Хорошие девочки не получают больших денег и лучших мужчин!

В случае по-настоящему крупных неудач вам необходимо внимательно изучить все аспекты вашей жизни, чтобы найти выход, внести изменения в собственное «я» и откорректировать некоторые цели. Может, стоит немного расслабиться в кругу семьи. Определите приоритеты. Если вы потратили последние десять лет, сконцентрировавшись на том, чтобы занять пост начальника отдела, но так и не получили повышения, стрелка вашего внутреннего компаса начнет беспорядочно вращаться.

Это было вашей целью в течение нескольких лет, и теперь вам придется притворяться, что это не имеет значения. Но что-то еще должно иметь для вас значение, даже если это не является актуальным в данный момент. Перестройтесь и сосредоточьтесь на чем-то – возможно, временно, возможно, постоянно. Нет нужды знать прямо сейчас, каковы временные рамки. Вам просто необходимо что-то стабильное, за что можно держаться, пока не пройдет буря. И тогда вам удастся оценить ущерб. Я, перестав напропалую тратить деньги, тут же почувствовала, что начинаю брать что-то под свой контроль. Я покупала вещи только на распродажах. Я не теряла времени в поисках вещей для наших новых апартаментов. Я избегала всего, что напоминало мне о былой расточительности. Даже если сэкономленный доллар не изменял общую картину, каким-то странным образом он давал мне ощущение контроля.

4. Посмотрите на ситуацию под другим углом

Возможно, осуществить этот шаг будет легче, чем другие, потому что он весьма конкретен. Однако его истинное значение проявится где-то на середине пути. Сразу после того как произошла неудача, потратьте некоторое время на точное описание чувств, которые вы испытываете. Чем более наглядны и ужасны детали, тем лучше. Подробно опишите свой провал и вызванные им эмоции, обиды и разочарования, независимо от того, идет ли речь о прерванных отношениях или о крупном фиаско на работе. (Сам процесс письма может принести облегчение, но это не главное, на что я хотела бы обратить ваше внимание.)

Обратившись к этому описанию по истечении времени, вы поймете, как изменились ваши ощущения. Шести месяцев должно быть достаточно. Вы хотите получить передышку, что ж, чем серьезнее неудача, тем больше времени потребуется.

Полагаю, то же самое я посоветую сделать своим детям, когда они столкнутся с первыми серьезными трудностями, и очень надеюсь, что справившись со сложной ситуацией они почувствуют себя лучше и вспомнят, как мама говорила им «и это пройдет». Подумайте о примерах из вашей жизни, когда время залечивало самые болезненные раны. Это могла быть первая любовь, без которой, как вам казалось, вы умрете, или первая работа, с которой вы едва справлялись, испытывая страх никогда не получить хоть сколько-нибудь стоящую должность.

Хотя этот шаг помогает не сразу, но, сделав и то и другое (написав и прочитав), вы оцените эффективность данного приема и поймете, насколько увеличилась ваша сопротивляемость.

5. Займитесь текущими делами, которые позволят вам взять новый старт

Какие бы шаги вы ни осуществили, медленно, но верно будут происходить положительные изменения. Но все же рядом с вами может существовать своего рода призрак неудачи, который еще какое-то время будет омрачать ваше существование.

Вам необходимо что-то предпринять для ослабления этой ауры провала, которую вы не перестаете ощущать. Даже небольшое изменение может сыграть свою роль. И на самом деле маленькая перемена предпочтительнее. Сейчас не время принимать серьезные решения, которые могут повлечь значимые последствия и кардинально изменить ситуацию. Я говорю об обычных вещах, таких как занятия в тренажерном зале, покупка постельного белья, новая стрижка (конечно, не в стиле индейца-могавка) или новое хобби.

Моя первая серьезная депрессия до краха 1998 года случилась, когда мне было за 20. Дела в компании шли ужасно. (Это был период срыва сделки с «Юнайтид Эйрлайнс», который ударил по нам очень сильно.) Я чувствовала, что грядут неприятности. Я понимала, что фирма скоро закроется и я останусь без работы. Уолл-стрит оказывалась гораздо более вероломной, нежели чарующей. Я переживала, что вылечу из финансовой сферы, частью которой я мечтала стать еще с подросткового возраста. Впервые в жизни я столкнулась с неопределенным будущим. У меня были очень небольшие сбережения, но возвращение домой, в Калифорнию, представлялось мне полным поражением. Я едва сдерживалась, чтобы не впасть в отчаяние.

