Дитя человеческое.Психофизиология развития и регресса

Рис. 10. Состояние функций зрительной системы дошкольников при различных видах вскармливания (Красноярск)

Кроме этого, у таких детей проявления симптомов аутизма, страхов, агрессии, импульсивных реакций были в 3,7 чаще, по сравнению с детьми, вскормленными материнской грудью.

Полученные данные убеждают: пока есть человек, ничто и никогда не сможет заменить для младенца естественное грудное вскармливание и постоянный телесный его контакт с материнской грудью. Но сколько уже миллионов людей взращено на искусственном вскармливании! Взращено матерями, которые ни физически, ни духовно жить без работы уже не могут. Теми, для кого часто быть с ребенком уже не только скука, но и депрессия.

Тяжелую плату мы уже платим за такое «равноправное» с мужчинами материнство. Аутизм, страх, депрессия, агрессия, недоразвитие преждевременно отвергнутых от материнской груди (а по сути, от материнской любви) в новых поколениях неумолимо нарастает. Увеличивается распад семей, армия беспризорных детей. Критическая масса духовного распада любящих сердец неумолимо возрастает. Задумаемся!

Глава 4

Подвесная люлька — как универсальный рукотворный механизм, обеспечивающий сбалансированную адаптацию младенца к гравитационным ритмам земли

Еще до «наката» технической цивилизации русские, украинцы, белорусы, чуваши, башкиры, татары, горцы, коми, чукчи, ханты, манси, нганасане, долгане (Крайний Север), хакасы и монголы (Центральная Азия), египтяне, марокканцы, эфиопы (Африка), китайцы, вьетнамцы, корейцы, камбоджийцы (Юго-Восточная Азия) и все другие народы на земле воспитывали младенца в подвесной качающейся люльке. Значит, пребывание ребенка в грудничковом периоде в подвесной качающейся люльке несет в себе некую неосознанную нами сообразную природе ребенка выработанную тысячелетиями культуру его вочеловечивания. И как это ни парадоксально, наука данный прием культуры не только не изучила, но и, как и многое другое, что было в народной воспитательной педагогике, просто отвергла. А ведь истина здесь буквально лежит на поверхности.

Известно, что 9 месячный период внутриутробного развития ребенка по биологическому (генетическому) времени намного длиннее всей последующей жизни. Именно за эти 9 месяцев из 2-х клеток оформляется готовый маленький человечек. Весь этот этап проходит в жидкой среде, которая поддерживает процесс развития ребенка фактически в невесомости. А теперь представьте: из невесомости ребенок вдруг попадает в среду огромного гравитационного давления, в том числе «тяжелых» (по перепадам давления) гравитационных ритмов.

Вот почему для младенца, вышедшего из материнской утробы, характерны генерализованные, разлитые по телу напряжения, мышечная скованность и судорожность движений. И снимется она только при сонастройке телесных ритмов, в том числе произвольно-волевых с ритмами земными (гравитационными). Но для такой сонастройки требуется продолжительный период времени и рукотворная помощь.

Подвесная люлька как раз и переводит вектор статического гравитационного давления в колебательно-волновой гравитационный ритм. В процессе качания младенец в ритмическом режиме испытывает своеобразные моменты невесомости (когда люлька достигает максимальной высоты и как бы на миг «замирает») и моменты воздействия наиболее высоких гравитационных сил (когда люлька проходит через низшую к земле точку). Следовательно, с помощью подвесной качающейся люльки вектор однонаправленного гравитационного пресса «разворачивается» в адаптационную к земным условиям гравитационную жизнетворную волну.

Более того, оказалось, что вся человеческая жизнь — это иерархия взаимоподчиненных, взаимосинхронизированных (по кратности) алгоритмов: от сверхвысоких генетических ритмов до сверхнизких — осмысленных произвольно-волевых действий. Подвесная люлька — это особая технология, абсолютно необходимая для постепенного эффективного нетравматичного вхождения и адаптации ребенка к гравитационной среде земли.

В 80-е гг. XX столетия под нашим руководством на базе НИИ медицинских проблем Севера СО РАМН был выполнен следующий эксперимент (Н.Ф. Казачкова). Одна группа матерей воспитывала младенцев в подвесной люльке, другая — в обычной кроватке. При этом обнаружилось, что младенцы из первой группы лучше спали, меньше плакали, охотнее сосали материнскую грудь. У них быстрее стала расслабляться сжимающая тело гравитационно-мышечная напряженность, уменьшаться мышечная судорожность. Заметно меньше у них был выражен нистагм глаз. В итоге их глаза раньше стали фиксировать объекты, т. е. у них быстрее появлялся осмысленный взгляд.

