Дневник русского украинца: Евромайдан, Крымская весна, донбасская бойня

Что Россия могла предложить взамен? Остатки советского наследия? Или новые символы: Чечню, гексоген, Беслан? Изъеденные молью разговоры-мантры о том, что родила, выкормила, вырастила?

Во-первых, в Украине и в лучшие, дружественные, годы так считали далеко не все. Потому что, на самом деле, есть много разных Украин. И помимо той, где за единение с Россией выступает более 60 %, есть другая, где «украинец москалю не брат и не земляк».

Во-вторых, русофилов всё меньше. Пришло новое поколение, воспитанное в принципиально иной системе координат, впитавшее принципиально иные ценности и ориентиры. Они выросли на другом кино. На том, где, с одной стороны, москали вешают бандеровцев, а с другой – за виселицами и перестрелками манит и зовёт чудный град роскоши и достатка, где все чтут так называемые европейские ценности, пусть толком и не понимая, что это такое. Там хорошо, там любят и ждут.

Должна ли была Россия предлагать что-то взамен, если у неё самой дела большую часть времени шли не ахти? Безусловно, должна была. Если не хотела получить у себя под боком полигон для натовских войск и очаг воинствующей русофобии.

Я помню американские мультфильмы и передачи – в основном протестантского толка, – транслировавшиеся по государственным украинским телеканалам. Помню визиты многочисленных американских засланцев в школы, где одни рассказывали о боге, похожем на Санта-Клауса, а другие – о том, как хорошо жить в США. Помню многотонные гуманитарные грузы из Америки с соответствующими книгами, брошюрами, дисками. Фильмы со Шварценеггером и Сталлоне, как и мультфильмы Диснея по выходным.

И при этом я помню закрытые русские центры, их бездействие, их пустоты. Попытки русских патриотов получить хоть какое-то финансирование из Москвы. Русские газеты, что печатались мизерными тиражами на ужасной бумаге, а тем временем на съездах украинских писателей раздавали образцовое издание «Бандеровец». Хождения русских писателей Украины с просьбой помочь. Всё это я помню.

Активность – с одной стороны, и абсолютное бездействие, пассивность – с другой.

Русские люди в Украине жили с ощущением того, что их сдали. Оставили на растерзание. Так было в Прибалтике, Казахстане, большинстве постсоветских стран. И так произошло с Украиной.

Добавьте сюда поведение некоторых россиян в Украине, напоминающее приезд барина в малоросское поместье с целью горилки попить да девок пощупать, и причины – не доминантные, но весомые – настороженного отношения украинцев к Российской Федерации станут очевидны.

Да, Украина действует, как ребёнок, поссорившийся с родителями, но бунтует она не просто так, не от хорошей жизни, а оттого что родители, в том числе, ведут себя странно, не по-родительски. А скорее как только что дембельнувшийся старший брат, попавший в новое информационное, социальное пространство, но мысленно находящийся ещё там, в армии, привыкший общаться командами вроде «Упал – отжался!». И вопрос в данном случае в двух вещах: когда у младшего кончится терпение и когда старший, социализировавшись, наконец сообразит, что так он ничего не добьётся.

Раскол всея Украины

О волнениях и бунте в Украинской Православной Церкви

20.10.2013

История христианства в Украине знает немало боёв и сражений. Похоже, сейчас образуется трещина нового раскола, который может стать реквиемом по всему русскому православному миру: главная монастырская обитель востока Украины взбунтовалась против митрополита всея Украины Владимира (Сабодана).

Ещё в 1991 году новоиспечённый украинский патриарх Филарет (Денисенко) пожелал отделиться от единой Русской Православной Церкви, создав Киевский Патриархат. Захват храмов, передел имущества, переманивание шантажом и угрозами духовенства и паствы – всё это скорее напоминало бандитские разборки, нежели поиск Божьей правды. Да и самого Филарета не раз обвиняли в финансовых махинациях, блуде, взяточничестве и жестоком обращении с духовенством. Годами митрополиты не здоровались друг с другом.

Но в сентябре Владимир подписал «Обращение Церквей и религиозных организаций к украинскому народу». В оригинале его подпись стоит после подписи раскольника Филарета. Пришлось делать второй вариант, дабы исправить недоразумение, по которому выходило, что преданные анафеме верховодят Церковью. Написан документ преимущественно светским языком; к духовному лексикону относятся лишь слова «молиться», «Всевышний», «мудрость» и «верующие».

