Моя очередь развлекаться

– Не волнуйся.

Я взяла кассету из рук Тианы и направилась на кухню, где не так давно оборудовала в антресоли специально для таких случаев небольшой, но надежный тайничок. А вернувшись, сказала:

– Даже если теперь ко мне нагрянет с обыском вся родная милиция, они ничего интересного не найдут, кроме замоченного белья, которое мне некогда постирать.

Я улыбнулась:

– Ну что, пойдем?

Тиана кивнула в ответ, и дверь моей квартиры захлопнулась за нами.

… Когда «девятка» моей новой клиентки выезжала со двора, я было открыла рот, чтобы спросить, по какому адресу мы едем, но потом вспомнила, что речь шла о доме, находящемся неподалеку от железнодорожного вокзала.

И действительно, вскоре мы подъехали к девятиэтажке, у второго подъезда которой Тиана остановила машину.

Мы поднялись на пятый этаж, и моя новая знакомая нажала кнопку звонка.

Дверь открыл импозантный седовласый пожилой господин в очках.

Он вежливым жестом руки пригласил нас войти и поздоровался.

– Папа, это моя подруга Татьяна, познакомься!

Тиана быстро скинула туфли и пробежала, очевидно, в свою комнату.

– Очень приятно, – произнес профессор, – меня зовут Василий Петрович. А вы, простите за нескромность, давно дружите с Тианкой?

Я замешкалась на секунду, потом сказала:

– Не то чтобы давно. Нас с ней объединило одно важное и серьезное дело.

– Прекрасно, прекрасно, – удовлетворенно произнес Василий Петрович, – а то ведь, знаете, нынешние девицы (я, упаси Бог, не о вас!) все больше насчет мужского пола беспокоятся, а многие и к алкоголю с наркотиками неравнодушны…

– Увы, это так!

Я покачала головой и даже вздохнула. Видимо, мое согласие с его дежурным мнением произвело на профессора благоприятное впечатление, потому что он проговорил, игриво понизив голос:

– Ну, так вы, Танечка, заходите, заходите почаще. Мне, старому вдовцу, так редко приходится видеть у себя дома столь прекрасных дам…

– Спасибо! – я даже слегка вспыхнула. – Обязательно еще встретимся! До свидания!

Тиана в это время, выйдя из комнаты с сумкой в руке, надевала туфли и говорила скороговоркой:

– Мы, папочка, съездим сейчас по срочному делу, надеюсь, машина тебе пока не нужна? Нет? Вот и славно. А вечерком я приеду, тогда обо всем и поговорим. Ну, целую.

Она чмокнула обрадованного такой почтительностью старичка в щеку, и мы выскочили на лестничную площадку. Пока мы ждали лифта, она вынула из сумочки пачку пятидесятирублевок и протянула мне:

– Это аванс, Татьяна, а потом полностью рассчитаемся, как ты скажешь. Извини, я не хотела в квартире при отце…

– Не беспокойся, все нормально.

Я спрятала деньги в сумочку и, заходя в лифт, задала вопрос:

– Тиана, может быть, это бестактно, но мне интересно, чем ты зарабатываешь и, судя по всему, зарабатываешь неплохо?

Лифт остановился, мы вышли на площадку, и Тиана закурила:

– Через хороших друзей мне удалось устроиться в преуспевающую фирму по торговле недвижимостью «Джек-пот». Ну и за несколько месяцев я сделала там неплохую карьеру. Кстати, именно благодаря этой работе я и нашла кассету.

– Это как же? – удивилась я.

Мы вышли из подъезда и сели в машину. Тиана включила зажигание:

– Однажды я пошла осматривать и оценивать четырехкомнатную квартиру в районе Ильичевской площади, и представляешь, кто там, оказывается…

Она не успела закончить фразу. По дороге вдоль дома, прямо на медленно набирающую скорость нашу машину, мчался в лоб огромный, как танк, джип «Чероки». Все произошло в доли секунды, я даже не успела крикнуть и потеряла сознание.

