Литературная Газета 6495 ( № 17 2015)

Сиплый свист поезда плыл над станцией, как местный ястреб, который давно утратил величие хищника и теперь воровал цыплят в палисадниках, хватал воробьёв с двускатной шиферной крыши лесопилки.

Мост как вздох и свист как ястреб – это вызывает раздражение почти физическое. Уверен, что те, кто слушал это, не с первого раза поняли, о чём вообще идёт речь.

А вот Захар Прилепин:

Нельзя сдавать позиций, бросать флаги и бежать куда глаза глядят, даже не сделав попытки защитить свой дом. Это, конечно, фигура речи, навеянная историей и дымом отечества, в котором духовный и культурный подъём, массовое стремление к переустройству всегда были сопряжены с великими потрясениями и войнами.

Как-то воображение не впускает в себя образ человека, защищающего свой дом с флагом. А вот что чем навеяно и что потом и в связи с чем поднялось, просто понять невозможно… Остаётся смириться с тем, что фигура речи навеяна дымом, который содержит в себе подъём наряду с войнами и потрясениями. Автору этого текста впору самому изложения писать, чтобы научиться грамотно излагать свои мысли.

Зачем всё это?

Неужели нельзя было найти писателей, способных сочинить не раздражающий и грамотный текст? Что мешало из огромного корпуса отечественной литературы выбрать что-то бесспорное и проверенное историей? И, в конце концов, разве за считаные дни до 70-летия Великой Победы начинающий автор Водолазкин выглядит предпочтительнее Юрия Бондарева или Даниила Гранина? Или его фрагмент лучше подходит для диктанта, чем тексты фронтовиков Григория Бакланова, Константина Воробьёва, Виктора Курочкина? Может, он избран только по причине того, что он лауреат «Большой книги»?.. Или… Или проблема грамотности давно уже не волнует вдохновителей Тотального диктанта и всё это делается ради пропаганды писателей определённого и изрядно дискредитировавшего себя пула? В последнее верится охотнее всего. Ведь силы задействованы немалые… Тут и «Русский мир», и Департамент культуры города Москвы, участвующий в проекте своим порталом «Культура Москвы», и ТАСС, и другие фонды с именами и возможностями. Попробуйте сейчас затеять какое-нибудь благородное дело и сразу же обрести таких влиятельных партнёров! Неужели руководство «Русского мира» не понимает, что, предоставляя в год 70-летия Победы свои площадки для Тотального диктанта, чьи устроители открыто проигнорировали этот праздник, оно участвует в кампании по дискредитации основополагающих государственных ценностей? Хочется верить, что Департамент культуры города Москвы исправит ошибки прежних начальников и его участие в проекте в этом году обусловлено инерцией.

Всё вышесказанное наталкивает на мысль, что у Тотального диктанта есть другая, скрытая цель. Она заключается в том, чтобы те, кто добровольно написал такой диктант, добровольно же утратили интерес к чтению навсегда. Равно как и к художественной литературе.

Не может не настораживать то, что филологическое сообщество до сих пор достаточно вяло реагировало на этот Тотальный диктант, явно недооценивая его вред. А куда смотрит составленная из словесников экспертная комиссия проекта? Или они со всем согласные… Вот, кстати, кто в неё входит и несёт за это ответственность.

Председатель:

Кошкарёва Наталья Борисовна, д.ф.н., профессор, зав. кафедрой общего и русского языкознания НГУ, главный научный сотрудник Института филологии СО РАН, председатель Экспертного совета Тотального диктанта.

Эксперты:

[?]Ким Игорь Ефимович, д.ф.н., профессор кафедры общего и русского языкознания НГУ, ведущий научный сотрудник Института филологии СО РАН, зам. председателя Экспертного совета Тотального диктанта, координатор экспертов-филологов. Координатор 2-го пояса.