Выходит, два, казалось бы, заклятых конкурента всё-таки могут сойтись при условии наличия третьего, ещё более ненавистного врага, коим в данном случае оказалась Россия. Именно её подписавшиеся просят не мешать украинскому народу быть частью европейского цивилизационного пространства, а Украине – независимым государством в кругу свободных европейских народов.

Вместе с православными митрополитами документ, призывающий церковную паству поддержать инициированное Виктором Януковичем слияние с Европой, подписали члены Совета Церквей, созданного ещё Леонидом Кучмой: баптисты, евангелисты, лютеране, римокатолики и представители других религиозных течений. С данным «Обращением» Украина и отправила в Брюссель на встречу с президентом Европейского совета Германом ван Ромпеем делегацию подписавшихся, возглавляемую Филаретом.

Мотивы последнего в данном случае ясны: желание объединиться с Европой и порвать с Россией, которая, по словам раскольнического митрополита, издавна жаждет уничтожить украинское государство. Но что вынудило подписать «Обращение» Владимира, который тем самым во многом отрекается от идей святых отцов и истинности Византийской Церкви?

Ответить на данный вопрос можно лишь в контексте слияния государства и церкви, о котором дискутируют как в России, так и в Украине. Ведь и сам Владимир, ещё в июле служивший в Киево-Печерской Лавре совместный молебен с Патриархом Кириллом в честь 1025‑летия Крещения Руси, и представители Украинской Православной Церкви неоднократно подчёркивали тесную связь с Москвой.

Подчёркивали так же часто, как и Виктор Янукович. Собственно, единение с Россией – политическое, экономическое, религиозное – и было главным китом его президентской кампании. Кит этот, фыркая обещаниями, раздражал украинских патриотов и воодушевлял пророссийский электорат.

При таких исходных данных президент взялся за решение непростой системообразующей задачи – усидеть на двух стульях. Пока премьер-министр Николай Азаров рассказывал о братании с Россией, украинский представитель в Евросоюзе Константин Елисеев просил депутатов ПАСЕ не бросать Украину, утверждал, что мечтает строить будущее на основе европейских ценностей и демократических стандартов.

Кремль с его жёсткой имперской политикой такое поведение не устроило. «Усидеть Украине на двух стульях не получится. Не нужно обманывать людей», – был категоричен Дмитрий Медведев. Усидеть и правда не получилось: вышла современная полтавская история, результатом которой стал раскол российско-украинского партнёрства. Главному предвыборному обещанию Януковича помахали вслед жовто-блакитным платочком, а индекс доверия президенту рухнул.

Спасая положение, Виктор Янукович решился на объединение с Европой, пообещавшей улучшить качество жизни украинцев уже через год. Договорились с Евросоюзом в рекордно короткие сроки благодаря тому, что, по словам Николая Азарова, «Украина пошла на определённые компромиссы и взяла на себя чрезвычайно серьёзные обязательства; соглашений такого типа у Украины нет ни с кем, даже с Россией».

Для окончательного успеха Виктору Януковичу не хватало лишь одного, ключевого – доверия граждан. Тем, кто голосовал за него, европейские ценности чужды, а те, кому они близки, не доверяют кандидатуре рулевого.

Тогда Виктор Фёдорович и достал припасённый козырь – Церковь. Ведь несмотря на все обвинения в её адрес, именно она по-прежнему, согласно опросам, остаётся главным авторитетом для украинцев. Похожий фокус, когда хотел распустить Раду, проделал Виктор Ющенко, организовав соответствующее обращение «глав и представителей церквей». Тогда Блаженнейший Владимир ничего подписывать не стал.

Видимо, на этот раз Янукович обратился за помощью – назовём это так – к митрополиту, хотя перед этим утверждал следующее: «Мы не допустим использования Церквей некоторыми политическими силами в своих узких интересах». Завизировал Владимир «Обращение» по своей личной инициативе или это была манипуляция со стороны – не суть важно.

В приватных беседах монахи Киево-Печерской лавры говорят, что без влияния со стороны государства, безусловно, не обошлось. К тому же митрополит тяжело болен.

Озвучивалась и версия, что подписание «Обращения» – благодарность Януковичу за пышную организацию празднования 1025‑летия со Дня Крещения Руси. Хотя ещё в начале марта Предстоятель УПЦ подписал заявление, где сообщалось: «Как представители украинских Церквей и религиозных организаций и как часть украинского общества мы поддерживаем усилия нашего государства и Евросоюза, направленные на заключение Соглашения об ассоциации между Украиной и Евросоюзом».

