Сказка Карлсон, который живёт на крыше, опять прилетел

— Уж не думаешь ли ты, что моя бабушка не умеет лазить на деревья? Так знай:

когда можно поворчать, она хоть куда взберется, не то что на дерево, но и гораздо

выше. Так вот, ползет она по ветке, на которой я сижу, ползет и бубнит: «Переодень

носки, Карлсончик, переодень носки…»

— А ты что? — снова спросил Малыш.

— Делать было нечего, — сказал Карл сон. — Пришлось переодевать, иначе она

нипочем не отвязалась бы. Высоко-высоко на дереве я кое-как примостился на

тоненьком сучке и, рискуя жизнью, переодел носки.

— Ха-ха! Врешь ты все, — рассмеялся Малыш. — Откуда же ты взял на дереве носки,

чтобы переодеть?

— А ты не дурак, — заметил Карл сон. — Значит, ты утверждаешь, что у меня не было

носков?

Карл сон засучил штаны и показал свои маленькие толстенькие ножки в полосатых

носках:

— А это что такое? Может, не носки? Два, если не ошибаюсь, носочка? А почему это я

не мог сидеть на сучке и переодевать их: носок с левой ноги надевать на правую, а с

правой — на левую? Что, по-твоему я не мог это сделать, чтобы угодить бабушке?

— Мог, конечно, но ведь ноги у тебя от этого не стали суше, — сказал Малыш.

— А разве я говорил, что стали? — возмутился Карл сон. — Разве я это говорил?

— Но ведь тогда… — и Малыш даже запнулся от растерянности, — ведь тогда

выходит, что ты совсем зря переодевал носки.

Карл сон кивнул.

— Теперь ты понял наконец, у кого самая ворчливая в мире бабушка? Твоя бабушка

просто вынуждена ворчать: разве без этого сладишь с таким противным внуком, как

ты? А моя бабушка самая ворчливая в мире, потому что она всегда зря на меня

ворчит, — как мне это вбить тебе в голову?

Карл сон тут же расхохотался и легонько ткнул Малыша в спину.

— Привет, Малыш! — воскликнул он. — Хватит нам спорить о наших бабушках,

теперь самое время немного поразвлечься.

— Привет, Карл сон! — ответил Малыш. — Я тоже так думаю.

— Может, у тебя есть новая паровая машина? — спросил Карл сон. — Помнишь, как

нам было весело, когда та, старая, взорвалась? Может, тебе подарили новую и мы

снова сможем ее взорвать?

Увы, Малышу не подарили новой машины, и Карл сон тут же надулся. Но вдруг взгляд

его упал на пылесос, который мама забыла унести из комнаты, когда кончила

убирать. Вскрикнув от радости, Карл сон кинулся к пылесосу и вцепился в него.

— Знаешь, кто лучший пылесосик в мире? — спросил он и включил пылесос на

полную мощь. — Я привык, чтобы вокруг меня все так и сияло чистотой, — сказал

Карл сон. — А ты развел такую грязь! Без уборки не обойтись. Как вам повезло, что

вы напали на лучшего в мире пылесосчика!

Малыш знал, что мама только что как следует убрала его комнату, и сказал об этом

Карлсону, но тот лишь язвительно рассмеялся в ответ.

— Женщины не умеют обращаться с такой тонкой аппаратурой, это всем известно.

Гляди, как надо браться за дело, — сказал Карл сон и направил шланг пылесоса на

белые тюлевые занавески, которые с легким шелестом тут же наполовину исчезли в

трубе.

— Не надо, не надо, — закричал Малыш, — занавески такие тонкие… Да ты что, не

видишь, что пылесос их засосал! Прекрати!.

Карл сон пожал плечами.

— Что ж, если ты хочешь жить в таком хлеву, пожалуйста, — сказал он.

Не выключая пылесоса, Карл сон начал вытаскивать занавески, но тщетно —

пылесос решительно не хотел их отдавать.

— Зря упираешься, — сказал Карл сон пылесосу. — Ты имеешь дело с Карлсоном,

который живеёт на крыше, — с лучшим в мире выталкивателем занавесок!

Он потянул еще сильнее, и ему удалось в конце концов выдернуть их из шланга.

Занавески стали черными, да к тому же у них появилась бахрома.

— Ой, гляди, на что они похожи! — воскликнул Малыш в ужасе. — Они же совсем

черные.

— Вот именно, и ты еще утверждаешь, грязнуля, что их не надо пылесосить? —

Карл сон покровительственно похлопал Малыша по щеке и добавил: — Но не унывай,

у тебя все впереди, ты еще можешь исправиться и стать отличным парнем, хотя ты и

ужасный неряха. Для этого я должен тебя пропылесосить. Тебя сегодня уже

пылесосили?

— Нет, — признался Малыш.

Карл сон взял в руки шланг и двинулся на Малыша.

— Ах эти женщины! — воскликнул он. — Часами убирают комнату, а такого

грязнулю обработать забывают! Давай начнем с ушей.

Никогда прежде Малыша не обрабатывали пылесосом, и это оказалось так щекотно,

что Малыш стонал от смеха.

А Карл сон трудился усердно и методично — начал с ушей и волос Малыша, потом

принялся за шею и подмышки, прошелся по спине и животу и напоследок занялся

ногами.

— Вот именно это и называется «генеральная уборка», — заявил Карл сон.

— Ой, до чего щекотно! — визжал Малыш.

— По справедливости, моя работа требует вознаграждения, — сказал Карл сон.

Малыш тоже захотел произвести «генеральную уборку» Карлсона.

— Теперь моя очередь, — заявил он. — Иди сюда, для начала я пропылесосю тебе

уши.

— В этом нет нужды, — запротестовал Карл сон. — Я мыл их в прошлом году в

сентябре. Здесь есть вещи, которые куда больше моих ушей нуждаются в чистке.

Он окинул взглядом комнату и обнаружил лежавшие на столе марки.

— У тебя повсюду разбросаны какие-то разноцветные бумажки, не стол, а помойка!

— возмутился он.

И, прежде чем Малыш успел его остановить, он засосал пылесосом марку с Красной

Шапочкой и Серым волком. Малыш был в отчаянии.

— Моя марка! — завопил он. — Ты засосал Красную Шапочку, этого я тебе никогда

не прощу!

Карл сон выключил пылесос и скрестил руки на груди.

— Прости, — сказал он, — прости меня за то, что я, такой милый, услужливый и

чистоплотный человечек, хочу все сделать как лучше. Прости меня за это… Казалось,

он сейчас заплачет. — Но я зря стараюсь, — сказал Карл сон, и голос его дрогнул. —

Никогда я не слышу слов благодарности… одни только попреки…

— О Карл сон! — сказал Малыш. — Не расстраивайся, пойми, это же Красная

Шапочка.

— Что еще за Красная Шапочка, из-за которой ты поднял такой шум? — спросил

Карл сон и тут же перестал плакать.

— Она была изображена на марке, — объяснил Малыш. — Понимаешь, это была моя

лучшая марка.

Карл сон стоял молча — он думал. Вдруг глаза его засияли, и он хитро улыбнулся.

— Угадай, кто лучший в мире выдумщик игр! Угадай, во что мы будет играть!. В