•Арутюнова Елена Вячеславовна, старший преподаватель кафедры медиаречи факультета журналистики Института массмедиа РГГУ, Москва.

•Белица Татьяна Ивановна, к.ф.н., доцент кафедры общего и русского языкознания НГУ, зав. кафедрой русской словесности Специализированного учебно-научного центра НГУ.

•Горбунова Людмила Ивановна, д.ф.н, профессор кафедры русского языка и общего языкознания Иркутского государственного университета. Координатор 1-го пояса.

•Друговейко-Должанская Светлана Викторовна, «Грамма.ру», член Совета по русскому языку при Президенте РФ, член Орфографической комиссии РАН, СПб.

•Заковряшина Татьяна Анатольевна, заместитель начальника отдела международных связей НГУ, старший преподаватель кафедры общего экономического образования НГУ.

•Кузнецова Елена Сергеевна, к.ф.н., доцент кафедры общего и русского языкознания НГУ.

•Кузнецова Наталья Владимировна, к.ф.н., доцент кафедры русского языка Тюменского государственного университета.

•Мандрикова Галина Михайловна, д.ф.н., зав. кафедрой филологии Новосибирского государственного технического университета.

•Пахомов Владимир Маркович, к.ф.н., главный редактор портала «Грамота.ру», Москва.

•Плунгян Владимир Александрович, д.ф.н, профессор, чл.-корр. РАН, зам. директора Института русского языка им. В.В. Виноградова РАН, зав. кафедрой теоретической и прикладной лингвистики МГУ им. М.В. Ломоносова.

•Ровинская Мария Михайловна, научный сотрудник Центра социолингвистики ШАГИ РАНХиГС, старший преподаватель кафедры русского языка РГГУ, Москва. Координатор 3-го пояса.

•Сафонова Юлия Александровна, к.ф.н., начальник отдела лингвистических исследований ГБУ г. Москвы «Московский исследовательский центр», научный консультант интернет-портала «Грамота.ру», ведущая передачи «Русский устный» на радиостанции «Спутник».

•Сорокина Елена Николаевна, к.ф.н., доцент кафедры общего и русского языкознания НГУ.

•Шпильман Марина Владимировна, к.ф.н., доцент кафедры русского языка Новосибирского государственного педагогического университета.

Интересно узнать: какова цена их заинтересованности в пропаганде этого проекта? Или им наплевать на общественное мнение? Ведь ещё в 2013 году ульяновский губернатор заменил текст Дины Рубиной на текст Василия Пескова. А в этом году один из самых заметных политиков России Владимир Жириновский, возмущённый выбором Водолазкина, прочитал свой вариант диктанта из Бориса Полевого.

Конечно, в самой идее Тотального диктанта ничего плохого нет. Но печально, когда благое, по сути, начинание превращается в очередную пиар-акцию писателей определённого круга, близкого по взглядам к вдохновителям приснопамятной Болотной площади.

Теги: филология , русский язык

Грамотность или пиар?

Тотальный -ая, ое, лен, льна (фр. total < лат. totus весь, полный). Всеобщий, всеохватывающий. Тотальная мобилизация.

Толковый словарь иностранных слов Л.П. Крысина. - М.: Русский язык, 1998.

О Тотальном диктанте пишут все, говорят все – все ликуют: наконец-то граждан стали приучать к правильному русскому языку (тотально)! То, что уже долгое время не может сделать школа, тотально руководимая и вдохновляемая своим ведомством, сделали выпускники Новосибирского университета – пройдя путь от акции в студенческой аудитории до государственного размаха.

Интернет, который тоже уже почти тотален, сообщает: идейный вдохновитель и координатор проекта "Тотальный диктант" Егор Заикин – гуманитарий: в 2005 году окончил гуманитарный факультет Новосибирского университета. Несколько лет проработал в индустрии языковых услуг: переводил, заказывал переводы, управлял работой переводчиков. В последнее время занят тем, что прививает согражданам любовь к грамотности и русскому языку (последняя фраза, к счастью, не содержит слова «тотально занят и тотально прививает»[?]). Ольга Ребковец – руководитель проекта. Окончила тот же университет. Член Совета по русскому языку при Президенте РФ.

