— Да расспросим кого-нибудь о волшебных помощничках наших… Ежели повезет, сразу все и разузнаем.

Богатырь нехотя спрыгнул с телеги.

Долго искать не пришлось. По засыпанной листвой дорожке прямо навстречу русичам шли вразвалочку два молодых человека немного странной наружности. Хотя в общем-то в этом месте все казалось странным, включая и его обитателей. Молодые люди были в черных кожаных куртках с множеством блестящих железных заклепок. Под курткой у одного из отроков на одежонке имелась странная надпись «Король и Шут», а чуть ниже «Жаль, нет ружья».

«Это чё? — удивленно подумал Степан. — Король со своим шутом? И что такое ружье? Наверное, пистоль местный».

— Здорово, добры молодцы! — приветливо сказал Колупаев.

Парни остановились.

— И вам привет, мужики. На игру к нам приехали?

Илья со Степаном переглянулись.

— Ну да, — неуверенно подтвердил кузнец.

— Дык ролевики мы, — наобум брякнул Муромец.

— Да оно и так видно, — рассмеялся один из отроков. — Круто, блин, кольчуга у вас прям как настоящая. Тяжело, наверно, носить?

— Да нет, — пожал могучими плечами Муромец, — нормально…

— Нам тут совет требуется, — продолжил Колупаев, — мы ведь не местные, город не знаем…

— А чё у вас случилось? — спросил тот, что был с длинными волосами. — Мы с Вадиком, если чего, поможем, правда, Вадька?

— Конечно, — кивнул второй паренек, с серьгой в ухе, — может, вам жить негде?

— Да нет, — Степан задумчиво почесал бороду, — друзей мы потеряли, двоих. В общем, их схватили какие-то дружинники непонятные в фуражках с козырьками и увезли в сине-белых подвывающих повозках.

— Менты, что ли? — переспросили отроки. — Худо дело. Попали ваши кореша по полной. Сейчас милиция совсем озверела с этими выборами, даже в метро неформалов шманает… Концерт «Коррозии Металла», гады, запретили, творят что хотят.

— Так где же нам друзей-то искать? — все не унимался Колупаев. — Уж очень нам нужно с ними переговорить по делу одному неотложному…

Отроки призадумались.

— Ясно, в ментуре местной их держат, но это пока. Короче, ступайте в центр города, там спросите улицу имени Павлика Морозова. На этой улице расположено областное отделение милиции.

— Дружинников?

— Ну, типа того. Там уже в здании спросите майора Михаила Гопстопова, это наш старый знакомый. Скажите, что вы друзья Наколкина со Шмыговым.

— Не беспокойтесь, он вам поможет, — добавил Вадик. — У Топтыгина есть давний должок перед нами.

— Спасибо, други! — искренне поблагодарил доброжелательных молодых людей Степан.

На том они и расстались.

Вернувшись к слегка промокшей телеге, русичи покатили к центру города.

— Странно у нас все как-то складывается, — покусывая нижнюю губу, размышлял Муромец, — словно сон какой дивный вокруг. Чувствую, не место нам среди этих людей…

— Да погоди скулить, — отозвался кузнец, — и на этот раз выберемся, чай, не впервой. Вот только найдем эту дурацкую улицу…

Что и говорить, город Хрючевск оказался куда больше любого града на Руси. Даже Великий Новгород и тот ни в какое сравнение не шел с этакой громадиной.

Выехали на широкую площадь.

— Ух ты! — восхитился Илья, увидав массу людскую, воинственно орущую непотребными голосами. — А помнишь, Степан, дерьмократические выборы в славном Новгороде, ведь я был тогда на волосок от успеха…

— На волосок от смерти мы тогда очутились, — проворчал Колупаев, вспоминая одно из опаснейших своих приключений. — Ты, Илья, лучше молчи, а то и мне есть кое-чего вспомнить да настроение тебе шибко испортить.

Слегка набычившись, богатырь благоразумно умолк.

Толпа на площади ревела, и чего ей надобно, было совершенно непонятно. Судя по реву, наверное, хлеба и, конечно же, зрелищ, как говорили мудрые эллины, а уж они-то понимали в этом толк.

Толпа, как водится, почти вся была здорово под мухой.