В среднем на 2–3 месяца раньше у них появилось гуление и первые членораздельные слова. Меньше у таких детей наблюдались скованность и страх. На 1,5–2 месяца раньше они вставали на ножки и начинали ходить. При развитии же целенаправленных ручных действий у них в меньшей степени проявлялась мышечная скованность (судорожность). Оформленность внутреннего гравитационного ритма — это оформленность не только внутренних вегетативных ритмов, но и духовной стойки, оформленность их устойчивости к различным неблагоприятным факторам внешней среды.

Положительное влияние подвесной люльки сказывалось практически на всех последующих этапах онтогенеза. Например, в последующем у таких детей меньше была внутренняя напряженность при письме. В итоге они меньше склонялись над тетрадью при письме (рис. 11). Кроме того, у них был совершеннее почерк, рисунок и даже музыкальный слух. Свободнее и осмысленнее была речь. Меньше они испытывали страх. На более высоком уровне у таких детей была нервно-психическая устойчивость к стрессам.

— дети воспитывались в подвесной люльке;

— дети воспитывались в напольной качалке, либо кроватке

Рис. 11. Средняя зрительно-рабочая дистанция у учащихся 1–2 классов, которые воспитывались в подвесной люльке и без нее

Поэтому исчезновение подвесных люлек из воспитательного арсенала привело к ухудшению развития у детей телесно-координаторных способностей, разнообразных произвольномоторных функций, в том числе речевых и ручных. Привело к понижению функциональных возможностей базовых систем жизнеподдержания (сердечно-сосудистой, дыхательной, желудочно-кишечного тракта, выделения и др.) (рис. 12).

А — дети, воспитывавшиеся в подвесной люльке;Б — дети, воспитывавшиеся в напольной качалке, либо кроватке

Рис. 12. Вариационное распределение кардиоинтервалов у учащихся 1–2 классов

В широком плане это обусловило понижение телеснофункционального и духовно-психического потенциала на уровне целого народа, что позволило по-новому взглянуть на величие народно-воспитательных культур, в том числе на особую развивающую роль русских качелей.

Вышеизложенное дало нам основание усовершенствовать старинные подвесные люльки и совместно с известным мастером русских народных инструментов И.В. Москаленко запатентовать музыкальные люльки, издающие при качании мягкие ритмические звуки. Для деток постарше разработаны и запатентованы люльки со специальным «спортивным» оборудованием. Необходимо подчеркнуть, что особое внимание именно такому воспитанию малышей уделяли Борис Павлович и Лена Алексеевна Никитины.

Глава 5

Значение колыбельной песни

Христианская истина гласит: «В начале было Слово…». По отношению к новорожденному я утверждаю: «Вначале была колыбельная песня, спетая младенцу любящим материнским сердцем». И это не лирика. Самый продолжительный период по биогенетическому времени у человека проходит в утробе матери. Протекает же этот период в абсолютной защищенности от внешней сенсорно-неизвестной сигнализации — младенец погружен в охранительный родной материнский голос.

Но при рождении на органы чувств ребенка обрушиваются качественно новые сенсорные раздражители. В этих условиях спасительно-охранительным «щитом» для нежной и ранимой души младенца остается родной, нежный, ласковый, а поэтому успокаивающий голос матери. Это и есть то, что мы называем колыбельной песней.

Колыбельная песня — то первое слово, в котором выражена вся глубина материнской любви и духовной нежности. Это то «Слово», которое было у обожествленной материнской любви и с которого оформляется душа ребенка, начинается умиротворение от явления в этот мир.

Колыбельная песня — это та духовная сила, которая вырывает младенца из «цепкой» хватки инстинктивного страха и возвышает его чувства в пространство «звучащей» охранительной материнской любви. Слово колыбельной песни — это единственное изреченное слово, которое в полной мере соединяет в себе дух образа и душу любви.

Наши исследования показали, что среди тех детей, которым матери не пели колыбельных песен, страх и агрессия (в рисунках) встречались в 4 раза чаще по сравнению с теми, кто хоть изредка пел младенцу колыбельные песни (рис. 13). А ведь страх — один из самых сильных животных инстинктов, с которым «сцеплены» в нераздельной связке все остальные инстинкты. Воистину Творец — есть абсолютная любовь… к ребенку.

