Переступив черту

Стас иногда что-то говорил во сне, и Ольга к этому уже почти привыкла. Тем более что, отговорив невнятной скороговоркой какое-то время, Стас потом надолго замолкал.

Вот и сейчас он быстренько умолк, так и не проснувшись, а Ольга уснуть уже не могла. Она просто лежала рядом со Стасом, бездумно глядя на зайчика, так же продолжающего разгуливать по потолку. Потом вздохнула, и, набросив на плечи халат, подошла к окну. Постояла молча и посмотрела вниз, на то место, где вчера Стас умоляюще протягивал к ней правую руку.

От вчерашнего ненастья еще оставались кое-где мокрые пятна на асфальте, но небо было синим, будто выстиранным, без единого облачка. Так что сегодняшний день обещал стать, наконец-таки, первым по-настоящему солнечным и теплым днем, после длительной череды хмурых и ненастных…

Потом Ольге вспомнились вдруг странные события вчерашнего вечера.

Сейчас, ранним солнечным утром, события эти показались еще более нереальными, чем казались вчера.

А были ли они на самом деле, эти события?

Еще раз вздохнув, Ольга отошла от окна и, опустившись на диван, раскрыла сумочку. Она и сама не знала толком, чего больше желала: обнаружить там удивительные очки или никогда в жизни больше их не видеть.

Но очки лежали там, где и положила их вчера Ольга, выходя из квартиры таксиста.

Внимательно рассматривая очки, поворачивая и так, и этак, Ольга и сейчас, при ясном утреннем освещении, не нашла в них ничего особенного. Очки как очки, немного тяжеловатые, правда, для своей немудреной конструкции.

Стас вновь заворочался, забормотал что-то во сне, и Ольга, почти забывшая о самом его существовании, вдруг с каким-то новым интересом посмотрела на парня. Потом, повинуясь внезапному, не вполне осознанному порыву, решительно надела очки.

Знакомая уже вспышка яркого света все же немного ослепила ее, хоть в комнате и так было достаточно светло. Так что Ольга не сразу и разглядела, что же такое происходило в это самое мгновение на ее собственной кровати.

А потом все же разглядела. И хорошо разглядела.

Стас и какая-то незнакомая Ольге рыжеволосая девушка, откинув в сторону одеяло, неистово занимались любовью…

— Стас! — пронзительно вскрикнула Ольга.

Стас, разбуженный пронзительным ее воплем, чуть приподнял голову и недоуменно вытаращился на Ольгу.

— Ты чего? — хриплым со сна голосом осведомился Стас, недоуменно осматриваясь по сторонам. — Случилось что?

Ничего ему на это не отвечая, Ольга вторично надела очки.

И вновь та же картинка! Вернее, почти та же, только на этот раз сексуальной партнершей Стаса оказалась стройная темноволосая девушка, явно восточного происхождения…

Некоторое время Ольга молча и с каким-то холодным интересом наблюдала за их мерными, на удивление слаженными движениями, потом она медленно сняла очки, не глядя сунула их обратно в сумочку.

И вновь перед ней был один только Стас, недоуменно на нее уставившийся.

— Оленька, что-то случилось?

— Ничего, — быстро проговорила Ольга, все еще не в силах отойти от только что пережитого. — Не обращай внимания!

— Как это не обращать?

Стас сел в кровати, потянулся и принялся торопливо одеваться. А Ольга, вторично подойдя к окну и прислонившись горячим лбом к холодному влажному стеклу, вновь принялась внимательно и бездумно рассматривать улицу.

Улица эта постепенно оживала, люди спешили куда-то по делам… впрочем, рассмотреть их более внимательно Ольге мешали слезы.

— Я тебя чем-то обидел ночью, Оленька?

Подойдя к Ольге вплотную, Стас обнял ее за талию, стал осторожно целовать в шею.

— Ну, извини, не знаю, правда, за что! Но ты все равно извини! Да что это с тобой?

Почти насильно Стас повернул Ольгу в свою сторону, принялся целовать теперь в губы. Ольга не вырывалась, но и не отвечала на страстные поцелуи.

Она просто отсутствовала. И все бежали и бежали из глаз у нее слезы…

Увидев это, Стас немедленно отпустил девушку. Он понял уже, что что-то изменилось в их взаимоотношениях, что-то пошло не так… вот только никак не мог понять, что же именно пошло не так. Поэтому некоторое время они просто стояли рядом и молчали, потом Стас, словно вспомнив о чем-то, взглянул на часы.

— Слушай, мне ведь пора! — озабоченно проговорил он. — Я пойду, ладно?

