Магия убийства

Клара положила на тарелку гору салата, кусок жареного мяса, картофель-фри и поставила перед ним. Она больше наблюдала за Мартыном, чем ела сама, да и не в ее духе набивать желудок с утра, но он — мужчина, ему положено.

— Ты никогда не рассказывала о своей работе, — сказал Мартын.

— Ты тоже не рассказывал, — игриво напомнила Клара.

— Разве? Я работаю заурядным страховым агентом. Кстати, у тебя застраховано имущество, машина? Могу помочь на очень выгодных условиях.

— Все застраховано. Тебя что-то смущает? — Клара тонко почувствовала, что ему немного дискомфортно.

— Да так… Просто интересно, чем занимается одинокая женщина, чтобы добиться такого уровня, — и легким жестом руки обвел вокруг.

— Мой уровень, если уж на то пошло, не слишком высок, а занимаюсь я связями, контактами… нечто вроде сводни.

— Сваха, что ли? — недоверчиво спросил он.

Клара залилась смехом, давая понять, что его мысль далека от истины, но шутливо подтвердила:

— Где-то близко. Я действительно свожу одних людей с другими, получаю проценты от сделок.

Умудрилась сказать правду и при этом ничего не сказать. Он больше не расспрашивал о работе, а предложил вечером сходить в кино.

— Почему в кино? — удивилась Клара, ее в кино никто не приглашал со школьной скамьи. — Сейчас любой фильм можно посмотреть в записи.

— Впечатление не то. Я люблю кинотеатры, большой экран и когда ничто не отвлекает от фильма.

— Кино, хм, — улыбнулась она. — Ну, хорошо, пойдем.

В нем, таком серьезном и вдумчивом, оказывается, сохранилось что-то от мальчишки. Ну кто еще любит загоны для просмотра фильмов? Только мальчишки.

Они издевались. Нет, на самом деле. Милиционеры, искавшие змею в ту кошмарную ночь и прибывшие в полном составе, решили отыграться, потому и доканывали их идиотскими вопросами. Мирон Демьянович терпеливо отвечал, хотя не избегал язвительности. Илона психовала, но держала себя в руках. Менты сначала осмотрели дом, камеры наблюдения, комнату охранников, измерили (!) расстояния в доме от одной стены к другой, от одних дверей к другим, будто собирались его перепланировать. Заче-ем? Потому что издевались. Потом начались вопросы, ответы на которые тщательно записывались.

— Во сколько вы приехали домой? — спрашивал капитан.

— Без пяти два, — ответила Илона.

— Куда вы пошли? — вскинул он на нее свои глаза козла перед закланием.

— Я поднялась наверх, сбросила одежду и голой пошла в ванную.

— А вы что делали? — Вопрос он адресовал Мирону Демьяновичу.

— Выпил тоника здесь, в этой комнате, — ответил тот. — Потом поднялся наверх в спальню.

— Как шли: медленно, быстро?

— Медленно, — проговорил Мирон Демьянович с тоской в голосе, вот так три часа эти уроды мурыжили его, Илону и охранников. — По дороге раздевался. Пришел в спальню, бросил одежду в кресло, лег.

Подробности, по мнению Мирона Демьяновича, помогут избежать лишних вопросов. Нет, не избежал, капитан спросил:

— А сколько времени вы пробыли внизу?

— Минуты три. Максимум пять.

Мент записал, повернулся к охранникам:

— Вы знали, когда приедут хозяева?

— Нет, — ответил тот, который нежно отнесся к ужонку. — Наше дело маленькое: дежурим.

— А вы спали до приезда хозяев? Например, по очереди?

— Нет, — ответили оба в унисон.

— Выходили из своей комнаты?

— Я выходил в туалет, — сказал второй охранник.

— В котором часу?

— Да разве я помню! — пожал тот плечами. — Часов в десять…

— А сколько минут вы пробыли в туалете?

— А сколько надо, чтобы… э… справить малую нужду? Сортир рядом, так что мы переговаривались.

— Значит, надолго никто из вас не отлучался?

И в таком духе еще час. Вопросы были и к кухарке, мол, что она готовила, куда ходила, кто ее видел… Осатанеть можно. Закончил капитан высокопарно:

— Будем думать.

И менты удалились с довольными рожами, посмеиваясь.

— Полдня отняли! — Мирон Демьянович наконец позволил себе выплеск гнева. — Полдня издевались над нами!

— Сам напросился, — сказала Илона, расслабившись в кресле. — Мы их продержали до утра, вот они нам и отомстили.

— Я этого так не оставлю… — бушевал Мирон Демьянович.

— Брось. Тебе скажут, что они выполняли свои обязанности по нашему требованию. Поехали, поплаваем?

— Не хочу, настроение не то. Я поеду в казино.

— Зря, вода снимает напряжение. А я поплаваю.

Илона поднялась наверх собраться, а он еще долго не мог успокоиться.

Забытые ощущения, когда сидишь в темном кинотеатре, позабавили Клару. Она не столько следила за действием на экране, сколько смотрела по сторонам. Оказывается, зрители в зале — это второе кино. Кто-то ел чипсы, кто-то пил пиво, кто-то целовался, кто-то не отрывался от экрана. Но сколько в этих разных людях, собравшихся в одном зале, непосредственности и естественности, первозданности и свободы! Клара забыла, когда она была такой же, завидовала их умению отключаться, если фильм захватывал, и умению переключаться на партнера рядом, а то и совмещать одно с другим. У нее так не получалось. Глядя на экран, она думала о своих проблемах, а отвлекаясь на зрителей, смеялась над их реакциям. Мартын завораживал ее тем, что он рядом. Но именно в темном зале кинотеатра она поняла, как далека от обычной беззаботной жизни.