Рис. 13. Доминирование страхов и агрессии у детей, которым матери в младенчестве не пели колыбельных песен

Наши работы убедили, что без постоянного пения матерью колыбельных песен (желательно в ритме качания подвесной люльки) ребенок не сможет в должной мере вочеловечиваться в душевно-духовную, цельную, свободную от страхов и психокомплексов личность. Сегодня колыбельные песни стали записывать на электронные носители хоть и профессиональным, но не материнским голосом. Ясно, что такие записи в первую очередь предназначены для будущих и настоящих матерей, но не для младенцев. Безусловно, их можно использовать в детских дошкольных учреждениях, в том числе для сирот, а также детей, находящихся на воспитании в различных специализированных учреждениях и т. д. Младенцу, как воздух, как грудное материнское молоко, необходима колыбельная песня, озвучиваемая материнским сердцем. Еще раз напомним: за 9 месяцев внутриутробной жизни ребенок глубоко запечатлел в памяти чувств единственно близкий и родной голос — голос матери. И только он и никакой другой голос может передать ребенку чувство любви, защищенности и счастья. Вот почему колыбельные песни должна петь только сама мама.

Я часто слышу от молодых мам: как же я буду петь, если я не знаю ни слов, ни мелодии колыбельных песен? А это и есть последствия глубокого отчуждения матери от детей на этапе их раннего детства. Поэтому мы с 1979 г. настойчиво рекомендуем в детских дошкольных учреждениях воспитывать девочек отдельно от мальчиков. Танки, пушки, машины, автоматы несовместимы с куклами и колыбельными песнями. И только в детских дошкольных учреждениях настоятельно рекомендуем, чтобы девочки вместе с мамами, бабушками (если это возможно), с воспитателями своими руками изготавливали мягкие куклы, сами сочиняли колыбельные песни и регулярно их пели.

В качестве примера приведем ниже колыбельные песни, сочиненные детьми вместе с мамами и бабушками в начале 1990-х гг. в детских садах г. Воскресенска. Автор убежден, что колыбельные песни, потешки, прибаутки, скороговорки и т. д. из народного фольклора должны звучать на языке народа, их сотворившего.

Я/С № 39

Баю-баю, баиньки, Спи, сыночек маленький. Пусть тебе приснится сон, Самым добрым будет он. Спи, мой мальчик маленький, Мой цветочек аленький. (М. Лапоногова, мама) Баю-бай, баю-бай, Моя кукла засыпай. Пусть моей красавице Ее сны понравятся. Пусть приснится ей лиса, Ведь в лесу она краса. Пусть приснится зайка, Зайка — побегайка. Спи, усни, моё дитя, Черноглазая краса. (Р. Пчелкина, воспитатель) Ночь пришла, Ночь пришла, Все вокруг затихло. Звери спят, птицы спят Взрослые и дети. Все темно, все темно, Ничего не слышно. Ночь наступит Надо спать ложиться. Песенку пою, Баю- баюшки, баю. (Таня Хашинова, 6 лет)

Д/С № 57

Баю, баюшки, баю, Баю девочку мою, Баю сладенькую, И хорошенькую, Баю маленькую, Рас пригоженькую. Смотрит заинька в окно, На дворе давно темно, Спи мой сладенький, усни, Долгий сон к себе мани. Баю, баю, баю — бай Поскорее засыпай. (Т. Седнева, воспитатель) Спи, усни мой голубок! На полях лежит снежок. Всю он травушку закрыл И цветочек завалил. Скоро солнышко взойдет И все снова зацветет! Ты за зиму подрастешь И гулять с мамой пойдешь.