Активность в офисе затихала до почти полного бездействия, и огромное количество свободного времени, которое ожидало меня каждый вечер, было невыносимым. Я должна была чем-то заняться, чем угодно, лишь бы заполнить пустоту. Я подумала, что могу сделать то, что мне давно хотелось. Что-то, что даст мне крошечное ощущение выполненного дела, что поможет мне не свалиться в пропасть неудачи. Я решила научиться рисовать. (А вы ожидали, что я начну прыгать с парашютом?)

Я купила книгу, которая прямо с обложки обещала научить рисовать любого. Я усердно изучала главы – по одной за вечер. Я действительно научилась рисовать и могу набросать какой-нибудь простенький рисунок на ресторанной салфетке, к восторгу моих детей (хотя они с возрастом утратили способность восхищаться моими второстепенными талантами).

Может быть, мне стоило заняться изучением французского, но, по сути, это ничего не меняет. И примерно в это же время я начала строить планы. Это было еще одно простое дело, благодаря которому я чувствовала, что вообще могу что-то сделать. Я не собиралась дожидаться, когда со мной произойдет нечто волшебное. Прошло 25 лет, но я не отказалась от моего принципа активных действий.

Повседневные занятия могут быть самыми разнообразными.

Попробуйте. Это то, что вы можете завершить, заботясь о себе в мелочах.

Будьте честными и извлекайте уроки

Наступит момент, когда боль, с которой вы будете вспоминать произошедшее, станет терпимой. Через какое-то время вы сможете думать о событиях, не нажимая на спусковой крючок, запускающий ваш персональный коктейль из угрызений совести, стыда, смущения и раздражения.

Вы можете разобрать какие-то детали или взглянуть на урок целиком – в любом случае важно спросить себя, что случилось. Когда я допускаю ошибки в инвестировании, я анализирую следующее.

• Была ли ошибка в процессе принятия решения или неудача отчасти обусловлена законом средних чисел? Как я упоминала в главе 4, посвященной принятию решений, делая некоторые вложения, принимая решения или давая рекомендации, вы не можете гарантировать, что ваши советы сработают. Но вы всегда должны быть уверены, что исходя из имевшейся у вас информации вы все сделали правильно. Иногда случается и наоборот – вам везет, и вы делаете деньги, несмотря на то что ваш бизнес к этому не готов, а лично вы приняли ошибочное решение.

• Как долго и почему я делала вид, что потенциальной проблемы не существует?

• Не упустила ли я грядущие перемены, будь то на рынке или в окружающих вас людях, – может, мне не удалось удержать руку на пульсе происходящего?

• Насколько честна я была перед собой, решая, что эффективно, а что нет?

• Пыталась ли я просчитать хотя бы на шаг вперед, чего хочу и куда иду?

• Осознала ли я в какой-то момент, что пытаюсь игнорировать имеющуюся проблему?

Смысл этих вопросов не в том, чтобы быть чрезмерно требовательной к себе или все время мучиться тем, «что было бы, если». Они помогут вам понять, что вы можете контролировать и что вы можете сделать по-другому.

Урок не сводится к тому, чтобы сравнивать ваш успех (или неудачу) с достижениями и провалами других людей. Он направлен на то, чтобы вы смогли понять, кто вы, и стать лучше. Ошибки при всей своей дестабилизирующей компоненте дают возможность увидеть ловушки, которых вы в итоге научитесь избегать. У меня возникает чувство завершенности, когда я вижу, что инвестирование (в котором мы не участвовали) оказалось ошибочным. Я говорю себе: «Это была ошибка новичка» и немного горжусь извлеченными из чужого опыта и собственным трудом наработанными уроками.

Если я не способна извлечь пользу из неудачи или разочарования, то просто теряю время. Если я могу это сделать, то становлюсь сильнее и мудрее, а моя жизнь – гораздо интереснее.

Как это было в Metropolitan Capital

Вернемся в офис. В Metropolitan Capital бизнес должен был продолжаться. Теперь следовало определить, к чему мы будем двигаться дальше.

После того как пыль улеглась и мы с моим партнером Джеффри смогли обозреть разрушительный ущерб 1998 года, было решено, что необходимо все восстанавливать. Капитуляция не рассматривалась даже в качестве варианта.

К сожалению, нас покинули многие клиенты, в том числе довольно крупные инвесторы, и надежд на их возвращение не было, а ведь нам потребовались годы, чтобы обзавестись такой клиентурой. Кроме того, наша команда распалась, и мы практически вдвоем оказались перед фактом многомиллионных потерь. В общем, задача была пугающей и выглядела неразрешимой.

