По дороге быстрее

— Вообще‑то я имел в виду не это, — пояснил ей. — Почему, то есть зачем, прятаться?

— Анури сильные маги. Нас за это очень недолюбливают. И не упустят случая навредить или просто убить, если этой силы лишимся. Мстить‑то некому.

— Да… — произнёс я. — А ты думал, в сказку попал? Принцесса вовсе не принцесса, эльфийка не настоящая, и даже волшебство как минимум на полгода откладывается.

— Что? — не поняла анури.

— Не обращай внимания, это я про себя.

— Извини, — произнесла девушка.

— За что? — не понял я.

— За принцессу и эльфийку.

— А за волшебство? — подозрительно поднял бровь.

— За него не извиняюсь, потому что оно есть.

— Но ты же сама сказала…

— Я сказала, что ближайшие полгода не смогу пользоваться магией. Но ты тоже анури, а значит, по определению сильный маг.

— Который ничего не умеет, — вставил я.

— Научу, — уверенно заявила Алиена.

— Ну ладно, хоть с магической академией не обманула, — в шутку согласился я.

— Вообще‑то… — начала Алиена.

— Что теперь не так?

— Нас не берут в магические академии.

— Почему?

— Боятся. Анури и так сильные маги. Сильнее любых других.

Интересная информация. Только сам я себя магом не чувствовал. И, кстати, умение распознавать ложь из уст анури магией не являлась. Это мне Алиена объяснила, сама она хоть и лишилась сил, это делать могла прекрасно. Проверили. Наговорил пару десятков фраз, девушка ни разу не ошиблась.

Кстати, попытался использовать этот природный детектор лжи в качестве оракула. Попробовал несколько фраз, которые не могли являться ни правдой, ни ложью, или с одинаковым успехом как тем, так и другим. Типа того, что завтра пройдёт дождь, я умер в своём мире или Землю ждёт глобальная катастрофа. На все подобные фразы Алиена отвечала одинаково:

— Ты этого не можешь знать.

— Предполагаешь или чувствуешь? — после очередного повтора спросил я.

— Или. Именно чувствую, не как ложь, но и не как правду.

— Дай мне попробовать, — попросил я у неё.

Мы попробовали. Ощущения действительно были другими.

Потом начали устраиваться на ночлег. Разумеется, не в том же месте, где было побоище. Трупы бандитов убрали сразу, но всё равно не было никакого желания там спать. Перенесли лагерь чуть в сторону, там нашлось даже более удобное место. Вечерело, мы с Аль сидели у костра и разговаривали…

С этим костром, кстати, интересно получилось. Бандитский анури потушила, а когда начала разводить новый, вдруг обнаружила, что «зажигалка не работает». Починить не представлялось возможным, так как в качестве инструмента она обычно использовала собственный палец, вызывая магическое пламя на кончике. Настолько привыкла к естественности процесса, что забыла о главном — без магии ничего не выйдет. Смотрела растерянно и не знала, что делать. Я понял простую вещь — она просто не умеет добывать огонь каким‑либо другим способом. И это не только проблема костра, наверняка со временем всплывут другие такие мелочи.

— Вот и повод провести первый урок, — с фальшивым энтузиазмом в голосе произнесла Алиена (лжи при этом я не почувствовал). — Сейчас научу тебя добывать огонь при помощи магии. Это одно из самых простейших заклинаний. Большинство магов начинают либо с него, либо со светящегося шарика. Правда, второе используют в таких случаях чаще, но нам сейчас больше нужно первое.

— И как ты собираешься меня учить? — с подозрением спросил у девушки. — Сама ведь магию не видишь и тем более не можешь показать.

— Не проблема, — отмахнулась Аль. — Такое простенькое плетение и на бумаге нарисовать можно.

Она полезла в свою сумку за письменными принадлежностями, а я в карман за зажигалкой. На самом деле не курю, но почти всегда ношу с собой. Мало ли, вдруг пригодится? Например, случайно попаду в другой мир и смогу хотя бы костёр развести, или красивая девушка огоньку попросит. Поскольку курящие девушки мне встречаются несколько чаще, чем другие миры, как раз для этой цели выбрал не одноразовую китайскую, а нечто с претензией на фирменную, что‑то из линейки зиппо на бензине (не исключено, что тоже китайскую, но судя по картинке, скорей всего, нашу).

Пока Алиена что‑то рисовала, подошёл к уже готовому костру и тихо поджёг. Вопреки всякой теории вероятности шедевр китайского зажигалкостроения пригодился и на случай попадания в другой мир, и чтобы на девушку впечатление произвести. Правда, она этого пока даже не заметила и старательно что‑то выводила на бумаге. Вот и прекрасно, так же тихо отошёл от костра, сел на прежнее место и начал делать вид, что я тут совершенно ни при чём.