Гордость О. Ребковец: «В 2011 году «Тотальный диктант» получил национальную премию в области развития общественных связей «Серебряный лучник» – это самая престижная награда для пиарщиков. Иначе говоря, проект был признан профессиональным, соревновался с такими профи, как РЖД, и выиграл!» А и правда, есть чем гордиться: руководитель РЖД – член Попечительского совета фонда «Русский мир». Это уже размах.

А если по существу, проект «Тотальный диктант» – действительно лучший проект в сфере пропаганды не столько русского языка, сколько необходимости грамотности для граждан страны – и граждан для страны, в которой этот язык является языком государственным. И «благодаря» сегодняшней системе образования (а на подходе «прикладники-русисты», которым и не нужна фундаментальная подготовка в области филологии) даже такая, чисто пиар-акция – благо!

Тексты для диктанта – вопрос отдельный. Как известно, кто кого ужинает, тот того и танцует. Такое впечатление, что предложенные за последние, по крайней мере, 5 лет авторы – это все «Большая книга». А «Большая книга» – это большо-о-ое дело: на 17 учредителей и попечителей, бизнесменов и государственных служащих высшего уровня – аж целый один филолог: директор Института русской литературы РАН. Не будем говорить конкретно о каждом из последних авторов текста диктанта: они, конечно, часть современной отечественной литературы (ну, допустим, беллетристики). И некоторые произведения некоторых из них автор сам читает с удовольствием. Но аудитория диктанта – все население страны (по замыслу создателей)! И не находится в отечественной литературе, даже классической, тех произведений, которые можно было бы использовать не только как текст диктанта, а как и приобщение пишущих его – пусть хотя бы в такой малой толике! – к тому, что составляет нашу культурную историю?

Но это – пиар-акция. А она оценивается, во-первых, количеством (сколько писало) и, во-вторых, именами, которые именно сегодня тотально на слуху. Вот только вопрос: именно это и повышает грамотность?

Юрий ПРОХОРОВ, доктор филологических наук, доктор педагогических наук, главный редактор журнала «Русский язык за рубежом»

Теги: филология , русский язык

Игра игре рознь

Идея так называемого Тотального диктанта, задачи, поставленные организаторами этого глобального мероприятия, безусловно, заслуживают одобрения. Состояние орфографической и пунктуационной грамотности в настоящее время, как отмечает научная и педагогическая общественность, становится едва ли не национальным бедствием. В наши дни трудно переоценить роль письменного общения людей. Приходится слышать, что письменный текст можно понять независимо от количества допущенных в нём ошибок, а грамотность является лишь показателем культуры человека, его любви к родному языку. Как тут не вспомнить слова Льва Владимировича Щербы, писавшего, что "безграмотное писание читать трудно, точно едешь в таратайке по мёрзлой дороге"! Основная цель тотального диктанта будет решена, если его проведение обратит внимание общества на проблему грамотности, если каждый его участник почувствует стремление избавиться от орфографических и пунктуационных ошибок в своей письменной практике.

Но Тотальный диктант не может превращаться в своего рода интеллектуальную игру или, хуже того, в развлекательное мероприятие, главной целью которого является встреча с известными публичными личностями - телеведущими, театральными артистами, эстрадными певцами. Ведь именно этих людей организаторы привлекают в качестве «диктаторов» (так на соответствующем сайте в интернете называют тех, кто читает текст диктанта). Известно, что результаты в немалой степени зависят от того, как прочитан текст, а этим искусством наши «звёзды» владеют далеко не всегда; профессионалы же – например, школьные учителя-словесники и преподаватели вузов, обладающие необходимым опытом проведения диктантов – среди «диктаторов» встречаются пока довольно редко. Это, кстати, отмечается в комментариях участников акции по проверке грамотности на сайте total.dict.ru.

