Земли меча и магии. Друид

— Меня нельзя запугать какому‑то полукровке. — Прищурил глаза бывший капитан пиратов. Испугавшимся он действительно не выглядел. Равно как и остальные пираты. А вот сидевшая в уголке компания мутных личностей старательно пыталась казаться тише воды, ниже травы. И, кажется, даже начала мимикрировать под цвет окружающей грязи. — Будь он хоть неумирающим, хоть демоном, хоть богом.

— А кто говорит о запугивании? Просто предостерегал тебя от необдуманных действий. В конце‑то концов, моего человека убили они, нарушив твои правила. И сейчас за это ответят. — Пожал я плечами, старательно выделив голосом местоимения, а после демонстративно развернулся к викингам. — Эй, рогатые, сейчас мы таки выйдем за ворота. И там каждый из вас по очереди получит возможность начистить мне морду. Это ведь то, чего вы все так хотели, верно? Если хоть одному это удастся…Что ж, считайте, вам повезло и выжившие могут уйти невозбранно. Но теперь, когда вы оскорбили меня и хозяина этого чудного заведения, уже никаких глупостей вроде борьбы на кулаках и с голым торсом. Только оружие, только хардкор!

— Хе, одет как друид, а в душе пират! — Расплылся вдруг в свирепой улыбке трактирщик, демонстрируя тройной частокол треугольных акульих зубов. М — мать честная, это еще что за мутант?! — А мне это нравится. С удовольствием полюбуюсь на такой поединок, верно парни?

— Крроовища! — Каркнул попугай, воинственно встопорщив алый хохолок и злобно щелкнув клювом.

Остальные пираты поддержали его согласным гулом. Разбойники в углу одобрительно закивали. А дамы легкого поведения, с началом заварушки покинувшие викингов, стали старательно стрелять в мою сторону глазками. Учитывая, что самой молодой и стройной из них я дал бы тридцать пять лет и восемьдесят килограмм, смотрелось это страшнее всего. Впрочем, интерес путан не первой свежести для меня опасности не представляет. В отличии от шести поединков подряд с явно опытными воинами.

— Мы выпотрошим тебя как снулую рыбу, гибрид! — Мрачно ощерился один из викингов, неожиданно к месту применив наукоемкое слово. — С нами великие боги севера!

— Отлично. — Не дал я ему перехватить инициативу и подбодрить остальных соратников. — Вот ты первым к ним и отправишься.

Первая схватка вышла короткой, но до чертиков опасной. Вооружением моего противника оказалась здоровенная обоюдоострая секира, которой он бы вполне мог развалить человека пополам, несмотря на все еще действующую каменную кожу. Однако я успел подсунуть лезвие к рукам делающего богатырский замах викинга, в результате чего он практически сам себе и отрубил верхние конечности. Снести калеке голову стало практически актом милосердия.

Второй дуэлянт сделал свою ставку на осторожность и терпение. Он прятался за щитом и делал оттуда короткие выпады копьем, которым владел просто мастерски. Несколько раз ему улыбалась удача, и я получал поверхностные раны, снявшие в итоге почти треть здоровья. Но потом измочаленный в клочья двуручником щит приказал долго жить, а следом его примеру последовали древко оружия и грудная клетка противника.

Третий викинг практически в самом начале схватки банально споткнулся, после чего у меня вышел образцовый критический удар, начавшийся у правого плеча цели и закончившийся чуть ниже её же левой подмышки. Пережить распластывание на две части даже в этом мире вряд ли бы кто сумел, а потому мне досталась чистая победа…Правда, весьма кровавая.

— Хватит, мы признаем, что выпивка застила нам разум и заставила говорить хулительные слова. — Внезапно вышел вперед один из оставшихся викингов. — Мы видим твою силу и просим о снисхождении, жрец природы. Назови свою виру, друид.

— Кажется мне, что принудить вас к драке против слабейшего могла бы и ключевая вода. И это не столько упрек, сколько повод вам задуматься о том, нужной ли дорогой идете. — Пробурчал я, понемногу начиная отходить от горячки боя. Предложение поступило вовремя. Еще минутка — и каменная кожа прикажет долго жить. — Мое предложение таково. Неделя верной службы без оплаты, а после вольны идти куда вздумается либо оставаться служить на иных условиях. Но если побежите или ударите в спину — не поленюсь отыскать вашу родину и всем рассказать, какие вы трусы. Насколько я знаю северных богов, они никогда не пустят к себе в чертоги воина с сердцем зайца. Да и люди поколениями будут говорить друг другу, на кого не надо быть похожим.