* * *

Очнулась я от того, что кто-то настойчиво бил меня по голове здоровенной кувалдой: бум-бум-бум. «Кто бы это мог быть такой наглый? – стала я соображать и вдруг вспомнила – да это же автокатострофа… на нас несется джип и… А где я сейчас, интересно?»

Открыв глаза, я увидела относительно белый потолок с желтоватыми разводами. Резкость взгляда мне удалось обрести не сразу, после чего я разглядела на потолке мух.

– Похоже, это больница, чего мне только и не хватало…

Данную фразу я произнесла вслух и попыталась сесть на кровати, что тоже удалось не сразу: тело было как ватное, но при этом все болело и ныло.

Однако приняв наполовину вертикальное положение, я обнаружила на кровати напротив себя седенькую старушонку. Она что – то ела чайной ложкой из майонезной баночки и с сочувствием посматривала на меня.

– Бабуль, а давно я здесь?

Голова кружилась, меня слегка подташнивало, но я уже начала осознавать серьезность случившегося.

– Да уж часика три будет, скоро новости вечерние казать начнут.

Бабулька облизнула ложку и продолжила:

– Тебя как привезли из машины из этой, так сказали, что сотрясение мозга точно есть. А насчет переломов ничего не говорили.

Я распахнула больничный халат, который на меня кто-то напялил, и осмотрела свое бедное ноющее тело. Несколько приличных по размеру гематом и, кажется, больше ничего серьезного.

– Бабуль, а где все врачи-то? – задала я такой, видимо, наивный вопрос, что старушка даже хихикнула:

– Где ж им быть в такой-то час, как не дома, теперча только в понедельник на обходе покажутся.

Мне стало по-настоящему плохо. Значит, валяться здесь минимум двое суток непонятно зачем, а там… И тут я с ужасом вспомнила: Тиана!

– Бабулечка, милая, а меня разве одну сюда привезли? Больше никого не было, еще одной женщины, молодой такой, красивой?

– А как же, совсем одну. Про вторую ничего не сказали. Значит, сразу в морг, куды ж еще-то?

Бабулька пошаркала по полу ножками в тапочках и, слыша, как я застонала, добавила:

– Да ты не переживай-то больно. Вылечишься, а уж коли подружка твоя преставилась – на то воля Божья. Ты себе другую подыщешь.

Застонав от наивного бабкиного цинизма, я задумалась о том, что же делать дальше. Надо отсюда выбираться. Но как? В халатике и тапочках? Где моя одежда, сумка с документами и деньгами?

– Бабуль, а тут есть какая-нибудь дежурная?

– Есть, на первом этаже санитарка. Если чего совсем невмоготу, так это к ней надо.

– Ну так я к ней и схожу.

Я встала, слегка пошатываясь, и стала продвигаться к двери. Мутить продолжало по-прежнему, и вдобавок еще от этого специфически-мерзкого больничного запаха. Однако, добравшись до первого этажа, я почувствовала себя значительно лучше.

Войдя в комнату с надписью «Дежурная медсестра», я обнаружила там даму неопределенного возраста. Она сидела, склонившись над столом, и что-то увлеченно изучала. «Наверное, истории наших болезней», – решила я и, неслышно подойдя со спины, заглянула ей через плечо.

На самом деле это был пикантный журнал под названием «Он». На развороте, который пристально изучала дама, было изображено штук пять обалденно красивых и накачанных молодых самцов. Основной их мускул, располагающийся, как известно, между ног, был на фото едва прикрыт подобием фигового листка.

– Мне нравится вот этот! – громко сказала я и ткнула пальцем во второго слева.

– И мне, – машинально произнесла дама, но тут же вскочила, едва не расшибив мне подбородок своим затылком. – Вы! Вы… что тут делаете?

Ее лицо залила краска известного цвета, и непонятно было, чего тут больше: гнева или смущения.