Организаторы с удовлетворением отмечают тот факт, что с каждым годом количество участников акции возрастает. Но их могло быть значительно больше, если бы информация об этом мероприятии была распространена шире. Однако очень многие организации и учебные заведения (например, в Московской области) ничего не слышали ни о времени, ни о месте, ни об условиях проведения диктанта.

Лев КОПОСОВ,   доктор филологических наук, профессор, заведующий кафедрой истории русского языка и общего языкознания Московского государственного областного университета

Теги: филология , русский язык

Когда морфий попадает в кровь

Фото: ИТАР-ТАСС

Спектакль "Юбилей ювелира", поставленный на сцене МХТ имени Чехова по случаю 80-летия Олега Павловича Табакова, режиссёр Константин Богомолов решил использовать для провозглашения собственного программного манифеста.

Константин Богомолов - снова на сцене МХТ имени Чехова. На сей раз не для того, чтобы протискивать свои мировоззренческие концепции сквозь жёсткий фильтр неубиваемой (как ни старайся) классики, а чтобы представить их граду и миру в беспримесном, откристаллизованном виде. Решил, видимо, что час пробил. А тут и случай удобный подвернулся – юбилей всеми уважаемого мэтра, отдавшего немало сил созданию благоприятной среды для расцвета дарований г-на Богомолова. А чтобы драматургия не исказила ненароком стройной конструкции режиссёрского замысла, выбор пьесы для юбилейного бенефиса был обставлен по всем правилам тонкой дипломатической игры.

Пьеса британской актрисы и писательницы Николы Мак­Олифф – умильная бенефисная мелодрама не бог весть какой психологической глубины и на таковую не претендующая: сочинялась она не в ходе философических размышлений о сути бытия, но как своебразный презент королеве Елизавете II по случаю 60-летия её царствования, отмечавшегося в 2012 году. Вероятно, г-же МакОлифф не давали покоя лавры Агаты Кристи, сочинившей легендарную «Мышеловку» к юбилею бабушки Елизаветы – королевы Марии. Некоторая преемственность прослеживается: в пьесе государыня – фактически ключевое действующее лицо – неоднократно упоминает о том, сколь многим она обязана своей прародительнице. Личное знакомство с Елизаветой натолкнуло авторессу на «блестящий» драматургический ход: представить королеве своего героя – молодого преуспевающего ювелира – и дать им провести в обществе друг друга несколько счастливых часов вечером накануне коронации. Для усиления мелодраматического эффекта мгновения счастья отнесены в давнее прошлое, а в настоящем герой, уже разорившийся старик в финальной стадии рака, всеми силами старается дотянуть до своего 90-летия, совпадающего с 60-летием царствования Её Величества, поскольку она пообещала в этот день прийти к нему на чай.

Никаких метаний в поисках смысла жизни на краю смерти в тексте пьесы – если судить по русскому переводу Ольги Варшавер и Татьяны Тульчинской – нет (в Сети он выложен, можно убедиться). Есть несколько пошловатых шуточек, изрядное количество выцветших банальностей («когда появляются дети, приходится взрослеть») и две крепко сделанных сцены: прелестная в своей целомудренности первая встреча ювелира со своей королевой и по-английски сдержанная их последняя встреча. Масштабу таланта Олега Павловича Табакова не соответствуют ни драматург (после Островского, Чехова, Достоевского, Шекспира, Гоголя etc.), ни роль (в сравнении с Сальери, Балалайкиным, Клаверовым, Талейраном, Мольером, Нильсом Бором etc.).

