Золотой шар

– От этого они хуже не становятся, – опять возразил я, – хорошие, добрые люди.

– Не спорю, просто не надо мне рассказывать тогда, как они оттопыриваться умеют… – сморщился в гримасе Стас.

– Ой да ладно, – покачал я головой, сморщившись, – ты уж передергиваешь…

Вздохнув, огляделся вокруг. Еще раз огляделся. И вдруг почувствовал внутри пустоту. Не понимая, что происходит, снова огляделся по сторонам – все так же Стас что-то говорил не переставая, слышались звуки проезжающих машин, тявкала на нас собака неподалеку. И все же, несмотря на обнимающий меня гул большого города, стало как-то пусто. Еще и краски вокруг потускнели и были не такими яркими, как мгновение назад, а внутри почувствовалось непонятное томление.

– …у тебя даже аватарка стоит на фоне чернобыльского реактора, – вдруг донесся до меня голос Стаса, – сколько из твоих знакомых там побывало? А ты еще и в Припяти в одиночку два дня прожил!

– Да у меня эта фотка уже сколько лет стоит, – пожал я плечами отстраненно. А сам смотрел вперед невидящими глазами, чувствуя, что не хочу сегодня дома ночевать. Хочется сменить обстановку и сотворить что-нибудь этакое…

– Стас, а может…

– Что? – обернулся он резко.

«А может, рванем куда-нибудь?» – хотел спросить я, но слова проглотил. Перед глазами вдруг возникло лицо Лены, его жены, когда говорил ей, что муж в аварию попал. Два года назад Стас на мотоцикле улетел, врачи его тогда по частям кое-как собрали. Мотоцикл, кстати в отличие от хозяина, собрать так и не получилось. Как раз после того случая Лена очень косо на меня смотрит, а видеться со Стасом мы стали реже.

– Может, развернемся и в сторону дома? – спросил я, задумчиво осматриваясь вокруг.

– Поехали, – легко согласился Стас, – можно и в сторону дома.

Что же сделать такое, чтобы зуд из груди ушел? Где у нас сейчас почти война – так чтобы там интересно было, но чтобы рожу не попортили?

Пятница сегодня, скоро Маша с работы придет – одернул я себя, – с ней посоветоваться и выбраться куда-нибудь, хоть на выходные. В ту же Финляндию съездить. Авось тянущая жажда, невесть откуда взявшаяся и зовущая теперь в неведомые дали, отпустит.

15 июня, вечер

Новосибирская Зона Посещения

– Макс, а мы… ну на фига, вообще, ты туда Банкира заслал?

Петюня был еще из первого состава нынешней группировки Безумного, поэтому довольно вольно себя чувствовал. К примеру, иногда мог и спросить что-то, даже если Макс сам не говорил об этом.

Безумный молчал. Молчал долго, а потом, наклонив голову, резко посмотрел на стоящего неподалеку Кэла, который жадно затягивался сигаретой, уже которой по счету. Невысокий, молчаливый парень. В банде он появился не так давно, всего около полугода. Но уже успел пару раз проявить себя. Странноватый – ничего не пил, не принимал наркотики, зато курил много и часто, жадно затягиваясь. В день скуривал две пачки, как минимум.

– Расскажи, – негромко бросил Безумный, глядя на него.

– Кхм, – чуть поперхнулся дымом Кэл, – что рассказать?

– Все расскажи, – пожал плечами Безумный, безучастно отворачиваясь.

Глаза Петюни и Студента уперлись в подельника.

– У меня дед отсюда, – начал говорить Кэл, бросая осторожные взгляды на Макса, но тот не реагировал, и Кэл продолжил: – В Бердске жил. Но, когда все произошло, его тут не было – на зоне чалился. Он у меня такой, со стажем был, – усмехнулся Кэл, замолчав, будто в воспоминания погрузившись.

– И че? – прогудел Петюня.

– Когда вернулся, они с корешем сюда ходили, за хабаром.

– А зачем? – удивился Студент. – Тогда же некуда сбывать было?

Студент был действительно студент – не доучился совсем немного. И историю, в особенности Зоны, знал на достаточном уровне.

