- Да вы Бебе не видели - иначе и спрашивать не стали бы. Поперек себя шире. Ей ещё повезло, что она Вилли захомутала.

- Ну спасибо тебе, Лу. И не забудь - рот на замок, про наши междусобойчики никому!

- Да из меня слова не вытянешь!

- Смотри не зарекайся. Вот потому-то я и прошу тебя помалкивать. Ну, бывай, может ещё увидимся.

- Моя жена ребенку, когда у него насморк, дает горячее молоко с сахаром - попробуйте. И где это вас угораздило?

- Да вчера вечером такая жарища была, а я додумался сунуть башку в ведерко со льдом, охладиться! - лихо сбрехал я и двинулся по улице. Но не прошел я и сотни ярдов, как вдруг опять у меня появилось знакомое ощущение слежки - тут я это почуял как старая гончая, взявшая след. Эта улица для хвоста была просто подарок. Полно машин и людей.

Я заскочил в кондитерсую и позвонил Биллу Ашу. Мы поговорили о жаре, я спросил про самочувствие Лоуренса - он уже вставал с постели и пердвигался в каталке, - а потом Билл сказал:

- По голосу слышу - у тебя что-то есть!

- По голосу ты можешь только понять, что у меня страшный насморк. Билл, окажи любезность старому другу-полицейскому - приставь охрану к Лу Франкони! Это водитель Ланде, сейчас работает в мясной компании Бея. И побыстрее.

- А можно спросить: зачем?

- Я уверен, что кто-то за мной следит и теперь я как дурак вывел своего хвоста на Франкони. Мы с ним стояли на тротуаре болтали. Он хороший малый, и я бы не хотел, чтобы он из-за меня пострадал. Надо только держать при нем человека днем и ночью.

- Все ещё играешь в полицейского, Марти?

- Да, и игра становится все интереснее.

- У меня есть кое-что, что может тебя заинтересовать. Вчера ночью вскрыли лавку твоего приятеля Ланде. Ты теперь у нас ещё вдобавок ко всему и в громилу играешь?

- Да зачем мне лезть к нему в лавку! Слишком жарко сейчас, чтобы мясом ужинать. В любом случае у него и взяли только банку ветчины да свиной язык. Билл, так ты приставишь человека к парню? Прямо сейчас!

- Ладно, да только мне все это кажется дурацким.... Постой-постой, а откуда тебе известно, что у Ланде взяли банку ветчины и свиной язык? Ах ты... Марти, я хочу немедленно тебя видеть, Если ты не появишься у меня через десять минут, я вышлю за тобой наряд!

- Что-то ты сегодня медленно соображаешь, Шерлок Холмс! Я все ждал, когда же тебя осенит эта гениальная догдка. Если честно, то я очень удивился, когда Ланде позвал полицию - это чуть было не разрушило мои собственные гениальные догадки. Так не забудь организовать охрану Франкони и поторопись - он скоро уезжает развозить заказы.

- Немедленно ко мне!

- Уже бегу! Серьезно, Билл, приставь охрану к парню!

- Господи воля твоя! Сказал же, что приставлю. А теперь давай ко мне во всю прыть!

- Я сегодня в отличной форме и буду у тебя через несколько минут.

Я побрел к отделению полиции, мечтая съездить на пляж искупаться или отправитья на рыбалку. Не считая рыбалки, я никогда не любил развлечений на свежем воздухе, но сейчас, когда мне оставалось жить всего ничего, вдруг возникла масса "последних" дел, которые мне очень хотелось провернуть. Впрочем, одно меня радовало - сознание того, что я уже больше не смогу совершить какой-нибудь новой мерзости.

Билл выглядел как побитая собака. Весь его внешний лоск куда-то испарился.

- Марти, я же просил тебя больше не совершать идиотских выходок! Начал он, едва я вошел к нему в кабинет. - Какого черта ты влез к нему в лавку....

- Перетань, Билл. Никто об этом не занет.

- Я знаю!