К чести Богомолова надо отметить, что пошлости он изъял, а сентенции свёл к минимуму. Но тем же заступом, коим он корчевал очевидные изъяны пьесы, он выпотрошил из неё и то, что, собственно и даёт ей право на сценическое существование. Великую любовь, которой романтик-ювелир верой и правдой служил шесть десятилетий, г-н режиссёр низвёл до химеры, порождённой его разъедаемым опухолью мозгом, что превратило самого мистера Ходжера в отъявленного негодяя. Богомолов «исправил» текст МакОлифф: миссис Ходжер, не дождавшись мужа с работы, якобы звонила на фирму, и там сказали, что охранять королевские регалии до коронации командировали другого сотрудника. Но в таком случае всю жизнь терзать жену сравнениями с той, кого ты видел только в телевизоре, – низость, которую не извинить неосознанной жестокостью пылко влюблённого. И если обещание юбилейного чаепития – блеф, то обречь преданную тебе женщину на все унижения бедности («пенсионерка, выбирающая в магазине среди мятых помидоров наименее мятые»), приберегая для подарка королеве собственноручно изготовленное ожерелье из 60 (по камешку в год) бриллиантов – предательство, оправданию вообще не подлежащее.

Наталья Тенякова играет верную супругу, в финале изображающую перед умирающим мужем королеву. Метаморфоза блистательная, однако волею режиссёра лишённая психологического фундамента. Чем питается многолетняя лютая ревность, если её носительница уверена, что «ничего не было»? По какому наитию у отнюдь не Клеопатриного ума простолюдинки активируются королевский взгляд на жизнь и соответствующие манеры? А ведь сцена последней встречи – безукоризненное воплощение актрисой всего того, что принято называть царственным величием.

Высокоопытная сиделка Кэти (Дарья Мороз) – единственная привилегия, которую может себе позволить нищий ювелир, в спектакле – просто служебный персонаж. Тогда как в пьесе именно она уговорит пылающую любовью-ненавистью жену разыграть монарший визит, чтобы её пациент покинул сей мир счастливым, нарядится «королевой», но опоздает к назначенному часу – в придворный «бентли» врежется грузовик и полиция перекроет улицу. У Богомолова она просто в нужный момент исчезает со сцены, а её милосердие так и остаётся декларацией.

Собственно, по замыслу режиссёра все чувства, кои положено испытывать персонажам, остаются только словами, произносимыми ровными, безжизненными голосами. Каково обитать в этой эмоциональной клетке таким щедрым на сильные страсти и необоримое обаяние актёрам, как Табаков и Тенякова? Большую часть действия актёры неподвижно сидят вокруг стола, а их лица крупным планом транслируются на четыре огромных экрана. Лишив талантливейших мастеров практически всего арсенала воздействия на публику, сделав их послушными марионетками, г-н Богомолов отвёл себе роль не просто кукловода, но – демиурга: всё, что нужно чувствовать публике и что она должна думать по поводу происходящего на сцене, изложено белым по чёрному на тех самых экранах.

От фирменной богомоловской «фишки» с титрами собственного сочинения уже с души воротит. С каждым разом действо, конструируемое г-ном режиссёром, всё дальше от живого театра. В недавнем ленкомовском «Борисе Годунове» экраны ещё достаточно скромно держатся по периметру игрового пространства, а здесь уже нахально вытесняют актёров на периферию, а то и заменяют вовсе (подмена подлинного виртуальным – любимая забава пост­модерна):

«Начало»

«Начало конца»

«Начало конца начинается»

«Сестра делает укол»

«Морфий попадает в кровь»

«Кровь разносит морфий по дряхлому телу, словно талый снег»

Этот урок чтения (как-никак Год литературы на дворе, и открывали его именно в МХТ) длится долго. Когда зритель втягивается в процесс, его начинают зомбировать:

«Память – это опухоль»

«Умереть весной означает всего лишь: умереть весной»

«Прими смерть, как подарок на день рождения от папы и мамы, когда они входят в комнату с цветами и шариками»

«Смерть приятный гость, если умирающий радушный хозяин»

Чтобы сотворить такой панегирик смерти, надо очень не любить жизнь. Концептуализм г-на Богомолова не остался незамеченным просвещённой критикой. Но сыграть «шедевр» только для пары сотен избранных не получится. Театр (пока, во всяком случае) немыслим без публики – рядовой, непремьерной. Однако если уж от неё никак не избавиться, кто помешает г-ну режиссёру сделать так, чтобы она чувствовала себя на спектакле как можно неуютней.