– Ага, – кивнул Кэл, усмехнувшись, – как и секса в СССР не было, так и хабар некуда сбывать было. Все присутствовало, – уже серьезно добавил он, – просто очень мало было людей, которые могли купить. Дед всего одного знал. И закрыли скупщика аккурат перед тем, как дед собрался сделку века провернуть, как он мне рассказывал.

– И че? – едва возникла пауза, снова поинтересовался Петюня.

– И дед с корешем набранный хабар заныкали.

– Сюда? – невольно поднялся Студент, глянув в сторону блестящего новизной дома, щерящегося разбитым окном.

– Сюда, – кивнул Кэл, тоже глянув на домик, – вон в окно и закинули.

– Епть, лучше места не нашли, – покачал головой Петюня. Хотел еще что-то добавить, но сдержался. Вот не было бы Кэла рядом, он бы уж прокомментировал умственные способности и деда, и подельника.

Кэл ничего не сказал, просто пожал плечами и закурил следующую сигарету.

– А мы долго еще сидеть будем? – после недолгого молчания осторожно поинтересовался Студент, поправляя очки. Он обычно всегда так делал, когда сильно нервничал.

Безумный не ответил. Просто сидел и смотрел на дом, в котором уже несколько часов назад исчез Банкир.

Никто из остальных больше спрашивать или торопить с ответом Макса не рисковал. Не зря у него кличка Безумный – мало ли что в голову взбредет. Хотя в последнее время немотивированных приступов агрессии у главаря не наблюдалось, все по делу только, но мало ли…

Неожиданно Безумный поднялся и хлопнул себя по груди, а после потянулся, разминая затекшие от долгого сидения мышцы.

– Иди, посмотри, – посмотрел он на Студента.

– Макс, я…

– Да не внутрь, – фыркнул Безумный, – в окно посмотри.

Студент сглотнул и, проморгавшись, прогоняя спазм испуга, дернувший лицо от невинной, на первый взгляд, просьбы, кивнул. Еще раз кивнув, он повел плечами и медленно двинулся к дому. Не доходя нескольких шагов до окна, бандит остановился и вытянул шею, как неопытные водители при вождении делают, пытаясь увидеть дорогу рядом с капотом своего автомобиля.

– Твою мать! – вдруг едва не взвизгнул он, когда в окно с другой стороны что-то ударило. Студент дернулся в сторону, подошвы высоких ботинок рванули мягкую землю, разрывая траву, и парень неуклюже завалился на спину. И еще раз дернулся – к нему подлетел Безумный. Но на упавшего Макс даже не посмотрел – все его внимание было приковано к окну.

– Э-э-э, – вдруг даже замахал руками Безумный, – нет, нет, стой, епта!

Рюкзак не послушался. Ударившись о раму, выдавив наружу несколько острых осколков, он будто задумался, а после сполз обратно, в комнату. И тут же растекшись бесформенно, задержался чуть на краю стола, но лишь на мгновение.

– …ть! – одновременно с глухим стуком удара об пол раздался голос Безумного.

Петюня, Кэл и поднявшийся Студент сейчас стояли за его плечами и сами опасливо заглядывали в окно. Дураков сунуться не было – все знают, что из таких домов очень велика вероятность не выйти. А если и выйдешь, то проживешь потом недолго.

Все сталкеры знают. Банкир сталкером не был, но тоже знал – Безумный ему сразу сказал. Все по-честному.

– Твою мать, и че теперь делать? – закусил губу Макс.

– Может, это, зацепить его чем-нибудь с пола? – подал идею Студент.

– Слушай, ты такой умный, а, – покачал головой Безумный, – как хорошо, что тебя, дурака, из института выгнали. Вот только чем зацепить? – оглянулся Макс по сторонам. И вдруг даже он немного отшатнулся, не говоря уже об остальных, когда из глубины дома еле слышно раздался отголосок дикого, полного боли воя.

15 июня, вечер

Нилов Вадим, Санкт-Петербург

«Интересно, это проделки матрицы или действительно случайность?» – подумал я, когда закрыл за Машей дверь.

Вернувшись с работы, она все ластилась ко мне, а потом огорошила – у них корпоратив, оказывается, намечается с ночевкой в коттеджах, вся их контора едет. И хотя мы собирались на этих выходных куда-нибудь выбраться, но девчонки с работы…

Когда я неожиданно легко согласился, еще полчаса было потрачено на выяснение отношений.