Первое, что я сделала, – это «надела лицо». Я должна была притвориться перед собой, перед нашими сотрудниками, перед теми клиентами, которые, к счастью, остались с нами, перед всей Уолл-стрит и даже перед всем миром, что убеждена в грядущем успехе. Нам нужно было производить впечатление, что наше возвращение в большой бизнес – это не вопрос «если», а вопрос «когда» (хотя даже я не была в этом уверена).

Каждое утро я приходила в офис раньше обычного специально, чтобы «показать себя» – мол, я намерена работать больше и быть даже более собранной, чем раньше. Мы заблудились на пути к успеху и теперь собирались отыскать его в нашей неудаче.

Тем временем я нарисовала наше будущее – в буквальном смысле. Я составила план и нашла пути получения небольших, но постепенно увеличивающихся прибылей. Мы должны были день за днем, месяц за месяцем привлекать новых клиентов, изыскивать возможности новых вложений, чтобы в самые сжатые сроки вернуться на исходные позиции. Я прикидывала, за какой период мы сможем реализовать мой план, и ежемесячно его пересматривала. Сейчас я даже немного рада, что тогда серьезно ошиблась в сроках нашего восстановления. Ведь если бы я представляла, сколько нам понадобится времени, чтобы вновь занять свое место под солнцем, то была бы просто подавлена из-за непосильности задачи. Я сосредоточилась на малом – на задачах, требовавших незамедлительного решения. Этот подход был довольно эффективен и приносил значительное эмоциональное облегчение. То же самое я делаю и сегодня, осуществляя какой-либо крупный проект.

По мере того как мы переходили от режима оценки ущерба к фазе восстановления, я чувствовала, как заряжаюсь энергией. Наконец-то мы двигались вперед, а не назад. Мы понесли ужасающие потери, хеджи пошли вкривь и вкось, было невероятно трудно буквально сидеть на наличности в ожидании будущих изъятий, в то время как рынок стремительно поднимался к новым высотам. Но, слава богу, этот annus horribilus[8] закончился.

Я набросала кое-какие заметки о том, чему научилась тогда, и доныне храню эти маленькие шероховатые кусочки бумаги. Чаще всего я обращаюсь к листку, на котором записано следующее: «Не цепляйтесь за 1/8». (В то время ценные бумаги торговались с повышением на $1/8, или 12,5 цента; теперь – на пенни.)

Делая те записи, я не думала, что их увидит кто-то еще, поэтому прошу прощения за сленг, но смысл остается. Для меня в одной этой короткой фразе заключено огромное богатство смысла.

Прежде всего:

Не тратьте слишком много усилий на сделку, не обещающую большой прибыли. Если вы хотите что-то продать, продавайте.

Не пытайтесь выдавить все до последнего пенни.

Затем:

Если это не то, о чем вы думали, продавайте это.

Данный посыл означает, что не следует изобретать причины, по которым вам все еще стоит владеть этими акциями. Продажа убыточных бумаг освобождает.

Наконец, еще один момент, который никогда не был столь актуален, как в последние несколько лет:

Рынки могут меняться очень быстро. Не следует экстраполировать на будущее те характеристики окружающей среды, которыми она обладает сейчас.

Рынки, по сути, есть отражение жизни. Работа, отношения, благополучие и самочувствие – все это меняется настолько быстро, что порой трудно вспомнить, как было раньше. Я не раз думала об этом, когда между мной и мужем возникала раздраженность, мы отдалялись друг от друга или появлялось ощущение, что партнер просто не ценит отношения. Замужество – трудная штука, но этого вам никто не скажет. Самый лучший совет, который я когда-либо получала относительно замужества, был от главного исполнительного директора крупной государственной фирмы, которая осталась с нами после 1998 года. Эта мудрая женщина сказала: «Замужество – это не хорошие или плохие дни, а хорошие или плохие годы». Поэтому я точно знаю: любой тяжелый период всегда заканчивается.

Раздумья в условиях «чистой доски» помогли не только мне, но и нашей компании. Я должна была отойти от края обрыва, который находился всего в шаге от меня, и отказаться от отношения к себе как к абсолютной неудачнице. Деловая активность, планирование и пересмотр ближайших задач позволили мне начать думать о себе как о человеке, который не только перестраивается, но и нацеливается на то, что в итоге обернется настоящим успехом.

Целых шесть месяцев нам потребовалось, чтобы компенсировать потери клиентов. Это было здорово, но 1999 год был хорош для всех. Однако до 2000 года мы так и не смогли продемонстрировать наши инвесторские способности. На восстановление капитала фонда понадобилось почти пять лет, а получилось это потому, что нам удалось привлечь новых инвесторов. Каждый счет нового инвестора был небольшой (или крупной) победой, поэтому я ценила абсолютно всех. И каждый из них вносил свой вклад в копилку будущего успеха.