Зритель пришёл в театр наслаждаться игрой любимого артиста. Любоваться его экранным двойником можно в видеозаписи, не покидая дивана, и за гораздо меньшие деньги – театру достаточно разместить её на сайте в платном доступе. Но если «игру» изображений ещё можно как-то принять в качестве «режиссёрской концепции», то со скверной слышимостью смириться не получается. На балконе слышно в лучшем случае половину реплик. И беда не только в том, что громкая и отчётливая речь не пристала весьма немолодым персонажам. Неизменный художник Богомолова Лариса Ломакина соорудила на сцене комнату-коробку со сплошной верхней панелью, которая отлично гасит звук. Пришпилить пластырем к лицам любимых актёров микрофоны – кощунство, не спорим. Но зритель в последнем ряду галёрки имеет право слышать каждый звук старческого маразматического бреда персонажей, а ему предлагают чёрно-белое почти немое «кино». Честнее было бы играть этот спектакль на Малой сцене, но сие невозможно есть: куда ж священные богомоловские экраны тогда лепить?!.

Публика остаётся заложником г-на режиссёра до последней секунды, когда на экранах появляется финальное приказание «Аплодисменты». Выполнять его хочется не всем. Ведь у сотен поклонников Олега Павловича, которым на официальные, сиречь закрытые для «посторонних», торжества не попасть, его подлинный юбилей – праздник живого общения со зрителем – попросту украден. Похоже, театр г-н Богомолов ненавидит больше, чем жизнь, а зрителя – даже больше, чем театр.

Теги: искусство , театр

Кто в Москве угрожает Туминасу?

Фото: РИА "Новости"

В Театре им. Вахтангова прошло награждение Римаса Туминаса премией "Человек театра", учреждённой самим театром. В завершение церемонии артисты исполнили песню на литовском языке. Об этом я узнал из сообщения литовского информационного агентства DELFI.lt. Узнал, правда, с большим опозданием: событие прошло 27 марта, в Международный день театра, а агентство сообщило о нём только 20 апреля. В заметке подчёркивалось, как в Москве любят литовского режиссёра, с каким уважением относятся к нему и вахтанговцы, и вообще в театральных кругах. В общем, всё хорошо, viskas gerai, как говорят литовцы.

Однако на другой день, 21 апреля, в том же DELFI.lt появляется материал под зловещим заголовком «Работающий в России Туминас: мне угрожают». Это интервью с самим режиссёром. И в нём расставлены совсем иные акценты. Римас Туминас говорит об исполнении в театре в его честь литовской песни: «Это был великий акт во имя мира, единения и покаяния, заявление, что мы живём один раз. Все эти люди хотели сказать одно: что они хорошо осведомлены о том, что происходит в Украине, и они каются за эти события». Высокопарно и непонятно: почему вахтанговцы должны каяться за то, что происходит на Украине, и почему именно в форме песни на литовском языке?

«Спектакли Вахтанговского театра нередко приходит посмотреть и руководство России. А теперь, когда отношения двух стран не такие тёплые, оно всё ещё приходит?» - спрашивает агентство.

«Приходят... Но есть одна проблема. Наш театр небезопасен. Его невозможно изолировать и ограничить. Это очень сложно сделать», – отвечает Туминас.