Вот нормально, а? Начал бы возражать, что у нас планы, наверняка был бы скандал, что я на ее свободу покушаюсь. Сейчас же мне было предъявлено недопустимое безразличие. Но, все же успокоившись и удостоверившись, что со мной все в порядке, подруга быстро собралась, после чего скрылась за дверью. А я пошел к компу – надо карту мира посмотреть. Куда мне хочется?

До карты мира сразу не добрался – как же, надо на страничку в соцсетях зайти, посмотреть, может, написал кто-нибудь что-нибудь. У кого что случилось, у кого какие новости.

И написали, и новостей, судя по всему, у друзей из списка контактов было множество, но я уже не посмотрел. Сразу невольно клацнул по своей фотографии на фоне саркофага четвертого энергоблока.

В Припяти я был два раза – первый раз с проводником, нанятым по объявлению, а в следующий раз один, пройдя по известному уже маршруту. И сейчас, глядя на фотографию из Чернобыльской Зоны Отчуждения, думал еще об одной Зоне. В которой не был – далеко она, в Новосибирске. Впрочем, собирался туда, было дело, но то денег не было, то страшновато становилось – это не со счетчиком Гейгера по безлюдной Припяти ходить. Да и пресса периодически жути нагоняет, хотя в последние годы запал как-то иссяк, может, просто сверху команду дали тему больше не муссировать.

Подумав немного, вздохнул, уже понимая, что мне не надо карту смотреть, чтобы понять куда хочу, и полез за записной книжкой. Старой своей, которая на верхней книжной полке лежала.

Найдя нужный телефон, с замиранием сердца набрал номер. Два гудка. Шесть гудков. На двенадцатом я уже хотел скинуться, но вдруг с той стороны ответили:

– Слушаю.

Голос незнакомый вроде, серьезный.

– Э… Сергей?

– Сергей, – подтвердил голос, – а кто это?

– Привет, это Вадим. Может, помнишь, где-то четыре года назад мы с тобой…

– Вадик, здорово! – вдруг переменившимся голосом ответил телефон. – Конечно помню! Как сам?

– Нормально, – кивнул я, закусив губу, – слушай, Серёг, ты мне тогда говорил, что собираешься обратно в Н…

– Родной город тебе показать? – перебил он меня еще до того, как я про Новосибирск сказал.

– Ну да, типа того, – снова кивнул я, хотя собеседник меня не видел, – вот вспомнил тут об этом и…

– Вадик, конечно, все в силе. Приезжай – покажу, расскажу, все в лучшем виде оформлю. Только я в городе до завтра, а после недельку меня не будет, давай потом созвонимся, вряд ли ты завтра прилетишь.

– Почему нет, – пожал я плечами, – если билеты будут, и завтра могу прилететь.

– Слушай, Вадим, меня тут дергают уже, – послышался отдаляющийся периодически голос, – давай тогда, если завтра прилетишь, набери. Если не получится, тогда на следующих выходных.

– О'кей, позвоню, как определюсь, – почесал я затылок; уже в тот момент, когда скидывал вызов, открыл сайт по продаже авиабилетов.

– Да не может быть! – вырвалось сразу, когда увидел, что есть места на прямой рейс из Питера сегодня, в десять вечера.

Все еще не веря своим глазам, быстро оформил билет и снова набрал телефонный номер:

– Серёга, на сегодня билеты есть. Завтра в пять утра прилетаю.

– Хм, ну ты крут, – удивился Сергей и замолчал. – В пять утра, говоришь… – протянул он после недолгой паузы и, будто определившись, продолжил: – Около шести из Москвы самолет прибывает. Пассажиров того рейса будут встречать с табличкой турфирмы «Другой Мир». Подойдешь по-тихому скажешь, что от меня, тебя на автобус посадят и привезут на базу отдыха. Там и встретимся.

– Договорились, – снова кивнул я. Собирался в тянущем предвкушении дороги, хотя и очень быстро. Вещей много не брал, все в небольшой рюкзак уместилось. Как раз пару недель назад в трехдневный поход пеший ходили, поэтому даже особо придумывать ничего не пришлось.

Выдернув все, кроме холодильника, из розеток, посидел с минуту на дорожку, подхватил нетяжелый рюкзак и, прыгнув в кроссовки, захлопнул за собой дверь квартиры. Лифта ждать не стал – легко сбежал по лестнице, перепрыгивая сразу через несколько ступенек.

