Южно-Африканская Республика. Демо-версия для туристов из России

OUDTSHOORN: Ко второй половине 19-го века регион стал перьевой столицей мира. Страусиные перья делали мгновенные состояния. Город полон «Перьевых Дворцов», построенных во время бума и брошенных в начале первой мировой войны. Сегодня страусиное возрождение построено на шкуре, мясе и в последнюю очередь — на перьях. Огромная индустрия изготавливает сувениры из страусов — от кожи до яиц и когтей. В Оудсуорне несколько интересных мест, на осмотр которых обычно хватает одного дня: пещеры Cango Caves, сказочный водопад Rust-en-Vrede Waterfall, Wildlife Ranch — ферма, посвященная крокодилам, некоторым редким животным, и диким кошачьим — гепардам, львам, пумам, страусиные фермы.

После Кару дорога ведет к побережью, в самое сердце Садового пути. Через горы Оутениква (Люди с медом в переводе с койсана), вы попадаете в Джордж (George), самый значительный город на маршруте.

GEORGE: Изначально это была станция лесоповала, откуда древесину отправляли в Кейптаун. В 1939 году объявили 200-летний мораторий на вырубку ценных пород дерева. Его продажа строго контролируется по годовой квоте. Сегодня город продолжает обрабатывать лес, шить туфли, изготавливать прекрасную мебель, и расти в размерах. В самом Джордже, честно признаться, особых достопримечательностей нет. Теперь же вернемся в Кейптаун и проедем еще два пути до этой точки.

Маршрут 2

Этим путем мы едем по шоссе № 2 всю дорогу. Эта магистраль соединяет Кейптаун с Дурбаном, и до настоящего Садового Пути (Моссел-Бей) идет по южной части страны, изредка приближаясь к Индийскому океану. Первая остановка короткая, для фотографий, но с великолепным видом на Ложную Бухту и горы Стелленбоша в месте, которое называется Перевал Сэра Лаури (Sir Lowry Pass). Смотровая площадка на самом верху, 450 м над морем.

Дорога названа в честь английского губернатора Лаури Кола (Lowry Cole). В отличие от многих своих предшественников и последователей, он прислушивался к просьбам населения. Люди нуждались в дороге через горный хребет для торговли с восточной частью страны. Губернатор дал добро на строительство, не дожидаясь разрешения из Лондона. Это оказалось ошибкой, поскольку от короны пришел отказ. Денег, мол, нет на ерунду. К тому времени строительство уже шло, так что Кол согласился финансировать дорогу чуть ли не из своего кармана. Граждане организовали сбор средств, и такое усердие в итоге сломило власти в Англии. Деньги пришли, а потом и дорогу назвали в честь Кола.

Далее дорога идет по плато гряды с названием Хоттентот-Холландс. Оно пошло с 17 века, когда эти горы были природным барьером между «готтентотами», жившими восточнее, и голландцами, основавшими Кейптаун. После спуска с плато — поселок Ботрифир (Масляная река). На ее берегах когда-то велась торговля между голландцами и бушменами, и масло, видимо, было одним из основных видов бартера. В ста километрах от Кейптауна поселение Каледон.

CALEDON: Сейчас городок является центром района Оверберг (Загорье). В самом Каледоне останавливаются редко. Если сезон цветения ромашек (сентябрь), есть смысл пройтись по местному цветочному саду. Прямо при дороге — комплекс Казино и Минеральные воды. В 1996 году на основном источнике открыли гостиничный комплекс, где можно переночевать и отдохнуть. Природный источник извергает воду температурой более 50º. Постепенно стекая по серии бассейнов-каскадов, она охлаждается, так что можно найти оптимальный температурный режим в одном из дюжины бассейнов. И круглосуточное казино в придачу.

RIVIERSONDEREND: «Бесконечная река». Название дано реке, которая петляет по району, иногда совершая почти кольцевые обороты. Конец, конечно, есть, но он справа за холмами. В маленьком поселке с бесконечным названием — большая бензоколонка с туалетами, рестораном и магазином. Здесь обычно можно выйти размяться.

SWELLENDAM: Название города сложносочиненное, от имени губернатора и его жены: Свелленгребел и Тен-Дам. Первый прославился еще и тем, что был первым голландским губернатором, родившемся в Африке. А для читающих путеводитель добавлю: его мама была русской.

Городок интересен как остановка, посмотреть можно эклетичное здание Голландской Реформаторской Церкви, заповедник фей (Fairy Sanctuary) — это, в принципе, магазинчик, но оформленный весьма оригинально. Особенно его надо посетить тем, кто путешествует с детьми. Сад и дом посвящены поделкам, связанным с феями, и там можно провести час, копошась в бесконечных сувенирах.

Рядом с Свелендамом расположен заповедник антилопы Бонтебок, которая когда-то была на грани исчезновения. Вид сохранили, и настолько успешно, что теперь антилопа бонтебок встречается по всей провинции, и даже стала попадаться в природе, очевидно, кое-какие убежали из заповедников.

HEIDELBERG: Проедете и не заметите. Если хотите зайти в магазинчик, спросите о местном меде — его здесь много и жители гордятся его особым вкусом, из нектара диких цветов региона.