На вопрос, не боится ли он, что на театр, в котором поют по-литовски, могут быть наложены санкции, Туминас ответил: «Конечно, бывает всякое. Мне угрожают. Всё что угодно может случиться... Но я сказал, что если со мной что-то случится, я к этому готов».

«Режиссёр сказал, – продолжает DELFI.lt, – что угрозы поступали не в адрес театра, а ему лично».

«Да, всё начинается с этого. Но очень приятно, что с послом В. Ушацкасом мы всё ещё держимся, поём литовские песни и будем петь. Не надо бежать. Надо петь свои песни, чтобы их услышали. Чтобы наша история и боль были услышаны. Потому что если мы сбежим, что с того? Нельзя поддаваться этой эйфории, разжиганию войны и вражде. Искусство и культура всё-таки, я надеюсь, живут в сердцах людей. Только лейтмотив надо выдержать. Если не мне, то кому-то другому», – заключил Туминас.

Вот и думай теперь: кто и чем мог в Москве угрожать режиссёру, да и не за что-нибудь, а за исполнение его актёрами литовской песни? А может, мстят Туминасу за то, что в постановочной части его театра теперь, говорят, преобладают литовцы?

Но если серьёзно, то всё же надо бы спросить господина Туминаса: какие такие угрозы поступают в его адрес? Кого он подозревает? Обращался ли по этому поводу в правоохранительные органы страны, в которой он немало зарабатывает? Почему не бьёт тревогу в российских СМИ? Дело-то ведь серьёзное. В Литве после публикации интервью поднимается шум в защиту Туминаса, раздаются советы поскорее вернуться ему из дикой и вражеской Москвы домой. Слышатся, правда, и другие голоса: да поклёп всё это и придумки самого DELFI.lt. Не мог Римас сказать такое. Просто литовская пресса отрабатывает средства, полученные от американцев на антироссийскую пропаганду.

Я вообще-то тоже так полагаю, процентов на восемьдесят. Двадцать лет прожив в Литве (отчего ностальгически и слежу за новостями из этой страны), немного знаю литовцев. Запредельная подлость всё-таки не в их характере. Конечно, тамошние политики и журналисты слова доброго не скажут о России и русских, дёргаются в лютой злобе, им не внове сочинять небылицы вне всяких приличий и рамок. Но за деньги или по обязанности. А зачем это Туминасу?

В самом деле, зачем?

Теги: искусство , театр

Спасти рядового Иванова

Киноэпопею "Освобождение" внимательно смотрели в Голливуде

Очень часто для отечественных кинематографистов в постперестроечное время и по сию пору поводом для создания очередной картины становятся успехи на этом поприще американцев. «Хочу как в Голливуде, возьму и сделаю кино, как у них[?]» - заветная и несбыточная мечта всего поколения 1990–2010-х. Это самоуничижительное равнение на Запад явилось разрушительной силой, существенно ослабившей российское кинопроизводство как в идейном и морально-нравственном, так и в художественно-профессиональном смыслах. Над великим советским кинематографом надругались в первую очередь отпрыски тех, кто принёс ему мировую славу, поднял на недосягаемую для голливудского ширпотреба высоту. Абсолютно независимое и самодостаточное в идейной и творческой составляющих советское кинопроизводство развалилось не в последнюю очередь потому, что наши беспомощные киношники вдруг захотели снимать «как у них». Пресловутая установка «как у них» подорвала те фундаментальные основы, которые вот уже третий десяток лет не получается восстановить.