— Я-то думал, енто только у нас на Руси множество бездельников, — покачал головой Колупаев, — а здесь, оказывается, то же самое…

На высоком помосте что-то хрипло вещал странный мордатый мужик.

Кузнец присмотрелся и, к удивлению своему, разглядел у оратора небольшие рога и розовый, нервно подрагивающий в такт гневной изобличительной речи пятак.

Еще немного полюбовавшись всем этим развеселым балаганом, русичи покинули площадь и, читая таблички на высоченных многоэтажных теремах, наконец отыскали нужную улочку.

— Интересно, а кто таков этот Пашка Морозов, — полюбопытствовал Муромец, — что в честь него целую улицу назвали?

— Герой, видать, какой, — предположил кузнец, останавливая телегу возле ряда бело-синих самоходных повозок.

Что и говорить, русичи здорово рисковали, сунувшись в это опасное место, ибо вполне могли встретить здесь тех самых дорожных дружинников, коим вполне справедливо надавали по мордасам.

Двое служивых у входа в административную избу ошарашенно поглядели на чудных пришельцев.

— Ролевики? — удивленно спросили они, когда русичи гордо прошествовали мимо.

— Угу! — отозвался Муромец. — На игру приехали!

Внутри было людно.

Встречные удивленно глазели на путешественников, но с лишними расспросами, к счастью, не лезли.

— Ты, главное, меч свой смотри не вынимай, — шепнул на ухо Илье Колупаев. — А то живо в яме окажемся.

— Вам чего? — спросил угрюмый дружинник в темно-зеленой пятнистой одежде.

— Мы к воеводе Михаилу Гопстопову с челобитной, — поспешно ответил Степан.

— Что, майор вам в лоб дал? — усмехнулся дружинник. — Впрочем, он может… второй этаж, третья дверь слева.

— Спасибо, добрый человек…

Поднялись по лестнице, по пути напугав какую-то девушку с кипой мелкоисписанной бересты в руках. Отыскали нужную дверь, постучали.

— Да-да, — донеслось из-за двери. — Входите!

Русичи вошли.

В маленькой комнате за небольшим столом сидел средних лет воевода и что-то сосредоточенно строчил странным коротким пером.

— А… толкинисты… — протянул воевода. — Ваши нас уже по поводу игры предупредили, соответственное разрешение было выдано… Возникли какие-нибудь проблемы?

— Да вот… — Колупаев деликатно присел на непрочного вида табуретку со спинкой. — Мы друзья… этих… Наколкина со Шмыговым. Знаете таких?

— Так вот вы от кого. — Воевода мечтательно посмотрел в окно. — Конечно, я их помню. Сколько раз в кутузку сажал, травку конфисковывал, штрафовал…

Гопстопов задумчиво перевел взгляд на Илью со Степаном.

— Так что вам от меня нужно?

Запинаясь и перебивая друг друга, русичи как смогли рассказали воеводе о молодцах из ларца, об их роскошных хоромах, пленении и прочем.

Внимательно все выслушав, Гопстопов встал из-за стола и важно бросил:

— Ждите здесь, сейчас все выясню.

И он поспешно вышел.

«Скорее бы отыскать этого Емелю, — подумал Степан, нервно сминая в руках кроличью шапчонку. — Занесла нас нелегкая непонятно куда, так и вовсе можно домой не вернуться».

Дверь хлопнула.

— Я все выяснил, — удовлетворенно сообщил воевода, садясь за стол. — Ваших знакомых в скором времени ждет судебное разбирательство. Их обвиняют в астральном покушении на ауру одного местного колдуна — Алана Чувака. Не знаю, что они там с ним не поделили, но будут теперь несколько лет судиться. Астральные разбирательства у нас могут длиться годами. Помочь вам могу лишь в одном…

Воевода испытующе поглядел на русичей.

— Если хотите, устрою вам с ними встречу прямо сейчас, пока они парятся в следственном изоляторе. Скупые оказались ребята, залог платить за себя не желают. СИЗО, говорят, наш дом родной.

— Спасибо, уважаемый, — поклонился Колупаев, — большего нам и не требуется.

— Отлично. — Гопстопов снова встал из-за стола. — Оружие оставьте в моем кабинете, заберете потом.