Выйдя на улицу, улыбнулся – странный и тянущий зуд из груди ушел, уступив место приятному предвкушению неведомого.

16 июня, очень раннее утро

Нилов Вадим, Новосибирск

Если честно, совершенно не знаю, что за город такой Новосибирск. Нет, знаю, вернее, что миллионник, третий по численности в России, что здесь есть метро и это столица Сибирского федерального округа. Но, несмотря на это, город себе представить не мог В воображении крутились лишь картины зимнего леса или промышленных районов с многочисленными трубами, что-то по типу Череповца.

В той стороне планеты мне Таиланд как-то ближе, доступнее, несмотря на то что другое государство. О туризме или поездке в Новосибирск даже не задумывался как-то, да и последнее время отдых Маша планировала.

Вот сейчас и узнаю, что за город Новосибирск, думал я, когда самолет, приземлившись, долго рулил по посадочной полосе. Уже давно рассвело, но утро еще полностью не вступило в свои права, а воздух за бортом был подернут легкой рассветной дымкой.

Улыбнувшись симпатичной стюардессе у выхода, задержался на мгновение на трапе, вдыхая незнакомый сибирский воздух; после, закинув рюкзак на плечо, сбежал по блестящим ребристым ступенькам, пошел к автобусу.

Новосибирский аэропорт приятно удивил – современный, достаточно большой терминал. Подспудно я был готов и к ангарам в чистом поле, а оказался в крупном хабе. Неожиданно, надо сказать. И немного неприятно – настолько собственные представления оказались далеки от реальности.

Пока прогуливался по терминалу и на воздухе рядом, приятно удивили окружающие люди – не знаю почему, но от местных буквально исходила сдержанная доброжелательность и какая-то степенность. Сибиряки, одним словом.

Час пролетел быстро – когда зашел в одно из кафе, уже объявили прибытие самолета из Москвы. Не торопясь, допил чай, а после пошел в зал прибытия и приткнулся в уголке, наблюдая. Постоял минут пятнадцать, и вскоре сначала по одному, а после и слаженной вереницей в зал начали вытягиваться пассажиры прибывшего рейса с багажом.

Вышедшего вперед парня, держащего в руках небольшую табличку с рисунком закатного солнца и надписью «Другой Мир», заметил почти сразу же. Еще минут десять постояли, поток пассажиров иссяк, а к парню никто не подходил, так что тот даже озираться начал.

Я тоже по сторонам посматривал в недоумении, но вдруг в зал ворвался гомон большой компании, смех, цоканье каблуков – вокруг встречающего парня сразу толпа образовалась. И совершенно разные люди, кстати, – присмотрелся я – было несколько молодых парней и девчонок, две тетки в возрасте, один молодой, но очень здоровый парень, мужик с бородкой, на капитана дальнего плавания похожий. Он-то как раз протянул встречающему какую-то бумажку, после чего тот кивнул и показал в сторону выхода, что-то объясняя.

Это что, туристическая группа? В Зону? – невольно удивился я, сам себя спрашивая. И присмотрелся внимательней – на мой взгляд, для похода по Зоне в этой разношерстной компании только один был готов, вот хоть прямо сейчас. Светловолосый парень в песочном натовском камуфляже, высоких берцах и желтых очках стрелковых. Коммандос, реально – даже перчатки без пальцев надеты. Только оружия не хватает, а так даже питьевая система на спине есть.

«Сурьезный пассажир», – хмыкнул я, наблюдая за начавшей вытягиваться в сторону выхода компанией, во главе колонны которой как раз коммандос и шел.

Все же, несмотря на то что подошедшие к парню с табличкой люди были самые разные, они не выглядели группой разрозненных туристов. Но не выглядели и единым коллективом, хотя что-то общее в них во всех было. Вот только это общее никак ухватить не получалось.

Уже подходя к встречающему, который продолжал по сторонам осматриваться, мельком глянул вслед группе туристов и вдруг понял, что их объединяет, – практически у каждого на шее висел большой чехол с фотоаппаратом. Не видно зеркалки только у парня с экстремальной прической, одетого в драную джинсовую куртку. А, еще у стройной длинноногой девушки в очках на пол-лица фотоаппарата нет.