Закончив с рисунком, анури всё‑таки обратила внимание на костёр. Посмотрела на огонь, на меня, опять на огонь и вопросительно подняла бровь. Хотел начать рассказывать, мол, я тут совершенно ни при чём, и оно само загорелось, но вовремя вспомнил, что она сразу распознает ложь, даже если это невинная шутка. Поэтому ограничился пожатием плечами, которое обычно означает примерно то же самое, или понимай, как хочешь.

— Покажи, — попросила Алиена.

— Держи, — протянул ей зажигалку.

Мне стало интересно, что она будет делать с маленьким металлическим бруском. Девушка повертела его в руках и задала совершенно неожиданный вопрос:

— Это твой герб?

— Где?! — воскликнул я.

— Вот, — показала она.

— Ах, это…

Давно уже привык к рисунку и перестал обращать на него внимание. Но те, кто видят, сразу замечают. Да мне и самому когда‑то показалась оригинальной, продаваемая в киоске торгующем всякой мелочёвкой и сувенирами, зажигалка. Цена была совсем невысокой, потому и купил. Вещь оказалось неожиданно качественной и надёжной, столько времени ношу в кармане, а краска не только не слезла, но и приобрела более благородный вид, чем была в самом начале.

— Да, это мой герб, — медленно произнёс я.

Ожидал, что сейчас буду пойман на лжи, но ничего такого не произошло. Девушка лишь кивнула, принимая к сведению. Хвалёная способность анури всегда отличать правду ото лжи, в случае если говорит соплеменник, дала сбой.

Стоп, а прозвучала ли ложь? Если подумать, нет. Слово «мой» вообще довольно интересное по своему значению. Например, моя фотография. О чём речь? Та, на которой я изображён? Та, которую я снимал? Та, которую мне подарила девушка? Или та, которую я купил на блошином рынке среди старого барахла? Ведь они все мои. В последнем случае как в том анекдоте:

— Кто изображён на этих картинах? — спрашивает посетитель галереи.

— Предки, — коротко отвечает художник.

— Чьи?

— Купите, будут ваши.

Ну так вот, в отличие от картины, изображённые на купленной старой фотографии моими предками не станут, но она сама будет именно таковой. Если подумать, про герб на зажигалке я не соврал. Это действительно мой герб. Оба они мои. На красном, искусственно состаренном корпусе замотанные в кумач колосья от советского герба, а внутри, тоже слегка состаренный

Если кто думает, что обладание зажигалкой избавило меня от уроков магии, то он сильно заблуждается. Зря Алиена рисовала, что ли? Да и мне самому было интересно попробовать. Другой вопрос, не очень верилось как в то, что я могучий волшебник, так и в магию вообще. Но и отрицать очевидное, то есть перенос в другой мир, тоже глупо.

— И как пользоваться твоей инструкцией? — спросил я, беря в руки тетрадь.

— Ты вверх ногами держишь, — ответила девушка.

Перевернул. Яснее не стало.

— Всё очень просто, — начала объяснять анури. — Сначала представь себе этот рисунок.

— Где представить? — задал уточняющий вопрос.

— Да хотя бы на кончике пальца… Хотя стой, первый раз лучше не надо на пальце. Тогда сразу на объекте, который хочешь зажечь.

— Хорошо, — согласился я. — Только костёр уже как бы горит.

Алиена, ничуть не смутившись, собрала ещё одну заготовку для костра, только чуть поменьше.

— Представил твой рисунок, что дальше? — спросил у неё.

— Так быстро? — удивилась девушка.

— А что тут такого?

Действительно не понимал, что тут такого? Может, раньше это было и не так просто, но живущему в век телевиденья, интернета и цифровых фотоаппаратов представить себе картинку по предложенному образцу — секундное дело.

— Хорошо, — кивнула девушка. — Тогда представь ещё раз и наполни силой.

— Зачем ещё раз? — не понял я.

— Ты хочешь сказать, что всё время держишь незнакомое плетение в голове? С первого раза?!

— Ну да, — кивнул в ответ. — Что в этом такого? Ты же сама сказала, это одно из простейших плетений.

Аль сделала большие глаза. Однако не поверить мне она не могла.

— Тогда наполняй силой, только немного, ты не врага спалить собираешься, а лишь костёр разжечь.

— Ага, знать бы ещё как?

Анури опять удивилась. Оказалось, сплести магические линии в воображении, да ещё и удерживать, будучи занятым болтовнёй и вопросами, куда сложнее, чем наполнить силой. Многократно сложнее. После нескольких безуспешных попыток и повторных объяснений у меня получилось.

— …!

Поднимаясь на ноги, я сильно ругался, заодно ощупывая себя. Вроде ничего не сгорело, разве что волосы и ресницы опалило, но это без зеркала не проверишь. Шарахнуло знатно. Разложенные в виде костерка веточки вдруг вспыхнули, превратившись в огненный вихрь. Я на ногах не устоял. Да и другой костёр сдуло. Анури принялась тушить разбросанные по поляне дрова и горящие ветки, собирая их обратно. Пошёл ей помогать. Вскоре мы сложили костёр по новой.