* * *

Наступает ночка. Ты устала, дочка. Ножки бегали с утра, Глазкам спать давно пора. Ждет тебя кроватка. Спи, дочурка, сладко! Крепкий сон тебя возьми, Пусть во сне увидишь ты Маму, папу и цветы! (Н. Будылкина, воспитатель)

Д/С № 31

Баю — баюшки — баю, Баю, деточку мою. Спи, сыночек, засыпай, Мирно глазки закрывай. В колыбельку уложу, Складну песенку сложу. Складну песенку сложу, Дрему в гости приглашу. Дрема по дому брела, К колыбельке подошла. К колыбельке подошла Тихо песню завела. Баю — баюшки — баю, Не ложися на краю, А ложись ты в серединку На пуховую перинку. Баю — баюшки — баю, Баю деточку мою, Спи глазочек, спи другой Спи, сыночек, дорогой. (Г. Макеева, воспитатель) Баю, баю, бай, Спи, мой мальчик, засыпай. Спи скорей, усни дружок, Выйдет солнце на лужок. Будет ярко нам светить, Будут гнезда птицы вить. Много света и тепла Принесет во сне весна.

* * *

Ой, люлень, да люлень, По горам идет олень. На рогах он дрему носит В каждый дом ее заносит. В люльку дрему он кладет, Тихо песенку поет.

* * *

Соловей поет в лесочке, Ай лю, лю, ей лю, лю. Пусть притихнут все листочки, Баюшки, баю. Спи, сынок, мой голубочек, Вырастешь большой. Вон на небе темном месяц Светит золотой. Устилает землю снегом, Словно серебром. Видишь: собралися сказки За твоим окном. Вот и поезд дальний едет. В нем игрушки спят. И пекут ватрушки мамы Для своих ребят. Спи, сыночек, мой прекрасный, Баюшки, баю. Пусть приходит к тебе дрема В колыбель твою.

* * *

Баю-баюшки, баю, Сыну песенку спою, Как мой милый будет спать, Буду я его качать. Ты, мой милый, дорогой, Быстро глазоньки закрой. А закроешь, сон придет, Свою сказку принесет. В ней и заинька живет. Он морковку там грызет. А лисичка любит петь И на елочку глядеть. Вот уж ночка на дворе. Спит собачка в конуре. Спят и птички, и волчок. Ляг скорее на бочок. Баю-баюшки, баю, Сыну песенку спою. Как мой милый будет спать. Буду я его качать. (Д. Гавриш, воспитатель)

Я\С № 5

Баю-баю, баю-баю! Нашу дочку я качаю. Спи, девчушка, засыпай! Баю-баю, баю-бай! Спят игрушки и зверушки, И жучки и паучки. Тишина стоит кругом, Давай, доченька, уснем! (С. Тетеркина, воспитатель) Спят игрушки в уголке, Спят на полке сказки. И моя дочурка спит, Закрывайтесь глазки! Ты играла целый день. Ты устала очень. Поскорее засыпай, И спокойной ночи! Завтра будет новый день, Снова, как награда! Баю, баю, баю, бай, Спи моя отрада!

* * *

Баю, баю, баиньки, Прискакали заиньки. Песню запевали, Ванечку качали. Баю, баю, баиньки, Засыпай, наш маленький. Подрастешь немножко, Поскачешь по дорожке. (В.И. Скокова, зав. я/с № 5)

Опыт убеждает: постоянное нежное общение девочек с рукотворными мягкими куклами, пение им колыбельных песен — это базовая ступень в привитии материнских чувств на так называемом экстрасенсорном этапе, т. е. на этапе преображения и одухотворения первичных чувств. Дорого заплатят матери, преждевременно отлучившие детей от своей любви, от груди, от колыбельных песен и любвеобильных «словоизлияний». И чем быстрее мы сегодня научим петь колыбельные песни 4—6-летних девочек, тем более доброе, любвеобильное материнство получим завтра.

Глава 6

Речь и игра в развитии младенца

В течение первых 3-х — 4-х лет никто и никогда не сможет и не должен подменять главного духовного воспитателя, главного духовного учителя ребенка — любящую мать. Именно в эти годы возникает глубокая ассоциация слов с живыми образами, что позволяет ребенку представлять и переживать ассоциированные со словами образы мира, так же как и реально осязаемые. И если период оформления чувства образного (эмоционально-смыслового) речения будет из-за вечной нехватки времени или из-за других причин скомкан и проигнорирован, то такие дети (будущие молодые и взрослые люди) на всю жизнь останутся духовно и психически недоразвитыми.

Часто наблюдаю в сквере, где обычно собираются молодые мамы с колясками, следующую картину. Мамы подолгу общаются между собой, но не с младенцами, которые лежат в колясках и с тоской отчуждения и одиночества глазеют «в никуда». Между тем, малыш в бодрствующем состоянии духовно развивается только тогда, когда с ним кто-либо постоянно эмоционально (словесно) общается.