Так или иначе, подобные действия не могли не возмутить православное духовенство и паству.

Правда, открыто своё негодование решились выразить лишь в Свято-Успенском монастыре, находящемся в селе Никольское Донецкой епархии, основанной иеромонахом Савватием (будущий схиархимандрит Зосима), сосланным сюда под давлением КГБ. Любопытно, что в своё время Зосима (Сокур), которого уже сейчас называют «пятой колонной» украинского духовенства, учился вместе с будущим Патриархом Кириллом.

В Обитель приезжал и сам Виктор Янукович. Считается даже, что Зосима был его духовником. Эта информация, по словам насельников монастыря, не соответствует действительности: Виктор Фёдорович был в Никольском несколько раз, здесь он венчался. Как считают в монастыре, украинский президент открыто идёт против предсмертного завещания Зосимы, которое можно свести к следующему: «Строго держитесь Русской Православной Церкви и Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси».

Именно согласно данному завету и действует братия Свято-Успенского монастыря, решившаяся выразить свою позицию – и тем самым рискующая быть отлучённой от Церкви, – в «Заявлении», которое противоречит подписанному митрополитом Владимиром «Обращению».

В частности, насельники и прихожане Свято-Успенского монастыря, апеллируя к истории русского и украинского народов, отвергают «европейское цивилизационное пространство с его отказом от христианской идентичности, ювенальным киднеппингом и воинственной пропагандой половых извращений, которое являет собой печальную картину скатывания в пропасть содомских мерзостей и нравственного одичания». В пику Владимиру предлагается «строить общественную и государственную жизнь в неразрывном братском единстве с русским и белорусским народами». Подпись же митрополита в Обители считают ни в коей мере не выражением позиции Украинской Православной Церкви, а его личной гражданской позицией, выраженной под воздействием украинской власти, и сравнивают с поцелуем Иуды и предательством Ивана Мазепы.

От официальных комментариев к сделанному «Заявлению» представители Свято-Успенского монастыря воздерживаются, но в приватной беседе один из иеромонахов подчеркнул, что братия уверена в том, что «Обращение» – это плацдарм для выхода Украинской Православной Церкви из-под Московского Патриархата и создания украинской автокефалии, которую государству легче контролировать. Ведь именно Церковь является скрепой, объединяющей русский и украинский народы. И, по словам иеромонаха, её хотят уничтожить. В данном контексте Владимир и Филарет будут сотрудничать, образовав тандем, главным в котором станет раскольнический митрополит.

По словам насельников Свято-Успенского монастыря, «Заявлением» они прежде всего призывают Украину к общественной дискуссии, в результате которой народ при Божьей помощи сделает правильный выбор, противостоя вступлению в Евросоюз как неминуемому отделению от России. Тем самым братия монастыря хочет отмежеваться от политического обращения раскольников и Владимира, пытающегося говорить от лица всей Украинской Православной Церкви. В этом её поддерживают большинство членов Церкви, не связанных с украинской властью.

Четвёртого октября, спустя три дня после скандального заявления, преставился настоятель Свято-Успенской Обители. Присутствующие двумя днями позже на архиерейской службе епископы не осудили действия насельников монастыря.

Между тем официальной позиции ни Москвы, ни Киева по данному вопросу нет, но возмущение внутри православного духовенства и паствы нарастает, усугубляя раскол не только между Россией и Украиной, но и внутри самой Украины.

Зима 2013–2014

Тем декабрём я открыто выступил против Евромайдана. В статьях, интервью, социальных сетях. И вдруг оказалось, что таких, как я, публично не поддержавших Евромайдан, в Украине не так уж и много. А среди моих коллег-писателей, публицистов, людей творческих – вообще единицы. Вдруг оказалось, что подавляющее большинство было как бы за и как бы согласно. А тот, кто не хотел поддержать их, тут же маркировался предателем.

В то время я жил в Киеве и Севастополе. И каждый раз по дороге из одного города в другой думал, насколько же полярны настроения, мнения их жителей. Люди всё крепче привязывались к идеям и лозунгам, всё глубже погружались в нечто грозовое, сгущающееся, предвещающее колоссальные потрясения.

Вспоминая те мысли, перечитывая те статьи, я вновь и вновь убеждаюсь в очевидности будущего кровопролития. Но молчали, не возражали. Неужели не видели? Не могли, не хотели видеть тогда? Молчание людей – преступление, но ещё хуже – когда они заставляют молчать других.

