Vice Versa

— Неудивительно… Чаю хотите, Поттер? — неожиданно спросил профессор.

— Только несладкого! — быстро сказал тот. — И без… э-э-э… неожиданных добавок, пожалуйста!

— Я детей веритасерумом не пичкаю, — буркнул Снейп. — Держите чашку. Тут ромашка, шалфей… спать лучше будете.

— Спасибо, сэр, — поблагодарил Гарри, попробовав травяной напиток. Тот немного горчил, но вкус был приятным.

— А вы у директора ничего не пробовали?

— Нет, — помотал головой мальчик. — Я у вас достаточно начитался, так что… И еще — он все старался мне в глаза посмотреть. Он что, правда умеет мысли читать?

— Это называется легилименция, Поттер, и это не совсем то же самое, что чтение мыслей, — ответил профессор задумчиво. — В глаза, говорите… Вы в очках, удобно, легче прятать взгляд…

— А как это вообще делается? — с интересом спросил Гарри.

— Чашку поставьте, — велел Снейп. — Поставьте, поставьте, иначе обольетесь. Снимите очки и посмотрите на меня.

Гарри пожал плечами, отставил чай, стащил очки и глянул в черные глаза профессора. Ощущение было таким, словно по голове долбанули кирпичом… ну или в лоб влетел баскетбольный мяч. Мелькнули картинки каникул — вот они с Терри, дико хохоча, скидывают компанию Дадли в заснеженный овраг, вот ругается тетя Туни… а вот уже кабинет директора, феникс, ухмыляющийся портрет…

— Ой… — Гарри отшатнулся, с трудом придержав непристойное слово. — Ничего себе! Так вы тоже это умеете?

— Я много чего умею, — ответил Снейп с усмешкой. — И сплошь неприятные вещи. Ощущение запомнили? Правда, вряд ли вам это поможет: сами вы зрительный контакт разорвать не сумеете, силы не те.

— Значит, просто не буду смотреть в глаза, — решил тот, надевая очки. — Стекла не спасут, да?

Профессор покачал головой.

— Жалко… А какие-нибудь средства от этого есть?

— Хм… — тот усмехнулся. — Очень трудно считать сознание пьяного человека, но вам еще рановато надираться до такой степени. И, конечно, есть искусство защиты от проникновения в ваш разум…

— А вы меня научите?! — тут же подскочил Гарри.

— Мерлиновы подштанники, зачем я это сказал? — глухо произнес Снейп. — Мало мне ваших… посиделок, еще и это?! И вообще, в вашем возрасте рано начинать этому учиться…

«Даже если рано, все равно необходимо», — мелькнуло у него в голове.

— Ну а вдруг получится? Я же упорный, сэр, вы же знаете!

— Не то слово… Вы бы лучше сперва оценки по другим предметам подтянули, Поттер, не позорили фамилию! — сказал профессор и осекся, поняв, что сказал. Впрочем, Джеймс-то учился отлично…

— А я не хочу, — нагло заявил тот.

— Это почему еще?

— Я вам уже говорил, сэр, мне скучно превращать мышку в кружку. Я могу это сделать, но не вижу смысла, не понимаю сути процесса, а раз так… — Гарри пожал плечами. — Нет, ну я знаю, что и мышка, и кружка состоят из атомов, молекул и так далее. И что? Когда я произношу заклинание, происходит перестройка на молекулярном уровне? А как? Почему? Что там с законом сохранения массы и энергии? Ну и так далее… Слова «это же магия!» меня как-то не убеждают, простите!

Снейп снова взялся за голову. Он-то знал и как, и почему, и причем тут магия, но как прикажете объяснить это упрямому мальчишке, если взрослые волшебники, бывает, не в состоянии осознать таких вещей?

— Вы знаете, да, сэр? — заглянул ему в лицо Гарри. — Точно, знаете. Значит, и другие преподаватели знают. А почему нам тогда этого не объясняют? Намного же интереснее делать что-то, понимая, как это работает!

— Поттер, вам этого не объясняют по той же причине, по которой в детском саду не читают курс квантовой физики.

— А у нас есть лекции по квантовой физике в доступном изложении, — не остался в долгу тот. — Кому надо, тот найдет и разберется. Ну и вообще, могли бы факультативы устроить!

— Сходите с этим предложением к директору, он будет счастлив.

— Я ему предложил организовать секцию настольного тенниса. Как-то он не обрадовался, — сознался Гарри. — Сэр?..

— Ну что вам еще?!

— Объясните мне, как это все работает, а? — попросил тот. Если магия заключалась не в банальном размахивании палочкой и выкрикивании непонятных слов, то тут таились большие возможности, и Гарри не намерен был их упускать. — Ну пожалуйста! Вы же вот по вашему предмету все понятно объясняете, ну что вам стоит?..