По мере того как тучи рассеивались, а дымка таяла, у нас появилась возможность наконец погасить накопившуюся задолженность, и с каждым днем эта возможность только крепла. Поначалу дело шло медленно. Но в 1999 году оживление рынка превзошло все ожидания, а для нашей фирмы этот год стал даже более прибыльным, чем для финансового рынка в целом. Все, что мы делали, оказывалось эффективным, то есть мы зарабатывали на каждом вложении. Но мы не имели права полагаться на такую удачу, потому что в тот год почти все получали прибыль. Экономика была на взлете. Технологический пузырь начал надуваться. Интернет менял схему ведения бизнеса. Ценные бумаги отражали оживление, участники рынка и эксперты стали говорить о новой парадигме для компаний. Как только компания выпускала пресс-релиз, в котором упоминался Интернет или средства телекоммуникации, ее ценные бумаги резко поднимались в цене. Мы не могли поверить ни глазам, ни разуму, настолько это было нелепо. Мы понимали, что становимся свидетелями развития массового интернет-психоза.

Мыльный пузырь Интернета

Наша фирма ценит инвесторов: это означает, что мы пытаемся разглядеть ценность тех компаний, которые рынок отверг, отбросил или проглядел. Так что зачастую мы обращаемся к темам, в настоящее время непопулярным, но популярность которых может вернуться, если осуществить незначительные изменения. Мы выясняем, в чем состоит проблема и что необходимо компании, чтобы улучшить нынешнее положение. Например, идея, что собственный дом – это здорово, вряд ли имеет успех, однако я полагаю, что сейчас лучшее время для покупки дома. В общем, нашу компанию интересует то, что сегодня определенно не пользуется популярностью.

Большинству из нас нравится думать, что мы шагаем в ногу с модой, что нам идет то, что мы носим, и что мы можем меняться и не отставать от времени. Я же, видя новый тренд, как правило, думаю: «Никогда не буду это носить». В итоге я прихожу к пониманию этого стиля, но, к сожалению, только когда он уже почти вышел из моды. Наверное, поэтому я всегда выглядела немного несовременно. Хотя, став старше, я знаю точно, что хорошо для меня – что мне нужно подчеркнуть и что постараться скрыть. Я могу заигрывать с тенденциями, но не стану наряжаться в несвойственные мне одежды или изображать другую личность. Финансовые вложения я стараюсь делать в соответствии с этим же принципом.

Для нашей фирмы самым замечательным временем стал момент, когда Интернет превратился в своего рода мейнстрим и его возможности казались безграничными.

Я помню компанию Petco, которая стала фаворитом, потому что продавала товары для домашних животных через Интернет. Это был не просто корм для домашних питомцев, это был интернетовский корм для животных. Что могло быть лучше? Кроме того, компания очень грамотно подобрала талисман – куклу. Кукла сама по себе была очень трогательной, а рекламный слоган – PETCO, ПОТОМУ ЧТО НАШИ ЛЮБИМЦЫ НЕ ВОДЯТ МАШИНУ – лишь добавлял очарования. Они выжали из этой куклы все, что только можно, даже купили рекламу на Кубке США по американскому футболу 2000 года. Компания, которую представляла кукла, стала стоить несколько сотен миллионов долларов после первичного размещения акций на фондовом рынке, даже несмотря на то что бизнес на самом деле терпел убытки, причем большие. Оказывается, доставка пакетов с кормом каждому клиенту может стоить немало.

Мы в Metropolitan Capital не понимали этого. В наших умах не укладывалось, как десятилетия корпоративной финансовой теории могут быть перевернуты с ног на голову и признаны совершенно устаревшими. Как может быть неважным, умеют ли компании вообще зарабатывать деньги? Как рынок может так безумно высоко оценивать те компании, о существовании которых еще два года назад никто не подозревал? Ведь речь шла не о лекарстве от рака. И как люди могли делать такие деньги на акциях Интернета? Эти компании не имели активов, функциональных бизнес-моделей, никакого стратегического преимущества, а у руля стояли 22-летние ребята, отсеявшиеся из колледжей. Эта эйфория шла вразрез со всем, что мы высоко ценим как стоимостные инвесторы. Мы просто не могли этого понять. Сначала мы были ошеломлены, потом разочарованы, затем пришли в негодование.

Некоторые из наших инвесторов спрашивали, почему мы не хотим примкнуть к победителям. Порой у нас возникал соблазн, это казалось так просто. Но в итоге мы не поддались искушению.