- Ну и забудь. Убыток у Ланде невелик - разбитое стекло да пара фунтов мяса. К тому же у него наверняка все застраховано. Успокойся Билл... Что-то у тебя усталый вид.

Билл почесал подбородок.

- Никогда ещё таким усталым не был - я скоро не выдержу: ещё два-три дня - и я просто свалюсь. Думал вчера вечерком хоть немного отдохнуть, но у девчонки эта проклятая инфекция а ты сам знешь, какой Мардж становится, если дети болеют. Ну и какие трофеи ты вынес от Ланде помимо свиного языка?

- Ничего, если не считать этого насморка.

- Не понимаю. В старое время ты все делал из-под палки, а теперь трудишься как крот. Все ещё воображаешь, что за тобой следят?

- Я это точно знаю. Билл, я понимаю, что выгляжу идиотом, но уж что-то тут больно много совпадений, чтобы я в итоге вытянул билет без выигрыша. Сам посуди: мальчишку избили после того, как он сунул нос в дела Ланде - я имею в виду историю с ограблением и пропавшими пятьюдесятью "кусками", которые потом вдруг вообще испарились Теперь вот мне хвост прицепили.

- Как этот парень выглядит?

- Я так ни разу его и не видел - у меня только ощущение.

Билл вскочил и забегал по кабинету.

- Господи воля твоя, у него ощущение! Марти, я только что направил человека к Франкони - а ведь у меня каждый лишний на вес золота! А этот твой мистер Ланде - готовый кандидат для смирительной рубашки: ни разу в жизни ещё не видел такого нервного субъекта.

- А с чего, как думаешь, он такой нервный?

Билл воззрился на меня.

- Да ты совсем безмозглый! А как же ему не быть нервным, если он приходит утром в свой магазин и видит, что ночью у него были гости. Марти, ради нашей прошлой дружбы, ради чего угодн, подожди, пока я не разделаюсь с убийством Андерсона! Потом можешь играть в полицеских и воров сколько твоей душе будет угодно.. У меня и без твоих фортелей от этого дела уже чертики в глзах пляшут.

- Я читал в газете - ты пока завяз.

- Хрен бы взял эти газеты. Я уж куда только не совался - и никаких зацепок. Меня, ты знешь, никогда нельзя было заподозрить в жестоких методах ведения допроса, но сейчас мне ох как хочется познакомить Бокьо с резиновой палкой. Уж больно он самоуверенно держится Даже с его железным алиби ему следовало бы вести себя потише и не делать широковещательных заявлений вроде того, как он оскорблен из-за того, что на него всех собак вешают...

- Бокьо все ещё в Флориде?

- Ну да. А под каким соусом мы можем его сюда вернуть? Помимо всего прочего тут вот ещё какая закавыка. Всегда ведь бывает какая-то основная версия, сильная версия - даже если в конечном итоге она лопается. Но в этом деле вообще ничего нет - полная пустота. Я уж всех обработал, кто хоть что-то знать. И отдел убийств тоже потрудился. Никто ничего не знает.

- Я бы все же вызвал Бокьо - поговорил с ним.

- А о чем я с ним поговорю - о том, чтобы ему неплохо глотку заткнуть? Он и так знает, что у нас ничего нет. Ну, приведем мы его сюда, допросим, а через минуту отпустим и выставим себя на всеобщее полными дураками. Этот коротышка даже предложил сам приехать в Нью-Йорк и дать показания, если мы его об этом попросим!

- Эти макаронники те ещё прохвосты!

Билл перестал мерять кабинет, остановился передо мной и печально покачал головой.

- Марти, иногда я думаю: ну как это тебе удавалось распутывать трудные дела с таким-то примитивным мышлением. Хочешь верь, хочешь нет, но Бокьо не итальянец.

- С таким-то паяльником? А я всегда считал его итальяшкой.