RIVERSDALE: С городком связана легенда о Спящей Красавице (возможно, что и той самой, из сказки). Ее душа живет в горах поблизости, и туристы, гуляющие по тропам, могут услышать ее шептание и пение.

ALBERTINIA: В поселке два завода по обработке растения алоэ и производства всевозможных препаратов, где можно остановиться посмотреть на процесс и купить кремы, напитки, и прочие изделия из алоэ. За поселком мост через реку Гуриц, с которого совершают прыжки с веревкой (Bungi) с высоты 65 м. Прыгать можно по одиночке или вдвоем, так что желающие могут размяться на этом мосту перед посещением самого высокого прыжка в мире над рекой Блоукранс, далее по маршруту.

MOSSEL BAY: Моссел-Бей — седьмой по величине порт в стране. Бухта Мидий стала местом, где первый португальский мореплаватель Бартоломеу Диаш впервые ступил на землю ЮАР в 1488 г. набрать питьевой воды. Тогда он еще двигался вдоль побережья Африки в поисках пути в Индию, но после этой остановки смог дойти лишь до места, где теперь расположен Порт-Елизабет, и был вынужден повернуть назад под натиском взбунтовавшейся команды.

В 1988 году в Португалии построили точную копию судна, на котором плыл Диаш, и под парусом пришли в Моссел-Бей. Судно встречал даже президент ЮАР Бота. Корабль теперь стоит в музее. На него можно заходить, почувствовать каково было первым путешественникам.

Неподалеку находится пещера, в которой жили семьи койсан. Туда можно подняться и восхищаться видом, который открывается на океан.

В бухте есть небольшой островок с лежбищем морских котиков. Те, кто пропустил поездку в Кейптауне, могут совершить ее здесь. И этот город — начало настоящего Садового Пути. Далее дорога редко отходит от океана, и холмы резко сменяются непроходимыми вечнозелеными лесами.

Следующая остановка — George, где мы сливаемся с первым маршрутом. Пока же вернемся еще раз в Кейптаун и проедем часть пути окольными путями.

Маршрут 3

Выезд из Кейптауна по шоссе № 2, но по нему мы едем только до поселка Strand, где сворачиваем направо и далее едем вдоль Ложной Бухты, мимо дачных поселков Pringle Bay и Betty’s Bay. В последнем есть достойный внимания ботанический сад площадью в 195 га с живописным водопадом (особенно местной зимой), и небольшой колонией пингвинов для тех, кто не побывал в их колонии под Кейптауном. Далее вдоль океана мимо поселения Hawston, известного в стране как центр браконьеров моря, в Германус.

HERMANUS: Поселок расположен на утесах, с которых видна бухта, полюбившаяся китам. Сюда с августа по ноябрь приезжают любители понаблюдать за китами со всего мира. Мировой Фонд Природы (World Wide Fund for Nature) считает Херманус одним из 12 лучших мест в мире для наблюдения за китами: в некоторые дни в бухте можно наблюдать одновременно более 20 особей. У самой воды, в скале, в пещере, неплохой рыбный ресторан, с балкона которого тоже хорошо наблюдать за океаном. Местные операторы предлагают экскурсии на катерах к китам. После Германуса дорогу надо искать по карте. Следующая цель — Бредасдорп.

BREDASDORP: Город снабжает близлежащие фермы и туристов не привлекает. Однако, именно здесь находится любопытный музей кораблекрушений. Океан рядом, и он коварен в этих широтах, так что местные жители привыкли собирать обломки очередного судна, и сдавать интересные находки в музей. Далее дорога прямо на юг, к самому южному мысу Африки.

L’AGHULLAS: Мыс Игольный. Правильно произносится «Агулья», но большинство говорит, как видят — «Агаллас». В переводе с португальского «агулья» значит «игла». Португальские мореплаватели заметили, что стрелка (или, как они называли ее — игла) компаса здесь не отклоняется между магнитным и географическим севером. Это — самая южная оконечность Африки и место географического слияния Атлантического и Индийского океанов. У мыса находится небольшой поселок и самый южный маяк.

До середины 1990-х на мысе Доброй Надежды стояла реклама: «Добро пожаловать на место слияния двух могучих океанов — Индийского и Атлантического!» Жители Агульи подали в суд, заставили объявление снять, так как слияние океанов находится у них. Туристов от этого здесь не прибавилось. Дорога к крайнему мысу дальняя и утомительная. Но зато — плавный подход к воде, камушки, океан. В отличие от мыса Доброй Надежды, нет утесов, нет разницы в цвете или температуре воды. Сюда приезжают рыболовы, или путешествующие по Садовому Пути альтернативным маршрутом. Но при наличии времени посещение мыса Игольного оставляет неизгладимое впечатление.

Далее курс надо держать на шоссе №2, рассчитывая выехать на него в районе городка Heidelberg.

Общий садовый маршрут

После Джорджа все пути ведут в Порт-Елизабет. Это — наиболее живописная часть Садового Пути. После встречи трех маршрутов, первое поселение будет Вилдернес.