Мы искали повсюду. Это не стало сюрпризом, когда в конце концов мы обнаружили, что большой бизнес с реальной доходной мощностью и реальными активами, но без явных связей с Интернетом считался изжившим себя. Настоящие золотые россыпи, такие как промышленные компании, торговались по самым низким параметрам, какие мы когда-либо видели, и данная ситуация никого не волновала. Эти ценные бумаги не были модными или привлекательными и не вызывали никакого ажиотажа. Однако мы знали, что они обладают истинной и непреходящей ценностью.

А американская промышленность все еще нуждалась в ассигнованиях, а финансовая система должна была функционировать. Старый, надоевший бизнес не закрывался. Мы стояли на своем. Изучая рынок, я читала о том, как страну охватывали то паника, то эйфория, то помешательство на голландских тюльпанах. Я знала и о баронах-разбойниках, появившихся перед самым крахом 1929 года. Я видела, как рынки могли отключаться от реальности, но невозможно было знать, надолго ли. Весной 1999 года технологическое пространство начало трескаться под собственным весом. Денег, которые можно было бы втянуть в эту манию, не осталось. Игроки, прибывшие последними, просто не могли поверить, что они пропустили вечеринку. Той осенью возникло короткое оживление, а затем величайшее помешательство, которое когда-либо видел мир, рухнуло.

Мы видели потерянные состояния, потерянные работы и полностью утраченные сбережения, скопленные на черный день. Ценные бумаги, которые продавались по несколько сотен долларов за акцию, упали до минимума. Нередки были случаи, когда компании теряли до 90 % своей рыночной стоимости. Поскольку инвесторы в конце концов сбежали из этого сектора, не осталось никого, кому можно было бы продавать ценные бумаги, разве что за копейки, но некоторые финансисты продолжали цепляться за утраченные возможности.

Надежда всегда возрождается, стоимость ценных бумаг – никогда. Ровно через 268 дней после своего IPO компания Pets.com была ликвидирована. Акции, которые имели рыночную стоимость в сотни миллионов долларов, упали до $0,00 (хотя лицензионные права на куклу позднее были куплены за несколько сотен тысяч долларов).

Эти краткие истории об интернет-пузыре и о судьбе Metropolitan Capital показывают, как некоторые вещи меняются со временем. Как вы думаете, какие уроки мы извлекли из всего этого? После неудачи наши убеждения вполне могли пошатнуться, и мы легко соблазнились бы новомодной тенденцией, но эта гонка окончилась бы очередным крахом. Мы должны были оставаться верными себе, хотя бы той части нас, которая представляла ценность. Также требовалось хорошенько обдумать и перестроить части, не имевшие особой ценности.

Поскольку рациональные умы одержали победу, компании, которые были отодвинуты в сторону как устаревшие, теперь рассматривались как имеющие чрезвычайную ценность, и деньги буквально хлынули в них. В 2000 году, когда рынок опустился на 9,1 %, мы поднялись на 26,48 %. Этот год оказался временем нашего самого большого превосходства, причем по всем показателям. Мы знали, кто мы есть. Погашение, которого мы так опасались, наконец-то свершилось.

Когда я оживляю в памяти все, что произошло, и все уроки, которые я извлекла той осенью, когда наша фирма была практически на грани краха, я признаю, что шрам еще заметен и он останется навечно. Даже несмотря на то что мы в итоге полностью перестроились и далеко ушли от той черной черты, во мне все еще живет унизительное ощущение потрясения и потери. И оно всегда будет со мной, я просто научилась с ним жить.

Однако я никогда не забуду, что смогла через это пройти. И вот что забавно: мне нужно напрячься, чтобы вспомнить все подробности того, что тогда происходило. Моя память не сохранила многие несостоявшиеся сделки, инвестиционные ошибки, покинувших нас инвесторов, недостаток менеджеров. Но с тех самых пор я точно знаю, любой бизнес может потерпеть крах.

Некоторые раны заживают полностью и окончательно, как боль предсказанного мне бесплодия, которую вытеснила радость рождения наших четверых детей. Шрамы становятся менее заметными, а чувства и уроки остаются. Я также знаю, что впереди меня еще ожидают неудачи (и я надеюсь, окрепнет моя способность преодолевать жизненные трудности). Что ж, пусть так и будет.

Когда вы разбираетесь и справляетесь с собственными неудачами, независимо от их масштаба, будьте великодушны к себе, но действуйте. Вы можете этого добиться. Должны добиться. Вперед.