Мне говорили тогда, в декабре 2013‑го: что ты делаешь, против кого идёшь? Ведь вся страна за Евромайдан, и все твои коллеги либо молчат, либо взбираются на баррикады. Почему ты другой? Не можешь поддержать Евромайдан, то хотя бы не выступай против – молчи. Но разве, когда насилуют, можно ли не попытаться защитить жертву?

Да, в тот декабрь я потерял много знакомых. Со временем их число увеличилось. Люди обрывали связи, переставали отвечать на звонки, письма. Порой, правда, они обращались сами – с оскорблениями. Это не так легко – получить резкое, оскорбительное письмо от английского джентльмена украинского происхождения, который ещё недавно благодарил тебя за рецензии на его книги.

Всё началось с моего послания сторонникам Евромайдана, написанного после первых погромов в центре украинской столицы. Помню, я шёл в холостяцкую квартирку своего друга, где обычно останавливался, будучи в Киеве, и увиденные картинки погромов, драк лезли в сознание, отвоёвывая себе центральное место. На кухне однокомнатной, переделанной из чердака квартирки я сублимировал эмоции в текст. Легче не стало, но появилось нечто вроде чувства исполненного долга.

Сначала был живой отклик, а после – угрозы. Был ли я готов к тому, чтобы стать объектом ненависти, злобы? Скорее, нет. Но происходящее тогда требовало моей реакции. Как писателя, как гражданина. Потому дальнейшие действия для меня были однозначны.

Это ваша кровь, много и зря

Открытое письмо сторонникам Евромайдана

01.12.2013

Я русский украинец. И я хочу жить в Европе. Мне нравятся чистые подъезды и отремонтированные дороги. Я хочу, чтобы учителя и врачи получали больше, чем грузчики и мерчендайзеры. Этого, в общем-то, достаточно, чтобы хотеть жить в нормальной Европе.

Поэтому я понимаю тех, кто вышел на Евромайдан. Вышел выразить своё мнение и свой протест. Когда я стоял на Площади Независимости, среди людей с зажжёнными свечами, мне казалось, что у народа, страны есть мечта, отнять которую не смогут ни Азаров, ни «Беркут», ни Янукович.

Но так было до определённого периода. Пока Евромайдан не стал превращаться из места, куда приходят с детьми, в точку сбора гопников и фашистов, маргиналов и провокаторов.

Так начался другой Евромайдан. И он был обречён. Потому что зло всегда несёт в себе зародыш саморазложения. Вопрос был лишь в том, как приговорят новый Евромайдан.

Приговорили жутким, нелепым образом. Власть расписалась в измене своему народу. И тем отвратительнее выглядит их перекладывание вины друг на друга.

Но я не о них. С ними и так всё понятно.

Я о вас. Я к вам. К тем, кто вышел на новый Евромайдан.

Да, не вы начали эту войну. Но вы, уставшие, разозлённые, превратили её в ад.

Усталость и гнев – чудовищное сочетание. Логические процессы нарушены. Адекватность реакций снижена. Особенно, если всё это приправлено местью.

Вы швыряете в милицию кирпичами, арматурой, гранатами. Тараните бульдозером машины. Бьёте окна ведомственных зданий. Вламываетесь в администрацию. Избиваете людей.

Попадись вам Янукович или Азаров – вы вздёрнете их на дыбе. Но они вам не попадутся. И вы вздёрнете кого-нибудь другого.

Ради чего? Ради чести, свобод, справедливости. Ради победы над этим гнусным коррупционным режимом. Вы ведь верите, что победите?

Но, поверьте, всё против вас. Никто по-настоящему не поддержит. Ни Европа, ни США, ни западенцы и татары из тренировочных лагерей. А главное – вас не поддержат все украинцы.

Я, наверное, удивлю вас, но есть те, кто не хочет Европы. Не хочет Майдана. Не хочет революций. Их много таких. Хуже того (для вас хуже) – они, как и вы, украинцы.

Вы, наверное, думаете, что всё дело в Януковиче. В том, что он не захотел подписывать Соглашение с Евросоюзом. Он хотел, больше вашего хотел. Он не мог не хотеть больших денег.

Но вопросы надо задавать не ему, а вашему любимому Евросоюзу. Это он кинул вас. Не лично Януковича, а вас, украинцев. Где обещанные 610 миллионов? Почему Евросоюз не выполнил ни одного обещания? Что помешало?