— Иди, — без всякого выражения произнесла Ольга, даже не посмотрев в его сторону.

Стас тотчас же устремился к выходу… впрочем, он тут же остановился, внимательно посмотрел на Ольгу.

— Я позвоню! Завтра… или, нет, лучше послезавтра. В общем, на этой неделе! Договорились?

Ольга ничего на это не ответила, и Стас наконец вышел.

Некоторое время Ольга смотрела из окна ему вслед, потом, словно очнувшись, выхватила из сумки злосчастные очки. И изо всей силы швырнула их в стену!

Отлетев от стены, очки с тяжелым глухим звуком упали на пол. Они почему-то остались целехонькими, и этот факт привел Ольгу в совершеннейшее исступление. Она набросилась на очки, принялась изо всех сил топтать их ногами… наконец очки, не выдержав яростного напора, треснули, разламываясь сразу на несколько крупных частей и множество мельчайших стеклянных осколков.

— Проклятые! Проклятые! Проклятые! — неистово бормотала Ольга, захлебываясь в рыданиях и разбрасывая ногами осколки по всей комнате.

Опустившись на пол и все еще всхлипывая, девушка наконец-таки взглянула на жалкие остатки того, что еще минуту назад являло собой некий таинственный и непонятный прибор неизвестного назначения и еще более неизвестного происхождения. Взглянула и почти сразу горько пожалела о содеянном: разбросанные во все стороны обломки очков неожиданно вздрогнули и устремились к ней.

Вскрикнув от неожиданности, Ольга в одно мгновение оказалась на кровати. Испуганно наблюдала она, как быстро сближаются друг с другом покореженные обломки очков, как, сблизившись, моментально сливаются в единое целое. Еще мгновение — и вот уже на полу подле кровати вновь лежали очки. Целые и невредимые.

А сама Ольга так и не смогла до конца осознать: рада она этому невероятному их воскрешению или…

Или вовсе даже не рада.

Пробовать уничтожить вторично уникальные эти очки Ольга не стала (рука как-то не поднялась). Брать их с собой в город тоже не решилась. Поэтому приняла компромиссное решение: подняла очки с пола и бережно положила их в маленький сейфик, удобно расположенный в средней части секции.

* * *

Возможно, это произошло совершенно случайно.

Под убаюкивающий перестук колес Ольга сидела в самом углу вагона и читала газету. Внезапно, на мгновение оторвавшись от чтения и оглядевшись по сторонам, она вдруг встретилась взглядом с каким-то подростком, сидящим неподалеку. Подросток тут же отвел взгляд, но Ольга все же успела распознать его… да и трудно было не заметить такую особенную прическу.

Именно этот подросток вчера бросился прочь из вагона электрички, а чуть раньше едва не предъявил свои права на найденные Ольгой очки.

И вот теперь он вновь оказался почти рядом с ней. Что это, случайность?

Или никакой случайностью тут и не пахнет?

Решив это выяснить, Ольга ногтем процарапала в газете небольшое отверстие, потом вновь поднесла ее к самому лицу и сделала вид, что всецело отдалась чтению. Сама же принялась внимательно наблюдать за подозрительным подростком.

И сразу обнаружила, что подросток тоже внимательно за ней наблюдает!

Или он просто смотрит в эту сторону, а всему виной маниакальная ее подозрительность?

В это время поезд остановился, Ольга, дождавшись, пока все желающие покинут вагон, вдруг, резко вскочив с места, тоже выскочила наружу. Двери вагона сразу же плотно закрылись, и Ольга с каким-то непонятным удовлетворением увидела удивленное и даже обиженное лицо подростка по ту сторону окна. Потом поезд тронулся и умчал подростка с собой.

В это же самое время к станции подкатил противоположный поезд, и Ольга почти бегом устремилась к нему. Вошла в один из вагонов, села.

Поезд тронулся, и Ольга… вновь увидела подростка. Того самого. Он сидел, развалившись на сиденье неподалеку и, уже не таясь даже, внимательно смотрел на девушку. Заметив ее смятение и недоумение, паренек нахально улыбнулся.

Потеряв всяческое терпение, Ольга встала и решительным шагом направилась к нему.

— Как ты успел?

— Что? — по-прежнему нахально улыбаясь, паренек недоуменно посмотрел на Ольгу. — Вы что-то спросили, тетенька?

— Я спросила, — уже не сдерживаясь, рявкнула на подростка Ольга, — как ты успел перебраться сюда и что тебе вообще от меня нужно?

— Мне? От вас? — подросток перестал улыбаться, теперь на лице его было написано самое искреннее недоумение. — Да ничего мне от вас не надо, тетенька, с чего вы взяли!