В эпоху СССР на международном экране наше кино не знало поражений. И если советская кинематография и сегодня вызывает у нас чувство национальной гордости, то современное российское кино практически с каждой премьерой рекламно-раскрученного «режиссёрского откровения» – недоумение, оторопь, неловкость: как это можно показывать не только своим, но и иностранцам – опозоримся же!.. А параноидальное желание «ответить Голливуду» просто смешно – как будто Голливуд о чём-то спрашивал российское кино в принципе! В своё время лидер движения и большой художник (без шуток!) Никита Михалков принялся зачем-то активно и как-то уж очень своеобразно «отвечать» Стивену Спилбергу на фильм «Спасти рядового Райана». Сначала масштабным «Сибирским цирюльником» с развевающимся на весь экран американским флагом и бегающим под ним во имя Моцарта «Иваном, не помнящим родства». Затем 8-летней работой над двумя заключительными частями «Утомлённых солнцем», призванных на пальцах объяснить миру, кто же на самом деле победил во Второй мировой войне. Режиссёр и вербально, в своих многочисленных интервью, ответил на упрёки особо непонятливых. Он хотел снять философскую притчу о том, как на войне воюет всё: мышка, губная помада, паучок. Надо понимать, потому, что и они сражаются за Родину…

…Весьма примечательно, что эпическую историю о том, как живущей в глухой деревне несчастной матери, получившей похоронку на шестерых сыновей, руководство страны вернуло с поля боя единственного выжившего, в самом Голливуде узнали на съёмках совместной советско-американской киноэпопеи Юрия Озерова «Освобождение». Эта подлинная история с реальными прототипами произошла в нашей сражающейся с врагом стране, в СССР, и, наверное, больше нигде она не могла бы случиться, тем более в США. Существенная деталь: в американской доблестной армии по определению ничего подобного не было, так как на войну в далёкой для них Европе мобилизовали отнюдь не всё мужское население, как у нас, а только военнообязанных и тех, кто изъявлял собственное желание повоевать на другом материке. И, конечно, из одной семьи всех сыновей забирать никто бы не стал. А ведь нам Спилберг показывает крестьянскую семью, у этих бравых парней есть старушка-мать и множество сельскохозяйственных обязанностей. Надо понимать, что ментальная психология американских землевладельцев не терпит никакой жертвенности в ущерб себе ради блага чужих.

На уровне сценария «Освобождения» данный эпизод существовал с самого начала, но в какой-то момент очень напряжённого съёмочного периода его решили не снимать и в картину не включать. Как вы помните, это кинематографическое полотно состоит из множества историй – официально-масштабных и камерно-личных, поэтому авторам пришлось чем-то пожертвовать, чтобы не перегружать событиями и без того насыщенное повествование. Любой совместный проект должен и утверждаться сообща, и изменяться путём общего обсуждения. Таким образом, американцы получили не только доступ к этой удивительной истории, не придуманной и богатой на драматургию, но и к тому, что русские от неё отказались, и она осталась нереализованной... И крепко они это запомнили – до лучших времён, так сказать.

Почему со времён «Освобождения» этот потрясающий душу сюжет оказался невостребованным нашими кинематографистами в качестве отдельного фильма? Каждый год – не только к юбилейным датам Победы, но и просто к очередному 9 Мая – у нас снимался и снимается поток картин, зачастую провальных, «галочных», пустых. Самое отвратительное – это плохо придуманные сюжеты, не дружащие ни с логикой, ни с реальной историей, ни с профессионализмом. Спилберг долго пропускал нас вперёд, мы сами не пошли. А сколько потом оказалось покусанных от зависти к чужому успеху локтей! У наших киношников замах-то всегда широкий, только потом без разочарования смотреть большинство их опусов невозможно. Риск неудачи есть, к сожалению, всегда, потому что одарённых режиссёров сейчас крайне мало – это настоящая деградация профессии и российской киношколы. Если раньше в эту профессию приходили, чтобы сказать своё слово, потому что было что сказать, то последние 20 лет, по заданной кем-то неумным инерции, горе-реформаторы тщетно пытаются «ответить» Голливуду на мифические вопросы. Им не приходит в голову, что, по всей вероятности, Спилберг фильмом «Спасти рядового Райана» достойно отвечал Юрию Озерову и великому советскому батальному кинематографу…

Теги: искусство , кинематограф

По ком звонит колокол Армении