WILDERNESS: Если вам по душе тихий отдых на природе, прогулки по пляжу на закате солнца, купание в Индийском океане, плавание на лодке по реке, прогулки по лесу, верховая езда и многое другое, вам придется провести в Вилдернесе дня три. Это, правда, редко удается, так что хотя бы одна ночь, чтобы почувствовать идиллию этой деревушки.

С первыми поселенцами связана одна легенда. Молодой англичанин Джордж Беннет, проживавший в Кейптауне, стал свататься к одной барышне. Та заявила, что устала от шума и толп города (это уже в 19-ом веке), и согласится выйти замуж, только если жених увезет ее на дикую природу, прочь от суеты и проблем. Молодой человек сумел купить ферму на берегу Индийского океана, это было действительно райское место, буйство дикой природы, о котором мечтала его невеста. Сыграв свадьбу, они переселились на его ферму и назвали место Вилдернес — Дикая Природа.

Поселок «сухой» — в нем нет магазинов продающих алкоголь. Далее по шоссе мимо Sedgefield в центр Пути — городок Найзна.

KNYSNA: Изначально место использовалось для отправки леса в Кейптаун морем. Вход в реку Найзна охраняется двумя гигантскими утесами под названием Heads (Головы). Пройти в лагуну или выйти в океан без лоцмана могло стоить жизни. Сильные течения и подводные скалы уничтожили немало судов. В итоге, с появлением железной дороги, шпалы для которой делали из местного железного дерева (ironwood), порт прекратил существование. Пролежав сто лет под рельсами, шпалы ничуть не испортились, а сегодня из них делают дорогую и неподъемную мебель. Железное дерево тонет в воде.

Лесные заросли в 19-ом веке были полны слонов, и на них началась беспощадная охота. Истребили практически всех. В регионе осталось всего несколько слонов живущих в природе. Есть ряд проектов по возрождению их поголовья, главным из которых стал Knysna Elephant Park (Парк слонов). В этом частном парке их можно кормить с рук и гладить маленьких.

В 1876 году в лесах стали находить золото. Центром золотодобычи стал поселок Millwood. В итоге добыча иссякла, поселение умерло, но среди леса остались его следы: брошенные шахты, останки фундаментов, тропы. Таких поселений в регионе несколько, и стоит посетить хотя бы одно из них. Здесь всегда можно найти место для пикника и мангалы для шашлыков.

Лучшая обзорная площадка находится на восточной «голове». Туда ведет дорога мимо вилл стоимостью в миллионы долларов, и сверху открывается потрясающий вид на лагуну. У подножия — пара неплохих рыбных ресторанов у самой воды. По лагуне катают на корабликах, но без выхода в открытый океан.

Западная «голова» частично является частным заповедником. Хозяин, Вильям Смит (William Smith) живет на территории. К ферме ходят корабли с туристами, погулять по горным тропам, спуститься на веревках по лицевому откосу утеса, заглянуть в прибрежные пещеры, посмотреть на самую маленькую антилопу Duiker.

Лагуна реки Найзна — самая большая в ЮАР. В ней кроме рыбы водятся два интересных существа. Морской конек, тип которого встречается только в Найзне (эндемик), и гигантский краб, которого, почему-то практически не едят. В лагуне же находится одна из двух в стране ферм по разведению устриц. На острове Тесен (Thessen Island) их можно отведать в живом виде в ресторане при ферме Запивать их лучше всего шампанским или местным бочковым пивом, сваренным на семейном заводике Mitchell’s.

Еще одна достопримечательность городка — паровозик «Оутениква Чу-Чу». Он продолжает традицию железнодорожного сообщения между Джорджем и Найзной, и проходит через самые живописные места, пересекая реки, озера, тоннели, лес и пляжи.

Продолжая двигаться в восточном направлении, вы проедете поворот направо в сторону «Большого Эвкалипта» (гигантское дерево 70 м высотой) и водопада Бракенхил, сравнительно невеликого, но умиротворяющнго своей красотой.

Далее, левее, поворот на участок леса под названием Garden of Eden (Райский Сад). Там легко гулять по выложенным тропкам, наслаждаясь возможностью посмотреть на лес вплотную. Аналогичных мест в районе много, некоторые с пикниками, мангалами для костров, большими деревьями и тропами от нескольких минут ходьбы до нескольких дней, с ночевкой в лесу, в домиках. Такие походы легко организовать на месте в муниципалитете Найзны, и они практически бесплатны. В лесу вам может повезти увидеть знаменитую (и эндемическую) птицу Найзна Лури (турако). Внешне она напоминает большого попугая, яркой окраски. Лури живет в лесу, и ее регулярно можно заметить в верхней части крон деревьев.

Для тех, у кого есть лишний день, особенно рекомендую проехать из Найзны в Джордж по лесной дороге «Семи перевалов» (7 passes route). Более живописную дорогу трудно найти где-либо в мире, но понадобится часа четыре, чтобы преодолеть около 100 км.

В тридцати километрах на восток от Найзны вы попадете в еще один живописный поселок — Плеттенберг-Бей.

PLETTENBERG BAY: С западной стороны в океан выпирает полуостров-заповедник Роберг. На нем живут морские котики и желающие могут пройти по живописным тропам вокруг всего заповедника — всего километров семь.