Муромец безоговорочно снял меч и положил на стол, понимал, шельмец, что кочевряжиться сейчас бесполезно. Степан нехотя расстался с двумя кинжалами (один был за пазухой, второй за голенищем правого сапога).

Воевода вывел гостей в коридор и, заперев свою комнату, повел вниз.

— Долго поговорить вам не удастся, но минут десять обещать могу. У вас к ним какое-то важное дело?

— Ага, — подтвердил кузнец, — очень важное, «пролаз» один ищем…

Воевода удивленно взметнул брови, но расспрашивать дальше не стал.

Клетки с преступниками, как и на Руси, располагались в подвале казенного терема. Русичей беспрепятственно провели в темницу, где сидели на редкость жизнерадостные волшебные помощнички, игравшие в непонятную игру с обилием прямоугольных костей.

— А-а, это вы, — несколько разочарованно протянули молодцы из ларца, — а мы вот адвоката ждем, в домино играем.

— Кого ждете? — опешили путешественники.

— Защитника нашего, — пояснил Санек, — который мигом нас отсюда вытащит, а Чувака и вовсе уроет, так что тот месяц в астрале появляться не сможет. А вы, видать, за советом пришли? Что ж, слушайте. «Пролаз», скорее всего, следует искать…

Ларчик, как водится, открывался просто.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Побег

На свадьбу к Лиху Одноглазому прибыла уйма разнообразных гостей, да таких, что от созерцания многих неподготовленному человеку могло сделаться очень плохо.

Понятно, что в основном здесь была нечисть невиданная подземная, и счастливое Лихо смотрелось на фоне всех этих уродов чуть ли не писаной красавицей. Были тут и навьи упыри (зеленолицые клыкастые молодцы), и оборотни, присутствовал Водяной (толстый неповоротливый дядька с золотой серьгой в правом ухе), сбежались, рассчитывая вдоволь повеселиться, разномастные барабашки да бродячие погорельцы — домовые.

На празднество даже сам кот Баюн пожаловал в проклепанной косухе да с гитарой. Вот только Бабки-ежки отсутствовали, так как были в срочном порядке призваны в российскую армию в качестве ударных военно-воздушных сил.

Вино, слегка сдобренное невинной человеческой кровушкой, уже вовсю лилось рекой. Кот Баюн горланил непотребные песни, ну а упыри, тихонько шипя предвкушении скорой обильной трапезы, уже чистили огромный медный котел, где предстояло варить содержащихся в подземелье пленников.

В таком благородном деле спешка, как понимаете, ни к чему. В плохо вычищенном котле пленники долго вариться будут, да и вкус уже не тот.

Многочисленные, по большей части невидимые, барабашки помогали расставлять столы и стулья на большой поляне рядом с пещерой. Мебель сама дивным образом вышагивала по земле, подчиняясь навьей магии обожающих проказничать барабашек.

Где-то уже случилась драка. Трое домовых сильно повздорили, не поделив почетное место во главе праздничного стола.

Сидящие в темнице русичи прислушивались к отголоскам этого навьего шабаша с великим беспокойством.

— Ну что, может, уже пора? — робко предложили Гребибля с Гребублей..

Томящиеся в клети напротив Семены принялись яростным шепотом совещаться.

— Да что тут думать, братья, — громко воскликнул Ювелир. — Я уже чую, как кто-то драит наверху огромный котел, делаем ноги, пока из них холодец не сварили!

— Ладно, решено, уходим, — принял за всех решение Глазастый. — Ювелир, отпирай клетки!

Ювелир радостно кивнул, и вскоре плененные Лихом русичи в количестве одиннадцати человек гуськом двинулись к выходу из пещеры. Однако радужным планам пока не суждено было сбыться. Прямо у выхода из пещеры вовсю резвилась нечисть. Уже были установлены праздничные столы, ломившиеся от всяческих солений, варений, выпивки и прочих яств, которые должны были послужить гарниром к основному блюду — человечине.

Человечина в данный момент в полном составе замерла у выхода из пещеры, с тоскою наблюдая, как четверо здоровых упырей, роняя слюни, чистят пемзой гигантский медный котел.

— Назад! — Семены отступили в спасительную темноту.

— Нужно поискать здесь какой-нибудь другой выход, — предложили лодочники. — Пещера-то явно природного происхождения. Слышите, вода шумит!

Разбойники прислушались.