Еврокомиссары лишь требовали. И ничего больше. Увеличить тарифы ЖКХ, заморозить зарплату, перестать развивать сельское хозяйство – вот чего они хотели. Лишить вас зарплаты и оставить без электричества, воды и газа. Нет, так не поступают с друзьями.

Визы не отменяют. Пособий не платят. Рабочих мест не дают. И за своих никогда не примут. Спросите у украинских проституток, наводнивших Европу, – они подтвердят.

Вы ещё помните, что я хочу в Европу? Хочу, но не в эту. Такая Европа мне не нужна.

Так что реально изменится после вступления в Евросоюз? Отвечая на этот вопрос, попросите совета у греков или болгар. Может, они вам подскажут. Да и пример революционной Грузии у вас под боком. Может, стоит хоть иногда поучиться?

Согласен, Европа звучит гордо. Как бренд. Как идея. Как обещание рая. Я понимаю. Более того, могу допустить, что вы победили в этой войне. Свергли режим, оторвали голову донецкой гидре. Янукович – в тюрьме. Азаров – в тюрьме. Представим.

Что дальше? Что вы будете делать дальше?

Ну, отпразднуете. Ну, устроите шествие. Ну, помашете флагами.

А дальше?

Я скажу вам, что будет дальше. Вы пойдёте на работу. Утомительную, муторную, но к которой вы, в общем-то, привыкли. Но отныне всё будет по-новому: новый начальник, новый курс, новая зарплата, новые условия труда. Это же украинская традиция – менять после выборов всё на новое. И такое новое будет везде.

Да, звучит приятно – «новое», так бы и раскатал, как желейную конфету, на языке. Но скажите, когда «новое» в Украине было лучше старого? И «кто поручится, что наше послезавтра не будет хуже нашего позавчера?»

Или вы забыли историю? Вспомните, не поленитесь.

Кто освобождал Малороссию от царского империализма? Кто устроил кровавую жатву семнадцатого года? Кто вырезал людей в украинских городах и сёлах? Отвечайте.

Двадцать шесть евреев-агитаторов, поднявших революцию? Сто двадцать матросов, присланных из Петрограда? Или вы, украинцы? Такие, как вы.

Им жаждалось свобод, благополучия, справедливости – алкалось рая на грешной земле. Они его получили. Чтобы ненавидеть оставшиеся семьдесят четыре года.

А потом вновь идти на Майдан, обвиняя проклятый Советский Союз, требуя независимости. И двадцать два года не знать, что с ней делать. С независимостью, в которую вляпались.

У вас был интеллигентный (я отчасти утрирую, конечно) Кравчук – вы погнали его взашей. Дипломатичный Кучма – послали далеко и надолго. Патриот Ющенко – вы прокляли его как предателя. Вы – не Путин, не Янукович, а вы – избирали и выгоняли, каждый раз подтверждая, что лоханулись. Сколько можно тасовать людей, точно карты в колоде? Научитесь сначала играть.

Пришло время Януковича, да? Пора убирать? Так кого вы поставите вместо него?

Только не надо излюбленного: «Кого угодно, хуже не будет». Давайте конкретнее, серьёзнее. Так всё же – кого? Яценюка? Кличко? Тимошенко? Тягнибока? Порошенко? Они лучше? Вы верите им? Гарантируете, что наша жизнь реально изменится? Уверены, что она станет лучше? Или опять, как в семнадцатом, как в девяносто первом, как с Кравчуком-Кучмой-Ющенко, вас что-то в избранниках, в стране не устроит?

Хоть раз вы можете поручиться за результат? Здесь и сейчас. Не снимая ответственности. Больше нет прав на ошибку.

Ответьте. Себе, мне, Украине. Ответьте в перерывах между тем, как будете лить кровь, свою и чужую. Лить много и зря.

Тролль гнёт ель

Кто такой Виктор Янукович

04.12.2013

С интеграцией Украины в Евросоюз развели многих, если не всех. Украинцев, голосовавших за Виктора Януковича, вдохновлённых его пламенными обещаниями трепетной дружбы с Россией. Украинцев, десятилетиями мечтавших о европейском рае и вроде бы, наконец, его дождавшихся, но не тут-то было. Еврокомиссаров, надеявшихся получить украинские ресурсы. Российских граждан, сочувствующих и сопричастных. Российскую власть, чей подопечный, засуетившись, наделал ошибок. Но то ли ещё будет.