- Его настоящая фамилия Бох - только не говори мне, что все немцы те ещё прохвосты. Он с раннего детсства воспитывался в итальянской семье Оттуда у него и этот его акцент. Приемные родители изменили его фамилию на итальянский манер, и он давно уже официально стал Бокьо. Он женат на итальянке и себя считает итальянцем...

Я чихнул. От моего громоподобного чиха, который сотряс все мое тело, стены в кабинете Билла тоже, похоже, содрогнулись. Он отпрыгнул и провел ладонью по лицу

- Ах ты свинья! Я же тебе сказал: у меня дочка болеет. Почему ты рот не закрываешь?

Но я уже направился к двери.

- Скажи спасибо этому чиху. Он встряхнул мне мозги - и теперь, глядишь, дело Андерсона сдвинется с места.

Длинное лицо Билла приобрело сострадательно-сердобольноее выражение, когда он тронул меня за локоть.

- Марти, почему бы тебе не сходить к врачу?

- Я уже ходил. Веди себя хорошо, и, возможно, я доставлю тебе убийцу Забияки Андерсона на серебряном подносе, - с этими словами я вышел из кабинета.

В стародавние времена, когда у меня в безнадежно застопорившемся расслеовании вдруг появлялся просвет, я впадал в состояние, очень похожее на опьянение - то же ощущение душевного подъема и необузданного веселья. А теперь я только недоумевал, почему в запутанном расследовании какая-нибудь крохотная мелочь всегда становится непреодолимым препятствием и сбивает с толку самого ушлого следователя.

Доказательств у меня ещё не было, но по тому, как отдельные детали вдруг начали складываться в связную картину, я понял, где искать недостающее звено. Главный секрет сыскной работы заключается в том, что надо проверять и перепроверять каждый фактик - а Билл вот пару фактиков проморгал, как и я, впрочем. Ну и еще, конечно, требуется удача - мне же вот повезло, когда во время нашего с Биллом разговора он нес какую-то бодягу и вдруг брякнул самое главное, даже не подозревая об этом, и сразу прочистил мне мозги.

Я потратил пару десятицентовиков в телефонной будке и снова связался со своим знакомым из Управления иммиграции. Он обещал проверить и перезвонить мне в "Гровер" после обеда.

У меня в запасе оставалось несколько часов и поскольку в списке "последних" вещей это также имело место, я поехал на такси в Бэттери и паромом добрался до Стейтен-айленда, совершив самую дешевую и самую интересную турпоездку по стране.

На Стейтен-айленде я зашел в итальянский ресторанчик и заказл пиццу и пару пива. В ресторанчике находилось около десятка посетителей, и я невольно подумал, нет ли среди них моего хвоста. Но это уже не имело большого значения: рыба уже клюнула и вылезет на поверхность, как только я его потяну леску.

В "Гровер" я вернулся около часа, и Лоусон сказал мне:

- Вам бы лучше побыть на месте и заняться своими делами, мистер Бонд. Вам постоянно звонит доктор Дюпре. И ещё сюда заходила необычайно интересная женщина, вот оставила вам номер телефона и просила позвонить. Она назвалась вашей бывшей женой.

Я скомкал записку Фло и запихнул в карман.

- Что значит "назвалась"?

- Как такая роскошная женщина могла связать свою судьбу с вами - это выше моего понимания.

- Твоего что? Слушай, лапуля, ты только не суетись все равно ты никогда не сможешь подойти на пушечнй выстрел к такой женщине, как Фло, но даже если бы тебе это удалось, ты бы все равно не знал, что с ней желать. Я жду звонка из города - переключи его сразу ко мне в номер.

- Мистер Кинг у себя.

- А мне-то что за дело!

Я чувствовал себя так хорошо, что даже свалял дурака - заперся у себя в номере и зачем-то махнул стакан ржаного. Мой желудок сразу же возроптал, точно напоминая мне об основной причине моего участия в расследовании.