Сегодня Плеттенберг (или Плет в народе) стал дачей местных миллионеров. Виллы, украшающие утесы, стоят от миллиона долларов, и пустуют 11 месяцев в году. Владельцы приезжают в основном из Йоханнесбурга (где больше денег) и отдыхают на полную катушку недели две-три. Для них созданы гольф-поля, поля для игры в поло, рестораны, где завтрак с шампанским стоит 600 долларов на двоих, и даже частные взлетные полосы.

Рядом с Плетом находится интересный частный парк обезьян — Monkeyland. Хозяева отгородили 16 га леса и выпустили в него несколько видов обезьян. Те размножаются и свободно живут среди деревьев, где их можно наблюдать с тропинок. В заповеднике две гордости — самый длинный в Южном полушарии подвесной мост над кронами, и, примыкающий к обезьяннику, самый большой в мире авиариум. В нем живут десятки птиц, по аналогичной системе — огромной сетчатый шатер позволяет им свободно летать по лесу, занимающему несколько гектаров. В лесу идет искусственный тропический дождь, а динамики сопровождают его звуками грома.

Плеттенберг — последнее поселение, где останавливаются туристы. Далее дорога идет на Порт-Елизабет, но по дороге есть еще немало интересных остановок, которые я приведу в их географическом порядке.

Bloukranz (Блоукранс) — мост, разделяющий две провинции — Western Cape (Западную Капскую) и Eastern Cape (Восточную Капскую). С него над ущельем глубиной 216 м совершаются прыжки на веревке «банджи». Это, согласно книге Рекордов Гиннеса, самый высокий коммерческий прыжок с моста в мире. Прыгающих снимают на видео. Кассету дарят вместе с сертификатом о прыжке и гербом рекордов Гиннеса. Стоимость прыжка — $100 с человека. Те, кто старше 65 лет, могут прыгать бесплатно — абсолютно серьезно!

Tsitsikamma Forest. Один из морских заповедников, расположенных вдоль побережья. На территории есть места для кемпинга, где люди приезжают со своими домами-прицепами на недельку-другую. Есть «шале» — домики для аренды. Для посетителей с ограниченным временем, организованы лесные тропы к устью реки Штормовая, в 2 км от стоянки. Желающие могут прокатиться на катере вверх по реке. Отвесные скалы постепенно сужаются над головой, и река резко превращается в горный поток.

Stormsriver Village — поселок, целиком посвященный развлечениям на природе. Там можно переночевать в бюджетной гостинице, или приехать на день. Можно проехать на грузовике по лесной дороге к пикнику на берегу Штормовой реки. Пройти по лесным тропам. Более энергичные могут поиграть в Тарзана, перемещаясь по кронам деревьев на веревках. «Абсейлинг» — спуск по веревкам по отвесной скале. Конные маршруты. Спуск на плотах по реке вниз к океану. Короче — на все одного дня не хватит, поэтому надо приехать, осмотреться, и выбрать то, что интересно.

Paul Sawyer Bridge — ничем не выделяется, просто мост через очередной овраг, но это — последняя остановка перед проездом практически до самого города Порт-Елизабет. Слева есть бензозаправка, туалеты, магазины. Можно пройти по мосту, посмотреть вниз с головокружительной высоты.

Далее вы проедете мимо двух небольших населенных пунктов — Kareedouw и Humansdorp. Первый вообще не заметен с дороги, и туда никто не заезжает. В Каредоу самое интересное — это плакучие ивы, привезенные с острова Святой Елены, вроде бы с места захоронения Наполеона. Хьюмансдорп тоже для любителей природы и растительности. Город построен в виде Британского флага, но для того, чтобы это оценить, надо пролететь над поселком.

Jeffrey’s Bay — Бухта Джеффри известна на всю ЮАР как рай для серфингистов. В сезон место считается серфингистами вторым по качеству после Гавай. Там проходят ежегодные международные соревнования.

А дальше уже виден Порт-Елизабет.

Перед подъездом вы пересечете мост под названием Фан Стаден. По обе стороны моста стоят телефонные будки — единственный мост в ЮАР с таким сервисом. Телефон автоматически связывает абонента с консультантом по предотвращению самоубийств. А началось все с инженера, строившего мост, по имени Фан Стадена. История такова, что накануне завершения строительства инженер не мог уснуть. Его что-то мучило в расчетах. Мост строился по оба конца ущелья, и наутро обе створки должны были опуститься и встретиться посередине. Вдруг Фан Стаден в ужасе осознал, что ошибся в расчетах, и что мост в середине не встретится. В отчаянии он вышел на площадку и бросился вниз, разбившись насмерть. Наутро мост соединился без зазора. Ошибка оказалась в его панических ночных пересчетах, а мост назвали его именем. Только с того дня более 40 человек покончило жизнь самоубийством, бросившись с этого моста, и теперь самоубийцы могут позвонить консультанту, а тот попробует уговорить повременить сводить счеты с жизнью.

Порт-Елизабет

(Port Elisabeth)

Третий по размеру порт в ЮАР на берегу Бухты Алгоа (с 2004 г. Бухта Нельсона Манделы), и самый крупный город между Кейптауном и Дурбаном. В народе название сокращено до ПЕ.