— То есть, Поттер, вы предлагаете мне начать с вами с азов? — ядовито спросил Снейп. — Взять в личные ученики? А ничего, что у меня и так прорва дел? Деканство, например, проклятые домашние задания, которые надо проверять, занятия, которые надо вести, варка зелий для Больничного крыла и… некоторых других? И мне бы еще хотелось позаниматься собственными исследованиями, написать пару-тройку статей, отдохнуть, наконец! Я что, двужильный?!

«А я ведь и вправду двужильный, — подумал он тоскливо. — Только кто об этом знает?»

— Сэр, извините, я… погорячился, наверно, — насупился Гарри. — Просто хотелось нормально учиться, раз уж я тут, а не ерундой заниматься. И вообще, с зельями для Больничного крыла я вам помочь могу. И с остальным тоже — где чего нарезать, истолочь, помыть… На это ж время уходит!

— Поттер, вас можно использовать вместо тарана, — безнадежно сказал Снейп. — Крушить вашим лбом стены. Тем более, от него даже смертельные заклятья отражаются.

— То есть?..

— Убедили. Проще объяснить вам основы, чем выслушивать нытье! Но, — поднял профессор руку, — только на самом элементарном уровне. Захотите — дальше будете работать самостоятельно, литературу я порекомендую. Но с одним условием!

— Каким, сэр?

— Не экспериментировать никогда и нигде, кроме как в моем присутствии, здесь, пока я не разрешу иного. Не экспериментировать на себе и на окружающих людях.

— Что ж вы меня, за идиота держите, сэр? — обиделся Гарри. — Даже у магглов сперва опыты на мышах или там кроликах ставят… Или вообще компьютерные модели строят, вот!

— И стройте себе! Чернилами, на пергаменте! Кстати, еще раз сдадите мне проверочную работу на листочке в клеточку — пеняйте на себя.

— Сэр, — с достоинством произнес Поттер. — Я готов уважать традиции. Но в двадцатом веке писать гусиным пером на пергаменте — увольте! Оно брызгается!

— Хорошо, — неожиданно Снейпу стало весело. — Пойдем на компромисс. Можете писать шариковой ручкой на пергаменте, это я, пожалуй, способен пережить.

— Спасибо, сэр! — Гарри сверкнул зелеными глазами и взялся за забытую половинку лимона. — А можно вопрос?

— Даже если я скажу «нет», вы ведь все равно его зададите?

— Ага. Почему директор так странно себя повел, когда я сказал, что я пожиратель?

Профессор предсказуемо подавился чаем.

— Как-то вы однообразно реагируете, — удрученно сказал Гарри.

— Покажите руку! — прошипел Снейп, прокашлявшись.

— А? Какую?

— Левую! Рукав выше!

Не увидев на руке Поттера ничего, кроме пары синяков и ссадин, профессор с облегчением выдохнул, встал, налил себе стакан огневиски и выхлестал в два глотка.

— Это всего лишь мое прозвище, — обиженно сказал Гарри. — Пожиратель лимонов. А Терри я называю яблоневой плодожоркой. Он яблоки любит.

Снейп подумал и налил себе еще стакан.

— А в чем дело-то? — недоуменно спросил Гарри. Он понял — тут что-то нечисто, и стремился разобраться, как его всегда учил Терри.

— Видите ли, Поттер, — невыразительным голосом произнес профессор. Чувствовалось, что он колеблется, говорить или нет, но в итоге он все же решился. — Видите ли… Приспешники того, кто убил ваших родителей, называли себя Пожирателями смерти.

Гарри задавил неприличный смешок: он считал, что если уж называть организацию, то не настолько глупо и пафосно.

— Не смешно, Поттер, — сказал Снейп. — Вы остались сиротой. Лонгботтом, фактически, тоже: его родителей свели с ума пытками. Многие осиротели в той войне.

— И если бы я своим героическим лбом не поймал Аваду… — пробормотал тот.

— Вот именно. — Профессор все-таки развернулся. — А еще, Поттер, Пожиратели смерти носили на левом предплечье вот такую метку…

Он, выдрав запонку, вздернул рукав, продемонстрировав подобие тусклой татуировки. К удивлению Снейпа, мальчишка даже не дернулся.

— Прям якудза, — сказал он задумчиво.

«Да он что, вообще непрошибаемый?! Не только Авадой, а и?..»