Украина зашагала в Евросоюз. Пока дойти не удалось. Либо ноги устали, либо указатели сбились, либо в пункте назначения не особо ждали – причин много. Но есть одна, не слишком явная, но весомая. Она заключается в том, что Виктор Фёдорович – «тролль».

Он и внешне несколько напоминает это сказочное существо – неповоротливый, здоровенный увалень с землистым лицом. При этом тролль он, несмотря на внешнюю неуклюжесть, весьма хитрый и ловкий. Мало того – владеющий приёмами боевого политического троллинга.

Троллинг – вид общения с нарушением этики взаимодействия с целью нагнетания конфликтов. Выражается в форме агрессивного, издевательского и оскорбительного поведения.

Конфликты Виктор Фёдорович действительно создавал один за другим, сталкивая не только Европу с Россией, но и два извечных лагеря Украины. Создавал, чтобы отвлечь от реальных проблем, пуская, что называется, жовто-блакитную пыль в глаза.

С Ялтинской конференции европейцы уехали довольные: казалось, Украина у них на поводке. Вот только мало кто обратил внимание на то, что беседовал Виктор Фёдорович с президентом Литвы Грибаускайте на украинской мове, хотя та обращалась к нему на его родном русском. Иначе как нарушающим морально-эстетические рамки данное поведение Виктора Фёдоровича не назовёшь, а учитывая уровень его знания мовы, и вполне издевательским посчитать можно.

Вообще на протяжении всех переговоров с Евросоюзом Виктор Фёдорович, используя термин НЛП, «разрывал шаблоны». Обещал одно – делал другое.

Позвольте, возмущались еврокомиссары, мы же с вами договаривались, как же так? На что Виктор Фёдорович отвечал либо туманно, рассказывая о путешествиях по Украине Геракла, либо агрессивно, требуя денег, причём в такой форме, что и свои не совсем понимали: «Три года конфетку в красивой обёртке (деньги) нам показывали и говорили: вы их получите, когда с МВФ подпишете соглашение. Я не хочу грубо выражаться, но не надо нас так унижать. Мы не маленькие дети, на сладкие конфеты мы не идём».

Впрочем, о настоящем отношении Украины к Европе Виктор Фёдорович проговорился раньше, в 2006 году, на встрече с еврокомиссаром Бенитой Ферреро-Вальднер. Уверяя в искренних симпатиях к Евросоюзу, он, между тем, заявил, что Украина – неприхильнiй сторонник интеграции в ЕС. По Фрейду, стало быть, оговорочка.

С Россией Виктор Фёдорович тоже особо не церемонился. Троллил. В президенты он выезжал на коне украино-российской дружбы, но, победив, торопиться с дружбой не стал. Хоть и рассказывал, приезжая в Москву или приглашая к себе в Киев, о своей искренней преданности. Зато, попав на европейскую территорию, вываливал целый ворох претензий к России. Подавляющая их часть была всё же по делу; вот только форму Виктор Фёдорович для этого избирал сомнительную, путая Лондон с Эдинбургом, Словакию со Словенией, а Грецию с Палестиной.

Вообще все эти «проффесорские» курьёзы, которыми так любят попрекать Виктора Фёдоровича, может, и не от безграмотности даже, а от врождённого чувства троллинга. Ведь единственно полезное качество тролля – рубить правду-матку, иногда даже не понимая, что говоришь.

«Мы с самого начала с Дмитрием Анатолиевичем договорились, что не будем говорить о плохом, а лучше сделаем». Ну как тут с троллем поспоришь?

Мощнее всего Виктор Фёдорович дал троллингом по украинцам. Те веками, из поколения в поколение, грезили Европой и европейскими ценностями, которые враз должны были решить все национальные проблемы. Но их мечту не исполнили ни Кравчук, ни Ющенко. А тут простой грубоватый русскоговорящий парень из Енакиево, ждать от которого европейских симпатий могли либо сумасшедшие, либо воинствующие оптимисты, вдруг пообещал рай. И настойчиво постучался в его врата.

Да, Виктор Фёдорович шёл в Европу, таранил Европу. Троллил своих, удивлял чужих. Но оказалось, лишь для того, чтобы, как садист-любовник, в решающий, пиковый момент сказать: «Стоп!» И остановиться.

Ошалела Украина: и те, кто был за, и те, кто был против. Ошалела Европа. Подошалела Россия. Понял ли сам Виктор Фёдорович, что сделал?