зачем рыдать, о чем жалеть, когда

галактики, планеты, континенты

друг с другом расстаются навсегда…

Вы снитесь мне. О, если бы вернуться

и вас из сна с собою унести,

и все начать с последнего «прости»…

О, если б ненароком не проснуться…

Не может ножик перочинный

создать перо - к перу прижатый

лишь отточить или сломать…

Родитель детям не причина,

не программист, а Провожатый

в невидимость…

Отец и Мать,

как я терзал вас, как терзали

и вы меня, судьбу рожая.

О, если б мы не забывали,

что мы друг друга провожаем.

Не вечность делим, а купе

с вагонным хламом. Сутки-двое,

не дольше… Удержать живое -

цветок в линяющей толпе -

и затеряться на вокзале…

О, если б мы не забывали…

Вы уходили налегке.

Я провожал вас в невесомость

и понял, что такое совесть:

цветок, зажатый в кулаке…

Глава 4. Врата души

Как говорить, чтобы доходило

…как дети делаются хорошими, несмотря на воспитание…

…зачем они упрямятся и врут…

…как говорить, чтобы доходило…

Было бы ошибкой считать, что понять - значит избежать трудностей.

Януш Корчак

Доверчивость!… Немыслимая жалость

влечет меня к тебе… Я помню звук -

те девять нот, вторыми рождалась

Вселенная на кладбище наук,

я видел этот миг…

Beликий Логос

распался, рухнул, сам себя поправ.

Ткaнь Истины, как ветошь, распоролась,

и сонмище наоборотных правд

плоть обрело в потугах самозванства:

Добро и Зло, Начала и Концы,

Вражда и Дружба, Время и Пространство,

две мнимости, уроды-близнецы…

То был финал магического цикла:

смерть Знака и зачатье Вещества.

Но раньше ты, Доверчивость, возникла.

Беспечная, как первая трава,

ты собрала безликиe частицы

в земную твердь и звездный хоровод,

ты повелела встретиться и слиться

враждующим корням огней и вод…

Живая кpoвь в сосудах мирозданья,

Доверчивость! - я твой слуга с тех пор,

кaк застонало первое страданье

в ответ на первый смертный приговор…

Внушаемость - Альфа и Омега

Если бы все мы постигли до основания тайну внушаемости, человечество, может быть, стало бы сонмом богов…

- когда вы плакали, еще не сознавая себя, и вас брали на руки, успокаивали, укачивали - это было внушение

- когда вы пугались чьего-то громкого голоса или сердитого лица

- когда останавливались на оклик; когда смеялись оттого, что кругом весело, - это действовала внушаемость

- когда подражали кому-то, не замечая или нарочно стараясь, - это было внушение; срабатывала внушаемость

- когда узнали свое имя и поверили, что оно и вы - это одно и то же

- когда начали понимать слова и верить словам

- когда начали слушаться взрослых

- когда поняли, что нужно ходить в туалет

- что нельзя многое делать, многое трогать

- когда играли со сверстниками

- когда слушали музыку, смотрели кино

- когда следовали за модой; когда начали пить, когда…

-…и когда влюбились -

это было внушение и внушаемость!

Ваша внушаемость - ваша собственная, а не чья-нибудь. Ваша детская воля быть управляемым, воля к подвластности! Потому что вы верили, изначально верили этому миру… И врачебное внушение, и гипноз, и воздействие рекламы, и развращение, и одухотворение - все возможно лишь потому, что в каждом навек остается внушаемое дитя.

Вероспособность, расположенность верить - Врата Души - внушаемость - согласует ребенка с окружающим миром, делает его человеком своего времени, своей нации и своей культуры, своей религии и своей семьи, своего класса, своей улицы, своей стаи, компании - всего своего, кроме… Кроме себя самого.

Внушаемостью человек лишь начинается.

Как важно уметь гипнотизировать

из записок доктора Кстонова

Спортивный крутой мужчина Вольдемар Игнатьевич Головешкин повсюду появляется не иначе как с рюкзаком. С рюкзаком на работу. В театр тоже с рюкзаком - заядлый турист. Уже чего-то за спиной не хватает, если без рюкзака, и руки всегда свободны для текущих дел. Все это бы ничего - и жена приспособилась, рюкзак так рюкзак…

Только вот сын Вольдемара Игнатьевича, пятиклассник Валера Головешкин, с рюкзаком по примеру папы ходить не желает. И стесняется своего папы, когда он является с рюкзаком в школу. А папа-то думает, что для сына подарок -поехать вместе домой…

- Головешка, а вон твой папец!

- Головешка, а чего твой папец с рюкзаком? Он турист, да? Пли интурист? - любопытствует Редискин, въедливый приставала.

- Альпинист, - бурчит Головешкин, краснея. И тут же понимает, что зря он спорол эту ерунду.

- Альпинист! Иди врать-то! Альпинисты в горах живут.

- На Эверест ходит. Килимандж-ж-жаро, - мечтательно комментирует классный конферансье и всезнайка Славка Бубенцов. - Пр-р-рошу записываться на экскурсию…