А действительно на кого? Я ж их имен не знаю? А, плевать! Поверят благодаря навыкам дипломатии — и хорошо. Не поверят — и так обойдемся. А даже если и правда зарежут в темном уголке — переживем.

— Да будет так. — Синхронно склонили голову оставшиеся обладатели рогатых шлемов, похоже старательно репетировавших данный маневр. — Веди нас, вождь!

— Хе, идем за мной, друид. Думается мне, поговорить надо. — Проскрипел стоящий недалеко от места побоища старый пиратский капитан. — А тела прямо тут оставьте, твои животные тоже кушать хотят.

Мишки действительно как‑то заинтересованно крутили носами в сторону свежих тел и пытались преданно заглянуть мне в глаза. Не приучить бы их к человечине…Вдруг потом откажутся переходить на гоблинятину, демонятину и иные быстроразмножающиеся и часто встречающиеся в дикой природе корма?

— Не должно это. — Нахмурился тот самый викинг. Который договорился со мной о прекращении поединков. — Воинов погибших в поединке чести надо предать огненному погребению! Как подобает!

— Вот ты этим и займись, все равно никто лучше ритуал тут не проведет. — Похлопал его по плечу я. — И медведей мне нечего перекармливать. Завтра с утра им каши из общего котла насыплем и баста. Ну, может грибами еще сушеными приправим или какие тут есть еще дешевые продукты?

Морды зверей синхронно скривились в гримасах отвращения. Вот и верь после этого, что они человеческую речь не понимают. Все они понимают, засранцы пушистые, только говорить не хотят.

Старый пират провел меня мимо барной стойки в какую‑то каморку, где половину свободного места занимал заваленный разным хламом стол, а треть оставшегося места отводилась под гамак. Никак по тесным недрам своего корабля ностальгирует, пень трухлявый.

— Пей! — На стол оказалась водружена массивного вида бутылка, плотно закупоренная пробкой с восковой печатью. И две рюмки.

— Наливай! — Отказываться я не собирался. После сегодняшнего дня…Да какого дня?! У меня уже намного больше двадцати четырех часов одна сплошная нервотрёпка! Короче, идея нажраться поступила очень вовремя.

Первые две рюмки мы приговорили в тишине и покое. Вторые тоже. Третьи постигла та же печальная участь…Я пил и пил обдирающий горло огнем напиток, имеющий запах моря, рыбы и почему‑то цветов, словно воду. Только список дебафов, заботливо маячащий где‑то на периферии сознания, все удлинялся и удлинялся. Когда первая бутылка подошла к концу ей быстро отыскалась замена в виде сестры — двойняшки. И вот на середине последней меня прорвало.

— Да пошло оно все! — Я со злостью долбанул стол так, что в кровь расшиб оба кулака. Вот только злополучный предмет мебели даже не шелохнулся. Почему? А! Привинчен. — Я не просил себя в эту дыру засовывать! У меня и дела есть! Ну, то есть были уже походу… Надежды! Идеи! Планы! Я не хочу скакать расфуфыренной макакой по каким‑то дебрям, меряясь длиной посохов со всеми встречными героями! Домой хочу в конце‑то концов! К маме! К её пирожкам!

— Я хотел спокойно встретить старость! Тихо! Мирно! Мне надоело хоронить друзей, детей и подруг! — С другой стороны по столу ударили кулачища пиратского капитана, которые как служащие спецслужб бывшими, похоже, не бывают. — А тут ты! Ну почему тебя именно сюда занесло?! Неумирающие же не могут сидеть на жопе ровно! Все замки, города, села, крепости и веси вам надо завоевать, все артефакты собрать, всех кроме собственных подданных убить! Только ведь к спокойной жизни привыкать начал и засыпать без арбалета под подушкой! И вот оно! Фу ты ну ты! Чудо лесное в перьях заявилось и грозится трактир спалить! Скажи честно, ты бы спалил!

— Нафиг надо, он мне еще целым пригодится. — Фыркнул я, пытаясь вчитаться в список дебафов. Но был он длиииныый….И какой‑то расплывчатый. — Весь преступный элемент бы повыгнал или перебил за три — четыре ходки, все ценное забрал, своего человека сюда поставил. Эй, волк морской облезлый, ты чего такое забористое в вино подмешал?! Сыворотку правды?

— Это ром, бурундук сухопутный! Ром морских дев! И он изначально такой. — Возмутился пират. — Короче так, неумирающий…Скажу тебе честно, поскольку лгать щас и не смогу. Долго вы в нашем мире не задерживаетесь…

— Мне уходить некуда. — Перебил его я. — Слушай, а хороший ром…Значит, на неписей, ну в смысле простых людей…И не людей…Действует? И даже нам развязывает язык, да?