— Спасибо за прекрасный вечер, — сказала Клара, когда они после кино решили прогуляться.

— Тебе понравился фильм?

— Очень, — солгала она, так как толком не вникла в сюжет.

— А мне нет. Надуманный.

— Извини. — Клара остановилась, достала из сумочки мобильник, это позвонил Красавчик. — Слушаю.

— Я звонил тебе несколько раз, почему не брала трубу?

— Была занята, отключила мобилу. Что случилось?

— Все в порядке, он улетел. Я назначил на завтра.

— Отлично. Завтра среда, а мне ты нужен в субботу. Позвони после, ладно? Хочу быть уверена, что у меня не будет сбоя.

— Ладно, отчитаюсь. Но в успехе я уверен. Пока.

— Кто звонил в такой поздний час? — поинтересовался Мартын.

— Это по работе, — сказала Клара, беря его под руку.

А майская ночь, расцвеченная огнями, теплая и свежая, настраивала на лирический лад, что тоже было незнакомо Кларе. Она медленно и в ногу шагала рядом с Мартыном, чувствуя себя юной девушкой. И дышала полной грудью, наслаждаясь моментом, и в небо смотрела, но звезд не было видно из-за света фонарей. Как же хорошо просто идти по улице!

Третий день они, как на работу, ходили в один и тот же бар. Ника привыкла к диковатой публике, с интересом наблюдала за всеми.

— Я сейчас, — подскочил Валдис.

Он подошел к стойке, парень, сидевший на высоком стуле, повернул к нему голову, видимо, на приветствие. Переговорив коротко, оба двинули к выходу.

— Идем за ними, — вскочила Ника со своего места и начала протискиваться сквозь танцующую толпу.

— Стой, он вернется!.. — крикнул Платон.

Но разве в этом реве можно что-нибудь услышать? Пришлось и ему пробираться следом за ней. После дикого шума Нике на улице показалось, что она оглохла и не слышит привычных звуков — до того было тихо. Валдис разговаривал с парнем из бара у бордюра, отделяющего проезжую часть от пешеходной.

— Не подходи к ним, — сказал за спиной Платон.

— Почему?

— Одному Валдису он, может, и расскажет что-нибудь, а троим вряд ли. Жди.

Минут десять постояли, делая вид, будто Валдис и парень им до фонаря, висевшего над входом. Но вот парень вернулся в бар, Валдис махнул рукой, мол, подойдите. Ника приблизилась к нему с вопросом:

— Что он рассказал?

— Ничего, что поможет нам, — нахмурился Валдис. — Он понятия не имеет, где Кенар. Я показал фотографию, так у него глаза на лоб полезли. Говорит, свои замочить его не могли, как будто не было к тому предпосылок, но он не уверен.

— Кто он? — спросила Ника.

— «Шестерка». Кенара знает неплохо, выполнял его мелкие поручения, к серьезным делам не допущен. Обещал разузнать, кому Кенар дорогу перешел.

— А почему ты ему доверяешь?

— Потому что у него нет вариантов. Попался мне однажды по мелочовке, я его пощадил, но с условием. Теперь стучит мне. Послезавтра, а именно в субботу, договорились с ним встретиться здесь же. Ну что? Поехали?

Третий раз Платон и Валдис провожали Нику домой, не желая уступать друг другу, — ей это нравилось.

В субботу с раннего утра четверка молодых людей загрузила в багажник еду, приготовленную с вечера, пиво, удочки и еще много чего, что вовсе не пригодится. Ехали по свободной трассе весело, хором подпевая известным певцам. Минут через сорок прибыли на поляну и с разочарованием загалдели:

— Что за дела! Наше место занято! Кто посмел? Прогоним!

— Тихо! — поднял руки Валера. Он выпросил у отца иномарку, с ветерком гнал машину и был горд. — Не шумите. Сейчас разберемся.

Он и Кирилл вышли из машины, огляделись. Девчонки тоже вышли, но стояли, держась за распахнутые дверцы. Мальчики обошли небольшой пятачок на поляне, Валера поддел ногой скомканный плед, тем временем Кирилл задержался у столика, на который наверняка кто-то сел, отчего он не выдержал и развалился. Заметил сложенные камни, на них шампуры.

— Да нет здесь никого, — сказал он. — Но были. Дня два назад. Смотри, Валерка, шашлыки обуглились, видно, наелись до отвала, напились, как свиньи, и свалили, не убрав за собой.

— Козлы, — выругался Валера. — Изгадили такое место. Девчонки, приберитесь тут, в сторонку все снесите, потом отвезем и выбросим. А мы с Кириллом удочки наладим.

— Ого! — Кирилл поднял с земли бутылку шампанского. — Непочатая. Повезло нам.

Девочки засуетились, одна взяла плед, поморщилась:

— Фу, он, кажется, в крови.

— Ну, так… Где пьянка, там и морды бьют, — со знанием дела, доставая сумки, сказал Валера. — Думаю, костер сразу надо развести и поставить котел. Пока вода закипит, мы успеем наловить рыбы.

— А если не наловите? — спросила Аня, девушка тонкая и беленькая.

— На этот случай я захватил здоровенного карпа, вчера отцу привезли полмешка, так что уха будет.

— Смотрите, что я нашла! — воскликнула Аня, подняв видеокамеру.

Мальчики подскочили к ней, Рита тоже. Валера выхватил камеру из рук девушки, включил:

— Работает! Ну и зажрались! Такие игрушки бросают.