7. Будьте там, где вы есть

Будьте там, где вы есть – это не мантра дзен-буддизма, хотя звучит похоже. К этой философии я пришла изнурительным путем, изучив все возможные маршруты. Жаль, что это заняло у меня так много времени. После окончания колледжа я думала лишь о том, как сложится моя карьера. Я переживала, что не смогу достичь такого успеха, на который рассчитывала. Затем я стала беспокоиться, что никогда не найду подходящего парня, волноваться о рождении детей, потом о…

По иронии судьбы «беспокойство-о-том-как-все-обернется» не помогло мне поймать момент. Я поступила наоборот.

Хотя размышления о будущем – вещь хорошая, но это еще не все. Для любого футбольного болельщика одним из самых разочаровывающих является момент игры, когда принимающий футболист разворачивается к центру поля еще до того, как получил мяч, – он уже просчитал прием паса, настроился, но поторопился и… проиграл. Заканчивает он ничем – нет приема мяча, нет выигрышного очка плюс пустая пробежка. Я часто говорю о том, чтобы вы постарались увидеть всю картину, подумали о перспективе и представили, что будет дальше. Хотя иногда нужно выполнить лишь первую часть. А беспокоиться о том, чтобы преодолеть следующие ярды, стоит, когда вы уже получили мяч.

Каждый этап жизни, каждая цель, каждый поворотный момент заслуживают того, чтобы их смаковать. Если вам всегда хочется оказаться где-то еще, значит, вы упускаете положительные стороны того, где вы находитесь сейчас, и даже того, кто вы есть. Особенно это касается нашей личной жизни: находиться в самом моменте – порой лучший и единственный способ его пережить.

Пребывая в поисках любви, решившись на брак или строя семью, мы можем научиться извлекать все возможное из каждого момента, даже когда вешаем на себя удручающий ярлык работающей матери и приходим к пониманию того, что нельзя находиться в двух местах одновременно. Это знание не дается нам от рождения, но мы можем овладеть им на практике.

ВОЗЬМИТЕ НА ЗАМЕТКУ

УЧИТЕСЬ НА ОШИБКАХ ДРУГИХ ЖЕНЩИН

Дана Бухман, художник-модельер:

«Я на самом деле ни о чем не сожалею по двум причинам: если бы я поступила иначе, то, скорее всего, я оказалась бы в ситуации, когда после драки кулаками не машут».

«Безудержные танцы до утра, вечеринки, где я даже не была знакома с хозяином, – все это 1980-е годы, проведенные в Нью-Йорке. Положительная сторона такого образа жизни: я наслаждалась, жизнь казалась праздником, приправленным восхитительным ощущением свободы (в некоторой степени). Но у этого праздника жизни есть и оборотная сторона – все это великолепие не было незабываемым или созидательным, а походило на банановое пюре, которое подали вместо свежих фруктов».

Джоанна Коулс, главный редактор Cosmopolitan:

«Я сделала сотни ошибок, но с возрастом я стараюсь не зацикливаться на них. Когда мне было 20 с небольшим, я принимала ошибки близко к сердцу и проводила ночи без сна, переживая, что меня могут уволить. Я переставала видеть перспективу, поскольку слишком переживала и хотела добиться идеального выполнения текущей задачи. Я не понимала, что никто не ждет от тебя совершенства, когда ты молод и только начинаешь карьеру. От тебя ожидают старания, работоспособности и, конечно, результата».

Быть там, где ты есть, для незамужней девушки

Одной из моих самых больших ошибок до замужества была следующая: после работы я не превращалась в типичную жительницу Нью-Йорка 20 с небольшим лет. Да, мне хотелось с кем-нибудь встречаться, строить отношения и даже выйти замуж. Однако в течение многих лет я ничего не делала, чтобы реализовать свои желания.

Я усердно работала и избегала разговоров в коридоре офиса, а также пиццы и пива по четвергам вечером. Несколько раз в неделю я посещала тренажерный зал, где занималась, стараясь не смотреть по сторонам, потом возвращалась в свою квартиру, чтобы поужинать в печальном одиночестве. Я никогда не ставила себя в ситуацию, в которой могла бы с кем-то познакомиться. Не осознавая этого, я превратила себя в недоступную крепость. В конце концов я решила, что, если это должно случиться, оно случится. Препятствия, которые я воздвигла на этом пути, казались похожими на вызов: «Если ты любишь меня, ты меня найдешь». К сожалению, этот посыл оказался стратегически бездарным.

«Будь там, где ты есть» означает позволить себе находиться на работе, быть в одиночестве и в то же время продолжать общаться с другими людьми. Однако никакое определение успеха не включает в себя изоляцию и воздержание пять вечеров в неделю. «Быть там, где ты есть» – значит играть, когда пришло время игры, и выдергивать вилку из розетки, когда настало время отключиться.

Мне порой было сложно перенастроиться, и я зарывалась в работу, чтобы избежать одиночества. В глубине души я понимала, что делаю, но рациональным образом объясняла это, говоря себе, как упорно я работаю и насколько невероятна моя работа. Может показаться, что это противоречит положению, которое я подчеркивала, относительно присутственного времени в офисе. Я полностью убеждена, что на работе быть необходимо. Вопрос в том, чтобы находиться там в урочное время и не засиживаться. Вы понимаете разницу.

Если бы Господь дал мне второй шанс (при условии, что я все-таки встречусь с Лоуренсом), в свои 20 лет я выходила бы гораздо чаще. Я была бы более активной, встречалась бы с друзьями, повышая свои шансы и приобретая новый опыт. Вам необходимо увеличивать вероятность случайных встреч как на работе, так и в личной жизни.

В те времена, когда я была не замужем, еще не назначали свидания онлайн, но если бы я была незамужней сейчас, я посещала бы, как минимум, несколько веб-сайтов. Я слышала о них много негативных отзывов, в том числе и такие: «Не понимаю, почему парень, у которого рост метр с кепкой, называет себя высоким, он что, думает, у меня плохо с головой? Интересно, как долго он рассчитывает это скрывать?» И все же я бы этим пользовалась. Я знаю очень многих людей, которые завели удачное знакомство в Интернете. Нужно приложить усилия, чтобы тебя заметили, это нелегко, и это рискованно, но это гораздо лучше, чем оставаться незамеченной.

Будь честна с собой, отвечая на вопрос, где ты и почему. Помни:

Сидя дома, я не имела шансов на знакомство, и у тебя их не будет.

Вернемся к теме моих романтических отношений. Я наконец поняла, что мне нужна помощь в этом плане, и позволила себе согласиться на несколько организованных для меня свиданий, включая свидание вслепую, устроенное моей любимой тетушкой Адель. Она никогда не забывала поздравить меня с днем рождения, посылала открытки по случаю окончания школы и колледжа и просто казалась такой родственницей, на которую всегда можно положиться и от которой можно получить совет и поддержку. Однажды выяснилось, что у одной приятельницы из ее прихода, с которой они играли в бридж, имеется холостой сын в Нью-Йорке: я была не замужем и в Нью-Йорке, он был не женат и тоже в Нью-Йорке – чем не пара?

В оправдание тетушки Адель необходимо заметить, что она была знакома с сыном приятельницы и знала его как доброго, веселого и умного парня. Кроме того, ей было известно, что я не в полной мере представляю, что в этом вопросе хорошо для меня.

Адель: Карен, у меня есть кое-кто на примете, кто может составить тебе отличную компанию.

Я: Это очень любезно с твоей стороны, но я, право, не знаю.

Адель: Поверь мне, он хороший парень. Он умный, веселый и при этом изумительный сын.

Я (задумчиво): Изумительный сын – звучит так, словно он влюблен в свою мать.

Сказать, что я колебалась, – значит сказать слишком мягко. Мы встретились в баре – обоим эта встреча была навязана, – и у каждого была припасена отговорка, чтобы свидание не затянулось, если не возникнет взаимной симпатии. К нашему общему удивлению, после того как растаял лед первого недоверия, у нас нашлось много общих тем для разговора. Для начала мы поведали друг другу схожие истории о наших родственниках, которые пытаются «устроить» нашу судьбу и потому уговорили нас пойти на свидание. Я даже пожалела, что мы так мало времени отвели на эту встречу. Я была просто поражена, что тетушка Адель смогла организовать мне такое отличное знакомство. Мы встречались примерно месяц или около того, и мне действительно было приятно его общество, легкие и мягкие манеры, и, конечно же, мне понравился его ум. Но в конце концов у нас возникло это ощущение – «славный человек, но не тот единственный». Однако те немногие свидания сдвинули дело с мертвой точки. Было очень приятно по вечерам проводить некоторое время вне дома. Это вдохновило меня на новые попытки.