— На вашем племени первый раз проверяю. Но личей, вампиров, элементалей и даже одного ангела он только так петь заставлял. — Буркнул трактирщик с крайне бурным прошлым. — И мне все равно, есть тебе куда уходить или нет. Не уйдешь сам, уйдут тебя. А мне потом трактир отстраивать после войны или вообще в чужие края переселяться. Поэтому если хочешь, чтобы я тебе помогал — плати!

— Ну, это само собой. — Даже удивился я такой постановке вопроса. — А чего, могло быть иначе, да?

— Если б ты был у наших в авторитете, то могло. — Кивнул головой пират и я сразу как‑то вспомнил о попадавшейся среди начальных навыков книжке с названием 'Принц воров'. Вроде бы именно она существенно расширяла потенциал разного рода преступников и даже самого героя учила карманным кражам. — Но ты никто и мы тебя не знаем. А потому сто золотых в день лично мне, и каждое дельце оплачивается отдельно!

— У тебя рожа треснет. — Подумав, заявил я. А после добавил. — Потому как я её тебе тресну!

— Хорошо. — Не стал спорить со мной Хью. — Тогда ребята, которых я соберу под твои знамена, сами будут искать развлечений и приключений. Думаешь, дешевле выйдет? За девок порченых плати, за ворованный товар торговцам плати, за порезанных по пьяни мужиков плати…

— Да что б ты подавился. Согласен. — Был вынужден принять его требования я, напомнив себе о том, что с гильдиями воров у друидов туго. Самое близкое к ним — рейнджеры. Но они скорее лучники, умеющие скрытно подбираться на дистанцию выстрела и способные следить за перемещениями войск противника. Сбор информации, кража артефактов, устранение неугодных, поиск ловушек и взлом замков — это как‑то не для них. — Только у меня нет ста золотых в день. Чтобы были, нужен замок. Да не простая каменная коробка, а с магическим источником.

— Хреново. — Налил себе еще трактирщик. — У нас таких нет. Есть только усадьба барона и логово насекомых. И ни один из них я бы на саблю взять не решился, даже будь у меня прежняя команда и пара — тройка союзных капитанов.

— Эльфийские руины. — Напомнил ему я и накапал себе рому. Интересно, получится наклюкаться им до отключки или нет? Надо проверить! Поставить, так сказать, эксперимент научный!

— А, тогда таки есть. Но их отстраивать надо. — Согласно кивнул бывший пират. — Впрочем, неумирающие это быстро умеют. Ладно, я согласен подождать. Только недолго.

— Чтобы их отвоевать силы нужны. — Налил я ему остаток напитка из бутылки, в рюмку. Ну и себя последними каплями не обделил — Люди. Или звери. Или вообще кто угодно, главное чтобы драться умели. И хотели за кормежку и долю в добыче.

— Живности в лесу много. Медведей ты вижу нашел, значит остались рыси, змеи, орлы, гиены и львы. — Подсчитал на пальцах Хью. — Примерно где они есть я скажу, там они тебя сами найдут. С людьми сложнее. Кликнуть то я могу, но пока они сюда дойдут…И плату вперед потребуют. Авансом.

— А есть места, которые можно потрясти без особого напряга? — Пошевелил я пальцами, намекая на монеты. Думаю, еще один день без замка вполне можно провести. Как раз армию зверюшек наберу, да уровень еще чуть — чуть повышу. Лишним не будет, раз в руинах банды по двадцать пять разбойничьих рыл чуть ли не бесследно пропадают.

— Найдем. — Прикрыл глаза Хью, а после потянулся за новой бутылкой. — Ром морских дев кончился, ром обычный начался. Наливай!

Вы выполнили задание: Неморской волк

Трактир Хромого Хью это не только место культурного досуга, но и сборище подозрительных личностей, которых можно нанять. И вас они уважают, боятся, ну или хотя бы терпят взамен на множество маленьких желтеньких монеток.

Награда: 1000 опыта. Возможность построить в вашем замке логово бандитов.

Вы получили новый уровень!

Ваш текущий уровень: 3

Сила магии +1

Лимит повышения уровней в этот день достигнут!

Выберите навык, который хотите изучить: Улучшенная Белая Магия или Управление насекомыми.

Второе! Я где‑то видел на скриншоте весьма впечатляющих гигантских пауков…Или создатели игры помнили, что они вообще‑то представители совсем отдельного семейства? А, пофиг, выбрал уже. И вообще, почему никто не наливает?!