— Так вы что, тоже?.. — спросил Гарри нарочито беззаботно. На самом деле он лихорадочно соображал: с одной стороны, Снейп был гадким сукиным сыном, с другой — учил его таким вещам, о которых остальные наверняка и слыхом не слыхивали. С третьей — директор как-то разволновался, узнав об их тесном… хм… сотрудничестве. С четвертой — директора Гарри недолюбливал. С пятой…

«Тьфу! — сказал себе Гарри. — Он с детства дружил с мамой. Наверно, и в эти Пожиратели подался, когда она его кинула, от обиды, молодой же был. Вот дура! Ну и что, что с виду не очень, зато гений… Правда, тогда получился бы вовсе не я, а кто-то другой, зато, может, и она бы жива была…» Между профессором и директором он однозначно выбирал профессора.

— Да, я тоже, — ответил тот, отводя взгляд.

«А раз он работает в школе, то Дамблдор точно знает, кем он был. Типа, искупает честным трудом и все такое… Вот! Вот оно! Вот почему Снейп не может уйти!»

— Вы из школы не можете уволиться, потому что вас директор шантажирует? — прямо спросил Гарри.

Профессор вылил на себя третий стакан огневиски.

— В к-каком с-смысле? — спросил он.

— В прямом. Он знает, что вы были Пожирателем, потом… не знаю, раскаялись или сбежали, попросились к нему под крыло, он и облагодетельствовал, — с убийственной прямотой сказал Поттер. — Хотя от такого благодетельства, по-моему, лучше сразу повеситься. Ну и, если вы уйдете, — а кто ж такого специалиста просто так отпустит! — он вас выдаст.

— Он знает… — тоскливо сказал Снейп, глядя на почти пустую бутылку. Ему было невыносимо гадко. «Да гори оно огнем!» — решил он вдруг. — Поттер, вы в курсе, что такое двойной агент?

— А то! — с удовольствием ответил тот и вдруг замер. — Стойте. Я вроде понял. Вы как бы внедрились сюда… ну я примерно описал путь, так, да? А на самом деле работаете на директора и шпионите в стане этих… Пожирателей?

— Ваши умственные способности да в учебных бы целях… — Профессор допил огневиски прямо из горлышка.

— Вы только что признали, что я не кретин, сэр! — довольно сказал Гарри.

— Вы не кретин, Поттер, — согласился тот. — Вы наглый, самодовольный, самоуверенный сопляк. В точности как ваш папаша.

— А и неправда ваша, сэр. Во-первых, — начал загибать пальцы Гарри, — я не мальчик-мажор, а вполне себе шпана, во-вторых, мне эта ваша магия нафиг не сдалась, я ветеринаром хочу быть, в-третьих…

— Тс-с-с! — шикнул Снейп, и Поттер моментально умолк.

Камин полыхнул зеленым, в пламени появился директор.

— Северус, мальчик мой, — проговорил он. — Разве это дело: пить накануне рабочего дня?

— Я убирал пустую бутылку, — холодно ответил тот, встав так, чтобы загородить полами мантии Гарри. Тот понятливо нырнул под стол, захватив свою демаскирующую чашку. Подумаешь, облился, чай все равно уже остыл… — Что-то случилось?

— Гарри, случайно, не у тебя? — спросил Дамблдор.

— С какой стати?! — вполне натурально изумился Снейп.

— Его нет в «барсучьей норе», в других гостиных тоже нет, хотя он и так редко ходит в гости… Совятню проверили, да и кому ему слать сову среди ночи?

— Прочешите Запретный лес, — злорадно посоветовал профессор. — С него станется потащиться именно туда и поставить весь замок на уши в ночь перед первым учебным днем!

— Да, может, он пошел к Хагриду… Извини за беспокойство, Северус!

Камин угас.

Снейп заблокировал его на всякий случай и постучал по столешнице.

— Вылезайте, Поттер. Красивый был нырок.

— Вы же спиной ко мне стояли, сэр! — сказал тот, выбираясь и отряхивая мантию.

— Но я ведь еще не оглох. Да и в зеркале на каминной полке все отлично отражается.

— А-а… — Гарри снова плюхнулся в кресло. — У вас не будет неприятностей из-за меня? Обложили со всех сторон, ч-черт!

— Не должно бы… Поттер…

— Да, сэр?

— Я просил их обоих, — зачем-то сказал Снейп в потолок. — Не просил, умолял, чтобы ее не убивали. На вас, уж простите, мне тогда было плевать. Только один ее не спас, да и не пытался, по-моему, а другой… другой развел руками и сказал, что сделает все возможное. Увы, она слишком рьяно защищала ребенка. Вас, то есть. Поняли?

— Да, — помолчав и разложив по полочкам новые сведения, ответил Гарри. — Это вы про маму.

— Именно.

— И еще про директора и этого Темного властелина…

— Лорда.