закрывает глаз рукой.

ВОВАН. Чё такое там?

ТОЛЯ. Мошка попала.

ВОВАН. Во! Про мошек еще всяких там, между делом. Как это называется, когда про мошек?