Глава 3

— Курлы! — Пронзительно заверещало пернатое отродие, отчаянно стараясь выклевать мне глаза.

— Пошла вон, курица! — Я попытался отвесить тумака этому воробью — мутанту, но едва не сверзился вниз и вынужден был схватиться за едва — едва выступающий козырек обрыва обоими руками. Злобный птах немедленно попытался устроиться у меня на плечах и принялся долбить затылок. Количество пунктов жизни медленно, но верно стало ползти вниз. — Ох, почему я вместо ближнего боя стрельбу из лука не взял? Пристрелил бы тебя и в суп.

Скальный орел пятого уровня, из‑за раскраски упорно напоминающий обычного воробья, снова начал возмущенно клекотать и пытаться меня сбросить ударами по глазам. Знает, сволочь, где у людей уязвимая точка и вкусненькая часть одновременно. Нет уж, шалишь! Не хочешь по — хорошему слушать друида, будешь делать это по — плохому или вообще не будешь! Вот кто тебя просил выхватывать у меня прямо из рук с таким трудом пойманного зайца, когда я почти уже договорился со змеями?! Хорошо, что они обиделись именно на ворюгу, к которому как оказалось имели давние счеты. И даже выдали пусть хиленький, но квест.

Подтянувшись и в очередной раз двинув орла кулаком по клюву, я поразился упорству и толстокожести птички, после чего принялся за обыск её гнезда. Блестящий кристалл в центре оного меня серьезно озадачил. Вроде же не сорока, чтобы домой побрякушки таскать? И как орел его сюда вообще допер, они же примерно одинаковыми по размеру будут? Стервятников — джамшутов нанимал? А, ладно, главное, что эта единица ценного ресурса теперь моя, а у самого её подножия лежит изначальная цель. Пара крупных белых яиц.

— Кья! — Выдал японский боевой клич пернатый, принявшись мстить за киднепинг своих детей. На бреющем полете он попытался вскрыть ударом когтистой лапы мое горло, но был притиснут кирасой к скале и попросту раздавлен. На счет капнуло несколько единиц опыта. Фух, наконец‑то! Его подруга, отличавшаяся чуть меньшими размерами, горестно заклекотала. Вторая представительница данного семейства кружила над моей головой, но спускаться не спешила, видимо опасаясь за свои перышки. Ну и правильно, мне как раз плащ обновить бы не помешало. Спуск вниз прошел намного легче и быстрее. А там меня уже ждали, причем с нетерпением.

Вы выполнили задание: скальная яичница

Яйца скального орла являются редким деликатесом, который трудно добыть и еще сложнее не разбить, навернувшись вниз головой с утеса.

Награда: 100 опыта.

— Наконец‑то! — Торжествующе прошелестела на вполне понятном человеческом языке левая пасть двухголовой гадюки метрового размера, пока правая натягивалась как чулок на первое яйцо. — Больше пернатый убийца не будет поднимать молодежь в воздух, чтобы уронить их на скалы! Те6перь он мертв, а его потомство не родится точно так же, как не рождались дети моих сестер, чьи гнезда он разорял!

— А разве вы не живете в подземных норах? — Не смог удержаться от глупого вопроса я.

— Климат неподходящий. — Свободная голова змеи с грустью обернулась назад и осмотрела свой дом. И думаю легко догадаться, каким он был, если мой собеседник определялся как царь болотных гадюк пятнадцатого уровня. — Затапливает.

— Ты выполнил нашу просьбу, друид. Кстати, приятного аппетита, брат. — Прошипела вторая голова, закончив свою трапезу. — Мы тоже не откажемся от своих слов. Ведь молодым змеям, в общем‑то, нет особой разницы, куда уползать. В кишащий неизвестностями и опасностями лес или к людям, которые не будут бить их палками, а поселят в амбарах, полных вкусных мышей.

— Повоевать ради обретения этих амбаров тоже придется. — Счел нужным заметить я. — Погибшие будут. И, скорее всего, много. Кстати, а может кто‑то из ваших научиться говорить так, как ты? Ну, чтобы он мог без проблем понимать обычных людей и передавать змеям их приказы.

— Мы понимаем. Охотничьи угодья почти никогда не достаются без борьбы. Пусть дети и не имеют особой силы, но они смогут проползти куда нужно и неожиданно укусить врагов. — Заверил меня повелитель местной популяции змей, являющийся сам уже не столько рептилией, сколько мелким лесным духом. — Взрасти из преданных тебе гадюк особь, равную нам по силам и пришли сюда с вкусным самоцветом в зубах. Мы научим его нашей магии и покажем лягушек, от правильного поедания которых отрастает вторая голова.