В 1820 году, уже окопавшись в Кейптауне, англичане решили начать заселение восточных регионов. Желающих на родине не было, так что пришлось прибегнуть к рекламе. Обнищавшим после наполеоновских войн британцам предложили райскую жизнь на юге Африки. Бесплатный проезд с вещами на комфортабельном корабле, даровая ферма и подъемные в виде скота, овец и рассады. Соблазнилось немало народу, в основном городских жителей, которым терять было уже нечего. (Читайте и учитесь, турагенты!)

Корабли шли медленно, и комфорт в основном сводился к тухлой воде и червивой пище, да час прогулки по палубе. Жили верой в мечту. Прибыли к пустынным берегам, встречал их сам губернатор Руфэйн Донкин, давший название городу в честь своей любимой покойной супруги Елизабет. Далее шло умирание мечты и неизбежная урбанизация неудавшихся фермеров. Порт-Елизабет рос за счет провала плана развития английского сельского хозяйства. Интересный памятник спрятался за Городской Ратушей — несуществующему человеку по имени Престер Джон. Это — мифический король-христианин, правивший сказочным королевством Мономотапа, золото которого искали (безуспешно) первые португальские моряки, мечта о котором жила до 20-го века. Это — единственный в мире памятник этому вымышленному герою.

В честь первого поселения 1820 г. была воздвигнута 51-метровая башня у въезда в порт — Campanile. Если есть силы, можете подняться по 204 ступенькам, ведущим на смотровую площадку, откуда открывается прекрасная панорама на бухту. Недалеко начинается строительство гигантского памятника Нельсону Манделе, размах которого сопоставим со Статуей Свободы в Нью-Йорке. Когда строительство завершится, до смотровой площадки, расположенной в его голове, можно будет добраться на лифте.

Постепенно город развился как индустриальный порт и центр машиностроения (здесь находятся заводы Фольксваген, отсюда по морю автомобили расходятся по всей Африке и миру).

Вдоль прибрежной дороги вы проедете самые популярные пляжи. Напротив одного из них (King’s Beach) находится океанариум и дельфинариум, где проводят регулярные представления с участием дельфинов. Рядом же небольшой аквапарк. Второй популярный пляж — Summerstrand — находится поблизости. Напротив — новый развлекательный комплекс и казино Boardwalk. Вода в океане летом теплая — до 23ºC. Зимой не ниже 19º, что все равно теплее, чем в районе Кейптауна.

Обычная остановка в ПЕ — один день, что очень печально, учитывая обилие развлечений. Но в связи с нехваткой времени люди вылетают из аэропорта ПЕ на следующий день. Что еще посмотреть (подробнее в полной версии): Парк слонов и сопутствующих животных Addo, пятизвездочный парк Shamwari, где можно наблюдать Большую Пятерку и массу других животных. Рядом с Шамвари очень интересная «культурная деревня».

Как и в других портовых местах, в ПЕ огромное количество рыбных ресторанов, и тут можно попробовать гигантского краба. Можно организовать рыбалку, ныряние с маской или с аквалангом. Можно просто поваляться на пляже, или погулять по набережной. Порт-Елизабет часто называют «Friendly City» — «Гостеприимный город». Это чувствуется — люди приветливые, неторопливые, радушные. Мало у кого будет достаточно времени это прочувствовать, но от города у вас наверняка останется приятное впечатление.

Из аэропорта города Порт-Елизабет вы можете вылететь в любой основной город ЮАР, но чаще всего это будут: Кейптаун, Йоханнесбург или Дурбан.

Негров нет

Есть черные — black. Сказать вслух «негр» — поймут и могут обидеться. Говорите между собой, что угодно, кроме негра. Черный, темный, африканец. В стране принято называть их либо African либо Black.

Самое страшное ругательство для черного — Kaffir. Слово произошло из арабского языка, так называли черных рабов, не мусульман. Постепенно слово вошло в обиход белых в ЮАР, и употреблялось для обозначения черных. Сегодня слово является оскорбительным, и за его употребление можно подать в суд.

Африканцы

Сразу придется объяснить две вещи. Первое, обобщать любую народность, да еще на трех страницах — просто невежливо. Второе, в ЮАР на самом деле девять лишь основных черных народов, а если посчитать всех Африканских представителей, получится несколько десятков. То, что я описываю — весьма приблизительно и кратко, основано на двух основных народах — зулу (Zulu) и коса (Xhosa).

Есть народ Банту, традиционно живший на Востоке и в центральной Африке, хотя, условно говоря, все черные люди Африки относятся к Банту. Отсюда пошло название «бантустан», и языковая группа «банту». Практически все языки африканцев — родственны. От Банту откололась нация Нгуни, которые мигрировали на Юг, заселив северную часть Южной Африки где-то в XII веке. (Весьма спорная дата, но перед вами — не диссертация). От нации Нгуни откололись племена, самые крупные из которых стали называться зулу и коса. Возможно, сначала были зулу, потом от них отделилась часть людей, и стали называть себя коза. Не суть важно.