Затем началось некое нашествие. Как только стало известно, что я «доступна», то есть был дан какой-то сигнал, который я не посылала раньше, – знакомства посыпались одно за другим, со мной пытались поближе познакомиться друзья друзей и мои собственные знакомые. Был чертовски симпатичный парень с Уолл-стрит, обожающий чипсы, и человек с добрым сердцем, который на первом же свидании предложил мне побросать фрисби. Был слишком крутой для меня футболист, который через несколько лет пришел работать в нашу фирму; похожий на Наполеона властитель вселенной (своей собственной); парень, который жил в моем доме, с которым я подружилась на взаимовыгодных условиях и о котором я всегда вспоминала в разговоре с подругами как о Парне из Прачечной. Мы вместе стирали в цокольном этаже и, пока чистое белье сохло, поднимались наверх, чтобы сбросить теперь уже потную одежду. Но того «единственного» все не было.

Я все еще искала своего Супермена, когда вновь случилось свидание вслепую. На этот раз с Лоуренсом. Парень, который устроил нам эту встречу, сообщил, что они с Лоуренсом друзья по Гарварду. Мне понравилась «родословная»: выпускник Гарварда, гарвардский диплом по бизнесу, гарвардский диплом по юриспруденции. Но когда я открыла дверь и увидела этого парня под два метра ростом, то подумала, что он попал в Гарвард, получив стипендию как баскетболист. В обоих случаях я ошиблась. Он был достаточно умен, чтобы поступить куда угодно, но баскетболистом оказался настолько плохим, что, несмотря на свой рост, не смог бы играть даже за самую слабую женскую команду. Однако он был красивый, забавный, с отличным чувством юмора и сильнейшей энергетикой.

Однажды много лет спустя я стояла на углу улицы недалеко от моего офиса с двумя старшими детьми, ожидая, когда загорится зеленый свет. Мы направлялись на прием к стоматологу. Краем глаза я заметила бездомного, которого помнила еще по старым временам, когда была не замужем и жила в нескольких кварталах отсюда. «Эй, леди с 63-й улицы, как поживаете?» – спросил он.

Я не могла поверить, что мы узнали друг друга. Я подошла к нему и дала немного денег. А затем, хотя раньше мы не обменялись и парой слов, я почувствовала необходимость представить своих детей. «Так поступают воспитанные люди в Нью-Йорке», – решила я. «Это Люси, а это Джек. А малыши дома с моим мужем».

Он ответил без колебаний, словно исполняя роль в каком-то фильме, который я никогда не посмотрю: «Вот это да! Я никогда не видел, чтобы вы ходили развлекаться. Вы были вся в работе, никаких развлечений, насколько мне было известно. Я удивлен, что у вас есть дети».

Странная реплика, но больше всего меня поразила проницательность этого человека. Он понял, что я была не там, где должна была быть, задолго до того, как это поняла я.

КАК ПОПАСТЬ ТУДА?

♦ Какой образ вы себе рисуете и какую историю себе рассказываете? Честно ответьте, как и с кем вы проводите время. Как вы описываете свою жизнь – себе и другим?

♦ А может, вы уже встречались со своей половиной, но свидание показалось вам заурядным, и нужно дать парню еще один шанс? Подумайте об этом. Случалось ли вам вести себя на свидании так, что потом приходилось об этом жалеть, или вы не сумели раскрыться и показать, кто вы есть на самом деле? И не является ли на самом деле Мистер, Которого Можно Исключить, Мистером Подходящим?

♦ Учитесь у знакомых вам парней. Могу поспорить, они гораздо интереснее, чем кажутся. У всех мужчин, которых я знаю, есть свои «фишки» – в гараже сохранились игрушки, с которыми они играли в детстве, есть спортивные команды, за которые они болеют, и есть друзья, с которыми они проводят время по воскресеньям. С ними не возникает ощущения, что они с тобой «от безрыбья» и что им хотелось бы видеть вместо тебя Миссис Подходящую. Отношения с ними могут казаться самыми поверхностными (не давайте себя одурачить), но они служат важной цели, позволяя мужчинам Быть Там, Где Они Есть.

«Здесь и сейчас» в плане брака и создания семьи

Довольно редко нам удается испытать божественное ощущение полной удовлетворенности и благополучия. Но именно в эти моменты вам нужно просто быть там, где вы есть, поскольку именно там вам суждено быть.

Для меня самым незабываемым из таких моментов стал день моей свадьбы. Я буду помнить его до тех пор, пока моя память будет мне служить. Мы поженились в ноябре 1993 года в нью-йоркском «Метрополитен Клаб». Нас словно перебросили в другую эпоху, эпоху барокко со всей чрезмерностью и напыщенностью этого стиля. Представьте себе «Титаник» на суше. Почему мне захотелось такого фантастического антуража, я не знаю. Это казалось само собой разумеющимся. На мне было супершикарное платье. Сегодня я под страхом смерти такое не надену, но мы все совершаем ошибки.