– Я пришла пожелать вам доброго вечера и попросить об одной услуге…

– Какой услуге? Вы из какой палаты? – Она явно не знала, как себя вести.

– Ну из этой… где меня якобы с сотрясением мозга положили три часа назад…

– А-а, ясно. Автокатастрофа… Так вам лежать надо, а вы тут бродите.

Дама явно начала входить в первую стадию административного восторга. Надо было срочно пригасить этот пыл. А в таких случаях нет ничего лучше неожиданных ходов.

– У вас какая зарплата? – невинным тоном осведомилась я.

Она опешила и удивленно посмотрела на меня:

– Две… двести двадцать…

– И вы давно получали ее?

– Три… четыре месяца назад…

– Так вот сейчас получите. Принесите, пожалуйста, мои вещи и сумочку, – тоном, не терпящим возражений, сказала я. – Моя фамилия Иванова.

Дама куда-то вышла и через минуту вернулась с платьем, туфлями и сумочкой.

– Благодарю!

Открыв сумочку, я достала из лежащей там пачки шесть пятидесятирублевок и вручила их тупо глядевшей на меня медсестре.

– А-а это… зачем?

Она окончательно была сбита с толку.

– Затем, что мне позарез надо попасть домой, а вы меня здесь не видели и не слышали, – заявила я, одеваясь быстро, как солдат по тревоге.

Не давая женщине опомниться, я выскочила из помещения и устремилась по коридору к выходу из больницы.

Последнее, что я видела, открыв дверь и оглянувшись, это стоящую на пороге дежурки фигуру в белом халате с открытым ртом и с деньгами в руке.

…Через полчаса я входила в дверь своей квартиры. Уф! Ну и приключеньице выдалось! Сейчас надо первым делом принять душ, выпить кофе и обзвонить два городских морга: не поступала ли туда недавно женщина такая-то с такими-то приметами.

В течение часа, сделав все необходимое, к своему величайшему облегчению, я выяснила, что нет, не поступала. Значит, Тиана жива, слава Богу! Но что же в таком случае могло случиться?

На часах было почти десять вечера. Еще не поздно съездить туда, где все это произошло, и все узнать на месте. Наверняка в теплый летний вечерок старушки грызут семечки сплетен на лавочках у дома Тианы.

Чувствовала я себя, конечно, не лучшим образом, однако времени разлеживаться не было, лежать я могла бы и в больнице.

…Интуиция меня не подвела. Когда я подъехала к нужному мне дому, у подъезда моей клиентки действительно сидели три бабули и что-то оживленно обсуждали.

Увидев меня, одна из них даже подскочила на лавочке и, забыв о приличиях, ткнула в мою сторону пальцем:

– Вот, вот она, ее в больницу отвезли…

Не давая продолжить эту ясную мне тему, я резко перешла к другой.

– Уважаемая…

– Таисия Павловна.

– …Таисия Павловна, значит, вы все видели?

– А как же, я с внучком тута сидела, когда на вас наехали…

– Кто?

– Ну эти, в большой такой черной машине. Они еще потом выскочили, целехонькие, и эту из 35-й квартиры девушку вытащили из-за руля, она вся в крови… ну лицо в крови было, и к себе в машину… Сказали мне, чтоб не волновалась, они ее сейчас в больницу повезут… А насчет тебя сказали, что с тобой все в порядке и тебе в больницу не надо. Правда, потом все равно мы вызвали «Скорую»…

Пора было остановить поток бабкиных воспоминаний, и я вежливо прервала ее:

– Спасибо вам огромное, Таисия Павловна, за помощь и участие… Кстати, профессору из 35-й сообщили?

– А как же, он кинулся домой после того, как машину разбитую гаишники увезли, сказал, больницы обзвонить. С тех пор его не видели. А ты как же, дочка, вышла-то так рано?..

Но я не стала продолжать диалог и, что-то пробурчав, вошла в подъезд.