Зулусы и коса враждуют между собой уже несколько поколений, со времен зулусского полководца по имени Чака. Чака увидел силу в единении зулусов, построил племя под своим началом. Поубивал немало врагов, насильно скрепив кланы под своей властью, создал великолепную армию. Сам придумал тактику, использованную еще Александром Македонским. В сражении прятал фаланги по бокам, потом клином пытался расколоть противника. Делал вид, что отступает, а сам подводил их под нападение своих флангов, и побеждал. Вместо копья ввел ассегай — маленькое копье для рукопашного боя. Копье метнул, и остался без оружия, с ассегаем можно воевать. Он же воевал и с племенем коса, гнал их на Запад, откуда их гнали буры. Эта вражда оставалась и при апартеиде, и использовалась правительством. Разделяй и властвуй. По сей день два племени не смешиваются, ни на бытовом, ни на политическом уровнях. Зулусы — в оппозиции, в правительстве в основном — коса.

На сегодняшний день зулу и коза стали двумя основными племенами. Есть еще и свати, и свази, и сото, и многие другие, но в принципе все они — родственники. Зулус, пришедший в город в поисках работы, прежде всего ищет поселение зулусов. При встрече неважно землячество, важен факт принадлежности к одному племени, и этого достаточно, чтобы считаться родственником. Тогда помогут, приютят, накормят.

Разделение происходит примерно так. Есть племя зулу. Все люди этого племени подчинены королю зулусов (в данный момент это Гудвил Звелатини). Они разделены на кланы, в каждом со своим вождем. Кланы поделены на еще меньшие подразделения, живущие в отдельных деревнях или краалях. Там тоже есть свой вождь. И самая малая часть — семья, где за вождя выступает муж.

Многоженство разрешено традиционно, и количество жен ограничивается финансовым состоянием. За каждую жену положено платить выкуп (лобола) — в коровах. Средний размер лобола — десять-двенадцать коров. Количество оговаривается при сватовстве, семьями молодых. В городских условиях, где коровы абсолютно не нужны, лобола определяется денежно-товарной компенсацией. Учитывая, что каждая корова стоит около $200, это немалые деньги. В таких случаях сумма уменьшается до тысячи и даже меньше для неимущих. Иногда уплата растягивается на годы, как бы в кредит, но до полного погашения уговоренной суммы брак считается недействительным. После погашения долга можно повторить брачную церемонию.

Девушки могут выходить замуж в молодом возрасте, обычно в 13–14 лет, но по традиции разрешение на замужество дает вождь. Он может задержать его до более позднего возраста. Это мало практикуется в современном обществе, но в селах традиции еще живы, и вождя слушаются. Молодому человеку, прежде чем жениться, необходимо стать мужчиной. Для этого он должен пройти ритуал инициации, посвящения.

Возраст определяет опять-таки вождь, но обычно в 15 лет. Церемония проходит одновременно с участием нескольких молодых людей, готовых к посвящению. Первым делом их отделяют от племени, поселяя в дикие места в шалаши. Там старейшина, который будет проводить инициацию, рассказывает им то, что необходимо знать будущему мужчине. Традиционно в этот период они живут полуголодной диетой, и от них ожидается поступок храбрости. В некоторых племенах это могло быть охотой за дикими животными, или акт отваги. Иногда это просто игра. Нельсон Мандела во время своей инициации украл свинью у жителя крааля.

В этом уединении молодые люди проводят несколько дней. В день накануне церемонии к ним приходят гости, в том числе женщины, которые поют традиционные песни, а юноши исполняют различные танцы. Наутро мальчиков ведут к реке или озеру, где они совершают ритуальное омовение. После в присутствии родственников и гостей, молодых людей строят в ряд, и глава церемонии вызывает их по одному на обрезание, которое совершается острым ножом, без стерилизации или наркоза. Молодой человек должен выдержать боль не вскрикнув, после чего он становится мужчиной. Отрезанную кожу ночью надо закопать, чтобы злые духи не нашли ее. Этот ритуал символизирует прощание с мальчишеством.

Сразу после обрезания на рану накладывают определенные травы, после чего ребят возвращают в шалаши, где делают костер из мокрых бревен, считая, что дым поможет выздоровлению. Там же их обмазывают белой глиной, символом чистоты. В этой белой глине их кожа находится до полного выздоровления после обрезания, пару-тройку дней. Затем новый мужчина идет к реке и смывает белую краску, после чего его обмазывают в красную глину. Иногда традиции предполагают первую ночь с девушкой, которая впоследствии становится его женой. Она должна стереть новую краску с тела юноши своим телом. А потом — пир горой, танцы, песни, рассказы, тосты.

Без инициации жениться по традиции нельзя, и это достаточно жестко соблюдается и по сей день. Беда только в том, что от этой церемонии погибают десятки молодых ребят каждый год. СПИД, негигиеничный общий нож, сепсис после обрезания. С этим пытаются бороться, призывая молодых людей в госпиталь для операции, но традиция обычно побеждает. Один популярный африканский певец отказался проходить инициацию, отмахнулся от традиции как от предрассудка. Мол, двадцать первый век на улице, проснитесь. Он женился по современным европейским традициям, но его брак племя не признает, и отказывается признавать его отпрысков. Он не обрезан, значит не мужчина, Мальчик жениться не может, так что его брак недействителен. Аналогичная ситуация получится и при отказе от уплаты лобола. Даже девушки не могут на это повлиять, да им и самим приятно, когда за них приносят такие дары.