— Договорились. — Кивнул я, нанимая в появившемся окошке найма весь гадючий приплод в количестве десятка особей. Вроде бы много…Но змеи — твари первого уровня и с совсем не большим количеством жизненных пунктов. Даже у крестьян их больше раза в три — четыре. Удара они не держат совсем, хоть и могут достаточно серьезно укусить, если доберутся до не закованной в доспехи цели на дистанцию броска. Пятнадцатипроцентный шанс навесить дебаф 'отравление' с каждой атаки тоже радует. — До новых встреч, ваше царское величество.

— Ага. Ползи себе. — Скользнул к воде небольшого лесного болотца магический змей.

Так, подведем итоги. За два дня удалось добыть трех медведей, десяток гадюк, пятерых гиен и одного горного льва. Плюс три викинга и Фрол. Семейная парочка рысей охотно приняла поглаживание, свежие сливки и молочного поросенка без молока, однако никаких котят не дали, вместо этого выведя меня к заброшенной лесопилке и свалив раньше, чем её охрана в виде двух стальных големов обнаружила нарушителя. Хорошо еще, эти истуканы медленно бегают, и удалось уйти… Хью же, надавивший авторитетом и будущей выгодой на местную популяцию криминала, обещал пригнать к руинам эльфийской крепости не меньше трех разбойничьих шаек по пять — десять человек каждая. Однако сам туда идти отказался наотрез даже за долговую расписку на дополнительную тысячу золотых, послав в качестве своего представителя юнгу. Хм, не бог весть какие силы собираются в итоге. Однако все одно не крестьянское ополчение, которое профессиональные солдаты темных фракций считают даже не смазкой для клинков, а приманкой для чудовищ. Обожравшиеся и упившиеся кровью монстры прибавляют в своих характеристиках…Но лишь до определенного предела. А потом им и двигаться туго набитый живот мешает, и стошнить недопереваренным человеком может… А в такие моменты убивать их проще всего.

— Что ж, посмотрим, чего там за страж такой эльфийский поселился. — Вздохнул я и зашагал к руинам, отмеченным на моей карте. — Интересно, частичная сохранность крепости мне чем‑нибудь поможет в плане её повторного обустройства? Ну, хотя бы снижением расходов на постройку стен, которые и так стоят по большей части?

Намеченная в качестве точки встречи большая поляна встретила меня тишиной и полной идиллией сил природы. Горный лев, бывший крупнее своих равнинных собратьев раза в три, сидел прямо по центру в позе египетского сфинкса и внимательно наблюдал своими кошачьими глазами за жавшимися к деревьям людьми. Медведи, за вчерашний день еще чуть — чуть подросшие, старательно пытались ему подражать и окружали могучего зверя со всех сторон почетным караулом. Под взглядами работающих в тандеме хищников разбойники чувствовали себя крайне неуютно. Сразу виден их главный недостаток — почти отсутствующий боевой дух. Напугать, перевербовать или обратить в бегство подобный контингент до безобразия легко и просто. Тройка викингов старательно пыталась переглядеть пялящихся на них животных, напустив на лица хмурые гримасы. Ну а пятерка пятнистых гиен, наблюдая за этим бесплатным представлением, просто угорала и втихомолку грызла чьи‑то кости. Судя по размеру — заячьи. Или предусмотрительный юнга для задабривания животных еще нескольких поросят с собой притащил.

— Всем привет! — Жизнерадостно поздоровался я, двигаясь прямо к горному льву. Этот большой кошак вызывал у меня больше вопросов, чем все остальные животнные вместе взятые. Во — первых, он если и уступал караулившей логово медведице, то лишь размерами. А уровень имел двадцатый, что на фоне большинства местных обитателей смотрелось более чем солидно. Во — вторых, стоило лишь подойти к его логову, как он сам вышел наружу, лизнул мне руку и стал из нейтрала союзником. Ну и в третьих, зверюга носила крайне любопытного вида ошейник. Плетение косичек из обычных одуванчиков является любимым делом многих маленьких девочек…Но вряд ли бы они отважились одеть его на крупного хищника. И еще их творение неминуемо должно было рано или поздно засохнуть. А болтающийся на шее животного предмет отличался первозданной свежестью и пах тем, чем одуванчики обычно не пахнут. Арбузами. Я специально его обнюхивал и хотел даже снять, чтобы рассмотреть поближе, но столкнулся с резким неприятием данной идеи у горного льва и под давлением имеющихся в его пасти аргументов убрал свою руку обратно. — А я с пополнением. Вы им на хвостик не наступите, а не то они вам яда в ногу впрыснут.