— Тогда почему шпионишь за мной?

Подросток пожал плечами и перевел взгляд на своих соседок, двух почтенных старушек.

— Я ее первый раз вижу, эту тетеньку! — плаксиво проговорил он. — Чего она ко мне пристает, не понимаю?

Обе старушки тотчас же приняли сторону подростка и сердито уставились на Ольгу.

— Стыдно, женщина! — поджав губы, проговорила та, которая сидела справа. — Аферистка какая-то… к детям пристает!

Ее соседка согласно закивала головой.

В это время поезд вновь остановился на очередной станции, и Ольга без дальнейших пререканий торопливо покинула вагон.

Странный подросток не последовал ее примеру. Он остался сидеть подле старушек и, кажется, увлеченно им что-то рассказывал, кивая головой в сторону Ольги. Потом поезд тронулся и через какое-то мгновение скрылся в черном отверстии тоннеля. Ольга же, проводив его взглядом, направилась в сторону эскалатора и…

Паренек был уже там. Он стоял подле эскалатора и с прежним нахальным видом смотрел в сторону Ольги.

Подойдя к нему вплотную, Ольга тоже остановилась… и так некоторое время они молча смотрели друг на друга.

— Как тебе это удается? — спросила Ольга.

— Что удается? — вопросом на вопрос ответил пацан. — Не понимаю, о чем вы, тетенька!

И вновь некоторое время они продолжали стоять молча. Потом Ольга вздохнула и ступила на ступеньку эскалатора. Помедлив мгновение, подросток последовал ее примеру.

— Ты можешь стоять рядом со мной! — обернувшись, предложила ему Ольга. — Так, вообще-то, гораздо удобнее будет…

Она не ждала ответа и оказалась совершенно права. Странный паренек так ничего ей и не ответил. Впрочем, терять Ольгу из виду он тоже вроде бы не намеревался.

Вместе они вышли из метро, вместе прошлись по одной из улиц, потом свернули на другую. Когда же Ольга внезапно повернулась и направилась в противоположную сторону, подросток в точности повторил и этот ее маневр.

И вот что еще удивительно. Сначала пацан следовал за Ольгой в некотором от нее отдалении. Но через некоторое время расстояние между ними заметно сократилось и с каждым новым шагом продолжало и продолжало сокращаться.

Закончилось это тем, что Ольга и подросток пошли уже рядом. Правда, они по-прежнему ни о чем не разговаривали и даже не смотрели друг на друга. Они просто шли рядом.

Остановившись возле продавщицы мороженого, Ольга мельком взглянула на подростка и вдруг неожиданно для себя самой попросила два эскимо.

Одно взяла себе, другое протянула подростку.

— Держи!

Поколебавшись какое-то мгновение, подросток мороженое взял. Но ничего не сказал Ольге, даже не поблагодарил ее.

Так они и шли вдвоем. Ели мороженое и по-прежнему молчали.

Когда мороженое закончилось, а они как раз дошли да знакомой парикмахерской на углу, Ольга вспомнила вдруг, что давно собиралась зайти в парикмахерскую, да все откладывала и откладывала…

— Мне сюда надо, — почему-то сообщила Ольга подростку. — Хочешь — пошли вместе, а еще лучше — подожди меня вон на той скамейке. Не бойся, я не сбегу.

Подросток ничего не ответил. Он просто смотрел на Ольгу, и взгляд у него был совершенно не детский. Дети так не смотрят, не должны смотреть…

Не выдержав пристального этого взгляда, Ольга первой отвела глаза.

— Ну, я пошла! — сказала она бодро. — Хочешь — жди!

Она взялась за ручку двери, и в это самое время женщина в синем халате, подойдя к двери повесила на стекло табличку с надписью «Технический перерыв».

— Не повезло! — проговорила Ольга, вновь поворачиваясь в сторону подростка. Потом ее словно осенило: — Это ты сделал?

Подросток неожиданно кивнул.

— Ну и зачем?

Она не надеялась на ответ, но на этот раз подросток все же проговорил:

— Там было опасно!

— Опасно? — не поняла Ольга. — Для кого опасно? Для меня, что ли?

Она еще раз посмотрела на двери парикмахерской, заложенные изнутри щеткой, потом перевела взгляд на странного подростка.

— Может, ты объяснишь мне, что происходит? Кто ты такой, в конце-то концов?

И снова этот недетский взгляд исподлобья.

— Зря ты во все это ввязалась! — сказал вдруг подросток с прежним равнодушием. — Не надо было тебе в это ввязываться!