Женщина ценится если она в теле. Худые часто отвергаются по двум причинам. Во-первых, мужа будут дразнить, что, мол, нет денег прокормить жену. Во-вторых, худая жена может быть больна СПИДом. В племенах раньше даже была должность толстяка, в задачу которого входило накопление веса. Во время переговоров с племенами его сажали рядом с вождем, чтобы показать вот, мол, какое племя богатое, раз может содержать такого борова. Даже в парламенте большая часть членов — с перевесом, и потребления мяса и жирных продуктов в парламентской столовой возросло на 30 % с приходом к власти африканцев.

Корова не является священным животным, но ее ценность не столько в мясе и молоке, сколько в потенциальной лобола. Чем больше коров, тем больше жен. Уход за коровами всегда был делом сугубо мужским, и в скотный загон женщин не пускали. Отчасти поэтому говядину едят мало, забивая только старых коров, и то по особым праздникам. В основном питаются бараниной и антилопами. В городах неважно, в магазине есть все. Из злаков самое популярное — кукуруза. Из нее делают кашу под названием «пап». Питательно, вкусно, и дешево. Если кукуруза не уродилась — беда по всей стране. Году в 2002 в Замбии неурожай привел к гуманитарной помощи. США направили в страну несколько контейнеров кукурузы. Неожиданно президент заявил, что их подарок является генетически модифицированным продуктом и страна отказывается питаться такой гадостью. Пока шли дебаты, народ напал на склад и растащил все запасы. Пап едят не только от голода и нищеты. Богатые люди включают его в свою диету, и блюда из кукурузной муки готовят, в том числе и белые.

Кукурузу даже используют в пиве. В Йоханнесбурге пивной завод выпускает 80 % пива с кукурузой для рынка черных. Традиционное же пиво в племенах варят женщины из зерна, и употребляют в праздники и во время ритуальных собраний. По вкусу оно больше напоминает брагу или квас, с небольшим содержанием алкоголя. В остальное время интоксикация шла от марихуаны. Потом пришли голландцы и предложили табак. Произошел обмен: в Голландии теперь курят анашу, а в Африке — сигареты.

Рыбу и рыбопродукты практически не едят. Вообще удивляет то, что, прожив на побережье много веков, черные племена не вошли в воду, не построили кораблей, лодок, плотов. Рыбу не ловят, воды боятся. Существует масса сказаний о подводных жителях, обитающих на дне водоемов и рек. Они затаскивают людей под воду и делают их своими рабами навеки. Убежать из этого рабства удается очень немногим. От этого к воде подходят с опаской. Видимо, боятся крокодилов и бегемотов, но легенды свежи в памяти. Можно только представить себе ужас населения, когда из океана вышли первые поселенцы, Вот они, те самые лешие, и бледнолицые, и из воды пришли, и в рабство загоняют. На пляжах черных может быть полно, но в воду глубже метра никто не заходит. Белые сочинили байку, что акулы черных не едят. Мол, мясо у них противное. Это — глупости. Акулы людей в принципе не едят, а черных в воде нет, только белые куда-то заплывают.

Легенды и сказания составляют немалую часть в жизни черных. Практически все верят в Токолоша, пузатого домового. Он прячется в углах, и крадет девушек. От этого дома традиционно строились с круглыми стенами, без углов. В каждом племени есть вождь, это само собой разумеется. Есть также сангома, знахарь и шаман, отвечает за травы, излечение недугов. Шаман следит за благосостоянием племени, как правая рука вождя. Когда-то шаманов вожди использовали для устранения неугодных соплеменников. Если в племени дела шли плохо, искали виновного. Это был ритуал вынюхивания. Все племя выстраивалось в краале, и шаман после долгого танца впадал в транс, затем по очереди обнюхивал каждого стоящего. В итоге находил злодея, которого племя убивало. Обычно злодеем оказывался неугодный вождю человек.

Первые христианские миссионеры были потрясены некоторыми обычаями черных. Хоронить умерших стали только в конце 18-го века. До этого просто выбрасывали тело на съедение животным. Не имели церквей в европейском понимании, даже не могли толком объяснить, во что верят. Их считали дикарями, язычниками, чуть ли не сатанистами. Убийство после ритуала вынюхивания воспринималось как человеческое жертвоприношение. В сущности, отчасти так оно и было. Каннибализм существовал на ритуальном уровне. Во время сражения воин мог разрезать грудь пораженного врага и откусить часть сердца. При этом сила и мужество убитого переходили в победителя. Откусывание части сердца осталось даже в наши дни, правда, не в ЮАР. В Сьерра-Леоне уличные бои с использованием автоматического оружия и воздушно-артиллеристской поддержки могут сопровождаться поеданием сердец.