— Мы готовы. — Кивнул пират, отделившись от кучки разбойников вместе с еще каким‑то типом. Последний был высок, худ и, неожиданно, гладко выбрит. На его голове не только бороды, но и волос не было. А еще, кажется, ему старательно выщипали брови. Облачением этой жердины служили какие‑то рваные шкуры, в которых куски черного и серого меха перемежались нитками бус и какими‑то костяными амулетами. Ну а в руках классический колдун таскал гнутую палку, очевидно являющуюся разновидностью магического посоха. Не знаю как по характеристикам, но моя маленькая батарейка выглядит однозначно лучше и в бою применима в отличии от этой сухой веточки. — Но тут кое‑кто хотел с тобой поговорить. И, кстати, его слушают одиннадцать человек из двадцати, возжелавших пойти на дело.

— Приветствую тебя, брат. И вас, шипящие сестры. — Кивнул сначала мне, а потом гадюкам колдун. А после продемонстрировал серебряный медальон в виде змеиного черепа на толстой цепочке. — Как видишь, я из темного ковена. Какой у него тотем, думаю, объяснять после демонстрации знака не стоит. А ты к какому кругу принадлежишь? Или из тех, кто решил отринуть служение древним силам и перешел на службу церкви, отказавшись от большей части собственной гордости и знаний?

— Я сам по себе. — Пришлось мне откреститься от принадлежности к какой‑либо из существующих среди магов природы фракций. Надо же, коллегу встретил…Интересно, это добрый знак? Или же он в связи с высокой сложностью местных условий наоборот начнет вставлять палки в колеса? — Я не темный, но и не белый. Такой, каким и должен быть настоящий друид.

— Без покровителя в наши дни сложно. — Тяжело вздохнул лесной колдун, недовольно поджав губы. — Ты поймешь это рано или поздно. И, хочется надеяться, сделаешь правильный выбор. А я постараюсь помочь.

— Поговорим об этом, после. Скажем после создания мной замка, где на почетном месте будет стоять круг камней. — Хмыкнул я в ответ на такое предложение переходить на темную сторону. — С бочонком медовухи и несколькими коллегами, которые способны поддержать беседу, диспуты как‑то лучше идут. Ты знаешь чего‑нибудь про ту тварь, которая поселилась в руинах?

— Моя паства — это лучшие из истинных детей лесов. — Горделиво подбоченился друид, кивая себе за спину. Там действительно стояли люди, которые явно не бедствовали, несмотря на разбойный промысел. Черные кожаные куртки, лица замотаны шелковыми платками как у бандитов с Дикого Запада, червленое оружие блестит на солнце масляными разводами. Думаю, ядовитыми. — Но даже они никогда не видели следов монстра. Значит, он никогда не выходит наружу за пределы стен и довольствуется лишь случайными авантюристами. Живые существа так долго голодать не могут. Но кости, которые остались от зашедших внутрь, тщательно очищаются от мяса. Получается, не призрак и не дух.

— Главное, он материален. — Спокойно кивнул перебравшийся на сушу пират. — А значит, не придется возиться с поисками волшебных клинков, боевых магов или подходящих зелий. Идем?

— Идем! — Решительно кивнул я и, подав пример, первым двинулся к виднеющейся за деревьями темной громаде руин. — Не разбредаемся и держимся плотной группой. Одиночку сожрать легко, а из плотного строя его еще попробуй, вырви. Впереди на острие клина иду я, гиены и лев. Лучники с колдунами в центр. Змеи и медведи прикрывают тыл. Ну а остальные по бокам!

Разбойники меня послушались, хоть и ворчали дружно чего‑то там себе под нос. Животные тоже, причем команды отданные нормальным человеческим языком внешне обычные звери понимали как бы не лучше двуногих любителей легкой наживы. Лев и я будем держать удары как самые толстые. Гиены при лобовой атаке, скорее всего, все полягут. Однако они изначально обречены, поскольку данная стая не имела логова где могли быть наняты новые звери. Гадюки удержат слабых духом союзников от бегства, а медведи послужат резервом. Им все равно время надо, чтобы как следует разъяриться и увеличить впадением в боевое безумие и без того немаленькие показатели атаки и защиты.