Мы обследовали состояние речевых функций у 37 школьников 1-х и 2-х классов, матери которых до 2–3 лет не работали и систематически разговаривали с ребенком, и 29 школьников, чьи матери в силу сложившихся обстоятельств общались с ребенком ограниченное время. Было установлено, что в первой группе различные речевые (а в итоге и психические) отклонения наблюдались у 7 детей (18,9 %), а во второй — у 21 ребенка (72,4 %).

Для тех же, кто захочет стать полноценной любящей матерью, кто готов на полноту эмоционально-словесного общения с ребенком, советую детально изучить работу «Младенчество. Детство. Мудрость народная, жизнь человека в русском фольклоре» (под ред. В.П. Аникина, В.Е. Гусева, Н.И. Толстого, — М.: «Художественная литература», 1991). Рекомендую также ознакомиться с книгами Б.П. и Е.А. Никитиных: «Мы и наши дети» (М.: «Молодая гвардия», 1980); «Здоровое детство без лекарств и прививок» (6-е изд., испр. и доп. «Лист Нью», М. 2001)идр.

Ниже приведем выборочные примеры развивающих речь и мышление народных приемов, изложенных в труде «Младенчество. Детство. Мудрость народная, жизнь человека в русском фольклоре».

ПЕСТУШКИ И ПОТЕШКИ

Ах ты, деточка, Золотая кветочка; Виноградная веточка, Сладкая конфеточка!

* * *

Тритатушки, три-та-та! Вышла кошка за кота, За кота-котовича, За Иван Петровича. Ходит кот по лавочке, Водит кошку за лапочки.

* * *

Идет коза рогатая К маленьким ребятушкам: Кто молока не пьет, Кто сиську не сосет, Того рогом бьет, бьет, бьет!

* * *

Идет коза рогатая, Идет коза бодатая: Ножками — топ! топ! Глазками — хлоп! хлоп! Кто кашки не ест, Кто молока не пьет, Того забодает, забодает.

* * *

Ладушки, ладушки! Где были? — У бабушки. — Что ели? — Кашку. — Что пили? — Бражку. Кашка сладенька, Бражка пьяненька, Бабушка добренька. Попили, поели, — Шу-у-у — полетели, На головушку сели. Ладушки, ладушки, Где были? — У бабушки. — Что ели? — Кашку. — Что пили? — Бражку. Кашка маслененька, Бабушка добренька, Шук, шук — полетели! На головушку сели.

* * *

Сорока, сорока! Где была? — Далеко, Кашку варила, На порог скакала, Гостей созывала. Гости не бывали, Каша пригорела. И этому дала, И этому дала, И этому дала, И этому дала, — А ты мал-маленок: За водицей не ходил, Дров не носил, Кашку не варил. Шу-у-у! полетели — На головушку сели.

* * *

Большаку дрова рубить (большой палец), А тебе воды носить (указательный), А тебе печа топить (безымянный), А малышке песни петь (мизинец), Песни петь да плясать, Родных братьев потешать! Песни петь да плясать, Родных братьев потешать!

* * *

Идут четыре брата Навстречу старшему. — Здравствуй, большак! — говорят. — Здорово, Васька-указка, Мишка-середка, Гришка-сиротка Да крошка Тимошка.

ПРИБАУТКИ

Синичка, синичка, Воробью сестричка. Воробей — воришка Залез в амбаришко Клевать просо Своим носом.

* * *

Гуля, гуля-голубок, Гуля сизенький, Сизокрыленький, Всем миленький.

* * *

Стучит, брянчит по улице, Фома едет на курице, Тимошка на кошке Туды ж по дорожке. — Куды, Фома, едешь, Куды погоняешь? — Сено косить. — На что тебе сено? — Коровок кормить. — На что тебе коровы? — Молоко доить. — На что тебе молоко? — Ребяток поить.

* * *

— Бабушка Ульяна! Голова твоя кудрява. Садись-ко в сани, Поедем-ко с нами. Там на базаре Коза в сарафане, Утка в юбке, Курочка в сапожках, Корова в рогоже — Нет ее дороже.

* * *

Тили, тили, тили, бом! Загорелся Кошкин дом. Кошка выскочила, Глаза выпучила. Бежит курица с ведром, Заливает Кошкин дом. А собачка только лает, Ничего не помогает.

ДРАЗНИЛКИ