Листая календарь летящих будней…

* * *

В России часто пью сейчася с тем, кто крут и лих,но дай Господь в мой смертный часне видеть лица их.

* * *

Ещё мне внятен жизни шуми штоф любезен вислобокий;пока поверхностен мой ум,ещё старик я не глубокий.

* * *

Хмельные от праведной страсти,крутые в решеньях кромешных,святые, дорвавшись до власти,намного опаснее грешных.

* * *

Слава Богу, что я уже старый,и погасло былое пылание,и во мне переборы гитарывызывают лишь выпить желание.

* * *

Вёл себя придурком я везде,но за мной фортуна поспевала,вилами писал я на воде,и вода немедля застывала.

* * *

На Страшный суд разборки радиэпоху выкликнув мою,Бог молча с нами рядом сядетна подсудимую скамью.

* * *

Мне жалко, что Бог допускаетнелепый в расчётах просчёт,и жизнь из меня утекаетбыстрее, чем время течёт.

* * *

Что с изречения возьмёшь,если в него всмотреться строже?Мысль изречённая есть ложь…Но значит, эта мысль – тоже.

* * *

Увы, но время скоротечно,и кто распутство хаял грозно,потом одумался, конечно,однако было слишком поздно.

* * *

Весь век себе твержу я: цыц и никшни,сиди повсюду с края и молчи;духовность, обнажённая излишне,смешна, как недержание мочи.

* * *

Наверно, так понур я от того,что многого достиг в конце концов,не зная, что у счастья моегоусталое и тусклое лицо.

* * *

Вон те – ознобно вожделеют,а тех – терзает мира сложность;меня ласкают и лелеютмои никчемность и ничтожность.

* * *

Для игры во все художествамой народ на свет родилмного гениев и множествонесусветных талмудил.

* * *

Таким родился я, по счастью,и внукам гены передам —я однолюб: с единой страстьюлюбил я всех попутных дам.

* * *

Я старый, больной и неловкий,но знают гурманки слияния,что в нашей усталой сноровкеещё до хера обаяния.

* * *

Я не выйду в гордость нациии в кумиры на стене,но напишут диссертациисто болванов обо мне.

* * *

О чём-то срочная заботанас вечно точит и печёт,и нужно нам ещё чего-то,а всё, что есть – уже не в счёт.

* * *

Любезен буду долго я народу,поскольку так нечаянно случилось,что я воспел российскую природу,которая в еврея насочилась.

* * *

Я хоть и вырос на вершок,но не дорос до Льва Толстого,поскольку денежный мешокмилее мне мешка пустого.

* * *

Мы сразу правду обнаружим,едва лишь зорко поглядим:в семье мужик сегодня нужен,однако не необходим.

* * *

Висит над нами всеми безотлучнонебесная чувствительная сфера,и как только внизу благополучно,Бог тут же вызывает Люцифера.

* * *

Обида, презрение, жалость,захваченность гиблой игрой…Для всех нас Россия осталасьсияющей чёрной дырой.

* * *

По многим ездил я местами понял я не без печали:евреев любят только там,где их ни разу не встречали.

* * *

Не знаю, чья в тоске моей вина;в окне застыла плоская луна;и кажется, что правит мирозданиемлицо, не замутнённое сознанием.

* * *

Бог задумал так, что без нажимадвижется поток идей и мнений:скука – и причина, и пружинавсех на белом свете изменений.

* * *

Любовных поз на самом делегораздо меньше, чем иных,но благодарно в нашем телеспит память именно о них.

* * *

Мне вдыхать легко и веселогнусных мыслей мерзкий чад,мне шедевры мракобесиятихо ангелы сочат.

* * *

Увы, великодушная гуманность,которая над нами зыбко реет,похожа на небесную туманность,которая слезится, но не греет.

* * *

Попал мой дух по мере ростапод иудейское влияние,и я в субботу пью не просто,а совершаю возлияние.

* * *

Унылый день тянулся длинно,пока не вылезла луна;зачем душе страдать безвинно,когда ей хочется вина?

* * *

Хотя политики наврядимеют навык театральный,но все так сочно говорят,как будто секс творят оральный.

* * *

Мне в жизни крупно пофартилонайти свою нору и кочку,и я не трусь в толпе актива,а выживаю в одиночку.

* * *

У Бога сладкой жизни не просилни разу я, и первой из заботбыла всегда попытка в меру силдобавить перец-соль в любой компот.

* * *

Владеющие очень непростойсноровкой в понимании округи,евреи даже вечной мерзлотойумеют торговать на жарком юге.

* * *

Увы, стихи мои и проза,плоды раздумий и волнений —лишь некий вид и сорт навозадля духа новых поколений.

* * *

Я всегда на сочувствия праздныеотвечаю: мы судеб игралище,не влагайте персты в мои язвы,ибо язвы мои – не влагалище.

* * *

Плетясь по трясине семейного долгаи в каше варясь бытовой,жена у еврея болеет так долго,что стать успевает вдовой.

* * *

Кошмарным сном я был разбужен,у бытия тряслась основа:жена готовила нам ужин,а в доме не было спиртного.

* * *

Когда мне о престижной шепчут встречес лицом, известным всюду и везде,то я досадно занят в этот вечер,хотя ещё не знаю, чем и где.

* * *

Порою я впадаю в бедность,что вредно духу моему;Творец оплачивает вредность,но как – известно лишь Ему.

* * *

Наше стадо поневоле(ибо яростно и молодо)так вытаптывает поле,что на нём умрёт от голода.

* * *

Пришла прекрасная пораявиться мудрости примером,и стало мыслей до хера,поскольку бросил мыслить хером.

* * *

Таланту чтобы дать рапространённость,Творец наш поступил, как искуситель,поэтому чем выше одарённость,тем более еблив её носитель.

* * *

Я часто многих злю вокруг,живя меж них не в общем стиле;наверно, мне публичный пукнамного легче бы простили.

* * *

Глазея пристально и праздно,я очень странствовать люблю,но вижу мир ясней гораздо,когда я в комнате дремлю.

* * *

По чувству, что долгом повязан,я понял, что я уже стар,и смерти я платой обязанза жизни непрошеный дар.

* * *

Пора уже налить под разговор,селёдку покромсавши на куски,а после грянет песню хриплый хор,и грусть моя удавится с тоски.

* * *

Пишу я вздор и ахинею,херню и чушь ума отпетого,но что поделаешь – имеюя удовольствие от этого.

* * *

Меж земной двуногой живностивсюду, где ни посмотри,нас еврейский ген активностив жопу колет изнутри.

* * *

Дикая игра воображенияпопусту кипит порой во мне —бурная, как семяизвержениедряхлого отшельника во сне.