Крепость выглядела не очень большой, скорее уж наоборот, она создавала впечатление какой‑то миниатюрной игрушечности. Стены всего в два с половиной метра высотой прикрывали собой не несокрушимый бастион, а дворец, в котором еще виднелись следы былого великолепия вроде лепнины, балкончиков и вытянутых вверх на несколько метров оконных проемов с цветными витражами. А еще на подходе к самому замку, если это строение заслуживало подобного слова, располагался парк. Высаженные стройными рядами деревья складывались в широкие тенистые аллеи, среди которых стояли мраморные скамеечки, скульптуры и беседки. Прямо перед главным входом в укрепление действительно располагался большой неработающий фонтан. Первый ярус его представляли из себя вытянутый метров на пять овал, из которого вздымался постамент в виде двух обнаженных эльфиек весьма приятных пропорций, совместными усилиями удерживающими над головами большой цветок лотоса. Сейчас их очертания, правда, серьезно скрадывал обвившее все и вся плющ с шикарными зелеными листьями, сильно напоминающими растопыренную ладонь. И он же в значительной мере маскировал выжженные на камне отметины и проломы, украшавшие собою стены и сам дворец как дырки в сыре. Хорошо хоть фонтану от порушившего тут все агрессора ни одного удара не досталось, иначе проще бы было новый построить, чем отреставрировать столь тонкую работу.

— Красивое тут раньше было местечко. — Хмыкнул я, оглядывая проржавшую решетку ворот, валяющуюся на земле. Судя по тому, как были искривлены железные прутья в мою руку толщиной, через них прошел кто‑то очень большой и сильный. Причем, не сильно сбавляя ход. А после он принялся тут все крушить. Вон, виднеются поросшие мхом обломки каких‑то строений, о изначальном предназначении которых остается только догадываться. А вот пара едва выделяющихся из общей архитектуры дворца башенок по углам оплавлена. Бугристые потеки расплавленного камня значительно выделяются на фоне гладких белых стен. Думаю, там располагались орудия, которые атакующий вынес в первую очередь и уже после стал развлекаться. — Значит, титан его порушил?

— Говорят, титан. — Пожал плечами вставший рядом со мной пиратский юнга. — А как оно на самом деле было, кто ж его уже знает…

— А это, похоже, из нашей банды кто‑то. — Фрол присел перед скелетом, не добравшимся до ворот каких‑то десять метров. Учитывая, что тела вообще‑то должны в этом мире разрушаться, данные останки точно оставлены как элемент декора. Ну, или предостережение. — Был человек и нет его. Только и осталось, что нож, подметки металлические и пара монет меж ребер валяющихся.

— Странно, я не вижу на костях ни одной отметины от зубов или когтей. — Нахмурился друид. — Не в муравейник же их пихали, чтобы очистить?

— А не исключено. — Вспомнил я труп убитого медведицей инсектоида. — Всем смотреть по сторонам, эта тварь просто обязана быть где‑то рядом и следить за нами.

Продвинувшись вперед еще на пару шагов, я был вынужден резко отскочить в сторону, поскольку из выбитого окна дворца прямо в меня кто‑то швырнул здоровенным булыжником. Камень размером с человеческую голову гулко стукнул об землю, подпрыгнул и приземлился прямо на ногу недовольно выругавшемуся бандиту. И сразу же вслед за этим сзади раздался протестующий рев и гневное шипение.

— Их тут много! — Сообразил я, разворачиваясь, что увидеть, как одного из медведей стремительно тащит куда‑то вдоль стены замка. Задние лапы подпрыгивающего на каждой кочке топтыгина захлестнула какая‑то длинная веревка, и он никак не мог извернуться, чтобы подцепить её когтями и порвать. А змеи выполняли сложные акробатические трюки, свиваясь в клубки и отпрыгивая от пытающихся захлестнуть их гибких и длинных канатов. — Берегитесь щупалец! Они стелются по самой земле!

Десятки арканов взметнулись, чтобы опутать меня петлями, стянуть в кокон, обездвижить и задушить, несмотря на уже наложенные чары каменной кожи. Какой‑то из них я встретил двуручником и отбросив, обагрив лезвие странной зеленой кровью, но остальные достигли своей цели. И их тут же принялся с рычанием обдирать своими когтями лев, временами действующий не слишком аккуратно и снимающий с меня по два — три хита. Гиены визжали, постепенно удаляясь и затихая одна за другой. Относительно небольших по своей массе хищников, к тому же вооруженных лишь клыкастой пастью, напавшим на нас существам оказалось достаточно просто спеленать и утащить прочь. Кого‑то из них, кажется, даже принялись бить о землю, чтобы четвероногая добыча поскорей затихла и перестала сопротивляться. В то же время на плоской крыше дворца началось какое‑то шевеление и град снарядов ударил по двору, поражая только одному ему видимые цели. В отличии от первого выстрела, сейчас неведомым стрелкам даже близко никого поразить не удалось. Хотя камни они в полет запускали солидные, каждый не меньше пары килограмм весом.