Миссионеры, обращавшие в христианство черных, сталкивались с проблемой зла и добра. Его в черной вере нет в той форме, в которой она представлена в других религиях. Нет ада и рая. Есть жизнь, и есть смерть. Определенное действие вызывает противодействие. Акт ведет к реакции. Ни в вынюхивании, ни в танце дождя черные не видели, да и не могли видеть сатанизма или зла. Для них это были ритуалы, часть жизни, и они работали для них поколениями. Нет так же и религиозной иерархии, верховных жрецов или глав духовенства. Эту роль выполняют люди в каждом племени — шаманы, знахари, старшие, даже сам вождь. При этом христианство приняли вполне охотно. Христос стал как бы еще одним предком, возможно поважнее некоторых. Условно говоря, идут в христианскую церковь в воскресенье, а заодно тащат на убой барана. На всякий случай. Отсюда такая готовность верить в чудеса, и огромное количество успешных религиозных шарлатанов.

Процесс урбанизации несет с собой отмирание многих традиций. Некоторые, как лобола и инициация остаются наиболее живучими, но все труднее жить по-старому в городских условиях. Все началось опять-таки с золота. На шахты свозились черные из деревень с обещанием хорошего заработка. Вокруг шахтеров создавались легенды, рисовавшие их как мужественных, сильных, умных, веселых, короче, идеальных мужчин. Поддавшись на эти сказки, многие молодые люди уходили в города, где немало погибало на шахтах. Это влечение города осталось и по сей день. В деревне тоска. Клочок земли надо обрабатывать в поте лица, а отдача — только поесть. В городе есть деньги, как ни крути. Можно подработать, украсть, выпросить, найти, выиграть. Опять же, ночная жизнь, девчата, кабаки.

Более европеизированные черные отдают детей в хорошие английские школы, но потом часто сетуют. Послал паренька в колледж, а он через год по-английски говорит без акцента. Умным стал, над стариками смеется, обрезание делать отказывается. Теперь его дразнят «кокосовый орех» — снаружи черный, а внутри белый. Но иначе работу не найти, денег не заработать.

В школах дети не знают о расизме, дружат на переменках. В гости даже иногда ходят, но по большому счету смешения нет. Нет смешанных браков, и не только по вине белых. Черные не особенно хотят превращаться в европейцев. Скорее — быть образованными, богатыми, но оставаться частью коса, зулу, тсвана, венда, и прочих племен. А богатых среди черных немало. Появился многочисленный средний класс. Есть миллиардеры, долларовые. Благодаря таким людям ЮАР имеет самые благоприятные прогнозы на будущее. Ни богатым, ни среднему классу не выгодно раскачивать лодку, в которой они плывут. Разделение на белых и черных стало разделением на богатых и бедных, и винить теперь белых в своей нищете они не могут.

Когда туристы приезжают в ЮАР, они нередко говорят: «Это все до поры до времени. Вот придут черные к власти, не так запрыгаете». Черные уже у власти более 12 лет. По всем показателям страна и живет и развивается лучше, чем при белом правительстве. На экономике страны держится почти весь континент, даже если не брать во внимание половину золотого запаса мира, самые крупные на земле месторождения платины, добычу алмазов и прочих ценных ископаемых.

Дáха

С ударением на первом слоге. Это местное название Марихуаны. Растет повсюду, и употреблялась еще бушменами и черными племенами. Потом пришли голландцы и приучили их к табаку. Теперь борются и с тем и с другим. По стране порядка 50 % регулярно употребляют Даху. Она — нелегальна. Купить ее можно у любого африканца вечером, и у любого расты в любое время. Раста виден по свалявшимся волосам и пестрой одежде. Дáха стоит дешево. За курение полиция обычно не трогает. За торговлю могут потащить в суд. Сажают редко, и никогда не посадят за один раз по мелочи. Разумеется, не думайте, что можете потом рассказывать судье, что путеводитель попутал. Повторяю: дáха — криминальна.

Wild Coast

Дикое побережье необходимо упомянуть хотя бы потому, что красота тех мест остается неиспорченной современным строительством. Тенденция благоустраивать джунгли добирается и до этого природного рая, но пройдут годы, прежде чем Дикое Побережье станет Побережьем Цивилизации. Возможно, вы еще успеете увидеть его до прихода миллионеров.

Название возникло еще во время ранних путешественников. Места не только дикие, но и очень опасные для мореплавания. Корабли продолжают погибать и в наши дни, из-за коварных течений и необъясненных гигантских волн до 20 м высотой, которые возникают при столкновении сильного теплого течения двигающегося на запад, и ураганного восточного ветра. Перед такой волной образуется впадина, куда сползает корабль, после чего стена воды накрывает его целиком. Так погибли корабли «Waratah», и танкер «World Glory».

На побережье ведутся гравийные дороги от шоссе № 2, которые заканчиваются маленькими аграрными поселениями с преобладанием племени коса. Побережье изрезано бесконечными реками, впадающими в океан, и скалами, заросшими вечными лесами. Это район бывших «независимых» государств Транскай и Сискай. Отделенные для самоуправления во время апартеида, они были образованы по обе стороны реки Кай, и в 1994 вновь включены в состав в ЮАР. Регион полон историй и легенд, от древних до современных.

КИМБЕРЛИ