— На каком языке ты сейчас ругался? — спросила Алиена.

— На том же, на котором мы говорим, — удивлённо ответил ей.

— Странно, я почти ничего не поняла, а такого быть не может.

— Кроме предлогов «в» и «на»? — улыбнулся я, вспомнив старую шутку.

Если меня неудача, да ещё с такими эффектами, расстроила, то Алиена думала иначе. О том, что силы в плетение нужно вливать только чуть, она упомянула лишь для формальности. Обычно в свой первый раз маг пытается влить всё, что у него есть, да и то не всегда получается. Показанный мною результат давал перспективы, и немалые. Если сумел влить так много сейчас, то сколько же смогу после обучения?

Правда, и тут имелись свои минусы. Мой случай хоть и был редкостью, но не являлся чем‑то уникальным. Встречались маги с большим резервом и пропускной способностью сразу после инициации. Только минусов в этом всегда больше, чем плюсов. Если честно, всего один, пусть и огромный, плюс и целая куча разнокалиберных минусов.

Потенциально такой индивид — первый кандидат в архимаги. Реально ни один им не стал. Обычно сила и контроль растут пропорционально друг другу, а тут вдруг раз и в дамках. Русская пословица, говорящая о том, что сила есть — ума не надо, идеально подходит к данному случаю. Такой маг вынужден дольше других учиться контролю и в результате отстаёт от них во всём, кроме силы.

Однако любая магическая академия охотно берёт таких самородков. Ага, на ускоренные курсы по очень узкой специализации. Армейский маг огневой поддержки. Не боевой, а именно армейский, потому что сам по себе без прикрытия других магов он очень уязвим. Зато когда надо сравнять с землёй вражеские укрепления и пробить магические щиты, долбя по ним со всей дури самыми мощными и грубыми заклинаниями, самое оно. Тут он и настоящему архимагу фору даст.

— И чему ты радуешься? — не понял я. — Лично меня такая карьера не устраивает.

Я действительно не имел никакого желания служить местным аналогом системы залпового огня. И пусть артиллеристы с лёгкой руки Высоцкого считаются богами войны, города берут и точку в любой войне ставят не они, не авиация, не танки и не рыцарская конница. Это делает прорвавшаяся к местному рейхстагу (как бы он ни назывался) и поднявшая флаг пехота. Поэтому спасибо, не надо.

— Ты анури, а значит, можешь достигнуть куда больше, чем другие! — гордо ответила Алиена.

Не то чтобы прямая ложь, но и не правда. Это я уловил. Заметив, девушка продолжила:

— А ещё ты сумел практически с первого взгляда представить плетение огня. Мне самой потребовался целый день, пока смогла сплести, линия за линией, целиком, не потеряв концентрацию и не разрушив в процессе. А держать в голове и при этом задавать вопросы — вообще год, если не больше. То есть с контролем у тебя всё в порядке, и мне достался не простой анури, а потенциально очень сильный маг. Даже по нашим меркам!

Увидев скепсис на моём лице, Алиена предложила убедиться самому и попробовать ещё раз. Сложили на выжженном прошлым экспериментом участке костерок поменьше, только из сухой травы и нескольких тоненьких веточек. Я взял тетрадь, открыл и покачал головой:

— Нужный лист наполовину сгорел.

— Ну и что? — не поняла анури. — Ты же один раз воспользовался плетением, теперь оно навсегда твоё. Весь вопрос только во времени, которое потребуется на воспроизведение.

Я честно попытался. Ничего не вышло. Вроде бы рисунок простой, но во всех подробностях вспомнить не получалось.

— Извини, Аль, но не выходит.

— Как?! — удивилась она.

— Как?! — удивилась она. — Но ведь ты же…

— Да я легко могу держать в голове картинку любой сложности, но только пока смотрю на образец. Без образца, наверное, тоже смогу, только придётся долго учить.

Для девушки это было чем‑то невероятным. Её всю жизнь учили по другим правилам. Однако не стала спорить, так как в правдивость моих слов верила ещё сильнее, чем учителям, и нарисовала ещё одно плетение. На этот раз наполнить силой получилось с первого раза. Постарался пустить её как можно меньше. Не так‑то просто, если ты весьма смутно представляешь, что такое эта самая сила. Именно представляешь, потому что увидеть её не получалось.

Опять перестарался, но хотя бы взрыва не было. Трава и веточки вспыхнули и мгновенно превратились в кучку пепла. После ещё десятка экспериментов мне, наконец, удалось именно поджечь желаемый объект, а не спалить целиком. Прогресс налицо.

— Ещё одно доказательство, что ты сильно отличаешься от тех одарённых, которые сразу после инициации имеют большой резерв силы, — заявила Алиена. — Любому из них возможно добиться такого результата только через месяцы упорных тренировок. А ты смог быстрее, чем я в своё время.

Потом на секунду замолчала и добавила:

— Ладно, давай спать.