Поднапрягшись, я сумел пальцами схватиться за один из связывающих меня канатов и принялся крутить его в разные стороны, стремясь разорвать плотные волокна. Веревка билась в руках как живая, а давящие объятия несмотря на все усилия льва стягивались все туже и туже. Глаза в прямом смысле лезли на лоб под монотонное бубнение читающего заклятия колдуна и азартные выкрики разбойников, рубящие насевшие на них щупальца. Те из них, кто изначально взялся за луки, с руганью бросали оружие на землю и доставали из‑за поясов кинжалы или топоры. Поразить стрелами напавших на нас существ было абсолютно нереально. Нет, может какие‑нибудь эльфы с молниеносной реакцией и справились бы, но люди таких стрелковых подвигов осилить не могли. Да и как повредит длинной гибкой хватательной конечности засевший в ней кусочек дерева с металлическим наконечником? Гораздо надежнее просто обрубить такую хваталку, пока она тебя не задушила.

— Эх! — Поднатужившись, мне все же получилось порвать попавшийся в руки канат, обдавший пальцы зеленой кровью. Очень едкой, кстати, кожу так и защипало. И количество пунктов жизни стало быстрее уменьшаться. Черт, а не пищеварительный ли это сок? Вот и отгадка гладких костей. — Поднажали! Эти твари не умеют быстро регенерировать!

Со стоном осел один из разбойников, которому проломило череп. Твари бросали свои камни не так уж быстро и совсем не метко, но их было слишком уж много, чтобы рано или поздно теория вероятности не взяла свое. С гортанным возгласом темный друид закончил свое заклинание и каждое из щупалец, которое я видел, вдруг содрогнулось и принялось стремительно покрываться темными пятнами язв.

— Это одно существо! — Выпалил лесной колдун. — Громадное, но одно!

— Угу, то есть часть его с крыши дворца по нам пуляет, а часть тут душит зашедших на его территорию букашек…А почему оно тогда в один комок не соберется и всех нас просто не раздавит? Неужели не может? Размышления прервал кривой нож пиратского юнги, пришедший на помощь по — прежнему защищающему меня горному льву. Вдвоем они быстро срезали и сорвали с моих рук все стягивающие их канаты, а после я уже и сам принялся споро их перетирать об лезвие двуручника.

— Оно выдыхается! — Крикнул Фрол, который в паре метров от нас играл в перетягивание каната с обвившим его ногу щупальцем. И, черт побери, побеждал. А парочка оставшихся медведей, впавших в бешенство из‑за потери собрата и вовсе рвали все приблизившиеся к ним хватательные конечности как вареные макароны. — У него уже почти не осталось конечностей! Уй — ё….

Булыжник, ударивший в грудь разбойника, выбил из него весь победный энтузиазм, дух и стон боли. Но не убил на месте, уже хорошо.

— Пробиваемся внутрь дворца! — Решил я, наступая на очередное щупальце и отсекая прижатый к земле и дергающийся отросток. — Обстрел на открытом месте рано или поздно нас доконает!

Отряд, чуть поредевший но сохранивший боеспособность, принялся продвигаться вперед. Медленно. Ослабший было натиск вновь усилился, когда люди и звери принялись двигаться в сторону строения. К счастью, крайне неточный обстрел выбил из наших рядов всего двоих разбойников, да еще несколько человек и одного медведя помял, а душащие побеги после поражения их насланной колдуном гнилью изрядно ослабли.

— Сколько еще продержится заклинание? — Крикнул я темному друиду, просовывая кончик лезвия под наброшенную мне на шею петлю. Удавка лопнула, обдавая все вокруг ядовитой зеленой кровью и мне тут же пришлось спешить на помощь попавшему в переплет горному льву. Увлекшийся уничтожением противника зверь оказался окружен и теперь три его лапы тянуло в разные стороны, а разрываемый на части хищник совсем по кошачьи жалобно мяукал.

— А бес его знает! — Откликнулся лесной колдун, поливая наши тылы дождичком какой‑то сизой хмари. Ползущие к нам в тыл щупальца неведомой твари, попавшие под такие осадки, стремительно отдергивались назад корчась от боли. — Я вообще удивлен, что оно еще действует! С любого нормального монстра, да даже человека, слетело бы уже давно!