Около двух в номер заявилась Барбара и, когда я спросил,чего это она вышла на работу так рано, она ответила:

- А я со вчерашнего вечера не была дома. Слушай, Марти, зачем ты обкорнал Гарольда? Он считает, что ты на меня зуб имеешь и если бы я вчера ушла домой, он бы мне показал где раки зимуют.

- А сегодня уйдешь?

- Может быть, - ответила он, плеснув виски и себе.

- Послушай, детка, ты же за свои кровные снимаешь номер в этом клоповнике, так что смотри: если этот жирный боров ещё раз попытается... я осекся. Мне ведь осталось всего ничего и на разборки с Гарольдом - или с кем-то ещё - времени уже не осталось. Странное это было ощущение - точно кто-то мне вдруг дыхалку перебил.

Барбара выпила виски.

- Спасибо за заботу, но будет лучше если я сегодня отправлюсь домой с двухдневной выручкой. Гарольда всегда приходится подбадривать - он должен чувствовать себя большим боссом. А деньги - лучшее способ для самоутверждения. Вчера у меня был классный выход - десять зеленых. в карман. Шикарный парень попался - о тебе, кстати, спрашивал.

- Обо мне? А что он спрашивал?

- Да ничего конкретного. Но обо всем понемножку. Я поначалу решила, что красавчик прибыл про наши делишки разнюхивать, но потом он вдруг перешел на тебя - давно ли ты тут работаешь, есть ли у тебя левые заработки, водятся ли деньги... Масса вопросов, совершенно из разной оперы. Он знал, что раньше ты служил в полиции. Ну, меня-то ты знаешь: я-то язычок на замочек посадила.

- Как он выглядел?

- Здоровый, высоченный, крепкий, деревенский малый с характерным провинциальным выговором. Вообще-то ниего парень, смазливый...

- Похож на Дика Трейси?

Ее сильно накрашенные губы разъехалсь в широченную улыбку.

- Ну точно! Я все думала: кого это он мне напоминает? Так и есть - Дик Трейси! Такое же резко очерченное лицо, точеный нос и шляпа надвинута на глаза.

- И в котором это часу было?

- Ну... около часа, двух. А почему это тебя так интересует?

- Что же ты мне раньше не сказала, не позвонила?

- Марти, ты же отмутузил Гарольда, и он мне приказал держаться от тебя подальше. Да и ты сам был какой-то смурной. Я думала, ты спишь. Да ты не волнуйся, парень на тебя зуб не точил, спрашивал довольно дружелюбно и все такое.

- А не заметила: он не говорил такого слова - "сволота"? Не "сволочь", а "сволота"?

- Слушай, Марти, - нахмурилась Барбара, - что мы с тобой, в подворотне что ли?

Она не на шутку обиделась, и я не стал продолжать.

- Дьюи его видел?

- А я почем знаю? Но этот старый алкаш вчера опять напился, гад вонючий, и Кенни пришлось сидеть на лифте всю ночь, прикрывать старика. Ты представляешь, Марти, этот красавчик-то все спрашивал про тебя и так уважительно.... А что тут такого?

- Ничего. - Мой прокол - что я не предупредил Кенни глядеть оба. Ну Дьюи, чертов лентяй! А Смит вчера вечером, поди, не знал еще, что кто-то влез к Ланде в лавку, так что он просто изучал обстановку. Наверное, ума не может приложить, какого черта я сую нос в этом дело.

- Марти, ты сердишься на меня? - игриво спросила Барбара и положила ладонь мне на рубашку, отчего ткань сразу прилипла к моей потной коже.

- Нет, милая. Погоди пару минут. Я сейчас.

- Не возражаешь, если я приму душ? А то я воняю как старая телка.

- Прими хоть три душа, - сказал я, уходя. Из вестибюля я позвонил Сэму и спросил, сколько у него стоят самые дорогие духи. Оказалось, двадцать семь вместе с налогом, и я попросил его прислать флакон немедленно.

Из лифта вышел Лоусон. Кинг стоял в дверях своего кабинета и не спускал с меня глаз. Потом но вышел из кабинета и обратился ко мне: