Стругацкие. Материалы к исследованию: письма, рабочие дневники, 1972–1977

2. Был у Белы[11] в МолГв, разговаривали около часа. Выяснилось следующее. Сборник «Фантастика 72» действительно делается Брандисом и Дмитревским, а Севка[12] делает только сборник НФ, но из альтруизма, поскольку очень связан всякими обязательствами с Белой и Жемайтисом, уступил ПнО им в обмен за рассказы Росоховатского. Бела и Жемайтис ПнО прочитали, хвалят (не без замечаний) и стремятся протолкнуть его в сборник. В понедельник дают читать Авраменке, затем Осипову. Это все решит. План издательства, куда на 73 год включен наш сборник НВ, утвержден в ЦК ВЛКСМ. Бела утверждает, что будут сейчас добиваться договора с нами. Коротко: редакция добивается включить ПнО в «Фантастику 72», а на сборник НВ добивается договора.

3. Разговаривал с Валентиной Михайловной Кургановой в СовРоссии. Она утверждает, что нас знает и любит, но у меня такое впечатление, что это работа наших заступников, в частности поэта Ромки Сефа и критика Андрея Туркова, а сама она ничего не читала. Разговор был примерно такой. «Я бы с наслаждением поработала с вами, но с прошлого года в издательстве появилась специфика — мы теперь делаем только переиздания». Я было подумал, что это та самая отговорка, о которой меня предупреждали, но она продолжала: «Вот не могли бы вы дать мне что-нибудь из уже опубликованного?» Я заметил ей, что к моменту издания все это будет уже переизданиями, не говоря уже о том, что все это издано или будет издано в журналах, и тут сообразил (этот разговор был уже после беседы с Белой): почему бы и нет? «У нас есть вещи, которые мы хотели бы издать отдельной книгой», — говорю, имея в виду ПкБ и ТББ. «На сколько листов?» — спрашивает она. «Листов на 15», — отвечаю. «Мало, — решительно говорит она. — Нельзя ли побольше?» Я сказал, что можно и гораздо побольше. Короче, договорились встретиться во вторник, и я принесу ей то, что хочу переиздать. А принесу я ПкБ, ТББ и ОО. Чистых тридцать листов. Кажется, это на 74 год. Дело представляется мне более или менее надежным, если принять во внимание, что за нас, когда дойдет до высокого начальства, будут ходатайствовать Марк Соболь, Андрей Турков и еще кое-кто. Мы, во всяком случае, ничем не рискуем. Только, может быть, понадобится еще один комплект сборника НВ, если учесть затею в МолГв.

4. В «Юности» полнейший разгром. На нижнем уровне вещь[13] приняли на ура, но прочитал Полевой и объявил, что это никуда не годится, при этом долго втолковывал нижнему уровню насчет Маркузе и насчет того, что никакого нацизма в ФРГ нет. «Она плакала и говорила, что звуки гобоя напоминают ей о покойнике-муже, которого у Новой Гвинеи съели акулы»[14]. Тут же подключился Преображенский и написал, что совершенно согласен с мнением Бориса Николаевича. Любопытная деталь: никто на нижнем уровне в глаза не видел рецензий Полевого и Преображенского. Обе рецензии были выполнены в одном экземпляре и сразу же переданы в бухгалтерию на предмет оплаты. Рукопись я забрал и положил на полку. Пусть пока полежит.

5. С Ниной[15] встречаюсь завтра, в воскресенье, в 15.00.

Вот пока все о наших делах.

Одновременно мне в ближайшее время предстоит:

найти Машке[16] репетитора по географии, желательно из состава будущей приемной комиссии;

наиделикатнейше выяснить, когда и кто сочтет нужным и возможным делать тестю операцию;

обеспечить зятю-еврею трудоустройство в Москве;

досконально выяснить положение с квартирой.

Передай маме, что я напишу ей письмо в середине недели, после того, как тестя осмотрят окулисты и уточнится вопрос с получением ордера и ключей.

Привет Адке, поцелуй маму.

Жму, целую, твой Арк.

Письмо Бориса брату, 31 января 1972, Л. — М.

Дорогой Аркашенька!

1. Прежде всего — ленинградские дела. В «Авроре» вроде бы все ОК. Я там был, побеседовал с Никольским, выяснилось, что замечаний по тексту он не сделал, я мягко попросил его сделать, на чем и расстались примерно на неделю. Он завел было там благоглупости, что там-то растянуто, а тут малость не дотянуто, я его немедленно (но мягко) пресек — тоже отложили. Короче: решение печатать у них твердо; если ничего не случится, в следующий понедельник я отнесу им исправленный вариант и попрошу одобрения со всем вытекающим. Замечания все те же: лексикон (пусть он отметит, что ему не нравится, а я посмотрю, что из этого можно учесть); убрать упоминания о Зонах Посещения в СССР (ради бога!); вставить еще пару абзацев про то, чем же занимаются ученые (это я еще посмотрю — может быть, что-нибудь и вставлю, поскольку это странное пожелание исходит от Косаревой).

2. Мне звонили из Литфонда, просили перенести наш срок на начало марта. Я, натурально, заартачился, требовал, просил и пр., но потом, уже повесив трубку, подумал: а почему бы, собственно, и нет? Пока вроде бы не горит. Так что если ты не возражаешь, напиши, я позвоню и перенесу на 1 марта. Тем более что ты так загружен, да и квартирой тебе, наверное, надо будет в феврале заниматься. А мне — котят топить.

Никогда не надо торописса, Никогда не надо волновасса: Можно под трамваем очутисса Или под машиной оказасса! [17]

Это я сейчас вдруг придумал.

3. Деятельность твою в МолГв полностью одобряю. Буду, трепеща, надеяться.

4. Задуманная тобою операция в СовРоссии превосходна. Я только не понял, почему понадобится второй комплект НВ? Ведь ты собираешься предложить для переиздания ПкБ, ТББ и ОО? А в конце пишешь: «только понадобится еще комплект НВ, если учесть затею в МолГв». Нет, не понимаю.

5. «Юность». Что ж, этого следовало ожидать. Теперь я попробую в «Неву». Тем же концом, но по другому месту.

6. В семейных твоих начинаниях желаю тебе удачи. Со своей стороны обязуюсь вырвать к нашей следующей встрече 500 ряб тебе на обзаведение (Хейфец, гад, пока так и не отдал).

7. Был у меня сегодня Юрочка Манин. Проболтали мы с ним полдня. Погрустили. Хороший он человек и огромное впечатление произвел на Андрюшку. А когда я рассказал Андрею, кто такой Манин, сын мой совсем обалдел. Он принял его, между прочим, за англичанина.

Вот пока и все. Крепко жму ногу, твой [подпись]

P. S. Леночку поцелуй!

Что с квартирой-то?

Письмо Аркадия брату, 1 февраля 1972, М. — Л.

Дорогой Борик!

Боюсь, планам нашим суждено несколько подъизмениться. Вчера я отнес в правление своего ЖК наши паспорта на прописку, а так как мой будущий подъезд — пятый, то прописывать его начнут не раньше следующей недели, а сама процедура прописки займет недели две. Так что я буду пребывать без паспорта в течение дней двадцати. Мало того, сразу после прописки мне надлежит брать ордер, а по ордеру ключ, а по ключу — какой-то комплект сангигиенических механизмов, которые придется еще устанавливать, и при этом придется еще врезать новый замок и проч.

Грубо говоря, все сводится для нас к следующему: в феврале встретиться не придется. Переноси заявку на начало марта. М. б., чтобы как-то это дело скомпенсировать, надо попросить не две, а три недели? Хотя это вряд ли годится. Не знаю. Спешу тебе просто сообщить обо всем этом, чтобы зря не хлопотал ты.

Завтра встречаюсь с Ивченко на предмет работы со сценарием.

Сегодня иду в Сов. Рос. Понесу ПкБ, ТББ и ОО. Ох, чует мое сердце, сопрут они у меня эти книги. А что делать?

Жму, целую. Арк.

Привет Адке, поцелуй маму.

Письмо Аркадия брату, 5 февраля 1972, М. — Л.

Дорогой Борик.

Получил твое письмо. Рад, что в «Авроре» так благополучно. Здесь же наши дела покудова застряли в неподвижности.

1. Встречался с Ивченко. Он упросил меня переписать сценарий в виде повести, а также добавить эпизодов и второстепенных деталей. Насчет повести это он к тому, что читать будут люди, которые ПНвС не читали, так чтобы внутренние монологи и отношение героя к остальным персонажам видно было отчетливо. Забавно, что ему представляется, будто того, что мы сделали, на полнометражный фильм не хватит. Каково? Ладно, сейчас буду переписывать, я ему поднасую на полтора полнометражных.

2. Встреча с Кургановой в СовРоссии не состоялась по техническим причинам и перенесена на следующую среду.

3. Нина стоит на стреме и в ближайшие дни прижмет ММ[18] нашей заявкой, а через месяца полтора, глядишь, и договор заключат.

4. Звонили из УОАПа, сообщили, что пришли деньги из Венгрии. Сумма примерно та же, что ты предсказывал, но вычитают только 25 % и подоходный налог. Деньги переводятся на сберкнижки. Я дал свои координаты и хотел дать твои, но мне сказали, что это им не требуется, что твоя половина поступит в Ленинградское отделение УОАПа, которое и рассчитается с тобой. Я передал твой телефон, чтобы они там с тобой связались, но на всякий случай зайди или позвони туда сам.

5. Пришли деньги из Северо-уральского издательства[19]: 57 ру.

6. Присылали из «Энциклопедии» статью о нас Громовой. Ничегё. Очень достойно. И фотографию попросили. Так что не зря я Лесса беспокоил. Пойдем мы в 7-м томе.

Вот пока все.

Жму, целую. Арк. Привет Адке и мамочке.

В письмах АБС часто упоминаются аббревиатуры УОАП (плюс производные от нее) и ВААП.

УОАП — это Управление по охране авторских прав (также см. ВУОАП и ВОАП — Всесоюзное управление по охране авторских прав; ЛОУОАП — Ленинградское отделение управления по охране авторских прав). Формально управление существовало до 1973 года, когда на его базе после присоединения СССР к Всемирной (Женевской) конвенции об авторском праве 20 сентября было создано Всесоюзное агентство по авторским правам (ВААП). Оно стало единым представителем авторов по всем вопросам авторского права. Но в переписке АБС иногда встречается одновременное использование аббревиатур старой и новой организации. Вероятно, замена функций их подразделениями происходила не одномоментно и какое-то время они существовали параллельно. Или же Авторы не придавали существенного значения употребляемым аббревиатурам.

Статья Ариадны Громовой, упомянутая в последнем письме, действительно была опубликована в седьмом томе «Краткой литературной энциклопедии». После биографических данных в ней давались наиболее непредвзятые и положительные суждения о произведениях АБС.

Из: Громова А. Стругацкие

<…>

Их первые науч. — фантастич. произв. («Страна багровых туч», 1959, «Путь на Амальтею», 1960, сб. рассказов «Шесть спичек», 1960) посвящены космич. тематике и перспективам научно-технич. прогресса. Нек-рая традиционность тем и сюжетов компенсируется вниманием к психологии и интеллектуальной жизни героев, стремлением к индивидуализации характеров, достоверностью, «реалистичностью» деталей фантастич. мира, юмором. С повести «Стажеры» (1962) в творчестве братьев С. наметился поворот в сторону социальной фантастики. цикл лирич. новелл под общим назв. «Возвращение» (1962), вслед за «Туманностью Андромеды» И. А. Ефремова, возродил в сов. фантастике жанр утопии. К «Возвращению» тематически примыкает повесть «Далекая Радуга» (1964), отличающаяся иной, драматич. тональностью. Социально-философ. и этич. проблеме целей и средств человеч. прогресса посвящены повести «Попытка к бегству» (1962) и «Трудно быть богом» (1964), где созданы фантастич. модели цивилизаций, находящихся на совершенно различных уровнях развития. Повесть «Хищные вещи века» (1965) предостерегает от опасности иного варианта развития цивилизации — в сторону бездуховного «благоденствия», торжества мещанских представлений. Обывательский идеал и его демагогич. фразеология осмеиваются в гротескно-сатирич. повести «Понедельник начинается в субботу. Сказка для научных работников младшего возраста» (1965). Ее своеобразным продолжением является «Сказка о Тройке» (1968).

В книгах братьев С. «Улитка на склоне» (1966–1968) и «Второе нашествие марсиан» (1967) социально-философ. размышления о путях развития человечества, о роли личности в совр. об-ве и ее ответственности перед историей воплощаются в форме фантастич. гротеска и сатиры. Писатели отстаивают гуманистич. идеал прогресса во имя человека, выступая против различных форм духовного порабощения и угнетения. Нек-рые произв. С. вызвали критику и споры в печати.

В конце статьи приводилась литература о творчестве АБС. И здесь Ариадна Громова сумела привести самые доброжелательные публикации — статьи Н. Черной, В. Ревича, И. Ефремова и А. Лебедева.

В этом же томе энциклопедии АБС упоминались еще в двух статьях — об утопии и о фантастике.

Письмо Бориса брату, 8 февраля 1972, Л. — М.

Дорогой Аркашенька!

Твое промежуточное послание пропустил без ответа, отвечаю на последнее.

1. Я, честно, надеялся, что ты все-таки напишешь, с какого числа конкретно взять путевку. Даже в Литфонд не звонил. Но вот сейчас позвонили, и я единолично принял решение — с 3-го. Поеду за путевками в двадцатых числах, в начале, так что можешь еще скорректировать.

2. У меня тут дела тоже несколько застыли: Никольский никак не сделает своих пометок на рукописи. Говорит, что хочет все обработать так, чтобы уж без всяких-яких, но, по-моему, врет сачок, лень ему этим заниматься, роман, небось, очередной строчит <…>. Сегодня я выступаю от «Авроры» перед библиотекарями, там будет и он, договоримся окончательно, как он выразился.

3. Деньги из Северо-уральск. изд-ва и я получил, но ничего не понимаю. Там написано на обороте: «Уральск. Следопыт» № 2. При чем здесь журнал? Мы же давали рукопись для сборника!

4. Ты пишешь, что в «Энциклопедии» мы пойдем в 7-м томе. А сколько вышло и когда будет 7-й? Я ведь не выписываю.

5. Позвонить в ЛенУОАП я не могу — нигде нет телефона данной организации. И никто не знает.

6. В первом нумере «Авроры» — статья Брандиса о ленинградских фантастах. О нас в том числе. Об ОО и ДоУ. Вполне благожелательно и одобрительно, хотя и бесцветно.

Вот пока и все. Крепко жму ногу, твой [подпись]

P. S. Леночке привет.

Статью Брандиса можно назвать и бесцветной, но главным на тот момент была ее тональность — не только благожелательная и одобрительная, как отмечает БН, но и какая-то основательная, не содержащая и тени сомнения в Авторах. Обзор благоразумно умалчивал о том, что рассматриваемые произведения удостаивались и крайне отрицательных оценок. Такие скучноватые статьи обычно пишутся о классике — всё, в общем-то, известно, но упомянем еще раз основное.

Из: Брандис Е. Проблемность и многообразие

<…>

«Обитаемый остров» проникнут революционной романтикой, вместе с пафосом отрицания социального зла несет заряд позитивных идей. Прежде всего, авторы раскрывают тлетворность живучей мещанской идеологии, которая при кажущейся нейтральности («моя хата с краю») служила и служит опорой реакции мутным источником мракобесия. В современной жизни не может быть нейтральных и равнодушных! Борясь за будущее, за сохранение жизни на Земле, все мы несем моральную ответственность. Все вместе и каждый в отдельности. Эту непреложную истину утверждают братья Стругацкие и сюжетом, и замыслом, и образной системой своей фантастической антифашистской повести, одинаково интересной для читателей всех возрастов.

Другая повесть тех же авторов — «Отель „У погибшего альпиниста“», опубликованная в «Юности», — читается с не меньшим увлечением, но в отличие от «Обитаемого острова», лишена глубокой проблемности. <…> Тут легко уловить пародийные интонации, тут много юмора и сюжетных находок, и все-таки это не более чем крепко сколоченный детектив, выполненный с присущим Стругацким литературным мастерством.

<…>

Письмо Аркадия брату, 12 февраля 1972, М. — Л.

Дорогой Борик!

Заканчивая переделку сценария ПНвС (СвД тож), окончательно сломал машинку и отвез ее чинить. В новом варианте сценарий имеет 73 стр., Ивченкой прочитан и весьма одобрен и завтра будет увезен в Киев. Страшно думать, как я от руки буду писать тебе все, о чем надобно написать.

1. Итак, о конкретном числе. Еще нынче утром, позвонив в правление кооператива и узнавши, что ордер и ключи я получу недели через две, хотел я просить, чтобы ты взял путевки с 6-го. Но тут пришло письмо-приглашение из Польши, подписанное директором издательства «Искры» И. Гаевским, где между прочим сказано: «Будем очень рады гостить Вас», а также неофициальное письмо от Енчмыка, где он сообщает, что гонорары мы получим немедленно по приезде. В связи с этим у меня такое соображение. Либо перенести срок путевки на 10-е и съездить в Польшу ДО Комарова, либо отложить поездку в Польшу на ПОСЛЕ. Боюсь, что придется отложить на ПОСЛЕ, не верю я, что наши задницы успеют нам сделать все за оставшееся время. Короче, бери путевки на 6-е, а я в понедельник пойду в Комиссию, потрясу приглашением и узнаю всю технику этого дела и тогда сообщу тебе.

2. При чем «Уральский Следопыт» — я не знаю. Вчера получил сборник. Издан на мой взгляд не плохо, для провинции, конечно. А с журналом, видимо, какая-то ошибка.

3. Вышел 6-й том энциклопедии. Когда выйдет 7-й — неизвестно. У меня еще попросили оттуда фотографию. Я отвез.

4. По идее ЛенУОАП сам должен тебе позвонить. Но не может быть, чтобы никто не знал, где он находится. Поищи.

5. О сборнике в Детгизе ничего нового.

6. В «Сов. России» был, поговорил с редакторшей. Если с нами и будут иметь дело, то только на 75-й или даже 76-й год. С фантастикой их начальство возиться не хочет, здесь придется хлопотать. Пока попросили дать заявку, чем я и займусь.

7. В «Мол. Гв…» ПнО дали читать Ганичеву. Бела смутно обещала, что дело выяснится в понедельник или во вторник. Ходят паршивые слухи, что опять будут всех давить. В частности, журнал мод передается в ведение ЦК ВЛКСМ.

Вот кажись все. И то ладно. Пальцы устали.

Обнимаю, жму. Твой [подпись] в смысле Арк.

Привет Адке.

Письмо Бориса брату, 14 февраля 1972, Л. — М.

Дорогой Аркашенька!

1. Получив твое письмо, позвонил в Литфонд и переиграл путевки с 3-го на 7-е марта. Это оказалось весьма сложно, и результат, значить, будет у нас такой: первый день путевки 7-е, последний — 17-е. Получается меньше обычного, но мы это как-нибудь должны пережить.

2. В Польшу, соответственно, поедем после (если). Надеюсь, ты все четко выяснишь: какой обычный порядок; не возможны ли исключения (поездка БЕЗ и ВНЕ туристической группы); как нам выехать и вернуться одновременно; и пр. Думаю, дело это затяжное, и вряд ли мы выедем раньше апреля-мая.

3. Сегодня закончил возню с ПнО для «Авроры». Всего там я насчитал 116 замечаний по тексту. Большая часть — «задницы», «сволочи» и прочие «суки»; меньшая — «специфически русские выражения» типа «батя», «аж» и пр.; еще меньшая — смутные и невнятные пометки, касающиеся более обширных кусков текста, содержащих философские рассуждения и разные там обобщения. Всего я учел 82 замечания — «сволочи», «дерьмо» и «бати» поуменьшились в числе (между нами девочками это следовало бы сделать и без всяких замечаний — этого добра у нас там действительно немножко множко). Смутно-невнятные пометки не учитывал вовсе — если потребуют, буду сражаться. Выкинул упоминания о Зонах в СССР (это один абзац) и совершенно запоролся, пытаясь учесть третье замечание редакции. Дело в том, что я его так и не сумел понять. Косаревой, видите ли, кажется, что сталкеры оттеснили ученых, и это надо как-то объяснить, или устранить, или еще что-то — не знаю, что. В общем, бред. Я там вписал в одном месте, что сталкеры уволакивают из-под носа ученых самые лакомые куски, а больше ничего не придумал. Ладно, посмотрим. Сегодня отвезу рукопись.

4. КСТАТИ! Когда (и если) будешь куда-нибудь давать ПнО, ОБЯЗАТЕЛЬНО замени в интервью Пильмана слова «Восточная Сибирь, Южная Атлантика…» на слова «Гоби, Ньюфаундленд…» Это связано с задачей определения радианта Пильмана. Объясню при встрече — сейчас неохота об этом длинно писать. Но заменить надо, иначе получится математическая чушь.

5. В ЛенПравде появилась статья о ленинградской фантастике[20]. Она посвящена на 1/3 «Изваянию» Гора; на 1/3 «Малышу»; на 1/6 Ларионихе. Гора очень хвалят. Нас похваливают за остроту сюжета, за глубину проблем и поругивают за изобилие техницизмов — о славные, уже забытые времена, когда нас ругали за машину, заслонившую человека! Читал я про техницизмы и все мне казалось, что не ругают нас, а наоборот хвалят. Заметь — оживилась критика-то! Говорят, что пленум СП по критике вызван все той же убыточностью литературы — в литературе происходит, сам понимаешь, то же, что и в кино. И министр финансов так же недоволен лит-рой, как и кино. Стали проверять, и выяснилось, что самые убыточные книги получают в печати самые хвалебные отзывы. Тут-то и было принято решение тряхануть критику: чтобы не снижая идейных требований, она все-таки хвалила бы раскупаемые книги, а не те, что годами лежат на прилавках.

6. Пришло письмо от Марион фон Шрёдер. Ничего особенного. Получили наше письмо. Фото в «Обитаемый инзель» опоздало (надеюсь, это надо понимать так, что ОО либо вышел, либо вот-вот), но оно не пропадет, его еще намерены использовать. Рецензии будут нам присылать и впредь. С нашими новыми повестями, которые мы им рекомендовали, ознакамливаются (сказано «трудятся» над ними).

7. Сборник уральский тоже получил. НичегЁ. Наш ЧиП там все-таки не самый плохой и даже, пожалуй, выше среднего.

8. Из ЛенУОАП мне позвонили и очень любезно предложили прийти. Ужо.

9. Как-то из твоих писем я не совсем понимаю относительно наших дел в МолГв. Ты пишешь, что ПнО дали читать Ганичеву. Очень хорошо. Но с какой именно целью? Дабы решить вопрос о публикации ПнО в общем сборнике? Или речь идет о заключении договора на персональный сборник? Ведь ЦК ВЛКСМ наш сборник в плане утвердил, как я понял. А выводы? Так сказать, «мастерская, договор и прочее»[21]?

Ну вот, пока и все. Крепко жму ногу, твой [подпись]